19. Чувствительная девочка

      Проснулась я сегодня довольно легко, чувствую себя так, будто и не было вчера всего ужаса на подстанции. Паша все еще сопит мне в ухо, сжимает рукой под грудью и я осторожно разворачиваюсь в его объятиях, чтобы не потревожить его сон. Мой хороший... Любимый... Спасибо, что выслушал, понял и поддержал. Не отказался от меня в такой непростой период. Мне правда стало легче, всего на капельку, но легче. Я более не ощущаю себя сумасшедшей, запирая чувства на несколько замков, не давлю эмоции в себе и могу не скрываться от тебя. Я знаю, что впереди меня ждет еще масса испытаний на прочность, но я теперь не одна, а вместе мы обязательно справимся. - Доброе утро, моя чувствительная девочка - Паша улыбается мне в плечо и сильнее стискивает в объятиях. Я успеваю подумать лишь о том, каким же подходящим прозвищем он меня наградил... Чувствительная девочка... Так ласково, так правдиво, но так по-особенному приятно. По моему телу льется тепло, обволакивает невесомой простынкой, проникает в каждую клеточку. Я прикрываю глаза от удовольствия, наваливаюсь на мужа, переплетая и ноги тоже, чтобы площадь соприкосновения наших тел была как можно больше. Впереди один из тысячи тяжелых дней, которые мне предстоит с достоинством пережить, мы оба это понимаем, поэтому Паша позволяет напитаться его энергией. - Спасибо - тихо шепчу я в ответ и мы продолжаем молча лежать ровно до тех пор, пока будильник не вырывает обоих из сонной неги.       Приходится подняться первой, чтобы собраться на работу. Сегодня второй день проверки, связанной с объединением, надеюсь, он пройдет лучше, чем вчера. По крайней мере, я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы этого не допустить. Вернутьсв домой живой и невредимой. За завтраком мы по большей части молчим, я лишь изредка касаюсь босой ступней Пашиных ног, ощущаю тепло через носки. Паша поднимает на меня свои светло-серые глаза, чуть поднимает уголки губ и касается пальцами запястья. Он не лезет с вопросами, ему бы переварить вчерашнее открытие касательно меня, а потом и фееричное появление матери. Он в замешательстве и я это чувствую, в глаза собирается печаль, но я пока не буду лезть с вопросами, все слишком свежо и остро. В голове ненароком всплывают слова гадалки, любовницы Арефьева, от которой я тогда отмахнулась, фыркнула и даже слушать не стала, а сейчас... "Печаль у него на сердце, но ты ее не растопишь". Да, не растоплю, с мамой он должен сам помириться, услышать ее, понять и простить. Этого за него я сделать не в силах, но могу его к этому подтолкнуть. По крайней мере, попытаться. - Ну все, милая, я побежал на вызов - недавно по громкоговорителю объявили бригаду Рыкова, но прежде, чем прыгнуть в машину на первый вызов, Паша забежал ко мне. В считанные секунды сократил расстояние, перегнулся через стол и поцеловал в губы. Мягко, ненавязчиво, совсем без намека на продолжение, которого тут же захотелось. Первым отстранился, заглянул в глаза и серьезно сказал - Пожалуйста, защищайся от чужих эмоций. Не знаю как... Может, представь стеклянную стену между тобой и собеседником, о которую бьются летящие в тебя эмоции и рикошетом отправляются обратно. Я знаю, моя чувствительная девочка, это непросто и крайне энергозатратно, но пожалуйста, поработай над этим сама. Я не всегда смогу быть рядом, чтобы остановить кровь из носа или привести тебя в чувство после обморока. Я постараюсь быть как можно чаще, но и ты сама должна научиться отбиваться. Разделять эмоции на свои и чужие и не давать последним проникнуть тебе в сознание, чтобы управлять. - Я попробую, Паша, обещаю - честно отвечаю я и переплетаю наши пальцы. С его на мои тут же начинают перескакивать приятные мурашки спокойствия, строгости и собранности. Я глубоко вдыхаю, потом медленно выдыхаю и наконец выпускаю его кисть. - Увидимся, милая. Удачи с проверкой, я знаю, что ты лучший руководитель! - напоследок поддерживает меня Паша и закрывает дверь.       