Бонус: Знакомство с родителями

Отъезжая вместе с Аменом от дома родителей, Эва следила за падающими ежесекундно каплями дождя, которые, казалось, стучали не по машине и дорогам, а по её нервам, и без того натянутым до предела. Амен, как и всегда, дал ей согреться в машине прежде, чем плавно выехать на дорогу, и кидая на него взгляды каждые несколько секунд Эва поражалась, насколько он спокоен даже в такой непривычной для них ситуации. Словив её за разглядыванием себя в очередной раз, он, не отрывая взгляда от дороги, улыбнулся уголками губ. - Почему ты так сильно нервничаешь, красавица? - мягкий, как и всегда, заботливый голос мужчины дарил каплю спокойствия, но кажется сегодня не было суждено Эвтиде успокоится полностью. - Ну... - она поджала губы, смотря на мужчину неуверенно, заламывая брови и постоянно теребя ленточку на крупном букете нежно-розовых тюльпанов. - А вдруг я им не понравлюсь...? - Эва... - Амен мягко рассмеялся, покачав головой и позволил себе на секунду посмотреть на неё, улыбнувшись шире. - Ты не можешь им не понравится, ты им уже нравишься. Она поражённо застыла, а после, резко выдохнув, прикрыла лицо руками. - Ты рассказывал им о нас? - она посмотрела на него сквозь пальцы смущённо, на что Амен не смог сдержать ласкового смешка, и кивнул, следя за дорогой ещё внимательнее, когда они выехали за черту города, направляясь в ближайший коттеджный посёлок в полутора часах езды от Клиффстона. - И рассказывал, и показывал, золушка. - расслабленная улыбка Амена всё же внушала ей надежду, что всё не так плохо, но следующие слова мужчины просто выбили из колеи, заставив её покраснеть ещё больше, спрятав лицо за ладонями. - Мама от тебя в восторге, отец вообще сказал, что если я тебя обижу, то мне нужно будет искать крышу над головой, потому что меня они не примут. - Господи... - Эва не сдержала тихого смеха, опустив голову и с лёгкой улыбкой рассматривая цветы, а в следующую секунду увидела ладонь Амена рядом со своим бедром, и не сдержала нежной улыбки, скользнув взглядом по спокойному мужчине за рулём, когда поглаживающим движением пальцев погладила его ладонь, и когда её пальцы оказались между пальцев Амена мужчина сразу же мягко их сжал, нежно поглаживая кожу девушки большим пальцем. - Не знаю почему так нервничаю... Это очень волнительно. Переживаю, что у твоей мамы ведь день рождения. Вдруг они просто примут меня для вида, а на самом деле я им не понравлюсь вживую? - Эва... - мужчина затормозил неподалёку от поселка, чтобы успокоить девушку. Он вышел из машины, заглушив мотор, обошел её, открывая переднюю пассажирскую дверь и помог девушке покинуть автомобиль, уверенно держа её за руку. Эва огляделась, вдыхая витающий повсюду аромат полевых цветов и охнула, когда оказалась прижата к крепкой груди сильными, надежными руками. Она обвила талию мужчины, с дрожью выдыхая и уткнулась в его грудь, кусая губы. Не решалась посмотреть на него. - Они полюбят тебя, как я полюбил, столкнувшись с тобой в клубе. Не сомневайся в этом. - он нежно уткнулся в макушку девушки губами, и не смог сдержать улыбки, почувствовав, как его девочка расслабляется в его руках. Он приподнял лицо Эвы за подбородок, с нежностью, от которой у девушки всегда кожа покрывалась мурашками, рассматривая её. Мягко улыбнувшись, Амен продолжил. - Мои родители абсолютно не умеют врать. - Такие же прямолинейные и честные, как ты? - Эва не сдержала улыбки, обхватив его запястье одной рукой и прижала его ладонь к своей щеке, прикрывая глаза и довольно выдыхая, когда он стал гладить её кожу. Амен тихо рассмеялся, кивнув, и прижал Эву к себе, ненавязчиво целуя окрашенные слишком уж знакомым вишневым блеском губы и безмерно наслаждаясь тем, как Эва зарылась пальцами в его волосы, прижимая ближе к себе, как уверенно отвечала на поцелуй, разомкнув губы и сплетаясь с ним языком, пока её талию грели широкие ладони. С лёгкой улыбкой первой разорвав поцелуй, посмотрела на него с нежным прищуром, аккуратно поджимая губы, чтобы распределить по ним остатки блеска. - Раз так, тогда я спокойна. Они вместе усаживаются обратно в автомобиль, и кажется только сейчас понимают что промокли, но ни смущения, ни возмущения это не вызывает - они лишь улыбаются друг другу прежде, чем мужчина заводит мотор и они вновь трогаются с места, заезжая на территорию поселка.

