Глава 189

"В каждом из нас живет не только тело, но и душа — таинственный огонь, который может как согревать, так и сжигать. Когда душа сильнее, чем тело, она становится бременем, и лишь приняв это бремя, мы можем обрести истинную свободу."

      — Что вы имеете в виду? — Конан подскочила со своего места, услышав слова Наоми. Всё её нутро содрогнулось от ужаса. — Вы же не хотите сказать, что Итачи обречён стать Проклятым? — Ангел Амегакуре боялась услышать ответ на этот вопрос, ведь выходило так, что Итачи станет их врагом. Ну, по крайней мере, после подобного их нельзя будет назвать союзниками или товарищами уж точно.       — Ну, выбор у него есть. Только ему решать, как действовать дальше, — бывшая глава клана Учиха печально улыбнулась, прекрасно понимая, что текущая ситуация относилась к иллюзии выбора. Чтобы сделать выбор в данной ситуации, нужно было ответить на простой вопрос: "А хочешь ли ты жить?". Естественно, что девяносто девять и девять десятых процентов ответят положительно, проигнорировав последствия, однако Итачи отличался от всех этих людей.       Гений из клана Учиха знал, к чему приведёт его выбор. Если он не умрёт от рук Саске, не остановит его ярость, погасив ненависть, то, рано или поздно, его младший брат узнает правду о том инциденте. И что же тогда случится? Уверенный в себе и самовлюблённый Саске решит отомстить… решит найти и убить того человека, что кромсал его родственников толпами. И каков будет итог? Он умрёт. Итачи знал это наверняка. После сражения с Белым Богом Смерти, когда три шиноби S-ранга не смогли заставить его сдаться, Учиха Итачи осознал, что ни один ниндзя не сможет убить Кита Хэтчера.       — В этом нет никакого смысла! — Конан, заметив, как её товарищ опустил голову, принимая такой ответ, не смогла остаться в стороне. — Вы предлагаете ему пожертвовать близким человеком ради своего выживания! Разве это можно назвать выходом из ситуации?! — куноичи готова была вспыхнуть.       Итачи невольно поднял взгляд на Конан, поражаясь её преображениям. Она так яро отстаивала его сторону, совсем не заботясь о том, правильно это или нет. Она просто боролась, пытаясь дать ему надежду на лучшее будущее, а вместе с надеждой можно уже двигаться и дальше, несмотря на невзгоды.       — Так вот, за что Шисуи полюбил эту девушку, — пролетело в мыслях Итачи. На его устах заиграла печальная улыбка. Прошло всего несколько лет с того момента, как они вступили в Акацуки по указке Мадары. Вначале каждый из них воспринимал это как миссию повышенной сложности, однако время летело, и притворяться было всё сложнее и сложнее.       Для Итачи, который привык к одинокому пути гения, в этом не было ничего странного, но вот для жизнерадостного Шисуи всё было не так. Его натура так и рвалась на свободу, ведь Учиха Шисуи встал на путь ниндзя, чтобы помогать остальным. У него была сила, чтобы изменить мир, и он был готов использовать её во благо общества.       И в один день, как и ожидалось, маска Шисуи треснула. Он стал общаться с членами организации дружелюбно. Многие восприняли такое общение в штыки, но это было даже ожидаемо. В их глазах Шисуи Телесного Мерцания — это опасный шиноби S-ранга, способный на невероятные вещи за счёт силы своих глаз. И Конан поначалу также относилась к нему, однако позже всё изменилось.       Итачи был серьёзно ранен в одном бою, и ему пришлось отлёживаться в кровати. В это время Пейну поступила новая миссия, на которую он отправил Конан и Шисуи. Итачи не знал, что там произошло, однако после этого холодная Конан начала меняться, позволяя Шисуи постепенно подходить к ней всё ближе и ближе, а когда расстояние окончательно пропало, они оба не заметили, как стали парой.       Шисуи заразился идеей изменить мир к лучшему, а Конан стала более открытой и жизнерадостной. Они оба переняли друг у друга важные черты характера, начав стремиться к высотам и наслаждаться этим вместе.       — А смысл и не всегда предусмотрен, — слова Наоми вывели Итачи из раздумий. — Правда говоря, здесь он и вправду есть. — Женщина тяжело выдохнула, после чего стала на порядок серьёзнее. — Как это часто бывает, загадка скрыта в прошлом, а если быть точнее, предрасположенность к Проклятию — это твоё наследие, Итачи. — Эти слова повергли в шок и Конан, и Итачи.       