4. Добыча

      — Он мой, малявка…              Лина обернулась на голос. Перед её глазами предстал высокий худой мужчина, одетый в потрепанное бежевое пальто и костюм. На его голове располагалась светлая широкополая шляпа, скрывающая глаза.       — Я не хотела, простите меня, я… — начала мямлить она, пятясь назад.       Лина готова была поспорить, что глаза мужчины сейчас хищно сверкают и оценивают каждое её движение. Она не видела его взгляд, но чувствовала, как тот скользит по ней, словно изучая.              — Хэй, Летум! Посмотри-ка, у нас тут воришка. Хотела обобрать нас почем зря… — мужчина ухмыльнулся.       Лина обернулась на звук шагов, раздававшихся у неё за спиной. Теперь она была окружена. Улица, на которой они находились была полностью пустой, не считая пары коробок и тела. Не было ни единого пути отхода. Мужчина, тихо вышедший из-за угла, был до дрожи жутким. Части его тела, которые не были закрыты одеждой, пестрили шрамами. Он пристально смотрел на девочку и, казалось, был готов наброситься в любую секунду, чтобы разорвать её на куски.       — Неприятно познакомиться! — проговорил мужчина в пальто. — Меня зовут Кенни, а это вот тело, что лежит сейчас в собственной крови, когда-то звали Филиппом. И, представляешь, он мне знатно задолжал… Упрямый ублюдок, хе-хе. Так сильно не хотел подыхать, что прогнал нас через пару кварталов.       Наглая и хищная улыбка не сползала с его лица. Он поправил головной убор, и Лина впервые увидела его глаза: холодные и прищуренные. Мужчина присел на корточки рядом с трупом.       — Видишь ли, девочка, — продолжил он. — Это моя добыча. Не знаю, как ты пришла к мысли о том, чтобы обворовать меня, но если уж решила, то нужно было действовать быстрее.       — Я не знала… Я не хотела вас обокрасть! — голос Лины сильно дрожал, пока девочка в ужасе вжималась в стену спиной.       — Как же? Так и не хотела? — Кенни рассмеялся. — Твои руки в крови, да и нож ему в горло явно всадил не я. Как он, кстати там оказался, а?       — Он сам, я ничего не… — Лина запнулась. — Я вообще не знала про вас, клянусь! Отпустите меня, я ведь ничего не забрала! Я здесь недавно, а…       Мужчина перебил её.       — Недавно? Еще скажи, что ты прямиком из дворца сюда спустилась, принцесса, хе-хе.       — Я… — Лина замялась, поняв, что сказала лишнее, но затем продолжила — Меня отправили сюда по ошибке…              — Ха-ха-ха! Слышал, Летум?! Так она действительно из надземья, ха-ха-ха! — залился смехом Кенни — А я-то думал, откуда у тебя такая хорошая обувь, — обратился мужчина к Лине. — сначала даже решил, что ты кого-то обворовала!       — Нет, я не обворовывала, я…       — Конечно, не обворовывала: у тебя взгляд как у загнанной овцы! Ты не то, что украсть ничего не сможешь, будет чудом, если сможешь причесаться сама! — он схватился за живот в приступе смеха. — Посмотри на себя, ты же абсолютно ни на что не годишься! Уж не знаю, каким чудом ты сюда попала, но точно долго здесь не протянешь, ха-ха-ха!              Кенни, казалось, был готов лопнуть от смеха, и даже Летум, стоящий у неё за спиной, издал звук, напоминающий смешок. Лина с бешеной скоростью перебирала в голове все возможные пути отхода, когда в её сознании всплыл образ кролика и воспоминания об уроке, который преподал ей отец.       «Жизни твоей семьи зависят от твоей, Лина. Ты не должна умереть. Ты должна бороться!»       Ей необходимо было собраться, чтобы выжить, иначе следующей ночью кто-то будет пытаться обворовать уже её тело, одиноко лежащее в ничем не примечательной подворотне.       — Ой, ой, золотко, погоди, — подал голос мужчина, когда Лина сделала пару шагов в его сторону. — Куда же ты собралась? Мы же только познакомились.       Кенни сам стал медленно приближаться к девочке. Лине хватило секунды на обдумывание, прежде чем достать пистолет и направить в его сторону.       «Борись!»       Мужчина поднял руки в саркастичном примирительном жесте.       — Хей, золотко, ну не надо горячиться! — его глаза блеснули, — откуда у тебя эта вещица, а? Может, мы и не сделаем тебе ничего плохого, если ты отдашь её нам, — он указал на пистолет и следом обратился к Летуму. — Знаешь, сколько можно выручить за такой, а? А патроны еще лучше скупщику зайдут, хе-хе.       — Я не отдам вам его! Отойдите пожалуйста! — выкрикнула Лина.       — Пожалуйста, ха-ха-ха! Нет, Летум, ну ты слышал?! Она сказала — «пожалуйста»! — Кенни вновь залился смехом, хватаясь за живот.       Лина держала пистолет на вытянутых руках, и предмет ходил из стороны в сторону из-за дрожи в них. Её взгляд бегал от одного мужчины к другому в попытке определить, кто же опаснее. Это не скрылось от глаз мужчины, который заметил замешательство девочки.       — Золотко, послушай, — его голос обрел жесткость и холодность. — Теперь у тебя есть выбор. Либо ты отдаешь пистолет по-хорошему, либо по-плохому. Всё равно долго ты не протянешь, так что мы можем сократить твои мучения. Считай это подарком.       Он развел руками в стороны в примиряющем жесте, и в этот момент Лина услышала быстрые шаги в свою сторону. Не успела она среагировать, как Летум выбил оружие и заключил в кольцо из рук со спины, приподняв над землей.       Лина издала звук, похожий на рычание. Она боялась, тряслась всем телом, но не знала, что делать. Слезы то и дело норовили набежать на её глаза, но девочка упрямо им сопротивлялась.       — Слушай, ты бы все равно не выстрелила. Кишка тонка. Не по-королевски это, не по тебе… Так что лучше давай быстро с этим покончим, что скажешь?       Кенни всё также оставался в стороне, было видно, что он уверен в своих словах. Что он мог от неё ожидать, если не покорства?       «Борись!»       У неё был лишь один шанс.       «Вернись домой!»       Либо она, либо они.       «Давай же, трусиха!»       Лина собрала всю свою волю в кулак и укусила Летума за руку с такой силой, что во рту девочки вмиг распространился железный вкус крови.       — Ах ты блядь! — Летум разжал руки, роняя Лину на землю.       Пистолет стал её шансом на спасение. Быстрым движением руки она дотянулась до него, перевернулась на спину и, зажмурившись, несколько раз нажала на курок.       На секунду Лине показалось, что мир замер. Все звуки стихли, а в её ушах стоял несильный звон. Девочка почувствовала, как несколько теплых капель упали ей на лицо. Она провела рукой по щеке и открыла глаза: на её пальцах отпечатался свежий след крови.       Раздался глухой звук, будто что-то грузно упало на землю. Лина перевела взгляд с руки и увидела, что обмякшее тело мужчины неподвижно лежит на земле.       — Черт, — Лина рывком отодвинулась от мужчины и привстала на локтях. — Я его… Убила?       Сзади послышался смех, заливистый, истерический. Лина уже и забыла о Кенни.       — Да уж, не ожидал я от тебя такого, — сказал мужчина, как только чуть отдышался.       Лина вскочила на ноги и повернулась к нему лицом, выставляя пистолет вперед, но он даже не поменял своего положения и пристально глядел на неё.       «Теперь он точно меня убьет».       — Тебе хоть сколько лет, а? Девять, десять? — ухмыльнулся он — Знал, я одного пацана… Ты мне его чем-то напомнила. Правда он был на несколько лет старше тебя, когда впервые убил человека. Но, получается, что ты его в чем-то даже переплюнула, хе-хе… И как ощущения, принцесса? — саркастично добавил он.       