***

Тем временем... - Не волнуйся ты так, солнышко. Всё будет хорошо, если что я тебе позвоню. - голос Тизиана, слегка хриплый ото сна, но неизменно мягкий заставляет взволнованную девушку улыбнутся уголками губ, когда она, мягко поцеловав мужчину в уголок рта и тихо рассмеявшись на приятную щекотку от его усов всё же покидает дом, впервые за такое большое количество времени соглашаясь выйти на смену в офисе. Алия недавно болела, и всё это время Тизиан их не покидал, помогая всеми возможными способами Герсе ухаживать за дочкой, а теперь, когда она выздоровела, Герса может позволить себе выйти на работу, а Тизиан, взяв несколько выходных в клубе - позаботится о том, чтобы малышка пошла в садик и вечером забрать её оттуда, что нужно было сделать на несколько часов раньше, чем заканчивался рабочий день Герсии. Он готовит лёгкий омлет и большую чашку так любимого Алией какао, прекрасно помня, как девочка не любит завтракать в саду, когда вдруг чувствует, как его ноги обвивают маленькие ручки, и опускает взгляд, с улыбкой смотря на проснувшуюся Алию. - Доброе утро, принцесса. Выспалась? - Тизиан тихо смеётся, когда Алия надувает щёчки и отрицательно качает головой, но на стул у кухонного стола послушно забирается, где её ждёт уже теплый, но не слишком горячий омлет и какао. - Усатик, а можно я не пойду? - голос Алии звучит умоляюще, и когда он смотрит на девочку, садясь рядом с ней с чашкой горячего кофе он не сдерживает тихого мягкого смеха от вида полной обречённости девочки. - Нет, котёнок, нельзя. - не смотря на запрет голос мужчины звучит мягко и нежно для ребёнка, оттого Алия не спешит злится или капризничать, лишь смотрит на него умоляюще. - Почему? - Ты же знаешь, как мы с мамой переживали, принцесса. - мужчина, даже не задумываясь ни секунды, причисляет себя к их маленькой семье, в которой давно нашел своё место. Алия кивает, что вызывает у мужчины улыбку. - Мама наконец позволила себе расслабится и выйти на работу, поэтому давай мы не будем заставлять её переживать, хорошо? Алия кивает, медленно пережёвывая омлет и запивает его своим какао, но менее обречённой на скучный день не выглядит, что заставляет Тизиана умиляться - слишком взрослая эмоция для такой малышки. - Но там такой невкусный ужин... И друзей мало остаётся, почти всех забирают после полдника. - она вздыхает, смотря на своей омлет расстроенно и Тизиан, качающий головой и искренне, по доброму посмеивающийся расстроенной тяжестью бытия девочкой, решает её порадовать. - Тогда давай так. - Алия сразу же вскидывает голову, услышав заговорщицкий тон мужчины и смотрит на него во все глаза, когда он отпивает кофе, и заговаривает снова. - У вас после полдника прогулка, так? - Да... - Значит с прогулки я тебя заберу и мы пойдем на... - он на пару минут замолкает, взяв телефон и быстро что-то ищет, после чего смотрит на неё с довольной улыбкой. - Вот такие аттракционы. Он не может сдержать широкой улыбки, видя, как глазки Алии загораются предвкушением, когда она рассматривает аттракционы в парке неподалеку от садика - огромный батут, детское колесо обозрения, карусель "гуси-лебеди", где места в виде лебедей поднимаются над землей высоко, создавая ощущение полёта и "летающие качели". Она кивает, и с гораздо большим энтузиазмом доедает завтрак, допивает какао и спешит в свою комнату, слыша лишь как Тизиан, допив свой кофе, тихо смеётся на такую смену настроения. Усатая звёздочка (*~*): Солнышко, я заберу Алию пораньше.

