Глава 209

"Честь — это хрупкий сосуд, который может разбиться в одно мгновение. В борьбе с собственными демонами мы часто готовы пожертвовать всем ради кратковременного облегчения, забывая, что истинная сила заключается в стойкости перед лицом страдания."

      Итачи смотрел на своего младшего брата без капли эмоций. В глазах Саске горел Шаринган с тремя томоэ, но в глазах парня не отражалось ненависти, боли или еще чего-то. Он оставался полностью спокойным при виде своего брата.       — Итачи… — Саске попытался начать разговор, однако новоиспеченный Проклятый поднял руку, останавливая его. Он внимательным взглядом прошелся по еще двум гостям. Виктория Серас широко улыбалась, будто бы уже догадалась о том, что крутится в голове Учиха. Орочимару же был собран и хладнокровен. По какой-то причине у него появилась тревога на душе.       — Кто из вас убил Шисуи? — этот вопрос был задан таким тоном, что все моментально поняли, что вне зависимости от того, каков будет ответ, последствия будут ужасающими. В этот же момент на всю округу опустилась зловещая аура. Глаза Итачи изменились, приобретая изумрудные тона.       Конан, стоявшая поблизости, вздрогнула от этого вопроса, а Пейну стало не по себе. Даже сила Риннегана не могла оказывать такого давления на окружающих, как это делали Проклятые глаза.       — Это сделала я! — Виктория сделала шаг вперед и призналась. Её глаза сверкали алыми огнями. Кровь закипала от мысли, что ей наконец-то придется столкнуться с достойным противником. Безусловно, сражение с Шисуи месяц назад принесло ей наслаждение, но столкновение с Проклятым, пусть даже и только пробудившимся, вызывало табуны мурашек по телу Высшего Вампира.       Она уже сражалась с этими чудовищами в прошлом и даже убивала. Проклятье давало лишь возможности, а от человека зависело, как он воспользуется ими. Не было никаких сомнений в том, что Проклятые в потенциале были сильнее её, однако, пока они не достигли определенного уровня сил, они не смогут убить её… Лишь ранить, но не убить.       Именно это и спасло ей жизнь когда-то в прошлом, однако тогдашняя ситуация отличалась от текущей. Серас не понимала, что именно отличается, однако на каком-то интуитивном уровне ощущала угрозу.       — Виктория Серас… — Итачи заговорил загробным голосом, будто бы выносил приговор. — Я приду за тобой. Не сегодня, не завтра, однако достаточно скоро. Как только наши планы исполнятся, я приду по твою душу, потому что такие твари не заслуживают жить в идеальном мире. — заявил с блеском в глазах Учиха, делая несколько шагов вперед.       — Это из-за смерти Шисуи? Неужели мой брат выбрал этот ужасный путь только из-за этого? — Саске вздрогнул, но не из-за слов своего старшего брата. Желать чьей-то смерти — это еще куда ни шло, однако вращающаяся Проклятая Луна в очах Итачи напугала его. Это был символ, знаменующий начало катастрофы — именно так его воспринимал Саске.       — Ты придурок? — Виктория не сдержалась, чуть не смеясь от слов наглого мальчишки. — Думаешь, что заявил о своих намерениях и все? Я ничего не буду делать в ожидании часа мести? Тогда у тебя точно поехала крыша. — веселый голос Серас тут же стал озлобленным. Её жажда крови заполнила всю округу, а оказываемое невидимое давление заставило землю под ногами покрываться трещинами.       Высший Вампир сорвалась со своего места. Её рука начала меняться прямо на ходу. В последнее мгновение, прямо перед самим ударом, она превратилась в огромный молот, обрушившийся на парня сверху вниз, подобно злому року, готовому сокрушить всё на своём пути.       Итачи смотрел за этим без капли интереса. Удар, который должен был превратить любого шиноби в лепешку, был встречен блоком. Учиха поднял руку и, покрыв её духовным слоем, спокойно выдержал давление.       — Знай свое место, шавка. — свободная рука парня вцепилась в глотку Серас, отрывая маленькое тело от земли. Алые глаза, наполненные яростью, столкнулись с изумрудными, источающими абсолютное спокойствие.       — Рррр! — Виктория оскалилась. Её алые глаза сверкали, а гнетущая атмосфера становилась всё более и более критической. Казалось, воздух уже превратился в нечто вязкое, неприятное на ощупь. Дышать стало практически невозможно.       — Это мой брат? — Саске не мог поверить своим глазам. Он столько раз сталкивался в бою с Серас, что уже и позабыл, однако важное было другое — какие бы тактики он не придумывал, какими бы уловками не пользовался, Виктория всегда была на шаг впереди.       Тогда Учиха злился, не понимая, почему так происходит… он не понимал, чего ему не хватает. Дело было в навыках? В боевом опыте? Быть может, в способностях? Нет, вовсе нет… Просто Виктория Серас не была человеком, из-за чего даже у невероятно развитых людей — шиноби — не было и шанса на победу.       Но сейчас, смотря на своего брата, который не испытывал ни капли страха перед этим чудовищем, Саске воодушевился. Итачи все еще являлся человеком, однако его решительность и хладнокровие перед лицом опасности заставляли поражаться.       — Быть может, Проклятие — это не так уж плохо? — неожиданно, впервые за долгое время, в голове Саске мелькнула эта мысль. Он видел, на что способен Наруто, насколько он опасен — особенно в те моменты, когда его загоняют в угол. Это была страшная сила, неудержимая и необузданная, основанная на стремлении человека к выживанию.       — Остановись. — потребовал Орочимару, появившийся рядом с Итачи. Острое лезвие Кусанаги было приставлено к горлу Учиха в это же мгновение. Одно неосторожное движение, и Проклятый лишится головы.       — Ты и вправду решил обратить против меня свое оружие, Орочимару? Уверен, что справишься с последствиями? Твое бессмертие, конечно, удивительно, однако оно далеко не совершенно. — Учиха перевел незаинтересованный взгляд на Белого Змея, лицо которого тут же помрачнело от слов Итачи.       — А в этом мире нет ничего совершенного, так что я не жалуюсь. Просто отпусти её и… — член Легендарной Тройки не успел закончить, как его окатил фонтан крови. Кусанаги тут же было пущено в ход, однако вместо пролитой крови врага по округе разошелся металлический скрежет.       Удар в живот отбросил Орочимару назад, однако несколько змей, вырвавшихся из рукавов Саннина, успело подхватить тело Высшего Вампира, лишившегося головы.       — Саске, за мной. — потребовал Итачи. Он развернулся и зашагал в сторону Амегакуре, вершины зданий которого виднелись вдали. Саске вздрогнул от такого жестокого тона брата, посмотрел на Викторию, голова которой постепенно восстанавливалась, а затем и на Орочимару, который, встретившись взглядом с брюнетом, едва-заметно кивнул ему. Более Учиха не колебался, зашагав за своим старшим братом. Им предстояло о многом поговорить.

***

      — Напряженно… — пронеслось в мыслях Цунаде. Она сидела за круглым столом, внимательно наблюдая за тремя другими каге. Цучикаге буравил её тяжелым взглядом. — Наверное, он разгадал наш план. — подумала Сенджу, приняв хмурое лицо старика за некоторый ответ.       Затем Принцесса Слизней перевела взор на новую мизукаге. Ей еще не довелось общаться с ней — все переговоры с Туманом проводил Минато. Они закончились до того, как Цунаде заняла пост хокаге.       — А она хороша… — призналась сама себе Сенджу. Мей Теруми обладала удивительной красотой, а её подтянутое тело и милое личико так и притягивали к себе взгляды окружающих.       Последним же каге, сидящим за столом, являлся молодой парень с красными волосами. Его лицо не выражало никаких эмоций. Более того, он сидел с прикрытыми глазами, будучи полностью расслабленным.       — Может, нам стоит начать без райкаге? — спросила мизукаге, которая явно не особо любила ждать. Любой из пятерки мог прочесть вспыльчивость и нетерпеливость этой особы по пылкому взгляду и частым вздохам.       — Неплохая идея! Этот качок вряд ли придет. Моргана-сама, вы уверены, что от райкаге поступило ответное письмо? — Ооноки тут же одобрил эту идею, после чего обратился к личности, что привлекала больше всех внимания к себе.       Глаза цучикаге впились в девушку с синими волосами. Её голубые глаза завораживали, а то, как она элегантно вошла и присела за кресло во главе стола, вызвало у многих табун мурашек. Бледная кожа и прекрасное платье рыжего оттенка отлично сочетались, придавая Верховной Жрице еще больше загадочности.       — Не стоит беспокоиться, Ооноки-сан. Райкаге уже прибыл. — откинувшись на спинку кресла, Моргана выглядела полностью спокойной. Взгляды каге ни капельки не пугали её. — Если вы хотите, мы можем предложить вам еще чаю. — с игривыми нотками в голосе продолжила она.       — Нет, благодарю. — Ооноки отрицательно закачал головой. Перед ним уже стояла одна чашка, которую он так и не допил, так что смысла во второй не было.       — Так это про неё говорил Какаши? — Цунаде рассматривала Моргану, пытаясь оценить её способности и силу. — Почему она не выглядит такой опасной, как говорил Какаши? У неё чакры, как у джоунина, но не более того. — Сенджу нахмурилась, не совсем понимая, что все это значит.       Принцесса Слизней еще несколько минут наблюдала за Верховной Жрицей. Да, она напоминала двигающийся труп, но это впечатление было обусловлено бледностью её кожи.       — Цунаде-сан, вы что-то хотите спросить у меня? — Моргана оторвалась от чашечки чая и резко посмотрела в глаза Пятой хокаге. Конечно, она не могла не заметить, что трое из четверых каге сосредоточили свои взгляды именно на ней.       — Честно говоря, я представляла вас в ином свете. — Цунаде решила не юлить, а быть более искренней в своих намерениях. — Мой подчиненный утверждал, что вы — настоящий монстр, который вернулся с того света. Скажите, вы подавляете свою силу? — Принцесса Слизней впилась недоверчивым взглядом в девушку с синими волосами. В следующее мгновение по залу разошелся скрежет. Огромные двери распахнулись. Райкаге наконец-то прибыл на собрание Пятерки.       — Думаю, ваш вопрос не уместен сейчас. Если вам все еще будет интересно это после собрания, то мы можем обсудить это. — Моргана мило улыбнулась и быстро ответила. Это был достаточно деловой подход. Причина собрания Пятерки была совершенно другой, поэтому задерживать остальных из-за каких-то приватных вопросов не имело смысла.       — Прошу прощения за задержку. — обычно вспыльчивый райкаге сейчас был необычайно серьезным. Он тяжелым взглядом оглядел всех присутствовавших, остановившись на Цунаде, у которой сразу же появилось нехорошее предчувствие. — Сегодня моего брата, Киллера Би, схватили Акацуки. — объявил он, сжимая своими огромными руками стол. По бедной мебели сразу же пошли трещины от такого давления.       — То есть из всех хвостатых зверей остался лишь Девятихвостый? — это был риторический вопрос, который озвучил Ооноки. На его старческих устах появилась усмешка. — Шансы практически уравнялись. Как только разберемся с Акацуки, нужно будет ухватить себе побольше хвостатых. — пронеслось в его мыслях.       — И как это произошло? — спросила Мей, спрятав руки под столом. Она прекрасно помнила, в какую катастрофу вылилась битва с Акацуки. Один из мечников Тумана — Кушимару Куриараре — все еще не пришел в себя, попав в кому. Амеюри Ринго — лидер мечников Тумана и сильнейшая из них — на данный момент пряталась в тени Теруми, однако она не смогла полностью оправиться от полученных ран.       Её руки все еще были перебинтованы из-за серьезных ожогов, а система циркуляции чакры работала нестабильно, но заменить её на собрании было некем — подходящих кандидатов, которым Мей доверяла, не нашлось. К тому же, Амеюри настояла на этом.       — Какаши… — Ринго старалась оставаться невозмутимой, однако её взгляд, то и дело, впивался в парня с пепельными волосами. Честно говоря, Амеюри была немного удивлена, рассчитывая на встречу с Сакумо, а вот столкновение с сыном совсем не входило в её планы. В каком-то плане она была застигнута врасплох.       — Два шиноби из Акацуки вторглись на священную территорию нашей страны, где Би проводил тренировку. Он противостоял сразу двум шиноби S-ранга, и ему бы удалось дождаться подкрепления, если бы его противник не являлся мастером печатей. — Эй сжал кулаки, сдерживая ярость. Его костяшки были покрыты маленькими ранками, которые он отказывался залечивать.       — Я понимаю, райкаге-сама, вы потеряли близкого человека, однако прошу, закончите. — Теруми решила поддержать лидера Облака. Ей были знакомы его чувства… чувство безысходности, слабости и тяготения. Она, как никто другой, понимала, что Эй винит себя в случившемся — это было вполне ожидаемо для ответственного лидера.       — Мы нагнали их… — Четвертый райкаге поднял грозный взгляд на Цунаде, отчего последняя вздрогнула — не этого она ожидала. — Акацуки решили разделиться. Один остался, чтобы задержать нас, а другой — скрылся вместе с Би. — глаза Эйя наливались кровью, однако он поднял свою огромную руку на уровень головы, после чего щелкнул двумя пальцами.       