Часть 5

Через два дня Суен перевели из реанимации в палату и Миран смогла ее навестить. У той глаза округлились от удивления, увидев рядом с подругой капитана команды. — Су! — кинулась обниматься девушка. — Ты как? — Жить буду, — ответила она, как всегда, в своем репертуаре. — Блин, мне столько всего нужно тебе рассказать. — Да, я уж поняла. Капитан, а ты что тут делаешь? — И тебе привет, мелкая, — ответил тот. — Пришел лично убедиться, что с игроком моей команды все в порядке. — Оу, спасибо. — Ми, я подожду тебя в холле. — Хорошо, Юн, — весело ответила та. — Ми? — удивилась омега, когда за альфой закрылась дверь. — Юнги теперь мой парень. — Фигасе! Нет, погоди, хочешь сказать, что вы уже с ним, ну, ты понимаешь? — Да. — И как? — Потрясающе! Это с виду он такой грозный альфа, а на деле, очень нежный и заботливый. — Значит, вы теперь официально парочка? — Юн сделал мне предложение в палате у Джигена. — Вот же, а я думала, буду единственной тетей у него. — Прости, Су. — Да ладно, я шучу. Блин, ну, правда обидно, я реально пропускаю все самое интересное. Подруги еще долго весело общались, бурно обсуждая последние события, а Мин тем временем, купив в автомате бутылку газировки, стоял у окна и рассматривал посетителей. Внезапно он заметил среди них знакомое лицо и уверенно направился в эту сторону. Тэхён с ходу врезался в друга и в шоке поднял на него виноватые глаза. — Тэ, привет, — сказал Юнги, хлопнув того по плечу. — Привет, Юн, — растеряно ответил тот. — Что ты тут делаешь? — Эмм, да, вот, пришел навестить кое-кого. — Правда? Думаю, эта кое-кто не шибко будет рада тебе. — Блин, Юн, помоги, а? — И чем же это, интересно? — Пойдем со мной. Я не знаю, что ей сказать. — Э, нет. Накосячил, так возьми ответственность за свой поступок. Неважно, что ты скажешь, главное — начни с извинений и не вздумай повышать голос. — Думаешь, у меня получиться? — Я в тебя верю, бро. — Ким, а ты что здесь забыл? — заволновалась Миран, увидев того, кто покалечил ее подругу. — Привет, олененок, — ответил тот. — Я тебе не олененок! — Воу, полегче. Я все осознал, так что иду извиняться. — В задницу засунь свои извинения! Суен они не нужны! — Так, Ми, кажется нам пора, — сказал Юнги, хватая омегу за руку и пытаясь увести ее. — Пусти меня! — вырывалась та. — Я не дам ему обидеть Суен! — Тэ, иди уже! — А, да, — очнулся тот. — Увидимся, бро. — Стой! — крикнула ему вслед Вон. — Не смей к ней приближаться! — Да, уймись же ты! — рявкнул на девушку Юнги и, взвалив брыкающуюся омегу к себе на плечо, вынес из больницы. — Юнги, немедленно поставь меня на землю! — Хорошо, только обещай, что выслушаешь меня, а не побежишь обратно в палату. — Ладно. Мин поставил Миран на ноги, а затем, усадив на скамейку, взял за плечи и сказал: — Послушай, им сейчас жизненно важно поговорить друг с другом, понимаешь? — Если бы это был кто-то другой, я так не волновалась, но это Ким Тэхён. Чертов психопат, который может убить ее в любую минуту. — Он не сделает этого. — Почему ты так уверен в этом? — Я разговаривал с Тэ, и он реально хочет извиниться перед Суен. — Откуда ты знаешь, что он сделает это нормально, а не покалечит еще больше? — Просто поверь мне. Тэ не из тех людей, кто признает свои ошибки, но сегодня он выглядел побитым щенком и это с ним впервые. Просто дай ему шанс показать, какой он на самом деле. — Ты правда веришь в то, что он ничего не сделает Су? — Давай вместе надеяться на лучшее. Юнги нежно обнял девушку и стал гладить по спине, успокаивая. Тем временем, Пак копалась в пакете с вкусняшками, которые ей принесла подруга и, услышав звук открываемой двери, не отрываясь от процесса, спросила: — Забыла чего-то, Ми? — Привет. Омега медленно подняла глаза, которые тут же расширились от удивления и нарастающего волнения. Она хотела было встать с кровати, но резкая боль в боку заставила ее ойкнуть и схватиться за повязку. — Нет-нет, не бойся, — сказал Тэхён, выставив вперед руки, в одной из которой