3. Сумрак севера

из сумрака севера

соцветием клевера

последней весны росток

вплетется в венок

♫ Мельница — Волкодав

      Увидев братьев Ночного Дозора, Джорах поначалу удивился — а потом понял, в чем дело, и оценил рассудительность Тиреллов. Хорошая идея — замаскировать себя черными плащами и капюшонами, причем так хорошо, что среди группы людей он никак не мог выделить ту самую Маргери. Ее берегли, ее увозили в безопасность… Джораху стало тоскливо: не было здесь сейчас безопасности. Только не сейчас. Удрав от львов, несчастная девчонка попала в лапы самой смерти; кто знает, как сложится битва? Заранее никогда не известно, в любой момент что-то может пойти не так, и пусть у них есть драконы, Король Ночи не горел в их пламени.       Драконья тень — Дрогон, безошибочно угадал Джорах — накрыла двор, один из «братьев» выругался, а другой, рядом с ним… Мормонт уловил самое начало движения, и, не задумываясь, рефлекторно бросился вперед, подставляя руки. Успел, поймав упавшего… упавшую. Она была легкой, теплой, от ее черного плаща пахло едва уловимым цветочным запахом.       — Маргери! — воскликнул восседавший верхом рядом с ней юноша, спешиваясь. Следом с коней спрыгнули остальные. Санса подбежала к Джораху, не обращая внимания на рыцаря и вглядываясь в лицо подруги.       Она открыла глаза — зеленые, как молодая трава. Яркие, большие, обрамленные пушистыми ресницами. Увидела Джораха, и щеки ее покрылись нежным румянцем.              — Простите, — выдавил он. — Вам лучше?       — Что вы, — сказала Маргери Тирелл. — Это вы меня простите. Просто я, наверное, перенервничала. И никогда не видела драконов.       Аккуратно Джорах поставил ее на ноги, и тут же ее придержал за плечи юноша, похожий на нее, как близнец. Санса шагнула вперед, оттесняя Мормонта, и заворковала что-то сочувственное.       Он снова ощутил себя лишним, и это было паршивое глупое чувство. Особенно глупое потому, что он не мог развернуться и уйти, оставив леди-розу, как мысленно назвал Маргери, наедине с Сансой — они подруги, Санса явно настроена против Дейенерис, Маргери на данный момент принадлежит Железный Престол, и кто знает, до чего они договорятся? Опасны мечи мужчин, но женское коварство бывает еще опаснее; Дейенерис же не привыкла к интригам, она была королевой-воительницей, но не той, что плетет паутины заговоров.       — Леди Санса, — кашлянул Джорах, привлекая к себе внимание. — Прошу вас, позвольте мне поближе познакомиться с моими племянниками, — он вовремя спохватился и не сказал «племянницей», вспомнив, что Лорас тоже был ребенком Аллерии.       — Племянниками? — хором ахнули все, и Санса, и Тиреллы, и сопровождающие их воины. Рыцарь учтиво склонил голову.       — Я сир Джорах Мормонт.       — О, — Маргери расширила и без того большие глаза, сразу же по его имени все понимая. — Сир Мормонт… я очень рада познакомиться с вами, — столь же учтиво ответила она. — К сожалению, я знаю о вас совсем мало.       Лорас глянул на Джораха совсем неприязненно, но промолчал — очевидно, не хотел затевать ссору. Что они оба о нем слышали, он примерно представлял — северный медведь, который нахально утащил их совсем молодую тетушку в свою берлогу, а потом довел до того, что ей пришлось торговать своим телом в Лисе. Или что сам ее продал — если уж продал в рабство пойманных браконьеров.       — Для начала Маргери и всем остальным нужно отдохнуть, — вмешалась Санса. — Они проделали долгий путь. Маргери, дорогая, сначала ванну или ужин? Сир Лорас? Сир… м-м-м…       — Сир Эдвин Рокстон, сир Алин Амброз и сир Гюнтор Хайтауэр, — представила леди-роза своих спутников. — Сначала ванну, пожалуйста. Хуже всего в этом путешествии было то, что редко удавалось искупаться, — засмеялась она. У нее был серебристый смех, и, слыша его, хотелось улыбаться в ответ. — Представляю себе, как дурно от меня пахнет.       — Нет, — неожиданно для себя возразил Мормонт. — Вы пахнете розами, леди Тирелл.       — Вы слишком добры, — вновь зарделась она.       — Я бы тоже принял ванну, — сказал Лорас. — Сомневаюсь, что пахну так же приятно, как моя сестра, — слова «моя сестра» он выделил голосом.       — Я распоряжусь насчет ванн для всех вас, — решила Санса. — А потом — ужин.

