Жиповник

Джен

      — Подождите, Мессир Огневспык! — Гогия указала на растение с маленькими шипами и насыщенно-синими кончиками листьев. — Вы знайте как оно называется?       Ворча себе под нос, Константин вернулся и низко склонился над сорняком: всё-таки зрение уже не то.       — Жиповник обыкновенный. Считай сорняк.       — Вы хотели сказать ши…       — Я сказал что хотел сказать, Джозеф! И как тебе только наглости хватает поправлять меня?! Неужто ты, безмозглый балабол, меня от своих собутыльников отличить не можешь или считаешь себя умнее всех?!       Пока эти двое выясняли между собой столь непростые отношения, Гогии пришла в голову отличная, как ей показалось, идея. Трубка всегда под рукой, пара нехитрых манипуляций с листьями растения, элементализм, чтобы их поджечь…       — … Посмотрите вы на него! Хлебом не корми – дайте выпендриться!       А Джеспар только и сделал предельно серьёзное выражение лица, стараясь не засмеяться, иначе точно всем несдобровать.       — И почему я до сих пор здесь с вами!? — Константин замолчал. — Это что ещё за запах? Оба обернулись к Гогии.       — Во имя Вина! Нет!       — Глупая женщина! Брось это!

Гет

      Подхватив тело Гогии, Джеспар чуть не упал вместе с ней.       — Милая дама, эй!       Он, рассчитывая на какую-нибудь реакцию, помахал рукой перед её довольным лицом. Константин осуждающе покачал головой и полез в седельную сумку, не забывая бросаться оскорблениями, в которых всё-таки была весомая доля правды.       — Ты слышишь меня?       — Ты такой душечка, Джепсер! — глупо засмеявшись, Гогия взяла его за лицо и попыталась поцеловать, но под действием жиповника тело ослабло. Её руки повисли, как у тряпочной игрушки, глаза закатились, а изо рта потекла слюна. Перед глазами всё заиграло новыми красками.

Слэш

      — Ах, ты…! — Константин подлетел к ним (в прямом смысле). — А ну убери свои ручонки, женщина! Он мой!       Выбив обмякшее тело из рук Джеспара, Константин схватил того за руки, притянул к себе и жадно впился в губы.       От удара о камень, Гогия потеряла сознание, продолжающее вырисовывать всё больше образов и абсурдных сцен.

Фемслэш

      — Мне комнату на час.       Одетая в зелёное женщина с чистой смуглой кожей положила на стойку кошель и приняла у трактирщика ключ, а затем направилась наверх.       Не в силах оторваться от её зада, Эсме не заметила, как эль начал переливаться через края кружки. Лишь когда капли, просочившись через старый стол, попали на ноги, она пришла в себя, оставила бутылку и второпях подошла к стойке.       — Кто она? Неважно! — Эсме высыпала хозяину таверны полсотни медяков. — Принесите ей в комнату самое лучшее вино, еду и меня! Теперь эта комната снята на два часа!

Другие виды отношений

      Подойдя к фигуре в плотном капюшоне, Отец наклонился и попытался взглянуть на его или её лицо. Фигура напротив, вероятно, засмущавшись, отстранилась и скрылась в тени.       — Простите, но мне это приносит неудобства.       И даже по бархатному голосу затруднительно было определить какого пола этот наёмник. Но Отцу не принципиально. Его привлекает аура, что нельзя перепутать ни с одной другой. Этот человек ведь даже и не подозревает насколько особен в сравнении с весомым большинством.       — Учту.