Я еще несколько секунд смотрю на дверь, что сейчас закрылась за моим супругом. В кабинете до сих пор причтным шлейфом скользят эмоции, приятно проникают в голову, но от них я отгораживаться совсем не хочу. И все-таки, приходится признать, что Паша прав, мы оба это знаем. Может, действительно стоит попробовать отгородиться, рисовать воображаемую стену между мной и другими? Я не могу знать, сработает ли это, равно, как и Паша, но стоить попробовать, чтобы начать хоть с чего-то. В груди просыпается страх за себя, что не справлюсь, не смогу, но я старательно его отгоняю, правда, это совсем не просто. Свои собственные эмоции пока отказываются меня слушаться, я слишком от них зависима. Приходится быстро переключиться на лежащий передо мной отчет, чтобы занять голову цифрами. Это дело требует концентрации, а она уже вытесняет все ненужное из головы.       Спустя время, я сняла очки и положила их на стол прямо на бумаги. Внутренности неприятно скручивало, страх противными мурашками проникал под кожу. Я тряхнула волосами, в попытках отогнать морок, но он никак не сходил, значит, эмоция явно не моя. Я в непонимании заозиралась по сторонам в поисках источника и тут открылась дверь кабинета, а на пороге появилась Марина Леонидовна. Теперь понятно, откуда ветер дует... - Добрый день, Ольга Кирилловна - она застыла на пороге, внимательно заглянула мне в глаза, словно пытаясь там что-то увидеть. Меня нехило передернуло и она тут же нахмурилась - Все в порядке? - Да, извините, Марина Леонидовна, все в порядке - я откашлялась и мысленно перед взором выставила стеклянную стену - Проходите, присаживайтесь. Чай, кофе или сразу к делу? - Ольга Кирилловна... - пробормотала женщина и с силой сжала ручку сумки. Ее переживание я чувствовала кожей, но как могла, отбивалась, не разрешала себе подключаться к ее эмоциям, пока она продолжала взволнованно бормотать - Оль... Я надеюсь, вы... то есть, ты не против, если я буду так обращаться - Ладно - я лишь безразлично пожала плечами, не чужие ведь люди, как оказалось. Не буду же я своей свекрови рассказывать, как ко мне обращаться? Да и просто Оля звучит даже как-то логичнее, нежели по имени и отчеству - Оль, ты хорошо себя чувствуешь? Ну, просто вчера ты... - Аверина запнулась, на пару секунд замолчала, обдумывая, видимо, как назвать вчерашний перфоманс, но я ее прервала коротким: - Я нормально, просто переутомление - мне кажется, совсем не время и не место говорить сейчас о моих способностях. Я уверена, что мы встречаемся далеко не в последний раз, так что у меня есть еще время взвесить все "за" и "против", рассказывать ли вообще об этом - Я очень надеюсь, что это не из-за меня - горько усмехнулась Марина Леонидовна. В ее голосе сквозила печаль и мне отчаянно хотелось ее поддержать, поэтому я постаралась представить самую крепкую стеклянную стену из пуленепробиваемого стекла, а потом коснулась пальцами ее прохладного запястья - Нет, что вы, совсем не из-за вас. Говорю же, переутомление, просто перенервничала перед проверкой - я ободряюще улыбнулась и сильнее сжала ладонь.       Вместо ожидаемых неприятных мурашек беспокойства, которые обычно распространялись со скоростью света, я почувствовала лишь легкое покалывание по коже. Нет, эмоции я ощущала и отчетливо различала, какие именно, но внутрь меня они просачивались в меньшем количестве. Похоже, Пашин способ рабочий, уж не знаю, сам ли придумал, или где-то достал... Удовлетворенно кивнув, я придвинула госпоже проверяющей стопку с документами, которые я должна была на сегодня подготовить. Она пару секунд на меня посмотрела, так, словно хотела что-то еще спросить не по работе, но в последний момент передумала и открыла первую папку с ответами. Ну, ладно, значит, еще не время. Минутка откровений закончилась, пора и честь знать, работа сама себя не сделает.       