Пролог

      Он стоял возле окна, намокшего от сильного дождя, и тревожно всматривался в тёмный лес, пытаясь уловить в нём какие-либо движения. Его сердце сжималось в ожидании неизбежного конца, а руки в напряжении обхватили деревянный подоконник. Мимолётно его взгляд упал на старую, насквозь промокшую от дождя скамейку возле дома. Ещё сегодня утром он сидел на ней и наслаждался лучами августовского солнца, в то время как его жена прогуливалась по небольшому садику с их дочкой на руках. А теперь он стоит у окна их старого дома, ожидая появления незваного гостя. Около года его семья скрывалась в этом забытом крошечном домике вблизи леса, надеясь, что Тот Кого Нельзя Называть не сможет их отыскать. Но, к сожалению, их надежам не суждено было сбыться. Тёмный Лорд нашёл их. Он знал, где они прячутся, и желал поскорее расправиться с ними.       В этот момент, без всякого предупреждения, чёрный пугающий вихрь вдалеке разорвал тёмные тучи. Задевая верхушки деревьев, он двигался с бешеной скоростью. Сердце мужчины на секунду замерло, а на лбу проступил ледяной пот. Сорвавшись места, он подбежал к напуганной жене, прижимающей спящую дочку к груди.       — Он здесь. Пора.       На глазах женщины проступили слёзы. Последний раз прикоснувшись губами ко лбу спящей дочери, она нехотя передала девочку в руки старого домовика.       — Береги её. Никто не должен знать, что она наша дочь. Отыщи Никлауса, ему можно верить. Он поможет.       — Конечно, хозяйка. Будет сделано.       Аккуратно прижав спящее дитя к телу, эльф трансгрессировал. В доме повисла гробовая тишина, которую нарушал лишь стук дождя по окнам. Никто из супругов не мог проронить и слова. За одно короткое мгновенье каждый из них лишился важной части себя.       Они молча примкнули друг к другу, осознавая неизбежность конца. Оба хотели в последний раз почувствовать то тепло, которое исходило от тела любимого человека.       — Я люблю тебя, — не громко вымолвил мужчина, боясь нарушить тишину. Женщина, немного отстранившись от любимого, заглянула в его серые глаза. В глаза, которые навсегда отпечатались на её сердце. В которых однажды, очень давно она увидела добрую и чистую душу.       — Я тоже люблю тебя, дорогой.