Смешанная

      Заходит Джеспар в Серебряное облако и началось…

Романтика

      Джеспар отвёл взгляд и упёрся о холодный камень. Великолепный вид открывался со старой смотровой башни. Лунный свет, падая на седую макушку, тенью скрыл растерянный взгляд и лёг на жилистые кисти.       — Что? — усмехнувшись, прервала песнь сверчков Гогия и положила руки ему на плечи. — Я не против, да. Разве я сказала что-то непристойное?       — Нет, — тихо ответил Джеспар, — не сказала. Он осторожно развернулся и взял её за руки.       — Бесспорно ты прекрасна,

Ангст

      — но я пас…       Не сказать, что Гогия испытывала к Джеспару какие-то чувства сильнее симпатии и влечения, но тем не менее на душе стало тяжело. Ему удалось каким-то случайным, – таким же глупым, как и он сам, – образом в неё запасть. Но этим отказом он всё испортил: запятнал и отравил почву, в которую сам же и посеял семя. Вопрос: нахрена?       «Зачем ты это сделал, Джаспер…? Зачем………?»       Но Гогия не осмелилась это спросить. Она лишь натянуто улыбнулась и спрыгнула вниз.

Драма

      Первые несколько дней Джеспар скорбил, виня в произошедшем себя. Тот хруст ломающихся о камни костей постоянно преследовал его. Казалось, каждый прохожий на него смотрит с неким осуждением и отвращением. Оно и неудивительно: по городу быстро разнеслась весть об одарённой беспутной женщине, пережившей орденское испытание, но так и не справившейся с муками задетого самолюбия.

Повседневность

      Но Джеспар не совсем дурак, потому с полным пониманием того, что он не обязан нести ответственность за чужие спонтанные решения, забил хуй и пошёл по скриптам кутить сутками в кочевнике.

Hurt/ Comfort

      — Плохо, — Константин выглядел на редкость обеспокоенным. — На её лбе завтрак можно готовить.       В подтверждение сказанному, дыхание Гогии участилось, лицо покраснело. Организм всеми силами старался справиться с лихорадкой. Тихое бормотание не различить за шумом ветра.       — Камень и храм подождут. Нам стоит сейчас же вернуться к башне мирада, — заключил Джеспар, залезая в седло.       — Нет, — Константин схватил того за край брони и стянул обратно на землю, — не для того старик учился столько лет, чтобы бежать, спотыкаясь, как пёс плешивый, в город! Занеси её в какой-нибудь более-менее целый дом и не трогай! Я видел здесь травы, что могут помочь… Переубеждать Константина? Нет, спасибо.       Делать нечего и Джеспар был вынужден сделать, как тот и просил. Гогия, мучаясь от жара пыталась стянуть с себя доспехи.       — Нет, милая дама, нельзя, — он аккуратно перехватил дрожащие руки, пусть у неё бы и так ничего не вышло. — Потерпи немного.

Флафф

      Теалор и не думал, что когда-нибудь вновь испытает подобные чувства да ещё и за столь короткое время. Быть может, всё дело в возрасте, в периодически тревожащим сон чувстве вины перед Наратзулом и Ирландой или, как бы банально и поверхностно это не звучало, в самой расе Прорицателя, к которому Теалор проникся отцовскими чувствами.       Разумеется, Гроссмейстер того не показывал, но это всё равно замечали окружающие. Только если большинство игнорировали, то Натара напрямую задавала неудобные вопросы, на которые Теалор не знал и знать не хотел ответа.       — Не спрашивай, — вручив Прорицателю в руку брошь Наратзула, он отвернулся. — Я просто хочу, чтобы это было у тебя. Носить или нет – дело твоё.       Прорицатель смотрит на брошь с недоумением, поднимает взгляд на Теалора, а затем пожимает плечами, примеряет её, как какую-то безделушку, и тихо благодарит.