***

      Помогать принимать ванну Маргери решила сама леди Старк, позволив служанкам лишь набрать воду, и этим напомнила ей Леонетту. Расстегивая плащ дозорного, Санса горестно качала головой.       — Моя бедная роза, как много тебе пришлось пережить…       — Не так уж и много, — отмахнулась леди Тирелл. — Мои родные живы, а это самое главное.       — Да, — леди Старк скорбно поджала губы. — Это главное.              Ее родные не выжили; Маргери выругала себя за бестактность, погружаясь в горячую воду. Санса запустила руки в ее волосы, смывая краску и возвращая кудрям рыже-каштановый цвет.       — Подумать только, — лукаво сказала она, — три замужества нисколько не испортили твою фигуру.       Маргери брызнула в Сансу водой, но тут же погрустнела.       — На самом деле я бы предпочла остаться замужем за Томменом. Остаться дома… с семьей… Хайгарден воюет, может, Эурон уже его взял… да и Серсея…       — Сочувствую насчет Томмена, — печально проговорила Санса. — По сравнению с Джоффри он был ангелом. Ты любила его?       — Нет, — прошептала роза. — Не любила. Не так, как любят мужей. Но, может, если бы он стал старше… Впрочем, он уже не станет старше… умоляю, Санса, давай поговорим о другом.       — Давай, — согласилась леди Старк. — Я не думала, что ты родственница сира Джораха.       — Не кровная, — улыбнулась Маргери. — Он муж моей тети Линессы. Или был им… почему он здесь?       — Он сопровождает королеву Дейенерис, — кисло сказала Санса.       — Королеву… Она знает обо мне? — встрепенулась роза.       — Она все знает, — хмыкнула леди Старк. — Я говорила ей о тебе, используя титул «леди», но, уверена, ей известно, кто ты.       Маргери поежилась. Дейенерис Таргариен представлялась ей жуткой — высокой, широкоплечей, яростной и беспощадной, с налитыми кровью глазами и кривыми зубами. Какой еще может быть драконья всадница?       — Почему она здесь? — спросила леди Тирелл.       — Она… — Санса помрачнела, кусая губы. — Ты правда хочешь говорить об этом сейчас?       — Правда хочу.       — Она прилетела на своих драконах и привела свое войско, чтобы спасти нас. Чтобы спасти живых.       — Спасти? От кого? — ванна была горячей, от воды поднимался пар, но Маргери стало холодно — таким тоном говорила ее подруга.       — От Иных. От вихтов. От Белых Ходоков. Как ни назови… это мертвецы, которых ведет за собой Король Ночи. Они не знают усталости, голода, боли, только ненависть. Ненависть к тем, кто жив.       — Но это…       — Сказки? Я тоже так думала. И все-таки Джон их видел. И Джон, и Дейенерис… и Джорах тоже. Даже Серсея.       — Серсея?       — Ей привезли вихта — показать, какая опасность идет из-за Стены. Ты многое пропустила, пока ездила, скрываясь по трактирам.       — А как там Хайгарден? — встрепенулась Маргери. Сохранность родного дома волновала ее превыше всего.       — С ним все в порядке, — утешила ее Санса. — К Уилласу присоединился лорд Тирелл, и, конечно, сир Гарлан, и все знаменосцы Простора. К тому же, поговаривают, что Эурон немного переменил цели, и вместо Хайгардена положил глаз на Королевскую Гавань. Если точнее — на юбку Серсеи, а если еще точнее — на то, что под юбкой.       Маргери засмеялась, хотя новость была не лучшей — если Эурон станет любовником Ланнистерши, то станет и ее союзником, но говорила об этом Санса, так гримасничая, что это звучало смешно.       Раньше роза не смогла бы представить Сансу гримасничающей и способной шутить.

