Красивая

Не догнали. Пробежав две улицы, девушки сиганули в подвал, в темноте их видно не было. И милицейская машина проехала мимо. Перед Дилиными глазами вся жизнь пронеслась. Что бы ей отец сделал, если б увидел возле ДК, в такое время, да еще и в такой одеже? — Он бы меня убил. — Констатировала факт Диляра, опираясь ладонями на колени. Пора бросать курить, иначе еще одну такую пробежку она не выдержит, рухнет наземь через пару минут. — У меня второе дыхание открылось. — Дашка оперлась головой о холодную стену. Виски пульсировали, температура тела повысилась. — Водки бы. — Пошутила Закирова, принявшись искать в кармане ветровки пачку сигарет. — Дома вино импортное есть, папе на работе подарили. — Заметит же, что пропало. — Не заметит, у нас же целый шкаф этих подарков. Одной больше — одной меньше. И, конечно, они пошли. Скрасить вечер бутылочкой красного — прекрасная идея, тем более Дашкиных родителей дома не было, а потому подругам никто не мог помешать обсуждать свежие сплетни. — Куда Илью увели? — Спросила брюнетка. — Турбо с Младшим Адидасом поговорить решили с ним, видимо. — Как ты все эти клички запоминаешь? — Да не знаю, просто запомнилось все. — И кто там у них еще есть? — Старший Адидас, лампа, зима… — перечисляла Кабанова. — И главный у них Кащей. — Бессмертный? — Хихикнула Диля. — Ага, в яйце иголку хранит. — Симпатичный этот ваш Турбо. — И как же ты поняла, кто из них кто? — Один выглядит старше, другой младше. Логично, что второй — Младший Адидас. — Ментовская чуйка… — Протянула рыжая, улыбаясь. — Вся в папу. — Фу, какие слова мерзкие используешь. С Неровным переобщалась? — Иди ты. — Отмахнулась Дашка. Родительское вино уже давало в голову. — Позови своего Илью завтра погулять, друзей своих, может, возьмет. — Ага, на сборы к ним давай еще заявимся. Бред несешь, Диль. — Почему бред? Вы же гуляете вместе? Гуляете. В чем проблема погулять не вдвоем, а компанией? — Ну, я скажу ему завтра, но мне кажется, что он откажет. — Даша пожала плечами, наливая в стакан еще вина.