В следующее мгновение огромные двери вновь отворились. Ши и Даруи, схватив под руку человека, завели его в зал. Лицо неизвестного скрывал мешок, однако плащ Акацуки четко давал понять, к какой организации она принадлежит.       — Нам удалось поймать одного из них, — произнёс Эй с тяжёлым голосом, и этот звук неприятно давил на уши, словно собирался уничтожить всю атмосферу вокруг. Лидер Облака развернулся и стянул мешок с головы нукенина. В тот же миг у Пятой Хокаге округлились глаза от неверия, и сердце будто раскололось на куски.       Красные волосы спадали до пола. Фиалковые глаза без капли интереса пробежались по пятерке каге, а на устах девушки появилась едва-заметная ухмылка. Кушина выглядела ужасно. На её лице было два немаленьких синяка, однако она горделиво запрокинула голову и выпрямила спину, смотря на всех окружающих свысока.       — Не смей так делать! — зарычал Эй, не в силах сдержаться от такой наглости. Его кулак моментально врезался в миловидное личико Узумаки, заставляя последнюю пошатнуться. Многие бы на месте Кушины упали или даже потеряли сознание, однако аловолосая лишь сплюнула сгусток крови вместе с зубом, после чего вновь выпрямилась. — Ах ты… — глаза Четвертого райкаге наливались кровью от такого. Он занес кулак для очередного удара, однако произошло кое-что удивительное.       — Думаю, с неё хватит. — вместе с порывом холодного ветра рядом с лидером Облака возникла Моргана. Её маленькая и с виду хрупкая ручка поймала здоровенный кулак Эйя, не позволив тому нанести второй удар.       — Ты смеешь вставать на моем пути? — райкаге заскрежетал зубами от ярости, его лицо исказилось. Мысли мужчины смешивались с ураганом эмоций, не позволяя разуму анализировать, кто именно стоит перед ним. Он уже не различал, кто друг, а кто враг, лишь чувствовал, что хочет причинить боль этой женщине, потому что она нанесла ему страшную рану…       — Смею, ведь это мой дом, а вы все — мои гости. Будьте добры, соблюдайте правила приличия, — её голос звучал как холодный ветер, проникающий в самое сердце. — Если вы собираетесь избивать связанную девушку — это ваше дело, однако воздержитесь от этого в стране Демонов. — Глаза Верховной Жрицы сверкнули, как два светила в тумане, и в тот же миг по всему залу разошлась удушающая аура, подавляя всё вокруг, словно сам воздух отреагировал на её слова.       — Райкаге-сама, не стоит прибегать к насилию. Все-таки, мы за столом переговоров. — Цунаде поднялась со своего места, поддержав инициативу Верховной Жрицы. Наполненные кровью глаза Эйя столкнулись с решительными очами Сенджу. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, после чего мужчина все же тяжело выдохнул, опустив кулак.       — Правильное решение. — кивнула Моргана и медленно зашагала к своему месту. Её грациозная походка выдавала в ней личность из высшего сословия, однако вовсе не это интересовало каге.       — Я не уследила за ней! — такие мысли пронеслись в головах Цунаде и Мей. Безусловно, титул каге они носили вовсе не из-за привлекательной внешности, однако продемонстрированная скорость Морганы невольно заставляла задуматься.       — Она очень быстрая. Даже слишком… — про себя подчеркнул Ооноки. Пусть он не видел все перемещения Верховной Жрицы, однако ему удалось проследить за остаточной тенью девушки. — Теперь я понимаю, почему старые монстры не смогли взять Акумо Но Мура. Все дело в этой девушке. — цучикаге закивал, соглашаясь со своими доводами. Вначале он подумал, что причина поражений Кумо на этом участке фронта заключается в удивительных оборонительных технологиях деревни Скрытой Демонов, однако теперь его мнение кардинально изменилось.       — Раз так вышло, то я предлагаю вынести решение по поводу Акацуки. Кто из вас за то, чтобы объединиться и уничтожить эту чертову организацию? — пока все погрузились в раздумья, Эй решил взять инициативу в свои руки. Он говорил решительным голосом, выдвигая свое предложение, и был первым, кто поднял руку.       — Ахахах! — в этот же миг по залу разошелся смех незваного гостя. Этот смех был каким-то наигранным, искаженным и неправильным. В нем не было никакой искренности…