Синеволосая красавица медленно опустилась на стул, потеряв дар речи. Итачи тоже замер, пронзив свою бабушку взглядом неверия. В его голове тут же начала складываться общая картина, основанная на этих словах, а самое ужасное, что чем больше деталей Итачи добавлял в неё, тем более реалистичной она ему казалась.       — Проклятье работает не совсем так, как вы думаете. Его нельзя просто взять и подарить кому-то, однако, если у Проклятого рождается сын, его душа на порядок сильнее, чем у других людей. И этот случай, как раз-таки, относится к тебе, внучок, — Наоми сделала паузу, дав двум молодым ниндзя переварить услышанное.       Итачи тяжело выдохнул и скрестил руки вместе, закрыв ими нижнюю часть лица. Его взгляд стал серьёзным. Он наконец-то отбросил волнения в сторону и сосредоточился на конкретике.       — Твоя проблема исходит именно из души. Она делает твою чакру плотнее, благодаря чему у тебя получаются мощные гендзюцу и ниндзюцу. Однако, с другой стороны, природный ограничитель на развитие твоего тела не позволяет твоей системе циркуляции чакры, твоим мышцам, волокнам и сосудам развиваться с той же скоростью. Таким образом, из-за чрезвычайной нагрузки от мощной энергии ты постепенно умираешь, — Наоми говорила медленно и спокойно. В её голосе не было напряжения или паники.       — Ясно, — выдавил из себя Итачи, на мгновение прикрыв глаза. Постоянное использование Шарингана оказывало весьма негативное воздействие на весь его организм, и теперь причина была ясна. — Так об этом говорила мама… — подметил он уже мысленно.       — Стойте! Фугаку же умер! Разве Проклятых можно убить? — Конан вмешалась в разговор родственников вновь. Ей казалось, что вся ситуация выглядит нелогичной и абсурдной. Она была бы рада найти хоть что-то, что доказывало ложь Наоми, ведь тогда для Итачи ещё останутся шансы на спасение.       — А кто сказал, что речь о Фугаку? — Наоми усмехнулась наивному мышлению Конан и посмотрела на неё с печалью во взгляде. Всё-таки Конан не была гением, поэтому многие вещи она не могла сложить также быстро в единую картину, как настоящие гении, к которым относился и Итачи. — Ты уже догадался, кто твой отец? — бывшая глава клана Учиха перевела свой взор на брюнета.       — Кит Хэтчер, — холодным и монотонным голосом объявил Итачи. Конан замерла, с ужасом уставилась на своего товарища. Она и представить не могла, как тот пришёл к такому умозаключению.       — Ах-хах-хах! — Наоми искренне рассмеялась. Из её глаз брызнули слёзы, и она невольно положила руку на плечо хозяина дома, о котором все забыли. Мужчина же недовольно цокнул, но ничего предпринимать не стал, продолжив читать газету.       — Если убрать внешнее сходство и учитывать, что появление Белого Бога Смерти произошло именно после того, как мне исполнилось пять лет, всё сходится. Да, у меня есть воспоминания о детстве, но они размытые… Я плохо помню его, — честно признался Итачи.       Ничего удивительного в таком предположении не было. Лишь человек, обладающий Проклятьем, может сражаться с шиноби S-ранга, не используя чакру. Другого объяснения силе Кита просто не было и быть не могло. А если говорить о детстве — у Итачи его не было. Он проводил всё своё время в тренировках, совершенствуя свои навыки, поэтому, взяв за основу тот факт, что Кит Хэтчер — его отец, он сделал вывод, что его детские воспоминания были заменены при помощи гендзюцу.       — Нет-нет-нет, такого не может быть, — Конан схватилась за голову от заявлений товарища. Её сердце забилось быстрее от ужаса, ведь, если Кит Хэтчер и вправду отец Итачи, то ситуация в корне меняется. При таком раскладе, смерть Итачи будет иметь более значительные последствия, особенно если Белый Бог Смерти хоть чуточку привязан к своему сыну.       — Интересная идея, однако ты кое-что неверно понял. Кит Хэтчер не является Проклятым. Он нечто похуже, — губы Наоми дрогнули, расползаясь в игривой усмешке. Её забавлял этот разговор.       — Таким образом, он не может быть моим отцом, — Итачи прислонил указательный палец к губам, всерьёз задумавшись о нюансах происходящего. В его голове прокручивалось огромное множество вариантов, однако вероятность существования каждого из них была примерно одинаковой.       — Наоми, времени осталось немного, — неожиданно хозяин дома заговорил, бросив на Учиху недовольный взгляд. Итачи не совсем понял, к чему это было, поэтому уставился на бабушку с ожиданием.       — Эх, ну, ты и бука! Любишь портить всё веселье, — обиженно пролепетала Наоми. Это звучало как-то слишком по-детски, однако затем женщина перевела уже более серьёзный взгляд на двух членов Акацуки. — В общем и целом, скоро к нам заявятся гости, и это, между прочим, ваша вина, — женщина указала пальцем сначала на Итачи, а затем на Конан.       Парень и девушка переглянулись и быстро поняли, что оба ни черта не понимают, в чём их обвиняют сейчас. Лицо Конан изменилось, и она собиралась заговорить на повышенных тонах, однако Наоми опередила её.       — Мы скрываемся, поэтому ваш приход привёл незваных гостей к нашему порогу. Ну, так уж и быть, если вы разберётесь с ними, я позволю вам забрать Хана. — Та улыбка, которая проявилась на устах Наоми при этих словах, совсем не понравилась Итачи. Это очень походило на сделку с Дьяволом, в которой выгоду получит лишь последний, поэтому Итачи бы в жизни не согласился на нечто подобное, если бы не один нюанс…       — Мы согласны! — практически без раздумий выдала Конан, подскочив со своего места. Итачи прикусил губу от негодования, однако он понимал, почему напарница согласилась. Дело было в том, что победить этих двоих, пусть и было реально, однако в текущем состоянии Итачи это было бы очень сложно.       По факту, Конан пришлось бы сражаться одной против двоих противников, и, если о способностях Наоми парень имел хоть какие-то представления, то вот по поводу мужчины у него были большие сомнения, а интуиция Итачи решительно кричала о том, что хозяин подземного дома намного опаснее, чем его бабушка.       — Ладно, — Итачи поднялся со своего места и зашагал к выходу. Выбора всё равно уже не было. Конан согласилась на предложенные условия, и изменить это не представлялось возможным.       — Удачи! Она вам точно понадобится, — эти слова Наоми, брошенные с усмешкой, заставили Учиха всерьёз обеспокоиться. Он бросил косой взгляд на бабушку, но всё же ничего не сказал, последовав за Конан на выход.       — Не волнуйся ты так. Мы же шиноби S-ранга. Как-нибудь справимся, — заметив напряжённую атмосферу, Конан попыталась подбодрить парня, голову которого так и не покидали тревожные мысли.       — Оу, вышли наконец-то, — как только напарники покинули ствол дерева, перед ними предстала красивая девушка. Её золотистые волосы развивались, подобно волнам на море, а прекрасная кожа сияла под лучами Солнца. — Ммм? Я не вас ждала, — открыв свои необычные глаза, она склонила голову на бок в недоумении. Шестиконечная звезда алого цвета вращалась в её очах, зачаровывая своей загадочностью и красотой. Одета она была в красное кимоно с золотистым орнаментом.       — Ты кто такая? — вопросила Конан, принимая боевую стойку. Итачи замер на месте, не в силах пошевелиться от шока. Его глаза широко распахнулись, а выражение лица отражало искреннее непонимание.       — Кто я? Богиня Солнца, Аметерасу, — решительно заявила эта особа, и глазом не моргнув. Лёгким движением она поднялась с ветки дерева и начала приближаться к двум членам Акацуки.

***

      Айка стояла в центре арены, смотря на потолок, увешанный несколькими десятками печатей. Её голову занимали мысли не о предстоящем бое с бойцом S-ранга, а мысли о недавно прошедшей миссии в стране Ветра.       — Если бы я не была такой слабой, то смогла бы защитить своих близких, — размышляла Намикадзе, испытывая горечь от смерти Чиё. Старейшина Суны пожертвовала своей жизнью ради того, чтобы вернуть молодого казекаге к жизни. Гаара в буквальном смысле вернулся с того света, однако на душе Айки было всё равно неспокойно.       Она не хотела, чтобы та с виду ворчливая старушка жертвовала собой, но дочка Минато ничего не могла поделать. Она была сильной по меркам ниндзя, однако над ней всегда кто-то стоял. Пусть Минато и утверждал, что в открытой дуэли проиграет ей, однако никаких подтверждений этому не было.       — Её противником выступит боец S-ранга, Джакс! — по арене разошёлся возглас ведущего, после чего из прохода на противоположной стороне арены показался знаменитый боец подпольного мира. Закинув огромный фонарь на плечо, он решительно шагал вперёд.       — Вы готовы? — ведущий обратил к двум бойцам. Айка опустила взгляд на противника, покрепче сжимая кастеты в руках. Джакс же, остановившись в трёх метрах от куноичи, дал одобрительный кивок мужчине. — Начали! — получив одобрение двух сторон, он отдал команду, отпрыгнув в сторону.       