Темнокожие солнышки:

Что-то случилось? Мне вернутся домой?

Усатая звёздочка (*~*): Тише, солнышко, не нервничай. Всё хорошо, просто мы с Алией после садика захотели погулять немного.

Темнокожие солнышки:

Боже... Прости.

Погуляйте конечно.

У вас всё хорошо? Алия не капризничает?

Усатая звёздочка (*~*): *Фотография уже собранной улыбающейся Алии с двумя аккуратными косичками*

Темнокожие солнышки:

Ты ей ещё и косички сделал?

Мои ж вы хорошие

Удачи <3

- Ну что, принцесса, поехали? - быстро собравшийся Тизиан с улыбкой протягивает руку Алии, за которую та без раздумий берётся и они покидают дом, заперев дверь на замок оставленными Герсой для Тизиана ключами и садятся в его машину, отправляясь в сад.

***

Когда Амен и Эва вышли из машины, первым встретившим их человеком был высокий, мускулистый и крупный по всем меркам мужчина на вид лет пятидесяти, с короткой стрижкой, в обтягивающей грудь белой рубашке и брюках, и выбивающихся из образа обычных кроссовках, которые на нём почему-то странно не выглядели. Но больше всего Эву, едва сумевшую успокоится, напугал абсолютно серьёзный, суровый вид мужчины со шрамом под левым глазом. Эва не смогла сдержать собственных реакций и просто юркнула за спину Амена, заставив шагающего к ним мужчину удивленно застыть, а после - разразится громким, но к удивлению очень мягким смехом вместе со своим сыном, который повернул к испуганной девушке голову, смотря на неё безумно ласково и нежно сжимая её ладонь в своей. - Не бойся, золушка. Это всего лишь папа. - выглядящие идеально круглыми глаза Эвы бегали от его лица к лицу мужчины, которого она рассматривала, выглянув через плечо Амена, но слов так связать и не смогла, пока мужчина не поднял руки в капитулирующем жесте, подходя к ним и улыбаясь широко, по доброму и к удивлению Эвы одна лишь улыбка мужчины давала понять, что на самом деле выглядящий как созданный одним суровым видом отбивать всё желание подходить к себе человек на самом деле оказывался добродушным. - Ты ведь Эвтида, верно? - низкий, но приятный слуху бас мужчины с лёгкой хрипотцой смог всё же немножко привести Эву в себя и она неуверенно кивнула, всё ещё сжимая ладонь Амена и заламывая брови, словно вообще не была уверена, что её на самом деле так зовут. - Не бойся меня, я не кусаюсь. Я Махес, а это... - он на минуту замолчал, услышав звук открывающейся двери и увидев вышедшую к их сыну со своей девушкой жену. - Любовь всей моей жизни, Хатшепсут. - Ты с такими представлениями совсем девочку запугаешь. - мягкий женский голос мамы Амена и тёплая улыбка, обращённая к Эве, заставили её немного успокоится и всё же выйти из-за спины Амена, хотя в глаза им посмотреть она всё равно не смогла - слишком смущена была своей реакцией. - Здравствуй, милая, меня можешь называть просто Хатше. - Простите. Вы просто такой... Огромный. - Хатшепсут и Махес, переглянувшись, негромко рассмеялись, и в следующее мгновение девушка уже оказалась в руках аккуратно обнявшей её Хатше, которая махнула рукой мужчинам, чтобы те шли в дом. Амен прежде, чем уйти, не смущаясь глаз родителей нежно поцеловал её макушку, после чего он вместе с отцом направился внутрь, оставляя свою девочку на мать, которая точно сможет её немного расслабить. - Мне так стыдно, простите. - Эва прикрыла лицо руками, но своим смущением вызвала лишь мягкий смех Хатше, которая ласково погладила девушку по спине, улыбнувшись тепло. - Не стоит смущаться, милая. Я сама первое время знакомства