Дарк

      Гертруда верила. Верила всем сердцем и не допускала сомнения, что поступает правильно. С мыслью, что это самопожертвование не будет напрасным, она нанесла последний удар по камню Ринеуса и Маяк, как и ожидалось, взорвался. Как глупо.       И почему она и Калия поверили в возможность всё исправить и обыграть Высших? Чёрный Страж прав: они ведь даже не младенцы перед ликом времени, даже не плод в материнской утробе и даже не семя мальчика, у которого только-только начинает формироваться тело.       Жертва Пророчицы была напрасна, Калия не сумела покинуть Эндерал: мирадов, которыми не воспользовались другие, чтобы спастись, перебили. Да и как бы она им смогла управлять? На хранителя ведь учатся годами. Сама мысль о побеге была до абсурда наивной. Как прискорбно, что поняла Калия это только когда стало слишком поздно.       Очищение произошло. Неправильно, но произошло. Произойдёт потом. Человечество слишком разобщено, чтобы тягаться с естеством. Это просто глупо и по-детски наивно. Всё было зря.

PWP

      Испытание. Калия и Дунвар почти в один момент рухнули, потеряв сознание. Склянки, из в которых они пили, со звоном покатились вниз по каменным ступеням и разбились. Вновь настала гробовая тишина Шепчущего леса.       — С ними всё нормально, — объяснил Джорек.       — Простите, но что насчёт меня?       — А для тебя, вундеркинд, — Джорек, хищно ухмыляясь, обошёл алтарь, что разделял его и беспутную, — будет особое зелье.

Экшн

      Она бежала оттуда так быстро, что и не заметила, как оказалась посреди морозной пустыни. Мышцы ног гудели, лицо кровоточило от удара ветвей, встречающихся на пути. Сердце, словно иглами кололо изнутри – ещё немного и оно точно разорвётся. Язык и губы сухие от обезвоживания, а на лбу проступил холодный пот.

Нецензурная лексика

      — С такими экзаменами сами ебитесь со своим Очищением! Я, блять, ухожу!

Попаданчество

      — Задница Андрасты, а это ещё что!?       — Отступник?!       — Поверь мне, я и сам не знаю.       — Упс, не то, — растерялся Юслан и зашёл обратно в Мироходец.

Трагикомедия

      Пророк так торопился к чёрным камням, намереваясь их уничтожить, что неудачно споткнулся, кубарем прокатился обратно вниз и свернул себе шею.

Омегаверс

      Манящий запах омеги в сезон течки слаще самого сладкого рулета, который только можно было найти у килейских торговцев сладостями. Этот запах заставил Брата Скорбь забыться – казалось бы, это немыслимо. Ох, кто бы мог подумать, что Брат Ярость окажется омеш7ов9аэ ы57ав ажыце5ВЫА Ф вце87дыажд ладно-ладно я не буду это писатб2щывалз7щыа0ЫАДЖ ТАРАРЭЛЬ ПРЕКРАТИ ПОЖАЛУЙСТА МЕ БОЛЬнВАЛЖЫВ090АЛЖ89з ъээъс569я98э9чъ00000000

Дорожное приключение

      Гогия закапризничала на зависть любому избалованному ребёнку.       — Я устала! У меня болят ноги!       — Мы сейчас верхом на лошади, — устало сказал Джеспар, ехав рядом на случай, если вдруг Гогия упадёт.       — Седьмое пекло! Уж лучше бы она была без сознания! Только тварей всяких к нам привлекает! Конь Константина фыркнул в подтверждение его слов.       — Ну зато не скучно, — попытался Джеспар.       — Хоть ты-то рот закрой!       — Я хочу на море! Везите меня на море!

Юмор

      Подарили однажды Тараэлю расчёску.

Стёб

      — Странно. Мне всегда помогает.       Толпа зевак с ужасом и недоумением смотрела на человека в капюшоне, засовывающего в сквозную рану умирающего хлеб и крендельки.

Songfic

      Вот и помер Константин…

Притча

      Поленился Пророк однажды молодой навести в рюкзаке своём порядок – так и спустился в шахту глубокую-глубокую, тёмную-претёмную, что пиздец. Выбрался оттуда лишь часов через пять, ведь негоже выбрасывать тарелки, каждая из которой стоит по десять и более медяков.       Долго и неспеша возвращаясь в город-столицу, Пророк услыхал звон чудной – где-то корень Вина! Столь редкое растение нельзя было оставить и отправился Пророк, навострив оба уха, (даже шлем снял, мол, лучше слышно будет). И тут из кустов, выбегает огромный медведь бурый. Взмолился было Пророк о пощаде, но медведь и слушать не стал, ибо был самым обыкновенным, а не сказочным, в отличие от главного героя. Конец таков, мораль проста: меньше жадничайте и не ленитесь выносить мусор.

