Розы

Прогулка по пустынной аллее, как ни странно, не могла поднести Владимиру вдохновение на блюдечке. Да и намеренный поиск, по правде говоря, оказался тщетным. Сначала он пытался не спеша проникнуться атмосферой парка и достичь состояния полутранса, при пребывании в котором движения человека становятся автоматическими, а сознание находится в обители бесконечных возвышенных мыслей, но потом вспомнил, что его цель — заставить аудиторию хлопать в ладоши, а не совершать сэппуку, и спустился обратно на землю. Владимир, ведя безуспешные поиски, неожиданно для себя преодолел немалое расстояние и увидел вдали традиционный для японского сада водоём с большими камнями, через который также раскинулись красные деревянные мостики. Немного устав нести бремя жизни, поэт-стэндапер решил ненадолго присесть на лавочку отдохнуть, а вскоре продолжить свой путь. Он вновь поглядел на водоём. Что-то манящее было в нем, загадочное и как будто сакральное. «Я бывал здесь не раз, но никогда не придавал этой части парка особого значения, — подумал Владимир, а затем, ухмыльнувшись, мысленно добавил: — Это место станет последним из тех, что я сегодня посещал. Мне кажется, идея со стендапом мне больше не подходит. Я хочу написать что-то сентиментальное и поэтическое. Может, мне удастся покорить слушателей, когда я покажу ту свою сторону, которую никто не ожидает?» Внезапно размышления Владимира прервались. Это случилось вместе с интуитивно брошенным взглядом в противоположную сторону: там он увидел направляющуюся к водоёму одинокую девушку. Она была одета в белое свободное платье выше колен и несла в руках букет красных роз. Две пряди темных волос незнакомки были собраны и украшены милым бантом, а остальная часть прикрывала голые плечи. Бант Владимир заметил, когда она уже прошла мимо него. Очевидно, юноша не интересовал её. «Маяковский», не веря своему счастью, потому что теперь эта девушка наверняка бы стала источником его вдохновения, так как до этого им было принято решение переключиться на чувствительные мотивы, решил наблюдать за ней. Она тем временем просто прогуливалась, то рассматривая камни, то останавливаясь возле мостика. Её грациозность проявлялась даже в обычных движениях, словно она была героиней какого-то любовного романа. А то, как красиво у неё в руках упали розы, словно было завершающим штрихом в этом искусстве: идеальный пейзаж и идеальная девушка. Зачарованный Владимир, ощутив то самое волнение, когда он только вышел из дома, панически начал искать то, что могло бы сымитировать письменные принадлежности, так как взять их с собой он не додумался. Он зачем-то обошел вокруг лавочки, заглянул под дерево и даже дал надежду мусорному ведру стать ему полезным. И тут «Маяковский» увидел, как на прежнем месте, где он сидел, появились блокнот и ручка. Он быстро схватил их и начал думать, как ему начать. В голове было столько мыслей, столько образов представали перед ним, столько эмоций бушевало внутри! Однако начать горе-поэт все никак не мог. Расстроенный юноша вновь обратился к источнику своего вдохновения, но девушки уже нигде не было — вдали лишь виднелся покинутый на траве букет. Владимир, отнюдь не удивленный, молча и не думая уставился на него. Наконец «Маяковскому» в голову все же пришел один вариант первой строчки. Оставив объект интереса в покое, Владимир, вновь уткнувшись в пустой блокнот, через пару мгновений закрыл глаза, настраиваясь на творческий поток. Прошло несколько секунд — и его взор снова сосредоточен на том же месте. И как только ручка, которую рука держала уже с большей уверенностью, чем прежде, коснулась листа, Владимир услышал голос, явно обращавшийся к нему. Не уловив сказанного, он, тут же насторожившись, поднял голову, — и прямо перед ним очутился парень примерно его возраста. Обрадовавшись, что на него наконец-то обратили внимание, незнакомец широко улыбнулся, а затем, как ни в чем не бывало, спросил: — Вы любите розы?