Третья часть. Дух прошедшего рождества

Прокашлявшись от дыма, Крив Кузьмич вновь осмотрелся по сторонам. Пару минут он побродил по аудитории, поглядывая на часы. «Надеюсь, они бросили эту идею» - вздохнул он и вышел из аудитории, закрыв дверь на ключ, предварительно убедившись, что в классе никого не осталось. В коридоре колледжа не было ни души, как это казалось. И освещения тоже не было: время давно за полночь. Крив Кузьмич подошёл к единственному источнику тусклого света во всём этом мраке – кофейному автомату. Призадумался на минуту, не вызовет ли ночной кофе бессонницу. «Конечно, вызовет» - подумал он и, тем не менее, потянулся к кнопке на автомате. Не успев её нажать, он обратил внимание на странный жёлтый свет, который стал исходить откуда-то из конца коридора. - Мда. – тихо пробормотал он. – Я уж понадеялся, что они одумались. – сказал он и пошёл на свет. В конце коридора висели большие, резные часы ручной работы. Это из них исходил свет, и огонь, пылающий вокруг них, но не касающийся самих часов, кажется, был настоящим и испускал тепло. Как только Крив Кузьмич подошёл к часам, рядом с ним вспыхнули новые языки пламени, но уже не горячие. «Пусть только попробуют подпалить мне фрак. За нарушение техники пожарной безопасности мы с ними ещё побеседуем…» - размышлял профессор, постукивая тростью. Нельзя сказать, что происходящее не производило своего впечатления. Просто Крив Кузьмич этого не показывал. - Скрудж! То есть Крив Кузьмич! – специально заниженный женский голос звучал как будто ниоткуда. Спустя секунду после этого возгласа из жёлтой дымки пред профессором возник «дух» в золотой маске и золотом одеянии, прикрывавшим и голову, и тело. - Вы презираете рождество! – «дух» не решился обращаться на «ты» к преподавателю. – И совсем не уважаете праздничный дух остальных! - Зато бедняков не обираю. - Да? Студенты – те же бедняки! А выходные – их хлеб! – строго причитал дух. - О боже… - Крив Кузьмич закатил глаза. – Ну и кто же ты в таком случае? - Ах да! Я – дух прошедшего рождества! И я покажу вам ваше прошлое, чтобы вы увидели себя со стороны и одумались! - Интересно на это посмотреть. – профессор сложил руки на груди и стал стучать носком сапога по полу. Дух прошедшего рождества стал глядеть на собственные часы и что-то настраивать в них. Послышался странный шёпот, доносящийся из цветочного горшка. Явно предостерегающий. Крив Кузьмич хотел было заглянуть, но не успел: окружение начало стремительно меняться, и горшок просто пропал с этого места. - Поехали! – крикнул дух. Пропали кофейные автоматы, сменилось время суток с ночи на день, изменилась резьба на ближайшей двери, и лишь часы, которым более трёхсот лет, висели на месте. - Ну вот! – гордо подметил дух. – Мы и на месте! - Должен признать, это впечатляет. – профессор оглянулся по сторонам. – Но как вам удалось… - Крив Кузьмич прищурился, рассматривая резьбу на двери. Он ощупывал каждый узор, как будто догадываясь о чём-то. Дух тоже подошёл к двери. - Только, кхе-кхе, я тут ничего не знаю. – пониженным голосом констатировал дух. – Я очень молодой призрак. Поэтому водить нас будете вы. Но тут послышался звук ключа в двери. Её открывали. Крив Кузьмич и дух тут же отошли за дверь, чтобы их не было видно тому, кто выходит. И увидев того, кто сейчас прошёл через эту дверь, Крив Кузьмич буквально опешил. Он наколдовал большую цветочную вазу и спрятался за ней, потащив за собой духа. Вышедшим из двери оказался сам Крив Кузьмич: ещё молодой, в буквальном смысле зелёный, с тёмными волосами и в сиреневой бабочке. С прекрасным зрением, ведь монокля на нём не было. Молодой профессор, услышав шорох, огляделся по сторонам и подозрительно глянул на неизвестную вазу. Он подошёл к ней и осмотрел её. Стараясь не дышать, дух и старый профессор затаились. - Наверное, для Василисы Васильевны кто-то из студентов притащил. – пробормотал молодой гоблин и, махнув рукой, отправился, куда шёл. Парочка, затаившаяся за вазой, выдохнула. - Так ты и впрямь дух прошедшего рождества? – прохрипел удивлённый профессор. - А это были вы? - Да, и если бы мы попались мне на глаза, это была бы катастрофа! – ворчливо причитал гоблин. - Часики мои! А вы в молодости были ничего! – дух случайно вышел из роли и запищал, как это свойственно ему по обыденности. – Т-то есть… - Ну всё понятно. – Крив Кузьмич потёр переносицу, узнав голос Алисы. – Шуточки у вас! Сейчас же возвращайте нас обратно! - С-сейчас не положено. Сначала вы должны… - дух замолчал, как только заметил на себе грозный взгляд профессора. – Увидеть… себя.. со стороны? – неловко захихикал дух. – Моей призрачной магии нужно восстановиться. Нужно минуточек десять. – дух пожал плечами, а Крив Кузьмич гневно сжимал трость в руке. - Доберусь я до вас! – выпалил профессор, чтобы остыть. – Мне здесь никому нельзя показываться на глаза! Вот согласился на свою голову! – пришлось понизить голос, чтобы не привлекать к себе внимания. – Ладно, «дух прошедшего рождества»! Призрак из вас, как из Алисы ответственная