Пролог

      Этот бал ни чем не отличался от остальных. Он собирался как обычно немного повеселиться, испить крови у парочки людей, а дальше как пойдёт. Однако планам было суждено несколько поменяться.       Он увидел её, стоящей возле одной из колонн. Каштановые локоны уложены в простую, по сравнению с другими, причёску, тёмно-синее платье выделяется на общем фоне пастельных оттенков. И взгляд какой-то то ли недовольный, то ли через чур серьёзный для типичной девушки на балу.       - Позвольте поинтересоваться, отчего прекрасная леди столь печальна? – со своей обычной слегка надменной, но игривой улыбкой спросил он, подходя к ней сзади.       - А вам что за дело? – отозвалась та, несколько раздражённо поднимая серо-голубые глаза на нарушителя её уединения.       - На балах вообще-то принято веселиться. А вы, уж простите, несколько выбиваетесь из общей картины.       - Зато вы отлично вписываетесь в это общество. Настолько хорошо, что я вряд ли смогу после выделить вас из общей массы. Прошу простить, но вас не должно касаться то, как я провожу время на балу.       Для вампира это был весьма неожиданный поворот. Обычно при виде него девушки забывали как дышать, покрывались румянцем, в глазах появлялся блеск восхищения… А у неё проскакивала лишь лёгкая заинтересованность.       - Должно быть, других ваша прямолинейность обескураживает и очаровывает одновременно, - всё с той же улыбкой заметил он.       - Но только не вас? – выгнула бровь она, чуть приподняв уголок губ. - Может хоть представитесь для приличия? Хотелось бы узнать имя того, с кем имею сомнительную честь беседовать уже почти полторы минуты.       - Лестат де Лионкур. Хотите сказать, что я вам неприятен, раз вы считаете едва ли не секунды моего присутствия рядом с вами?       - Я этого не говорила, прошу заметить. Отнюдь, вы не можете не привлекать внимание. Но я не собираюсь расхвалять вас. Думается мне, что многие уже сделали это до меня и даже повторялись в своих выражениях.       - Вы не ошиблись. Может и вы назовёте своё имя?       - Анджелин Моне.       - Не подарите ли мне следующий танец, мадмуазель Моне?       - Ну раз уж вы так настаиваете... Надеюсь, мои ноги останутся целыми.       Музыканты как раз закончили играть одну композицию и начали другую. Лестат и Анджелин присоединились к остальным парам и закружились вместе с ними. Вальсировать с новым знакомым было куда приятнее, чем с парочкой человек до, с которыми её заставили танцевать.       - Сочту это за комплимент, мадмуазель, - прошептал он, чуть приблизившись к её уху.       - Я сказала это вслух? – девушка немного смутилась, сама не понимая, что послужило более весомой причиной для этого (факт, что не заметила, как озвучила свои мысли, или действие партнёра).       - Ваши глаза сказали это за вас, - с тихим смехом ответил тот.       Невольно она залюбовалась юношей. А чем любоваться было. Он был весьма красив: черты лица выдают потомственного аристократа, бледная кожа гладкая, без единого изъяна, волнистые русые волосы до плеч отливают золотом в свете хрустальных люстр, а карие глаза приковывают к себе и будто утягивают в свою бездну. Но какой-то дьявольский огонёк, мерцающий в глубине, словно был предупреждением, что внешность обманчива и обладатель этих глаз далеко не так прост, как кажется. И эта опасность привлекала ещё больше, как пламя свечи влечёт хрупкого мотылька.       После того, как музыка затихла, Лестат вывел девушку в сад подальше от шума. Они брели под раскидистыми деревьями и всё говорили и говорили. Странно, но желания убивать её у вампира не возникало, хотя кровь, текущая в её жилах безумно манила. Анджелин была не похожа на тех глупых щебечущих девиц, которые готовы были отдаться ему, стоило лишь чуть улыбнулся им.       Неожиданно для самого себя, он начал время от времени наведываться к ней по вечерам, смотреть, как она читает до полуночи или играет на фортепиано. В какой-то момент девушка его заметила. В следующий раз он застал её сидящей на ветке дерева возле её окон, словно она ждала его. Они стали временами встречаться здесь или на крыше. Каждый раз было дикое желание испить её крови. Но что-то упорно не давало этого сделать, и он сдерживался.       Во время одной из их встреч Анджелин выразила свои подозрения по поводу его сущности и нашла для себя подтверждение весьма оригинальным способом - спрыгнув с крыши. А падать было высоко. Он поймал её в двух метрах от земли прежде, чем успел подумать. Взгляд глаза в глаза, её сбитое дыхание, бешено стучащее сердце и тихий шёпот «Я знала». Его лицо очень близко, в считанных сантиметрах. Невыносимая пытка для обоих…       В следующий раз они встретились только через несколько недель.

***

      Она лежала у него на руках. Глаза остекленели, платье пропитала её же собственная кровь, сердце не бьётся. Он почувствовал знакомый запах крови. Её крови. И помчался туда, опасаясь самого худшего. А когда был на месте, застал какого-то новообращённого, впившегося ей в шею и уже обескровленные тела её родителей. Тот вампир, заметив его, поспешил убраться. Однако Лестат разделался с ним, а через пару мгновений уже держал на руках бездыханную Анджелин. Он не успел. Обращать уже было бесполезно. Она умерла. Он лишь один раз пришёл на её могилу. В ночь после похорон он стоял напротив надгробия и сжимал в руке её кулон с лунным камнем, желая лежать сейчас вместе с ней.