с Махесом боялась его, пока он мне не улыбнулся. - Эва тихо засмеялась, неуверенно кивая на её слова и смотря на женщину благодарным взглядом, а после, резко вспомнив о том, что приготовила, хлопнула себя по лбу и достала из сумки аккуратную продолговатую коробочку. - Простите, что дарю сейчас, но боюсь что буду слишком смущена и вообще забуду. - Эва слегка нервно выдохнула, когда Хатшепсут, благодарно улыбнувшись, забрала из её рук коробочку и открыла её. Она совсем не была уверена, что её подарок придется по вкусу маме Амена, но когда она увидела это аккуратное, не вычурное колье из белого золота поняла, что это идеальный подарок, и всё это время, что хранила его до встречи с Хатшепсут она думала лишь о том, какое значение сама в него вложила. - Ох, милая... - удивленная Хатше переводила взгляд с кулона, который аккуратно держала в руках, рассматривая столь дорогую вещь на свету, на смотрящую на неё с более расслабленной улыбкой девушку. - Но это же очень дорого. - Не дороже того, что вы мне подарили. - сразу же ответила Эва, улыбнувшись уголками губ, но видя удивленный, вопросительный взгляд женщины, которая впервые слышала о каких-то подарках, которые дарила ей, пояснила свои слова. - Амен... Он для меня - всё. Я просто... - Эва, замявшись, поджала губы, но видя столь по доброму настроенную к ней женщину всё же расслабилась, договаривая. - Я не могу подобрать правильных слов, но я очень хотела поблагодарить вас за то, что он есть. - Ох, Эвочка... - абсолютно тронутая её словами Хатшепсут аккуратно привлекла к себе девушку, нежно её обнимая вновь и тихо шмыгая носом, но улыбаясь по матерински мягко и ласково. - Я очень рада, что у него есть ты. - женщина не сдержала нежной улыбки, почувствовав аккуратные ответные объятия девушки, но долго под козырьком, прячущим их от дождя, они стоять не стали и направились в дом, негромко переговариваясь. Застолье по поводу дня рождения Хатшепсут выдалось на удивление до безумия приятным и для Амена с Эвой, которая через несколько часов уже смогла свободно и искренне смеяться над шутками и забавными старыми историями его отца, перестав испытывать в его присутствии столь сильный страх и дискомфорт, и Амен, внимательно наблюдающий за расслабленной девушкой, испытывал невероятный спектр чувств. Он, с лёгкой любящей улыбкой рассматривая улыбающуюся Эву, которая смеялась вместе с его матерью и отцом над очередной историей о детстве Амена, смущалась, от чего на её щёчках появлялся так полюбившийся ему нежный румянец, не мог отвести от неё глаз и перестать ею любоваться, что замечали и Хатше, и Махес, переглядываясь и улыбаясь понимающе на не скрывающего свои чувства сына, которым с первого переглядывания этих двоих стало понятно, насколько они друг другом любимы. Амен же думал лишь об одном - как он гордится своей маленькой, но такой сильной золушкой. Смотрел на неё, и с необъятной гордостью видел - не смотря на то, сколько дерьма откровенного они прошли, каждый её жест, взгляд, каждое слово не пыталось быть наигранным, она с искренним интересом расспрашивала его родителей о его прошлом, искренне волновалась, поднимая небольшой, но тронувший до счастливых слёз тост за Хатшепсут, искренне смеялась над очередным рассказом Махеса о том, как Амен в детстве мечтал стать спасателем и однажды спас маленького котёнка, забравшегося на дерево слишком высоко, вот только слезть сам уже не смог, забоявшись высоты и как Махес с Хатше бегали вокруг этого самого