хранительница времени! - Ой, всё. – отвернулся дух. - За этим цветком нас быстро обнаружат. – Крив Кузьмич хрустнул пальцами. – Я этим заклинанием лет сто не пользовался, да и тогда оно у меня плохо получалось. Но попробуем… - профессор взялся за трость и наколдовал какие-то искры. Он произнёс заклинание, но ничего не произошло. - Чтоб тебя! – выпалил он, и его попутчица тут же пропала из поля зрения. - Ой! Вы пропали! И я пропал-л... – запаниковал призрак, глядя на свои руки. - Ха! Получилось! – ликовал профессор. – Почти… - уточнил он, увидев розовую туфлю духа прошедшего рождества. - И когда это пройдёт? – обеспокоенно спрашивал дух. - Ну, не знаю. – отвечал профессор. – Чтобы рассеяться, магии нужно время. Минуточек десять. – передразнивал он духа. - Ладно! Теперь дальше! – дух снова вошёл в роль и розовая туфля зашагала в направлении аудиторий. - А ну стоять! – пытался догнать духа профессор. – Чего это вы удумали? Мы должны переждать и вернуться! – ворчал он шёпотом, видя проходящих мимо студентов. Он и не заметил, как они с духом прошедшего рождества оказались в аудитории. - Побыстрее, ребята, занимайте места и начнём! – слышался знакомый голос с кафедры. Криву Кузьмичу крайне непривычно было наблюдать это со стороны, ведь он сам сейчас вёл урок, и в то же время… не вёл. Он поморщился и тихо зашагал к выходу. Повезло, что дверь была открыта. Потащить за собой духа прошедшего рождества было нетрудно – его выдавала розовая туфелька. - Вот, посмотрите свои результаты контрольных. Надо сказать, - преподаватель грустно вздохнул, без капли раздражения. – результаты неутешительные. Вам следует быть усерднее. - Ого, это точно вы? – шептал дух. - Выметайтесь из аудитории! – прошептал Крив Кузьмич, толкая призрака к выходу. Невидимку не поднять телекинезом. - Может, после каникул у вас будет больше сил на учёбу. А теперь начнём урок. – Доносилось из аудитории уже после того, как невидимки покинули её. - Да, это точно я! Молод, неотразим и… мямля. – фыркнул профессор. - Ну всё равно довольно ворчливо у вас получалось. И всё же вы не всегда были настолько закоренелым ворчуном. Что же случилось? – задумался дух. – Ой, точно! В книжке в прошлом ещё была девушка. Наверное, вас жестоко предала ваша любовь? Крив Кузьмич сдержал смех. - Да не было никакой девушки. Просто меня больше начала беспокоить успеваемость студентов. А особенно таких лоботрясов, как вот… она. – Крив Кузьмич показал невидимой рукой (что было бесполезно) на рыжеволосую девочку, опаздывающую на урок. Она топталась возле аудитории, явно испытывая стыд за своё опоздание, не в силах постучать в дверь. - Он меня убьёт… - пробормотала она, потянувшись к двери, не решаясь постучать. Крив Кузьмич как-то с грустью посмотрел на неё. «Да не убиваю я студентов, что за глупые метафоры» - подумал он. Через пару секунд он не выдержал и сам постучал в дверь, напугав девчонку, которой уже нечего было делать, кроме как зайти в аудиторию и начать оправдываться. - Она так похожа на… Алёнку! Это что же!? – Алиса больше не пыталась играть духа, но выдавать себя бы ни за что не стала. - Нет, к принцессе Алёне эта девочка не имеет отношения. Она не огненный маг. Сколько там нужно ещё вашей «призрачной магии»? – нетерпеливо профессор стукнул тростью. - Две минуты. Ой, кто это? – дух оглянулся на двоих, проходящих мимо аудитории. Двое были хорошо знакомы Криву Кузьмичу. Да и Алиса их знала, просто не могла узнать. Василису Васильевну – потому что в те дни она носила другую причёску, а профессора Звездочёта – потому что вообще редко его видит. - Вы не представляете, Василиса Василь-на, что мне, ква-а, приснилось сегодня! Спеша-ащие часы! – квакал Звездочёт, прыгая вслед за директрисой колледжа. - И что это значит? - Мета-афора. Будущее рядом с нами. Да и, ква-а, чутьё мне говорит: его и впрямь можно рукой ква-аснуться! – Звездочёт сказал это, когда проходил прямо мимо невидимок. Василиса Васильевна лишь снисходительно посмеялась на это. - А вот и Крив Кузьмич. – прошептал Звездочёт, и профессор-невидимка опешил. Потом лягушка указала на аудиторию, из которой вещал молодой профессор, и невидимка выдохнул. - Всё трудится. Надеюсь, заглянет к нам на чай после своего урока. – Василиса стала доставать ключи из кармана. - Он, ква-а, вчера переворчал и перетрудился… Крив Кузьмич внимательно слушал диалог своих коллег. Пришлось отвлечься, когда Алиса прошептала: - О! Ну всё! Назад, в будущее! – дух театрально нажал на часы, и диалог лягушки с Василисой уж не был слышен. - Ну наконец-то! – Он щёлкнул пальцами, и заклятье невидимости тоже было снято. – Ну, знаете, это совершенно никуда не годится! – ворчал Крив Кузьмич какое-то время, но затем понял, что вокруг него никого нет. И часы больше не светятся огнём, а освещает их лишь луна. Без малого два часа ночи. «Надеюсь, что хоть день хранительница времени не перепутала.» - подумал Крив Кузьмич и направился к своей комнате, которая находилась в другом крыле. Но благополучно добраться до комнаты не получилось.