он держал пакет. — Тебя тут никто не боится, — ответила девушка, морщась от боли, но не упуская альфу из вида. — Зачем пришел, добить меня? Учти, на этот раз тебе это с рук не сойдет. — Я пришел извиниться. — Вот же! Что? — Суен, я знаю, что поступил с тобой мерзко и не заслуживаю прощения, но, пожалуйста, дай мне шанс загладить свою вину перед тобой. — Ты сейчас серьезно или прикалываешься? — Я еще никогда не был так серьезен, как сейчас. — Что отец леща прописал и теперь боишься загреметь в психушку? Глаза Тэхёна вспыхнули злобой от этих слов и Пак напряглась, готовясь сорваться с места, если вдруг альфа нападет. Однако тот несколько раз глубоко вдохнув, сумел взять себя в руки, до белых костяшек сжимая веревки пакета, а затем спокойно ответил: — Думай обо мне, что хочешь, но я правда раскаиваюсь в содеянном и прошу у тебя прощения. Я не знал, что ты любишь, поэтому купил то, что нравится мне. Вот, возьми. — Что там? — Острые крылышки. — Терпеть их не могу. Съешь сам. — Оу, прости, а что тогда тебе нравится? — Зачем тебе это знать? — Чтобы в следующий раз купить вкусняшку. — Послушай, Ким, никакого следующего раза не будет. Не приходи сюда больше. Ты хотел прощения? Считай, что ты его получил, но оставь меня в покое. — Суен, я… — Уходи! Тэхён растеряно посмотрел на пакет, а затем развернулся и с понурыми плечами поплелся на выход. На душе у парня было так гадко, что он не нашел ничего лучше, как отправится в бар и напиться в хлам. Юнги заприметил его еще на выходе из больницы и, договорившись с Миран встретиться у него дома, пошел за другом. Взяв по бутылке соджу, парни сели за стол и Тэ, достал из пакета упаковку с острыми крылышками. — Что отшила тебя омежка? — спросил Мин. — А я на другое и не рассчитывал, — горестно ответил его друг. — Просто не думал, что это будет так больно. — Ну, теперь-то ты понимаешь, что чувствовали другие, когда ты причинял им такую же боль? — Я знал это с того момента, когда мамы не стало, но почему-то мне казалось, что если будет больно другим, то мне станет легче. — Странная логика. — Просто я не хотел в одиночку все это переносить, хотел, чтобы все понимали, что я чувствую. — Ну, так и поговорил бы со мной, зачем было срываться на омегах? — Не знаю. Я, наверное, и правда псих. — Мне вот интересно, почему только сейчас до тебя это дошло? Все-таки запал на Пак? — Я не знаю. Поначалу она жутко меня бесила, но ее шикарное тело почему-то вдруг показалось привлекательным. — Так, значит, я был прав, и ее задница тебя покорила. — Наверное, но чем чаще я видел Суен, тем больше думал о ней и это бесило еще сильнее. Запасть на омегу после того, что произошло, для меня было немыслимо, но она так сексуально прошмыгнула между ног у нападающего на игре, что у меня аж дух захватило. Когда увидел ее в гоночном костюме, так вообще слюнями захлебнулся. Я даже заволновался, когда Пак потеряла сознание, но все еще не понимал, что со мной происходит. — Тогда зачем ты ее избил? — Сам не знаю. Я хотел подкатить к ней, но она так не вовремя засмеялась, что меня переклинило. — М-да, привык, что под тебя ложатся только из-за страха и сам же в штаны наделал, когда понял, что тебе может понравится омега. — Юн, помоги мне, а? Я ведь даже не знаю, как толком пригласить на свидание и о чем говорить. — А ты уверен, что Суен тебе действительно нужна? — Не уверен, но я хочу попробовать. — Тэ, чувства — это не напиток, не понравился, выкинул и забыл о нем. С людьми так не прокатывает. Ты должен будешь нести ответственность за ту, которой дашь надежду. — А у тебя с олененком все серьезно? — Да, я хочу сделать ей предложение. — Да ладно, ты что ей уже и в любви признался? — Еще нет, Миран опередила меня, поэтому мне нужна будет твоя помощь. — Но только после того, как ты поможешь мне. — Договорились, только пообещай, что ты никогда больше не поднимешь руку на омегу. — Хорошо, бро, я обещаю. Лежа в теплых объятиях после бурного секса, Вон прижала к себе