Намикадзе почувствовала, как адреналин хлещет в её венах, смешиваясь с горечью утраты. Каждый удар сердца напоминал ей о Чиё, о том, что она сделала ради них. Теперь ей предстояло сразиться с Джаксом, и в этот момент она осознала, что должна не просто победить — она должна доказать себе, что способна на большее.       Более того, каждый раз выходя на эту подпольную арену, Айка чувствовала, что становится на шаг ближе к пониманию брата. Он ведь тоже сражался на этой арене, также проливал кровь и даже убивал. Именно здесь был выкован характер такого человека, как Наруто.       Намикадзе потратила немало усилий, чтобы сразиться с теми же противниками, что и брат. Стальной Кнут был уже повержен, а бойцы рангом пониже и вовсе не представляли угрозы. Осталось лишь противник, с которым Айка хотела сразиться, и один из них сейчас стоял напротив неё.       Джакс выглядел внушительно: его мускулы были накачаны, а уверенность в себе излучалась даже без слов. Он был известным бойцом, и многие считали его непобедимым. Но Намикадзе знала, что каждый боец имеет свои слабости. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоить дрожь в руках. Конечно, боец S-ранга и шиноби S-ранга — это разные вещи, однако Джакса явно можно было квалифицировать как элитного джоунина.       Соперники начали медленно кружить друг вокруг друга, присматриваясь к движениям и намерениям. Намикадзе знала, что ей нужно действовать быстро и решительно. Внезапно она бросилась вперёд, используя технику Телесного Мерцания и, оказавшись за спиной врага, попыталась нанести удар.       Джакс будто бы предвидел её действия наперёд. Фонарь в его руках завращался, с удивительной лёгкостью отражая быструю и решительную атаку, однако на этом всё не закончилось. Айка попыталась провести второй, а затем и третий удар, однако кое-что она не учитывала.       Джакс по своему стилю боя полностью отличался от Стального Кнута. Он перехватил вторую атаку, а затем нанёс упреждающий удар, не позволяя Айке опомниться.       “Хрусь!” — по арене разошёлся треск от ломающихся рёбер. Намикадзе влетела в стену, сплёвывая кровь в полёте. Её внутренние органы неплохо встряхнуло, а парочка рёбер сломалась от мощи удара.       — А это выглядит интересно! — прошипела она, поднимаясь на ноги. Уже через мгновение её окутал покров демонической чакры, а за спиной сначала возник один хвост, а затем и второй.       — Он боец ближнего боя. Если будешь тягаться с ним в тайдзюцу, то проиграешь, — наставительно заявил Курама в подсознании девушки. Айка лишь закатила глаза на эти замечания.       Красноволосая сорвалась со своего места. Она начала кружить вокруг Джакса, складывая ручные печати. Намикадзе не смела расслабиться ни на мгновение, чувствуя, что Джакс только и ждёт ошибки от неё.       — Стихия ветра, Вакуумное лезвие! — слетело с её губ название техники, и вместе с этим несколько острейших лезвий из стихии ветра, усиленной демонической чакрой, были отправлены в сторону противника.       Джакс напряг мышцы во всём теле. Пол под его ногами покрылся трещинами, после чего он отскочил от него. Запрыгнув на потолок, он вонзил свой фонарь в него и, используя в качестве опоры, перепрыгнул к Айке.       Джинчурики была готова к этому, поэтому встретила оппонента Расенганом. Техника А-ранга, изменившая свой цвет на фиолетовый, столкнулась с фонарем Джакса, образовав мощную ударную волну.       — Ааа! — выплёскивая свою ярость криком, девушка пыталась продавить мастера ближнего боя грубой силой. Она продолжала вливать чакру в Расенган, оказывая всё более и более серьёзный натиск на оружие оппонента.       Лицо Джакса не было видно из-за маски, однако в глазах появилось недоумение, когда он заметил, что по его любимому фонарю пошли трещины. Он тут же отреагировал, переводя удар в сторону. Другой стороной посоха он моментально нанёс удар по лицу джинчурики, однако Намикадзе тоже не растерялась.       Джакс отшатнулся назад, чувствуя боль в районе печени. Удар кастетом, усиленным демонической чакрой, был впечатляющим. Даже со своим выдающимся телосложением Джакс прочувствовал его в полной мере, однако Айке тоже досталось.       Девушка пропустила удар железного посоха в челюсть и отлетела на пару метров. Сейчас она поднималась на ноги, а её глаза всё больше и больше наливались кровью. За спиной джинчурики образовался третий хвост.