ООС

      — Смертельная Гадюка? — обратился Тараэль к заворожённой его появлением женщине на арене. — Подуши мою гадюку.

BDSM.

      Сжав связанные руки в кулаки, Джеспар был вынужден терпеть жгучую боль от ударов по спине и ниже. Тело содрогнулось от нового – на редкость сильного. Из глаз выступили слёзы. Нужно только дождаться, когда это наказание закончится. Всё-таки он его заслужил.       — Это за те слова в Серебряном облаке! — ещё удар. — А это за идиотский побег!

Стихи

Дева не умственно отсталая, Но неизлечимо больна, верно. Во взгляде безумие алое – Ни с чем не перепутать ту скверну. Кровью окропить бы клинок милосердия. Да, жестоко, но выбора нет. Нет надежды, нет и сомненья. В подвале том теперь труп, убитый горем отец, и банка варенья.

Нестандартная поэзия

В печи нежится хлеб свежий, ого! И булочки сдобные, мммм! Я сегодня попью молоко. Спасибо-спасибо-спасибо! Кровь стыла в жилах, увидев Гадюка его мужчину в узких штанинах. Его гадюку она захотела. Тараэль разрыдался, Лето без головы остался.       — Так, Даль'Миту больше не наливать!

Беременность.

      — Максус…       — Аврора?       — Максус…!       — Аврора?!

Смена пола.

      Как там… ? >showracemenu

Инцест

      — Мильберт, а мне тут под светопылью пришла в голову одна замечательная идея…

Твинцест

      — Джеспар, мне тут камень подсказал одну замечательную идею…

Статья

… вот поэтому настоятельно не рекомендуется брать в рот что попало. Даже ради алхимии.

Уют

      Очнувшись, Гогия почувствовала себя неоднозначно: она, укутанная в мягкий плед, находится в тёплой комнате, в воздухе стоит запах тушёной картошки, а откуда-то снизу раздаётся приятная мелодия, – но при всём этом хотелось вновь лечь спать, дабы головная боль не мучила.       — Творец, что это было? Сколько я…?       — Не так долго, как тебе кажется, — это был Джеспар. Он присел рядом и протянул тарелку с едой. — Не считая Туманного и дороги сюда, меньше часа. Ты как? Гогия, всё ещё пытаясь прийти в себя, взяла её и поставила на колени.       — И нормально и не очень. Где мы? Это таверна? Джеспар кивнул и сказал, что Константин около десяти минут назад решил пойти к Храму без них и приказал в случае, если Гогия не проснётся, присоединиться через два часа.       — Предлагаю сделать вид, будто ты не пришла в себя. Лишний отдых даже мне не помешает. Она усмехнулась и осторожно попробовала небольшой кусок мяса. Всё ещё горячий, но не настолько, чтобы было невозможно есть.       — Мне нравится твоя идея.       — Уж всяко лучше той, чтобы курить всё подряд? Без обид, милая дама.       Гогия надулась и, вспомнив свои видения, смутилась. Причудится же такое. Или нет? Вдруг жиповник обострил её чутьё или открыл новые возможности Эха? А, может, всё сразу?       — Да нет, бред какой-то…       — Что говоришь?       — Говорю, что всё нормально. Джеспар пожал плечами и встал.       — Я вниз за вином. Тебе что-нибудь принести?       — Да. Что-нибудь сладкое.       Он развернулся и направился к двери, как Гогия снова окликнула его, исковеркав имя.       — Пока не забыла… Не знаешь ли ты случайно какую-нибудь Адилу? И ещё: что такое Ралата и омегаверс?