руки альфы и спросила: — Как там Ким? — Что это он вдруг тебя заинтересовал? — удивился Мин. — Мне уже начинать ревновать? — Ну, что ты, этот изверг никогда меня не привлекал, просто стало интересно, что с ним происходит. — Влюбился он, вот что. — В смысле? В кого? — В твою подругу. — Офигеть, а мы с Суен всю голову сломали, чего это он вдруг стал таким покладистым. — Так, это я тебе по секрету сказал, так что Пак об этом знать не должна, понятно? — Но почему? — Потому что Тэхён только-только встал на путь исправления и ему еще нужно заслужить прощение омеги. — Ты решил проучить своего собственного друга? — Почему нет? Я обещал ему помочь, но основную работу он должен сделать сам. — И ты веришь, что он может измениться? — Мы все совершаем ошибки, поэтому нужно уметь за них отвечать. — Теперь мне еще страшнее за Су. Она в меня кружкой запустила, думая, что это альфа вернулся. Боюсь, что в следующий раз в меня полетит что-нибудь потяжелее. — Ха-ха-ха! А твоя подруга очень смелая, раз так запросто нарывается на альф. — Конечно, ее этому научила жизнь с отцом. — Кстати об этом. Тэ узнал, что причиной падения Суен на гонках стала неисправность ее мотоцикла. — Это невозможно. Су сама готовит его к соревнованиям. — Но, возможно, в этот раз у нее не было для этого времени, и она доверила эту работу кому-то другому? — Хм, может быть, но погоди, ты хочешь сказать, что кто-то специально вывел ее мотоцикл из строя? — Не знаю. Какие бы ужасные отношения в семье не были, отец хотя бы раз появился в больнице у дочери, но этого не случилось, ведь так? — Блин, а ты прав, но если он как-то причастен к этому, то зачем ему это нужно? — Ну, ты ведь говорила, что отцу она безразлична. Однако, как не крути, Суен все равно является его наследницей. — Думаешь, что отец мог организовать покушение на собственную дочь? — Кто знает? Я всего лишь предположил. Суен выписали как раз к началу игры, и она смогла присутствовать на ней в качестве зрителя. Дэйнжеры сражались достойно и, благодаря слаженной тактике, смогли заработать три лишних очка и забрать титул победителя. С этого момента путь в высшую лигу был им открыт. Парни ликовали в раздевалке, забыв о разногласиях и о том, что в их команде были омеги. Они обнимали всех без исключения и в этой суматохе Тэхён случайно налетел на Пак. Их прижали друг к другу широкие тела игроков, и они оба с удивлением смотрели друг другу в глаза. Ким придерживал девушку за талию, а та упиралась руками ему в амуницию. Омега внезапно осознала, насколько был красив альфа и этот стиль регбиста очень шел к его горячему образу. В свою очередь Тэ почувствовал сильное влечение к девушке и понял, что его больше не раздражала ее внешность, а тонкий запах мелиссы очень даже притягивал. Тут на них налетели Юнги с Миран и, отлепив их друг от друга, стали обнимать. Еще через три недели у Суен состоялись важные соревнования. На этот раз она очень тщательно готовилась к ним, не пропуская ни одной тренировки. Вон рассказала ей о предположениях Мина насчет ее отца, но та как-то слишком спокойно на это отреагировала. Однако подруга не знала, что на самом деле творилось у Пак на душе. Та долго размышляла над сказанным, но вспомнив, что ее отец сотворил с родителями Миран, даже не сомневалась в его причастности к произошедшему. Компания молодых людей пришла поддержать Суен и перед стартом она помахала им рукой. Сердце Тэ ликовало от восхищения, когда омега выписывала лихие виражи на трассе и он с радостью выкрикивал имя девушки, когда она одерживала очередную победу. Ким с Вон были самыми шумными болельщиками и Мин морщился от их криков, спокойно наблюдая за происходящим. Несмотря на жесткую борьбу, Пак все-таки смогла победить на этот раз и на радостях, отбросив шлем, она пробежалась вдоль борта, ища глазами подругу. Заметив знакомый силуэт, она упала на колени и, сложив пальцы на руках в виде «рок-н-ролл», высунула язык. Миран повторила за ней это движение только