дерева, пытаясь за сладости уговорить сына прыгнуть отцу в руки. Смущалась искренне, смотря за увлекшимися друг другом Хатше и Махесом, переводила взгляд на него и ловила точно такой же взгляд на себе, какой был и у его отца на его матери, но глаз от него не отрывала, позволяя ему рассматривать себя и смотря в ответ с не меньшей любовью, очевидной в одних голубых глазах. Перед сном Хатше пошла вместе с Аменом за вторым комплектом постельного белья, чтобы девушка могла спокойно устроится вместе с её сыном в его старой спальне, и Эвтида осталась наедине с Махесом, который как раз закончил рассказывать очередную историю, и в комнате на некоторое время повисла приятная, согревающая тишина, нарушаемая лишь едва слышным стуком капель о крышу и окна, но мужчина, посмотрев на неё с добродушной улыбкой, заговорил снова. - Знаешь, Эва... - хрипловатый бас сразу же вернул внимание девушки на него, и Махес тихо довольно хмыкнул, отпивая из бокала остатки вина и смотря на девушку. - Мы, мужчины, хоть и можем казаться суровыми и холодными, живя в режиме "нам никто не нужен", но на деле... - Мягкие зефиринки, стоит ласку проявить. - заканчивает за него Эва, чем вызывает тихий смех мужчины, который кивает согласно на её слова и девушка улыбается понимающе. - Я понимаю, о чем вы и знаю, через что он прошел. Улыбка мужчины и начало разговора прекрасно дают ей понять, что Махес волнуется за сердце своего сына, которое, как знала уже некоторое время и сама Эвтида, однажды уже было разбито. Она на самом деле тронута тем, как родители её мужчины заботятся о нём, облегчение тёплой патокой разливается по телу, и она, даже не задумываясь, аккуратно накрывает своими пальцами ладонь волнующегося Махеса, лежащую на столе и смотрит на него с понимающей, ласковой улыбкой. - Махес, Амен для меня... Действительно очень много значит. Он гораздо больше, чем просто мой мужчина. - Эва улыбается лишь уголками губ, слегка нервничает, ведь открывать душу так не привыкла, но говорит лишь истину, давно живущую в её сердце. - Я не хочу быть многословной, но... Всё, чего я когда-либо хотела и хочу - чтобы он был счастлив. Я хочу беречь его, заботиться о нём и любить его. - внимательно смотрящий на неё Махес, старающийся всё же не пугать девушку излишне сосредоточенным видом, кажущимся на первый взгляд суровым, не сдерживает доброй, искренней улыбки, кивнув на слова девушки и поднимается вместе с ней из-за стола. Он подходит к ней, по доброму касаясь её плеч и с улыбкой, кажущейся ностальгической и гордой одновременно, аккуратно, почти не касаясь обнимает Эвтиду. - Добро пожаловать в семью Риддс, Эва. Хатше, нежно поглаживая замершего на словах Эвы Амена, с безумной любовью рассматривающим девушку, вместе с ним с умилением смотрит за столь идеальной, семейной картиной, развернувшейся в гостиной и не сдерживает мягкого смешка, когда видит что Эва Махеса в ответ обнимает тоже аккуратно, сталкивается взглядом с её сыном, стоящим вместе с ней на второй ступеньки лестницы в гостиную и смущается явно, но голубых глаз, заставляющих даже Хатшепсут почувствовать любовь этой юной девушки к её сыну не отводит, смотрит на него ласково. Переглянувшись с выпрямившимся и посмотревшим на неё мужем, она не сдерживает нежной улыбки, после чего они вдвоём смотрят на так и не сумевшую оторвать друг от друга глаз парочку, в который раз за сегодняшний день осознавая, что их сын счастлив и находится в не менее надежных, чем его самого, руках.

