Часть 4

      2.4. Пчела молодая мечтает о мёде цветов       - Сяобао, дай конфету, - Ли Ляньхуа с самым серьёзным видом требовательно протянул руку.       - Где я тебе её возьму? – возмутился Фан Добин и хлопнул его по ладони, отталкивая. – Ты последнюю съел ещё до того, как мы въехали в Лоян.       - Тогда идём на рынок, пока он не закрылся.       Солнце действительно уже приближалось к горизонту, и скоро должно было начать смеркаться.       Смотревший на них с ничего хорошего не предвещающим выражением лица Ди Фэйшэн внезапно выбросил вперед руку, чтобы схватить любителя конфет за шиворот, но тот юркой змейкой ускользнул в последний момент и выставил перед собой руку:       - А-Фэй, давай сыграем в игру паучок и мушка в другой раз. Твой цингун великолепен, но я бы предпочел дойти до рынка сам.       Ди Фэйшэн, закипая, хотел что-то сказать, но тут Ли Ляньхуа быстро продолжил:       - Обещаю, я расскажу тебе всё, что ты пожелаешь, как только мы купим конфет!       Фан Добин отвернулся, скрывая смешок. В устах Ли Ляньхуа «всё, что ты пожелаешь» могло быть чем угодно, при этом очень далеким от правды.       - Где, кстати, рынок? – Ли Ляньхуа с растерянным видом оглянулся по сторонам.       - Там, - мрачно бросил Ди Фэйшэн, указав подбородком, и уверенно двинулся направо, никого не дожидаясь.       Всё ещё веселящийся Фан Добин и невинно улыбающийся Ли Ляньхуа поспешили за ним. Учитывая, что Ди Фэйшэн искал их, перемещаясь по крышам Лояна с помощью цингуна, он явно лучше ориентировался в городе.       Рынок действительно оказался недалеко, всего в паре кварталов, так что они успели как раз вовремя, ведь торговцы уже потихоньку начинали собирать товар. Конфеты были быстро куплены и теперь оставалось найти заведение с уединенным столиком, чтобы поесть и поговорить. Почти у самого выхода с рынка одна из девушек, стоящих около лотка с украшениями, вдруг окликнула их:       - Господин Ли, господин Фан? Это действительно вы? Я бы вас не заметила, если бы не ваш колоритный высокий слуга, - говоря всё это, девушка в ярком наряде подошла к ним и вежливо приветствовала. – Вы не помните меня? Я…       - Барышня Биньжун, - закончил Ли Ляньхуа, сложив руки в приветствии. Затем, бросив взгляд на явно едва сдерживающегося Ди Фэйшэна, поспешил уточнить. – Господин Ди не мой слуга. В тех обстоятельствах я вынужден был его так представить. На самом деле он выдающийся мастер боевых искусств, которому нет равных.       Барышня Биньжун в восхищении округлила глаза. Фан Добин снова подавился смешком. Ди Фэйшэн же не сильно изменился в лице, но взрыва, кажется, пока удалось миновать.       - Вы из Лояна, барышня? – спросил Ли Ляньхуа.       - И да, и нет, - девушка немного грустно улыбнулась. – Когда принцесса Чжаолин великодушно помогла нам, мы все вернулись домой. Семьи большинства девушек с радостью приняли их, но мои родители умерли, а другие родственники не пожелали видеть меня, поэтому я поехала в ближайший крупный город. Но я не знаю никакого ремесла достаточно хорошо, чтобы меня приняли на работу, в ученицы же не гожусь по возрасту, так что я вернулась к тому, что уже умела делать лучше всего. Теперь я работаю здесь, в Красном пионе. – А вы что делаете в Лояне? – она посмотрела на всех троих по очереди.       - Фан Добин расследует очередное преступление, - пояснил Ли Ляньхуа, - А мы немного помогаем.       - Наверное, убийство кузнеца?       - Вы слышали об этом? – не подтвердил и не опроверг предположение Биньжун Ли Ляньхуа.       - Да, в городе уже все знают. Говорят, его убил демон, которому кузнец отказался сделать меч.       - Вот как, - Ли Ляньхуа заинтересованно улыбнулся. - А что ещё говорят?       - Да многое. Если хотите узнать все городские сплетни, то пойдёмте со мной в Красный пион.       - Нет-нет, мы собирались поесть вон в том заведении, - Фан Добин махнул в сторону первой попавшейся на глаза едальни.       - В кондитерской? – вскинула удивленно брови Биньжун.       Ли Ляньхуа укоризненно посмотрел на Фан Добина, и даже в глазах Ди Фэйшэна мелькнула ухмылка.       - В Красном пионе вы сможете нормально поужинать. Это недалеко. И у нас хороший повар. Я договорюсь с хозяйкой, чтобы вам выделили отдельную комнату. Хозяйка меня ценит, потому что я умею угодить самым взыскательным клиентам. Вам не нужно беспокоиться. Я попрошу, чтобы вас обслуживала Жунзю. Вы её знаете. Она была в Красных горах служанкой. Ей тоже не удалось нигде больше устроиться. Жунзю из Лояна, знает многих местных. Кроме того, она обслуживает гостей за столами и слышит все их разговоры.       - Спасибо за приглашение, мы с удовольствием им воспользуемся, - улыбнулся Ли Ляньхуа и пошёл вместе с девушкой. А не сильно довольные, но по разным причинам, Фан Добин и Ди Фэйшэн отправились за ними следом.       Красный пион явно не был дешёвым борделем. Охрана при входе, большой двор с садом, красивое здание, уже горевшее яркими огоньками свечей в начинающихся сумерках - абы кого сюда не пустят. Биньжун без помех провела своих гостей через боковую дверь в уединенный кабинет, где попросила немного подождать, пока она обо всём договорится с хозяйкой. Через некоторое время она вернулась немного озадаченной и рассказала, что хозяйка не против выделить им приватный кабинет, но Жунзю не сможет их обслуживать, так как она пропала. Вчера взяла выходной, чтобы навестить родственников, но сегодня не вернулась обратно. Биньжун извинилась, сказав, что их обслужит другая девушка, и пообещала зайти попозже и рассказать всё, что ей известно о разговорах в городе о смерти кузнеца. Буквально вскоре после её ухода зашла девушка с кувшином вина и бокалами, молча расставила и наполнила их, после чего удалилась, сообщив, что кушанья будут через несколько минут.       - За встречу, - Ли Ляньхуа первым поднял свой бокал.       - Не думай, что удастся отвертеться, - Ди Фэйшэн поднял свой.       Фан Добин присоединился, молча улыбаясь. Пока обстановка была мирной и это оставляло юному проголодавшемуся организму надежду на то, что удастся нормально поесть.       - Последний раз мы с тобой пили в твоих свадебных покоях, так ведь? – Ли Ляньхуа смотрел на Ди Фэйшэна со свой обычной мягкой улыбкой и лёгким огоньком озорства в глазах. – Что делал после этого глава Ди? Наводил порядок в союзе Цзиньюань?       - Бывшему главе Сыгу я бы этого не рассказал, потому что не ему совать нос в мои дела, а поддельному лекарю Ли Ляньхуа это знать вообще ни к чему.       - Ты прав, - Ли Ляньхуа покладисто покивал. – Тем более, теперь я учёный школы Жуцзя - учитель Ли.       Ди Фэйшэн фыркнул:       - Заумные речи тебе тоже не помогут, - его лицо уже не было таким мрачным как раньше, смягчаясь.       - Я и не надеялся. Но как твой друг всё же решил спросить, как твои дела.       Фан Добин подумал, что самое время налить ещё по бокалу:       - За дружбу? – он посмотрел на старших товарищей, недовражда и недодружба которых были удивительными для всех, но не для этих двоих.       - Забыли мы       Про старые печали —       Сто чарок       Жажду утолят едва ли,       Ночь благосклонна       К дружеским беседам...- Ли Ляньхуа отсалютовал своим бокалом и выпил.       Ди Фэйшэн молча ответил, отзеркалив и жест, и ироничную улыбку. В этот момент вошла девушка с подносом и расставила на столе закуски и тарелки, затем снова наполнила опустевшие бокалы и удалилась.       - Давайте сначала поедим. Я голоден, - Ли Ляньхуа взял палочки.       Ди Фэйшэн кивнул. Фан Добин с энтузиазмом начал наполнять свою тарелку. Аппетит Ли Ляньхуа уже не был таким зверским, так что он достаточно быстро утолил голод и отложил палочки:       - Так что ты хочешь услышать? – спросил он уже серьезно Ди Фэйшэна.       - Ты здоров? Яд Бича выведен?       - Не знаю. Правда не знаю, - добавил со вздохом Ли Ляньхуа, видя как нахмурил брови Ди Фэйшэн. Фан Добин продолжал молча есть, не мешая этим двоим.       - Я не знаю ни кто меня вытащил из Диюйя, когда я уже почти шагнул туда, ни как он это сделал, ни что с моими внутренними силами. Кроме того, что их нет, и я не могу ощутить мои меридианы, в том числе, есть ли в них ещё яд, я чувствую себя совершенно здоровым, - продолжил Ли Ляньхуа и коротко рассказал историю своего появления в домике старика Чжана, которую Фан Добин уже знал.       - Почему всякие дурацкие чудеса происходят с тобой, а дураком, в итоге, чувствую себя я? – изрек Ди Фэйшэн, когда Ли Ляньхуа закончил.       Фан Добин и Ли Ляньхуа в недоумении уставились на него. Слов для Ди Фэйшэна было неожиданно много, но вывод ещё неожиданней.       - Что? – ответил хмурым саркастичным взглядом Ди Фэйшэн. – Ты здоров, но сразиться с тобой я больше не могу. Только пить и остается.       Фан Добин фыркнул, не веря, что слышит шутку в исполнении сурового главы Ди. Но через мгновение смеялись уже все трое.       В этот момент вернулась Биньжун:       - Вижу у господ всё хорошо. Я очень рада. Велеть принести ещё вина или чая?       - Не нужно, барышня Биньжун, присядьте, расскажите нам, что вам известно о произошедшем с кузнецом Хэ.       Биньжун с готовностью села к столу рядом с Ди Фэйшэном:       - Кузнеца Хэ Вэйцзина я никогда не видела. Говорят, он был приятным добрым мужчиной, но кузня ему была роднее дома. От кого я это знаю? Так родня Жунзю жила рядом с родителями подмастерья Хэ - Сяопина. Жунзю с ним с детства знакома. Не дружила, но виделась иногда. Он и рассказывал, что на жену свою его мастер мало внимания обращал, жил как с сестрой, хотя она симпатичная женщина, хозяйственная и с хорошим характером. Как у них только сын родился, удивительно... Но, видно, поэтому больше детей и не было. Этот мастер Хэ мог по несколько дней в горах лазать за всякими камушками и бог весть за чем ещё, и потом в своей маленькой плавильне за городом жить неделями. Какие-то всё опыты делал с этими находками. То ли пытался разгадать секрет облачного железа, то ли создать какое-то своё. Оружие у него, конечно, отличное получалось, зарабатывал хорошо и подмастерьев в этом плане в суровом теле не держал. Жадным не был. А некоторое время назад Жунзю с этим Сяопином вдруг закрутила. Так он ей всякие заколки, кулоны и брошки красивые дарил. Какие сам в кузне делал, какие покупал. Да не только из простого металла, а и из серебра пара штук была. Говорил, что мастер его чудо-мечи выковал, за которые большие деньги получит, и им тоже достанется. И ещё Сяопин говорил, что сам знает, как такой меч выковать, что за него кучу денег заплатят. Обещал, что после этого Жунзю выкупит. Но в городе болтают, что из-за меча кузнеца демон и убил. Люди видели, как мастер Хэ с гор дикую козу притащил, а потом, рассказывают, выпотрошил её, какие-то камни вытащил и обряды магические на шестнадцатый лунный день с ними проводил с солью и водой. Вот демона и призвал случайно. Тот у него меч потребовал, а когда кузнец отказался, то убил его, а голову сожрал.       - Что за демон, не говорят? – поинтересовался Ли Ляньхуа, сохраняя полную серьезность.       - То ли Язцы, то ли сам Лунван, принявший человеческое обличье. Меч-то драконий кузнец сделал.       - А что Сяопин, действительно, мог тоже необыкновенный меч выковать?       - Да кто же его знает-то? Жунзю, как он пообещал её выкупить да подарки дарить стал, дурочка, каждому слову его верила. Хотя парень он вроде не плохой. От демона этого тоже пострадал, руки лишился. Не ковать ему больше мечей. Жунзю расстроится. Хотя нашлась бы сама только. Ох, волнуюсь я за неё. Хозяйка уж и к родственникам за ней посылала. Так те сказали, что и не была у них Жунзю.       - Не была? – Ли Ляньхуа удивленно расширил глаза. – Куда же она могла пойти?       - Так вот и я ума не приложу. Подруг у неё нет, кроме девушек из Красного пиона. Мужчин, к кому могла бы пойти, тоже. Сяопина спрашивали уже посыльные хозяйки. Не знает он, где Жунзю.       - А когда же и кто последний раз видел её - известно?       - Монах у пещер Будды её вчера вечером видел уже в сумерках недалеко от храма. Только странно это. Раньше не помню, чтобы она в храм этот ходила. Ах да, у меня же письмо для вас от брата Гаотао из монастыря Шаолинь. Монах этот и принес, да про Жунзю рассказал.       - Откуда монах знает девушку из Красного пиона? – пришла очередь Фан Добина делать круглые глаза.       - И я удивилась, а он сказал, что и не знал её, но когда увидел в сумерках у пещер Будды одинокую девушку, то спросил, кто она и не нужна ли ей помощь. Она назвалась, однако от помощи отказалась, заверив, что скоро придёт её знакомый. Тогда он ушёл, не стал её смущать. А когда сегодня был в Шаолине и рассказал об этом странном случае брату Гаотао, тот дал ему письмо для вас, господа, а также велел зайти в Красный пион и сообщить про Жунзю. Так удачно совпало, что он выполнил оба поручения в одном месте.       Ли Ляньхуа открыл письмо и пробежал глазами:       - Сяобао, нас с тобой завтра приглашают в Шаолинь, - он протянул письмо Фан Добину. Тот тоже прочитал и тут же поинтересовался:       - Барышня Биньжун, вы знаете, кто этот брат Гаотао?       - Конечно! Про него все знают. Настоятель Шаолиня занят всё время духовными практиками, медитацией и совершенствованием. Всеми делами в Шаолине занимается брат Гаотао. Он тоже, говорят, силён в боевых искусствах, возможно, как мастер Ди, но он не так красив, - девушка улыбнулась Ди Фэйшэну.       Тот сразу посуровел лицом. Она отвела от него глаза, мягко усмехнувшись, и продолжила:       - Брат Гаотао, кроме того, просвещённый человек, многое знает. Монахи и прихожане с восторгами рассказывают о разговорах с ним. В монастыре очень интересно. Я не ездила ещё туда, далеко всё же, но некоторые девушки, которые здесь давно работают, бывали и остались довольны. Так что вы не пожалеете, если съездите.       - Пожалуй для нас это тоже далековато, - расстроенно протянул Ли Ляньхуа.       - Да уж, и беседа с просвещенным человеком будет слишком утомительна для учителя Ли, - Фан Добин спрятал лукавую улыбку.       - Тогда я попрошу передать монаху, что вы благодарны за приглашение, но не сможете им воспользоваться.       - Он ещё здесь?       - Да, это странствующий бхикшу, так что девушки отвели его поесть на кухню.       - Мы можем его увидеть и поговорить?       - Конечно, пойдемте.       Задними коридорами Биньжун провела своих гостей к кухне, откуда потом вывела немолодого уже мужчину в монашеских потрепанных одеждах, с бритой налысо головой и худым лицом.       - Я – учитель Ли, это мои друзья господин Фан и господин Ди, - представился Ли Ляньхуа. – Как к вам обращаться, уважаемый?       - Брат Хань, - монах поклонился, приветственно сложив руки ладонями друг к другу, и получил светские поклоны в ответ.       - Брат Хань, нам сказали, что вчера около пещер Будды вы встретили барышню Жунзю. В котором часу это было и как она выглядела?       - Да, верно, я увидел барышню, когда шёл из храма в час Петуха. Барышня была хорошо одета и взволнована, ходила туда-сюда. Я предложил её проводить домой, поскольку было уже поздно и холодало, но она ответила, что ждёт кого-то, и просила не беспокоиться. После этого я ушёл.       - Она не сказала, ждёт мужчину или женщину?       - Я подумал мужчину, но не уверен. Она сказала «одного человека».       - Вы встретили рядом или по дороге кого-то ещё?       - Нет, обычно все расходятся до сумерек. Только таким как я привычно ходить по дорогам так поздно, да всяким разбойникам. Но я никого дурного не видел. Через несколько ли в плавильнях ещё работали печи. Тамошние мастера заканчивают уже почти ночью, потому что света от печей достаточно, и им всё равно, день или вечер.       - Дорога к пещерам Будды идёт мимо плавилен?       - Да, конечно. Это уже близко к въезду в город.       - Спасибо, брат Хань. Вы теперь отправитесь в Шаолинь?       - Сегодня уже нет, завтра с рассветом.       - Да, ведь уже скоро ночь, - покивал Ли Ляньхуа. – Передайте, пожалуйста, брату Гаотао, что я и мой друг, господин Фан Добин, очень благодарны за приглашение, но поручения императора, которые должен выполнить господин Фан, не позволяют нам покинуть Лоян.       - Передам, не беспокойтесь, - поклонился монах.       - Нам уже пора домой, не будем больше вас отвлекать, - вежливо улыбнулся Ли Ляньхуа.       Монах снова поклонился и вернулся на кухню.       - Где вы остановились? – спросила Биньжун.       Ли Ляньхуа переглянулся с Фан Добином и указал глазами на Ди Фэйшэна в своей обычной манере молча подпиравшего стену чуть в стороне во время разговора с монахом.       - Нас с Ли Ляньхуа принял у себя цзедуши Шэнь. Думаю, что мастер Ди тоже сможет воспользоваться его гостеприимством, - ответил Фан Добин.       - Господин Ди может остаться здесь, я буду рада его принять, это бесплатно, - живо отреагировала Биньжун.       - Нет, - тут же категорически отказался Ди Фэйшэн, который, казалось, до этого вообще не слушал их.       Фан Добин и Ли Лянбхуа спрятали улыбки. При этом Ли Ляньхуа подошёл к Ди Фэйшэну и похлопал его по плечу:       - Конечно, мы давно не виделись и не расстанемся так быстро, - он озорно улыбнулся.       Ди Фэйшэн фыркнул, отбрасывая его руку:       - Пойдем уже. Где этот дом цзедуши?       Биньжун разочарованно вздохнула и проводила их до выхода.       Цзедуши действительно не возражал принять доброго друга господина Фана, мастера боевых искусств господина Ди. В его доме было достаточно свободных комнат, а репутация семьи Фан Добина работала в таких случаях не только на него, но и на его друзей.       Перед тем как отправиться спать, Ли Ляньхуа предложил на следующий день сходить посмотреть плавильни и пещеры Будды. Фан Добин поддержал идею, Ди Фэйшэн промолчал. Что у него на уме, знал, как обычно, только он сам. Так что, не обнаружив его утром, Ли Ляньхуа и Фан Добин не удивились. Зато им преподнёс сюрприз цзедуши, рекомендовав… посетить Шаолинь и познакомиться с братом Гаотао, который просто замечательный человек, кроме того, хорошо знает труды Конфуция и учителю Ли будет интересно с ним поговорить, а господину Фану и господину Ди - посмотреть на обучение монахов, особенно на их сражения с шуангоу. Такого владения этим оружием они больше нигде не увидят. Брат Гаотао с утра прислал цзедуши сообщение, в котором просил извиниться, что он не знал о том, что с господами Ли и Фаном прибыл ещё их друг господин Ди, так что он не упомянул его в приглашении ранее, но рад будет принять всех троих. Также просил цзедуши посодействовать в предоставлении господам повозки для комфортного передвижения, что тот с готовностью рад предоставить.       Осведомленность и настойчивость брата Гаотао поражала и интриговала, но перспектива беседы со знатоком Конфуция не прельщала Ли Ляньхуа, как и не подняли бы настроение боевые умения монахов, так что Фан Добин вежливо отказался от посещения Шаолиня, но попросил дать повозку для скорейшего передвижения во время расследования. Цзедуши выразил сожаление, что они многое теряют, упуская возможность посетить Шаолинь, но повозку отдал в их полное распоряжение на любое необходимое время. Так что после завтрака они с комфортом поехали в плавильни.