За отчетами время летело совершенно незаметно. Пока Марина Леонидовна с интересом листала папки с личными делами сотрудников, я разбиралась с тем, что накопилось за месяц и требовало моего немедленного внимания, напрочь забыв о том, что в кабинете я не одна и параллельно неплохо было бы контролировать чужие эмоции, вернее, их отсутствие в моей голове. Внезапно, в глазах потемнело, они словно налились свинцом и я стянула очки. Шумно втянула носом воздух, когда в висках застучало от напряжения, а потом буквально силой заставила себя подняться и подойти к графину с водой. За всеми моими действиями настороженно наблюдала свекровь, я ощущала ее взгляд между лопаток, поэтому развернулась в немом вопросе. Что опять у нее за мысли в голове, что меня так ведет? Я заскользила взглядом по месту, за которым она сидит, а потом мои глаза зацепились за знакомые фотографии. Ну конечно, она сейчас изучала наши с Пашей личные дела! - Оль, все в порядке? - Да, просто голова закружилась - как можно безразличнее отозвалась я. Марина Леонидовна только скептически хмыкнула, похоже, мой ответ ее совсем не устроил: - И часто она у тебя так кружится? - в голосе послышалась хитринка, она явно на что-то намекала - Нет, второй раз только. На погоду, наверное - отмахнулась я и встретилась с ней взглядами. Мысленно представила между нами стеклянную стену, но вскоре она начала покрываться трещинками от ее эмоциональности. Я тяжело вздохнула, снова надела очки и уткнулась в бумаги, стараясь показать всем своим видом, что разговор окончен, правда некоторое время еще ощущала на себе ее тяжелый внимательный взгляд. - Ольга Кирилловна, там... - в кабинет влетела взволнованная Васильева - Что там? - устало спросила я. Вот не дадут нормально поработать! Надеюсь, мои сотрудники ничего не отчебучили... - Там вас проверяющие в аптечку требуют - протараторила Лиза, а я лишь удивленно вскинула брови: - Пусть к Сан Санычу обращаются, он у нас там царь и бог. Я-то тут при чем? - Не знаю, что там случилось, но меня прислали за вами - господи, вот только проблем в аптечке нам не хватает! - Иду, Васильева! - пришлось подняться, кинуть виноватый взгляд на Аверину и оставить ее работать в моем кабинете одну. А мне нужно в аптечку...Лизу трясет, словно осиновый листик на ветру, она явно боится и переживает не меньше за результаты этой проверки и я ее прекрасно понимаю. Все-таки, от этого зависит наше дальнейшее место работы. Правда, ее эмоции мне мешают собраться, поэтому приходится ее немного одернуть - Васильева, прекрати распускать нервные флюиды, ты мне мешаешь собраться! Не бойся, в обиду никого не дам, ни тебя, ни подстанцию, поняла? - Поняла, Ольга Кирилловна, извините, но ничего не могу с собой поделать. Эти проверяющие такие неприятные, ходят, вынюхивают, чуть ли не каждый уголок под микроскопом осматривают - поделилась переживаниями помощница и ее ощутимо передернуло. Пришлось опять представлять между нами стенку, чтобы не подключаться к ее эмоциям, мне еще с этими посланниками Ада разговаривать - Это их работа, Лиза! А твоя работа - помогать мне, в данном случае, просто не мешать. Так что, давай, соберись, хватит сопли распускать! - отрезала я и вошла в аптечку первой, громко объявив о своем появлении - Здравствуйте, заведующая пятьдесят восьмой подстанции Арефьева Ольга Кирилловна! - Здравствуйте - сухо ответил один мужчина, второй только кивнул, перелистывая очередной журнал в поисках изъянов. И где их правила приличия, когда в помещении женщина? Я вздохнула и настроилась на выстраивание очередной стены. Такое маленькое помещение, а такой огромный сгусток негатива! Ну надо же! - Сан Саныч, чего тут у тебя? - шепотом поинтересовалась я у подчиненного, который, судя по всему, находился в искреннем недоумении - Не знаю, Ольга Кирилловна. Они ж ничего не говорят, только пометки в своих журналах делают, но вы же меня знаете, у меня буковка к буковке, ампула к ампуле! - Знаю, Саш, поэтому и удивилась, когда меня вызвали - так же шепотом ответила я Щербинину, а между тем, продолжила наблюдать за этими мутными личностями. Обстановка из-за них излишне напряженная, неприятно отдается гулом в голове. Я слегка покачнулась, Саша тут же подхватил меня под локоть и усадил на стул: - Ольга Кирилловна, вам плохо? - Саш, дай воды, пожалуйста - тихо попросила я и потерла руками виски. Голова болела адски... - Может, Пал Дмитричу позвонить? Ольга Кирилловна, вы ведь со вчера такая, вдруг заболели? - взволнованно затарахтела помощница у меня над ухом. Я отпила прохладной воды, протянутой Щербининым и пригрозила настойчивой Лизе: - Только попробуй ему позвонить! - и она тут же надулась, а я постаралась как можно быстрее привести себя в порядок и переключилась на проверяющих: - Позвольте поинтересоваться, зачем вы меня вызвали? Есть нарекания к работе аптекаря? Если нет, то я пойду, меня ваша начальница в кабинете ждет - А где у вас журнал подотчетных препаратов? - спросил один из них, проигнорировав меня и мой вопрос! Как будто нарочно это делают! Я недовольно насупилась и подперла рукой щеку. Что ж, придется ждать - Вот, пожалуйста! Тут вся информация - тут же подскочил Сан Саныч и подал нужный документ - Мгм... - мужчина стал задумчиво листать журнал, пока его напарник сверял коробки и количество ампул. - Ну что, мы закончили - наконец объявил один из этих пижонов - Госпожа Арефьева, подпишите пожалуйста протокол вот здесь и здесь - боже, как официально! Оставалось только мысленно фыркнуть на его обращение к моей скромной персоне и поставить две подписи в указанных местах - У нас все в порядке с аптечкой? - поинтересовалась я. Меня немного отпустило, раз они уходят, можно ненадолго выдохнуть - О результатах проверки вам сообщит Марина Леонидовна Аверина, а нам нужно идти - ответил мужчина и закрыл дипломат на замок - Всего доброго - как можно более доброжелательно ответила я и расслабленно откинулась на спинку стула - Ну что, Ольга Кирилловна? Они что-то нашли? Вы успели посмотреть протокол? - взволнованно поинтересовался Сан Саныч, а я только отрицательно мотнула головой: - Сказали же, что о результатах проверки сообщат позже совсем другие люди, но судя по тому, что они так быстро отсюда ушли, они ничего не нашли. Так, ладно, я пошла работать       Путь до кабинета мы с Лизой проделали под ее недовольный бубнеж о проверке и людях, которые снуют по подстанции. Согласна, мне тоже все это не нравится, я бы даже сказала, что из-за них я вторые сутки чувствую недомогание, но...я пока не знаю, можно ли повернуть этот процесс вспять. Есть, конечно, одна мысль по этому поводу, раз уж у меня свекровь в министерстве здравоохранения работает, но первостепенной задачей я считаю помирить Пашу с мамой. Без этого точно ничего не выйдет. - Марина Леонидовна, нужна какая-то помощь? - с порога спросила я - Нет-нет, Оль, я скоро заканчиваю - свекровь только отмахнулась и продолжила заполнять документы, ну, а я вернулась к своим обязанностям - Ольга Кирилловна, можно? - в дверь постучали, а на пороге появился Щербинин. Я подняла на него взгляд в немом вопросе, недавно ведь виделись, что опять стряслось? - Да, проходи. Что случилось? - Я по личному... - пробормотал аптекарь и многозначительно покосился на Марину Леонидовну. Она уловила его взгляд, внимательно осмотрела жалкий вид сотрудника и стала спешно собираться: - Ольга Кирилловна, я закончила на сегодня. Увидимся завтра - Да, до встречи, Марина Леонидовна. Лиза вас проведет - я благодарно ей улыбнулась и нажала на селектор - Васильева, проводи пожалуйста Марину Леонидовну - Да, конечно - прозвучал Лизин голос. Щербинин провел Аверину до