стоя, а затем крикнула, что номер тринадцать — лучшая. Юнги в недоумении смотрел на девушек, но все же показал класс в сторону Суен. Ким был в полном ауте, потому как такой сексуальной он еще не видел омегу. Его распирала гордость, когда она стояла на пьедестале, заслуженно занимая первое место и брызгала на всех шампанским. Организаторы гонок устроили банкет, где в официальной обстановке с победительницей был подписан контракт одной из крупных фирм. Девушка еще долго общалась с представителями, позируя на камеру прежде, чем ее отпустили к своим друзьям. Она взяла фужер с шампанским с подноса и подошла к ним легкой походкой. Парни впервые увидели ее в платье и на каблуках, поэтому у обоих отвалилась челюсть от ее сногсшибательного вида. — Фух, наконец-то это все закончилось, — выдохнула она. — Су, я тебя поздравляю, — радостно обняла ее Миран. — Теперь ты точно докажешь своему отцу, что он был не прав на твой счет. — Да, плевать я на него хотела. Сегодня я доказала всем, что омеги тоже могут занимать высокий статус. — У тебя это отлично получилось, — сказал Юнги, чокаясь своим бокалом с ее. — Ты правда молодец, так что поздравляю. — Спасибо, капитан. — А мне ничего не нужно доказывать, — сказал Тэ. — Я знал, что ты дерзкая и пробивная. — Это комплимент или упрек? — не поняла омега. — Это мой восторг в связи с твоей победой, — сказал Ким, хитро подмигивая. — Ми, — и девушка схватила за руку свою подругу, отводя в сторону. — Что он здесь делает? — Ты сама его пригласила, — удивилась та. — Я вроде вынесла два пригласительных флаера. — Нет, их было три. — Блин, видимо, захватила лишний по ошибке. — Чего ты так переживаешь? — Он меня пугает. Не хочу с ним общаться. — Ты его не простила? — А ты бы простила того, кто отделал тебя ни за что? — Я понимаю, Су, такое простить очень сложно, но может быть, ты дашь ему шанс? — С чего бы? — Он правда раскаивается и не знает, как вымолить у тебя прощения. Почему ты сказала, что ненавидишь острые крылышки, когда это твое любимое блюдо? — Не хотела, чтобы он их мне приносил и вообще, почему ты так его защищаешь, как будто это он твой друг, а не я? — Ты — моя единственная подруга, но Тэ такой же друг для Юнги, поэтому я в курсе, что с ним происходит. Просто поверь, он реально изменился. — Такие как он никогда не меняются, и агрессия рано или поздно все равно вырвется наружу. Я знаю, о чем говорю, потому что жила с таким тираном много лет. — Тэ стал таким из-за горя, но до этого он был совершенно другим человеком. Ему просто не хватает поддержки и понимания. — Пусть поищет их в другом месте. Жизнь студентов потекла в обычном ритме: учеба, тренировки, выступления, только еще к этому добавились частые встречи вчетвером. Суен долго держала Тэхёна на расстоянии, хотя тот не проявлял к ней никаких признаков агрессии. Даже наоборот, Ким стойко терпел все нападки и холодное отношение с ее стороны. Только Юнги знал, как тот расстраивался, когда в очередной раз не удавалось завоевать доверие омеги, но альфа не сдавался и во что бы то не стало решил добиться ее расположения. Как-то осенним вечером девушек позвали выступать в одном из ночных клубов. Они подобрали лирический репертуар, вставив всего две рок-композиции. В помещении было полно народу, потому как вечера уже стали холодными и никому не хотелось гулять на улице. Миран как всегда заняла свое место за барабанами, а Суен встала у микрофона. Кожаные косухи, черные бейсболка и бандана, а также перчатки без пальцев, делали их сценический образ невероятно крутым. Услышав их голоса, Юнги с Тэхёном поперхнулись одновременно пивом и оглянулись на сцену. Альфы заглянули в этот клуб случайно, чтобы скоротать дождливый вечер, к тому же Тэ увидел в афише, что здесь будет неплохая музыкальная программа. Однако парни никак не ожидали увидеть на сцене своих омег, ведь ни одна из них не обмолвилась об этой стороне своей жизни. Они подошли поближе к сцене, чтобы лучше рассмотреть выступающих, но