***

. — Ты идиот. — Ругался Туркин, плетясь за Сутулиным. — Тащить нас гулять с майорской дочерью. — Он продолжал возмущаться, но почему-то все равно шел за другом. — Ты бы всех пацанов еще позвал, чего нас двоих-то? — Ты один идти не согласился, у Марата свиданка. Вот и идем втроем. — Отвечал Илья, изредко поглядывая на Пальто. С ним пока мало кто общался, один Суворов, по сути. Но его взять захотел сам Валера, надо было посмотреть, как два ментовских прихвостня коммуницируют друг с другом, понять: дружат они или нет. Если нет — Васильев не станет сливать через нее Юнусовичу какие-то внутренние моменты из жизни Универсама, а если да — шанс, по его мнению, велик. Главная проблема Турбо была в том, что он не доверял никому, кроме своих пацанов. Андрей пока своим не стал. Появился непойми откуда, весь такой из себя, борзый, наглый. «Надоело чушпаном быть, хочу с пацанами» — не верил в эти слова кучерявый. Совсем не верил. А потом еще и узнал, что скоро с местным милиционером породнится, тогда подозрений еще больше стало. Так еще и девка эта резко появилась, как снег на голову упала. Пальто меньше месяца назад пришился, а Сутулый с Кабановой уже пару месяцев ходит. Однако, Закирова появилась совсем недавно и неожиданно. Несомненно, Валера ее замечал раньше. Когда на дискотеки ходит майорская дочка, об этом все узнают. Да она еще и красивая такая, невозможно не смотреть. Расстроился Туркин, когда узнал, что именно эта брюнетка — Ильдаровна. Только на танец ее пригласить хотел, как Лампа подбежал, оповестил. Вовремя хоть, слава Богу. — Дашу вы знаете, а это Диляра. — Илья знакомил друзей с девушками. Джентельмен самый настоящий, в порядочных кругах дамы первыми не представляются. — Это Валера и Андрей. — Маме привет. — Улыбнулась Закирова, посмотрев на Васильева. Не нравился он ей. — Папе привет. — С неискренней натянутой улыбкой, произнес Турбо. — И твоему. — Подмигнула брюнетка. Даша говорила, что у Валеры, считай, нет семьи, они вечно бухали и не появлялись в квартире. Кучерявый бы рыпнулся, да прописал в фанеру, да только девочек бить нельзя, не по-пацански это. Хотя ментовская с самого начала вызывает желание прописать пару ударов в челюсть, даже если молчит. Взгляд у нее какой-то хитрый, с прищуром. Лиса самая настоящая, странно, что из них двоих рыжая — Кабанова. Закировой бы рыжие волосы пошли, не сомневался бы никто в ее природе. Они бродили по району молча. Дашка пыталась разговорить своего парня и остальных, но больше, чем на пару реплик их не хватало. В воздухе висело огромное напряжение, было понятно, что эта компания никому по нраву не приходила. А потом из темноты вышли четыре силуэта. — О, ваши дружки бандиты. — Хмыкнула Диляра. — Не наши это. — Сквозь зубы произнес Сутулин, пряча свою девушку за спину. А Диля так и стояла, наблюдая за приближающимися парнями. — А у вас разве нет правила, что на чужую территорию нельзя там или что-то такое? — Поинтересовалась она. — Есть. — Ответил Туркин. Он смотрел на беспечную школьницу, которая и не думала прятаться за Универсамовскими, не понимая: она бессмертная или тупая? — Что стоишь, дура? Папка не рядом, не защитит. — У вас в группировке, когда пришиваются, правило дают: подстеби Закирову за отца? Не надоело? — Изогнув бровь, спросила майорская дочка. Уже второй раз она это слышит от этих группировщиков. — Рот закрой. — Рыкнул Турбо. — Диляра. — Андрей, все это время молчавший, как обычно, подал голос, потянувшись к будущей сводной сестре. — Назад отойди. — Еще чего. За вашими спинами опаснее, чем на передовой. — Фыркнула она, собираясь возмущаться дальше, но ее прервал чужой голос. — Откуда вы, пацаны? — Спросил самый крупный из подошедших. — Универсам. — Ответил Пальто. Диляра у себя в голове отметила, что с парнями он общается охотнее. Может, пидр? — На чужом районе, пацаны, на чужом… Нехорошо это. — Мы за свои границы не выходили. — Отвечал Сутулый. — Завод давно не ваше место. — Кто сказал? — Туркин вышел вперед, смотря прямо в глаза чужому. — Я тебе говорю. — А ты сам-то кто такой, чтоб мне тут за правила объяснял? — Спрашиваешь или интересуешься? — А ты разницы не видишь? — Полушепотом проговорила Диляра, закатив глаза. Не умеет она сдерживаться, только при отце за языком следит. — Что там ваша подстилка пиздит? — Не подстилка она. — Ответил Валера. Не то что бы заступился, просто границы расставил. Она же не с кем-то из них ходит. Просто за подругой увязалась. — Ну тогда нашей будет. — Засмеялся один из стоящих за своим старшим. — И рыжую возьмем. И тут Илья не выдержал, нанося первый удар. — Бегите! — Закричал Васильев. Завязалась драка. А Закирова с Кабановой побежали, что есть мочи. Вот только куда бежать? Парни там одни остались. К Ильдару Юнусовичу нельзя — он не поверит, что они мимо проходили, тем более после вчерашней ситуации, когда девчонки еле оторвались от милицейской машины. Значит, нужно в качалку. Дашка рассказывала, что обычно все сидят там. Благо, бежать не так много было. Когда девушки ворвались в помещение, все повскакивали со своих мест. — Вы че тут забыли? — Спросил парень в шапке. Он узнал их, от того стало страшнее. — Там… Там у завода… — Дашку трясло от страха, от пробежки. Сердце в пятки ушло, пульс явно зашкаливал. — Ваших бьют. — Выпалила брюнетка. — Кто? — Вопрос от того же парня. — Да откуда мы знаем, кто?! — Закричала Диляра. Страшно было. — Тут ждите. И пацаны сорвались. На шум из отдельной комнатки вышел мужчина в черной полурасстегнутой рубашке. Он удивленно оглядел помещение. Кроме двух незнакомых девушек не было никого. Он изогнул бровь в удивлении и закурил, махнув рукой, чтобы его оповестили о происходящем. — Турбо, Сутулого и Пальто бьют у завода. — Объясняла Дашка. — Мы пришли сюда, не знали, куда бежать, Зиме рассказали, он всех и сорвал туда к ним. — Что они у завода забыли? — На работу устраивались. — Фыркнула Закирова. — Надоело бандитской жизнью жить. — Самая болтливая, я смотрю? — Кащей подошел к девушке, присаживаясь перед ней на корточки. — Папа научил. — Ильдаровна никогда не любила сравнение с отцом или напоминание о том, чья она дочь, но когда автор стоял рядом, страх почти весомо давил на плечи. — А кто у нас папа? — Майор следственного комитета у нас папа. — Тебя, значит, пацаны вчера обсуждали. — Он выпрямился. — Сколько тебе лет, красивая? — Семнадцать. — Зачем-то ответила она. Взгляд мужчины гипнотизировал. Что-то в его глазах было завораживающее, от него невозможно было оторваться. Закирова смотрела на кудрявого снизу-вверх, чувствуя себя совершенно беззащитной даже после того, как рассказала об отце. Казалось, что он может раздавить ее, как мошку, просто сжав двумя пальцами. Несмотря на до жути красивую оболочку, Кащей был похож на настоящего бандита, в отличии от других ребят из его группировки, которых Диля уже видела. — А зовут-то тебя как? — Пацаны же обсуждали вчера, не запомнил? — Не вникал. Улыбался он очаровательно. Смотря на него, Закирова думала, что ее чем-то накачали, потому что чувствовала она себя очень странно. — Жалко. — Она пожала плечами, хотелось спрятать глаза, но брюнетка себе этого не позволяла. — Кость, что там? — Из той же комнатки вышла девушка, на вид лет двадцати пяти. — Обратно уйди. — Рявкнул он на свою даму, та послушалась. — Костя, значит? «Костяной», наверное, какой-нибудь? — Пробуешь на себя роль отца, допросы тут устраиваешь? — Немного разозлился мужчина. — Интересно просто. — Любопытной Варваре, знаешь, что на базаре сделали? — Повезло, что папа Варей не назвал. — Имя назовешь? — Вновь спросил он. — Нет. — Сам же узнаю. — Узнавай. В качалку ввалились пацаны, придерживая побитого Турбо. Сутулый с Пальто сами зашли. — Все, пошли отсюда. — Диляра встала с кресла, поднимая подругу за локоть. — Не суйся сюда больше, красивая, не место здесь тебе. — Проговорил вслед Кащей, заставляя своих перевести внимание с подбитых на автора.