двери взглядом, немного потоптался у моего стола и сел напротив. Я изучающе прошлась по осунувшимся чертам лица и красным глазам, нахмурилась, готовясь к худшему. Пришлось опять строить защитную стену между нами - Сан Саныч, что у тебя случилось? - на мой вопрос он молча протянул мне лист, на котором было написано заявление об увольнении по собственному желанию. Вот это номер! Я подцепила ноготком бумагу и прошлась по строчкам, а потом перевела удивленный взгляд на подчиненного, который выглядел, как побитая собака - Объяснишь? - Сложно объяснять, Ольга Кирилловна... - понуро начал мужчина - Ну, я будто перестал быть на своем месте после всей этой истории с заведованием... - Поясни - строго попросила я - Раньше меня все уважали...Хихикали иногда за глаза, бывало, но все знали, что на работе я профессионал... А сейчас что? Я потерял квалификацию, все смеются, грубят, подтрунивают, что я больше не заведующий - Хотел бы им быть? - у меня зазвонил в голове неприятный тревожный звоночек, но, Сан Саныч грустно покачал головой и продолжил: - Да дело не в этом... Какой-то сбой произошел... Я даже несколько раз выдавал не те препараты, что совсем не допустимо - Да... - согласно пробормотала я, сраженная его откровением. Я ведь даже не знала, а Паша мне ничего не говорил про аптекаря. Упустила человека в собственном коллективе! Караул! - Все сложно, так что, вы подпишите и я пойду - изрек мужчина, а я еще раз взяла дурацкое заявление и покрутила в руках, обдумывая свой следующий ход. Ну это прямо ни в какие ворота! Я не готова терять такого компетентного человека в своей команде, тем более, когда у нас шныряют министерские в поисках изъянов, мне нужен такой специалист. Чтобы я хотя бы за аптечку была спокойна... - Не буду я ничего подписывать, Сан Саныч, пусть оно у меня полежит в столе пару дней - я отложила злосчастную бумажку подальше и придвинулась ближе, чтобы смотреть в его глаза - Если ты твердо решил, то подпишу, но знай, что за столько лет работы на подстанции, я никого лучше, кто бы так профессионально справлялся с аптечкой, не видела. Более того, я никому бы другому не доверила эту работу - медленно и четко, стараясь донести каждое слово, ответила я. И ведь правду сказала, в жизни не встречала более дотошных и педантичных людей, чем он. Даже я бы так не смогла... - Вы действительно так думаете или же просто успокаиваете меня? - в его голосе я услышала явное недоверие. Фыркнула, закатила глаза и строго посмотрела на подчиненного: - Вы видели, чтобы я кого-то успокаивала? - я не понимаю, я что, так похожа на мамочку, которая дует на разбитую коленку? Вот уж не думала... - Нет... - растерянно пробормотал Сан Саныч - Значит, делай выводы - устало выдохнула я и еще раз внимательно на него посмотрела. Надеюсь, он меня услышал и понял, а заявление так и останется лежать неподписанным, а лучше, сразу отправится в мусорное ведро... - Свободен       Щербинин кивнул, неловко поднялся с места и засеменил к двери. Я подождала, пока окончательно останусь одна в кабинете и откинулась на кресло, вытянув ноги. Ну что за день такой сегодня? Всем и каждому от меня что-то нужно! И ведь каждый со своими проблемами! А защита моя совсем не держится и это меня, несомненно, расстраивает. Я не могу так больше! Я просто устала! Устала... Устала бороться за свое стабильное эмоциональное состояние, бороться с невидимым врагом. Грудь сдавило, из глаз выкатились пара слезинок, я сжала пальцами переносицу и зажмурилась. Не хватало только расплакаться прямо на работе. До конца рабочего дня еще час, поэтому, придется еще немного потерпеть. Дверь открылась с тихим скрипом, в помещении повеяло еще одной волной беспокойства. Я открыла глаза и уставилась на вошедшего: - Паша? Все в порядке? - У меня да, а у тебя? - муж склонил голову на бок и изучающе меня оглядел - Ну... - я вздохнула, но