так, чтобы не попасться им на глаза. Вон подпевала Пак, ритмично ударяя по барабанам и в такт качая головой. В этот момент она не была похожа на олененка, а скорее на матерую хищницу, сильную и уверенную в себе. Мин просто офигевал от такого образа своей девушки и это не по-детски заводило его. Ким же не мог оторвать глаз от Суен. Дерзкий хрипловатый голос с легкостью брал высокие ноты и вены, что вздувались у нее на шее заставляли сердце альфы пропускать удары. Вот быстрая композиция сменилась медленной и посетители клуба, узнав знакомый мотив «For you», стали подпевать. — Все ради тебя, даже если не ответишь Все, что мне нужно я увижу в твоей улыбке. Правда, даже если ты ушла Наши с тобой сердца связаны вместе навсегда. В трепетном танце осыпаются лепестки И сияют под солнцем Я бы обнимал тебя в своем сердце вечно. Даже если ты ушла, мы смотрим на одно и тоже небо Неважно, что произойдет. Если ты здесь, я ничего не боюсь. Я верю, что наша любовь будет сиять вечно Она навсегда останется красивой Как лепестки опадающей вишни. Все для тебя… Пак пела так чувственно и в ее глазах было столько искренности и страсти, что Тэ не заметил, как выдвинулся в первые ряды зрителей. Девушка наткнулась взглядом на знакомые глаза и паника охватила ее сердце, но она все же смогла взять себя в руки и допеть песню до конца. Подруги взяли пятиминутный перерыв и Суен тут же подлетела к Миран, хватая ту за руку. — Су, что случилось? — встревожилась та. — Юнги с Тэхёном здесь, — ответила она. — Блин, ты уверена, что не ошиблась? — Эти потрясные глаза я узнаю из тысячи. — Черт! Постой, какие глаза? — Ой, я что сказала это вслух? Ай-щ, да забудь! Я пела для него, понимаешь? — В смысле? — Он стоял близко и смотрел на меня, а я… Тоже смотрела на него. — Суен, так ты наконец-то простила Тэ? — Нет, он все еще бесит меня, но блин, он так смотрел, а еще эта песня так удачно подошла под этот момент. Что он теперь подумает? — Что у него самая талантливая омега на свете. — Эй, я не его омега! — Су, ну, мне-то можешь не врать. У тебя на лбу написано: «Хочу Тэ!». Да, он поступил с тобой плохо, но уже тысячу раз раскаялся, а ты все продолжаешь держать его на расстоянии. Хватит уже дуться на него и позволь показать его лучшую сторону. — Не знаю. Я ему не верю. Ну, блин, сейчас покажу ему, насколько бываю опасна, может, тогда отстанет от меня. Давай «Danger»! К Тэхёну присоединился Юнги, и они уже стояли открыто с пивом в руках, выжидающе глядя на девушек. Вон ударила по барабанам, а Пак смело вышла к микрофону и, глядя в глаза альфам, агрессивно запела: — У меня нет тебя, Но я думаю только о тебе и схожу с ума. Почему ты так поступаешь? Почему обманываешь? Я предупреждаю в последний раз Не играй со мной! Какого черта ты издеваешься надо мной? Я так прост, и ты решила поиграть со мной? Ты сейчас в большой опасности Решила со мной поиграть? Решила меня испытать? Не играй со мной! Исполнив еще две песни, подруги искупались в овациях слушателей и, спустившись со сцены, подошли к столику альф. Они молча сели и виновато переглядывались друг с другом, не зная, с чего начать разговор. — Не то, чтобы я сильно удивлен, — прервал молчание Юнги. — Честно, просто охренел. Ми, мы ведь договорились, что между нами не должно быть никаких тайн. — Прости, оппа, — пролепетала та. — Я хотела рассказать, но как-то не было подходящего момента. — Вот, значит, где вы пропадаете вечерами, что до вас дозвониться невозможно, — сказал Тэ. — Тебе-то что? — отрезала Суен. — Нам не за что оправдываться, ведь мы ничем плохим не занимаемся. — Это верно, — сказал Мин. — Я просто не перестаю удивляться, сколько в вас скрытых талантов. Ми, я должен еще о чем-нибудь знать? — Нет, оппа, это все, что я умею, — ответила та. — Прости, что раньше не рассказала тебе. — Блин, тряхнуть стариной, что ли? — сказал Тэ и заговорщицки подмигнул другу. Тот одобрительно кивнул и альфа, отпив из бокала пива, ушел в неизвестном направлении.