Лина молчала. Она не знала, что сказать. Что можно чувствовать в этот момент? Отвращение к себе и страх — это всё, что занимало её мозг. Уж точно не гордость, по поводу того, что она кого-то обошла.       — Если вы двинетесь, я снова нажму на курок, — тихо сказала Лина.       — Сомневаюсь. Я, конечно, тебя недооценил, но второй раз ты на это не решишься.       Опять эта наглая ухмылка. Лина хотела стереть её с его лица. Но Кенни был прав, она не хотела больше стрелять. Её мысли все время возвращались к убитому ею Летуму и мужчине, которого она хотела обокрасть. За последние полчаса она натворила столько, сколько некоторые люди не делают за всю жизнь.       Она убила человека. Она перестала быть человеком.       — Ну не переживай так, — мужчина запустил руки в карманы. — Можешь считать, что убила животное. Все равно эту тушу тяжело было назвать человеком даже когда он ещё дышал. Бесполезный кусок дерьма, — скрипнул он зубами.       Кенни начал медленно идти в сторону Лины.       — Давай-ка ты всё-таки отдашь мне пистолет, а взамен я сохраню тебе жизнь? Что скажешь? — спросил он.       — Не подходи ко мне, и я не выстрелю, — парировала Лина, набравшись немного смелости.       «Терять уже нечего. Я вернусь домой.»       — Не сможешь, — ответил мужчина. — У тебя руки трясутся, так, что ты даже прицелиться не сможешь.       «Чего он добивается? Дразнит меня?»       — Если ты хочешь это проверить, то подойди ближе, — голос девочки предательски дрогнул.       Мужчина чувствовал её неуверенность. Может Лина и говорила, что выстрелит, но он был уверен в том, что она не сможет и уже чувствовал вес денег за продажу оружия в своем кармане.       Кенни ускорил свой шаг, и стал доставать руки из карманов, что напугало Лину, она зажмурилась и сделала три выстрела.       — Твою мать! Вот стерва блять! — прокричал мужчина, схватившись за колено.       Лина развернулась к нему спиной и побежала. Последнее, что она услышала был его рык и брошенные ей в спину слова.       — Я тебя убью, сучка мелкая! Беги пока можешь!       Кенни до конца не верил, что ей хватит на это смелости и умений. Как вообще она в него попала? Случайно? Он не любил случайности, просто терпеть не мог.       Минуты длились бесконечно. Лина Бежала со всех ног, пробегала улицу за улицей игнорируя тяжесть в легких. Босая ступня постоянно отдавала болью, но она упрямо неслась вперед. Слезы скатывались по её щекам, а пистолет в руке ощущался как нечто инородное и очень тяжелое.       «Как можно дальше от дома. Не привести его домой.» — единственное, что крутилось у нее в голове.       Лина бежала так быстро, что не заметила человека и влетела прямо в него. Боль обдала её спину и затылок, когда она упала на землю, а пистолет вылетел из ее руки и проскользил по земле около метра.       — Твою-то мать, какого хре… — раздался мужской голос.       Боль пульсировала в висках, но Лина сквозь приоткрытые веки смогла немного разглядеть человека, стоящего перед ней. Это был молодой светловолосый парень лет шестнадцати, который смотрел на неё широкими глазами.       — Черт, ты кто такая? — спросил он.       Лина не ответила и лишь откинулась обратно на землю, сжимая руками голову и щурясь от боли.       Молодой человек был ошарашен. Девочка перед ним лежала вся в грязи и крови. Ее кофта была порвана, а одного сапога и вовсе не было. Казалось, она абсолютно не видит ничего перед собой, находясь в полной прострации.       — Если ты хочешь меня обокрасть, то ты перебарщиваешь со своей актерской игрой, — с неким недоверием сказал он, отшагнув назад.       Лина издала приглушенный стон и перевернулась на бок, поджимая ноги под себя. Слёзы лились из её глаз, оставляя светлые дорожки на заляпанных щеках.       «Как же больно… Что я натворила, папа…»       — Эй! Ты что… Не притворяешься? — парень попытался осторожно заглянуть ей в глаза. — Тебе… Нужна помощь?       — Нет! — едва набравшись сил, тихо выдавила Лина. — Уйди!       Девочка затряслась и завыла как раненый зверь. Всё чего она хотела, так это просто остаться здесь и забыть обо всем, что произошло. Её голову будто обернули в железный обруч, мысли давили с неимоверной силой. Перед её глазами все плыло, а тошнота снова накатывала волнами.       «Я убийца… Не помогла… Не хотела.»       Слезы объявили о себе с новой силой, и девочка содрогнулась в рыданиях.       «Папа тоже умер из-за меня… Я должна была помочь, он же просил… Мама и Пвилл тоже страдают из-за меня… Я беспомощная и слабая…»       — Эй, тебя как зовут хоть? — аккуратно спросил парень. — Меня вот — Майк.       Молодой человек не понимал, что ему делать. Девочка, лежащая перед ним, вызывала и недоверие, и сочувствие одновременно. Он не мог оставить её, но и помогать тоже не особо хотел: вдруг она всё-таки решит его обобрать или что-нибудь вытворит?              — Ты… Ты хочешь, чтобы я помог тебе? Что ты хочешь? — он решился немного приблизиться к Лине и положил ей руку на предплечье.       Девочка вмиг среагировала, отпрянув от него. Рыдания прекратились и теперь она смотрела на него со страхом и недоверием в глазах.       За последний год ей все хотели причинить вред, никто не предлагал свою помощь. Он не может быть таким добрым. Никто не может.       — Отойди! Не трогай меня! — Лина боком отползла от молодого человека. Весь мир в ее глазах кружился, она плохо ориентировалась в пространстве и не могла точно сфокусировать взгляд на человеке перед ней.       — Эй, тихо! — спокойным голосом произнес молодой человек, присаживаясь на корточки. — Я не сделаю ничего плохого! Так тебе нужна помощь?       — Нет, мне… — глаза Лины бегали из стороны в сторону в попытке сфокусироваться. — Не нужна! Уходи!       Резкая боль сдавила её голову, и она схватилась рукой за лицо.       — Аййй… — простонала она.       — Сильно ударилась? Что с тобой произошло? — спросил Майк.       — Я бежала… Пыталась убежать от тех мужчин… А за мной никого нет? — резко спохватилась она, и попыталась оглядеться.       — Нет, вроде нет, — Майк оглядел переулок, из которого вылетела девочка, — за тобой кто-то гонится? — теперь уже обеспокоенно спросил парень.       — Я не знаю… Черт, как больно… — Лина снова застонала и обессиленно положила голову на землю.       Холод земли немного притуплял головную боль. Девочка закрыла глаза, понимая, что даже если Майк захочет ей что-то сделать, она не сможет дать ему отпор, и она отключилась.       — Папа?!       Маат присел на корточки и поравнялся глазами с дочкой.       — Метко. Ты запомнила, чему я тебя учил, дочка. Молодец.       — Я его убила… Как же ты можешь такое говорить?       — Ты выиграла в своем первом сражении за жизнь. И поэтому я хвалю тебя.       — Но пап… Почему ты тогда не боролся? Почему ты бросил нас?              Маат промолчал.       — Пап, почему я должна это делать? Объясни мне!       Мужчина поднялся на ноги и стал удаляться от дочери.       — Не уходи! Я не хочу этого больше! — Лина заплакала.       Маат замер на секунду и, обернувшись, произнес:              — Боль не убивает нас, милая. Боль делает нас сильнее в желании её избежать.