улыбку на лицо предпочла натянуть. Конечно, от Паши можно не прятаться, но не буду же я жаловаться и плакать у него на плече прямо на работе? Судя по всему, он расценил мое молчание по-своему, подошел ближе и строго произнес: - Мне сказали, что тебе было плохо днем. Почему ты не позвонила? - Васильева, черт бы ее побрал! - выругалась я. Просила ведь, по-хорошему, а она...! - Нет, я Сан Саныча встретил - ответил на мой выпад муж и стал рыться в мед ящике. Только сейчас я заметила, что он был у него в руках - Так что с тобой? - То же, что и вчера... Голова кружится, болит, слабость - стала перечислять симптомы, пока Паша внимательно слушал и кивал - Ясно, сейчас подумаю, чем тебе помочь - муж задумчиво пробормотал и принялся выкладывать различные медикаменты прямо на стол, пока я полулежала, откинувшись на спинку. Может, и хорошо, что Паша Сан Саныча встретил...Пашка пришел, сейчас обнимемся, может, даже поцелуемся, если нам никто не помешает... Мой ленивый поток мыслей был прервал стуком в дверь. Я встрепенулась, приняла вертикальное положение и крикнула: - Входите! - Здравствуйте. Старший опероуполномоченный криминальной полиции капитан Власов. - мужчина продемонстрировал мне корочку и я удивленно переглянулась с мужем - По какому поводу? - в груди поселилось нехорошее предчувствие... Я очень хочу надеяться, что ничего серьезного, потому что сил переживать и волноваться за всех и каждого у меня больше нет. Лимит на сегодня исчерпан до дна. Паша тут же встал позади меня, словно телохранитель, опустил большую ладонь мне на плечо и ободряюще сжал, показывая, что он со мной рядом. Рядом с мужем мне не страшно... - В прокуратуру поступила жалоба. Я расследую дело о смерти Александры Сергеевны Морозовой, скончавшейся в результате предполагаемой врачебной ошибки. Мне нужны бригады Рыкова и Кулыгина в том составе, в котором они работали в тот день - выдал мне следователь и в горле моментально пересохло, а плечо обожгло болью. Похоже, не одна я теперь переживаю и нервничаю. Я испуганно дернулась в сторону, муж тут же отпрянул и посмотрел на меня так виновато, что мне поплохело. Нет, нет, нет, только не это... Я знаю, что и Костя, и Паша - грамотные врачи, но пришли все равно по их души и даже если они окажутся невиновными, нервы этот следователь нам точно потреплет... - Да, конечно - кое-как выдавила из себя я и указала на стул напротив - Присаживайтесь. Вот, кстати, старший одной из бригад, Рыков Павел Дмитриевич - Отлично. Вы не смогли бы освободить кабинет ненадолго? Мне нужно опросить ваших сотрудников - Разумеется - тихо ответила я и принялась подниматься. Паша придержал меня за локоть, помог выбраться из-за стола, но я постаралась скорее стряхнуть его руку, едва слышно пробормотав - Рыков, больно... - Давай я тебя провожу до комнаты отдыха - шепотом предложил муж, следуя за мной по пятам, готовый в любой момент меня поддержать - Я сама - слабо воспротивилась я, а на белый халат внезапно упало две внушительные капли крови - Я вижу, как ты сама - недовольно пробормотал Паша и подставил под нос салфетку - Извините, как вас там... - Капитан Власов - услужливо подсказал следователь и продолжил с интересом наблюдать за нами - Да, так вот, я сейчас начальницу провожу до коллег, она себя неважно чувствует, а потом вернусь к вам обратно - Хорошо - следователь на удивление легко согласился, я обернулась, не веря своим ушам, но Паша потащил меня к двери - Давай быстрее - Рыков, черт! - выругалась я, споткнувшись о порог собственного кабинета. Ноги меня едва слушались, я была готова сесть, а лучше лечь, прямо под дверью, но не тут-то было! Паша вознамерился доставить меня в комнату отдыха к нашим во что бы то ни стало! - Ладно, тогда, план Б! - и с этими словами Паша подхватил меня одной рукой под колени, другой под лопатки и быстрым шагом направился в конец коридора.