***

Темнокожие солнышки:

Тизиан, у вас всё хорошо?

Я уже иду домой, скоро буду

Усатая звёздочка (*~*): Обернись, солнышко. Девушка, остановившись на пустом тротуаре, продолжает держать мобильный в руках, удивленно оглядываясь, пока вдруг из-за спины её глаза закрывают маленькие ладошки, и Алия лепечет просьбу угадать кто это, заставляя маму наконец расслабится. Нежно улыбнувшись, она подыгрывает, кладёт телефон в карман пальто и оборачивается, удивленно замерев. Алия уверенно держится за шею Тизиана, крепко обняв мужчину и удерживая его рукой под коленями, пока другой рукой мужчина протягивает ей крупный букет нежно-белых, так сильно любимых девушкой крупных ромашек. Она ничего не говорит, аккуратно забирая из его рук букет, но то как она краснеет, отводя смущенный, но явно довольный взгляд и то, как она подносит цветы ближе к лицу, поглубже вдыхая их аромат говорят ему о её чувствах намного громче любых слов. Он забирает её сумку, оставляя в руках девушки лишь букет ромашек и специально оставляет руку свободной, чтобы не упустить возможности держаться с ней за руки, что Герса без раздумий делает, переплетая свои пальцы с его и они втроём неспешно направляются в супермаркет перед возвращением домой, и Алия, наблюдая за своей маленькой, но счастливой семьёй перед сном, когда они оба будут укладывать её спать, пожелает спокойной ночи "маме и папе", чем заставит скупого на тронутость Тизиана впервые проронить слёзы в плечо его понимающе улыбающейся возлюбленной.

***

Амен, полулежа на кровати, гладит запястье тоже не сумевшей уснуть Эвы, которая лежала на его груди, не сдержавшись в очередной за сегодняшнюю ночь раз приподнимет голову Эвы за подбородок, целуя её нежно и благодарно, ни на миг не разомкнёт руки на её талии, обнимая крепко и надежно, слушая тихий голос девушки, рассказывающей некоторые истории из её детства, произошедшие с её родителями при ней, успокаивающе поглаживая её спину, когда история становилась грустной и трогательной, и негромко мягко смеясь на действительно смешные случаи из прошлого девушки. Эвтида всё же уснёт раньше, пригревшись на его груди в кольце его рук, а когда откроет глаза с первыми лучами восходящего солнца - столкнется со слегка сонным, но неизменно любящим взглядом бледно-голубых её любимых омутов. - Доброе утро, принц. - едва хрипловато после сна звучащий голос девушки и полюбившееся прозвище заставляют Амена нежно улыбнутся, пока он нежно очерчивает пальцами овал её лица. - Ты так и не уснул? - Честно говоря, увлёкся. - его голос заставляет девушку приподнять голову, всё ещё лёжа на его груди посмотреть в его глаза с нежностью, выводя пальчиками на его оголённой коже круги и петли. - Чем же? - Мечтал. - Амен улыбается чуть шире, когда Эва на его слова заинтересованно поднимает голову, смотря на него во все глаза, и предвидя её вопрос он договаривает. - Мечтал, что однажды мы каждый день будем так просыпаться, что каждое утро я смогу видеть твоё милое сонное личико и первым звуком будет именно твой голос, мечтал о том, как будем жить, когда ты станешь моей женой. - Женой?.. - Амен на её удивлённый голос кивает, хотя и грыз себя мысленно - возможно, с этим он слишком поторопился и девушка не была готова такое обсуждать. Но она поднимается, перекидывает ногу через его выпрямленные ноги и обхватывает лицо руками, целуя Амена так тронуто и сладко, явно не смущаясь ничего. Улыбается в поцелуй, когда его руки скользят по её талии, сжимая и согревая кожу, притягивают ещё ближе к себе, и оказавшись к его лицу так близко, она зацеловывает каждый миллиметр кожи мужчины, трепетно касаясь губами и его бровей, и лба, и переносицы, и щёк, пока не возвращается к губам улыбающегося нежно Амена, сцеловывая его улыбку. - Я хочу быть твоей женой. И видя абсолютно счастливую улыбку всегда всецело искренне любящего её Амена она понимает - впереди ещё целая жизнь, которую она искренне хочет провести именно с этим мужчиной, так аккуратно и нежно завоевавшим её сердце.