***

      Дейенерис оказалась совсем не такой, как Маргери думала — вместо мужеподобной воительницы при мече она увидела хрупкую нежную девушку, свою ровесницу, или на год-два старше. Ее глаза были не налитыми кровью, а лиловыми, а волосы — словно сотканными из серебра. Держалась она величественно, и влюбленные взгляды мужчин в обеденном зале, обращенные в ее сторону, были целиком оправданы.       Прежде чем сесть за стол, Маргери подошла к ней и грациозно опустилась на одно колено. Дейенерис моргнула, будто не ожидала, но более никак не выразила удивления.       — Я клянусь вам в верности, моя королева, — проговорила Золотая Роза. — От своего имени и от имени Простора.       Она не видела, но почти ощутила, как стоящие за спиной Лорас, Гюнтор, Алин и близнецы вздрогнули — но промолчали, не смея перечить.       — Я принимаю вашу клятву, миледи, — сказала Дейенерис. — Встаньте.       Столь же грациозно Маргери поднялась, одарив королеву улыбкой, и проследовала к столу, устроившись рядом с Лорасом. Им подали самый простой суп, жареное мясо и хлеб, но даже такие далекие от изысканности блюда утоляли голод.       Поймав на себе взгляд Джораха, Золотая Роза улыбнулась и ему — и вдруг он увидел вместо нее Линессу. Словно Линесса сидела там, словно она улыбалась… он так любил ее улыбку. Джорах резко отвернулся. Маргери этого не заметила, заговорив с сиром Амброзом.

***

      После ужина Лорас догнал сестру в коридорах, дождался, пока мимо пройдет какая-то служанка, и возмущенно выпалил:       — Как ты могла? Как ты могла присягнуть ей на верность? Ты преклонила колено от имени всех!       — Ты видел дракона? — Маргери подняла бровь. — Уверена, бабушка бы меня одобрила. Тиреллы всегда были союзниками Таргариенов, наш отец воевал на стороне Рейегара, и сейчас ничего не изменилось. Таргариены — враги Ланнистеров, и мы тоже. Один такой дракон разнесет столицу в щепки, а их трое.       — Но все равно… — Лорас потер подбородок. — Ты же не знаешь, какая она, эта Дейенерис. О ней многое говорят.       — А о Сансе говорили, что она превратилась в крылатую волчицу и убила Джоффри, — парировала Маргери.       — Ну… да, — был вынужден признать ее брат. — Все равно она лучше Серсеи.       — И такая красивая, — протянула Золотая Роза. — Очень красивая. Наш дядя ею очарован.       — Наш дядя, — фыркнул Лорас. — Я признаю крепость семейных уз, но этот человек — мне не дядя. Он погубил леди Линессу.       — Или леди Линесса погубила его, — задумчиво сказала Маргери. — Или они погубили друг друга… мне кажется, он хороший.       — Для тебя все хорошие, — проворчал Рыцарь Цветов. — Пока ты не поймешь, что они плохие.       Маргери не стала спорить. Возможно, сир Мормонт был на самом деле плохим, но он показался ей добрым, благородным, печальным, многое пережившим и раненым. Не по-настоящему, не физически, но не менее болезненно… и еще он был красивым. Возраст лишь добавлял ему шарма; в зрелых мужчинах красоты иногда было куда больше, чем в юношах.       — Послушай, — вдруг Лорас широко распахнул глаза. — Да это же потрясающе, что ты считаешь его хорошим! Он очень близок к Дейенерис, хотя и не ее десница… но они так тепло общались за столом… Если мы завоюем его доверие, мы завоюем ее доверие.       — Ты говоришь, как бабушка, — усмехнулась Маргери.       — Потому что бабушка права. Если рыцарь драконьей королевы будет есть у тебя с рук, мы получим расположение Дейенерис априори.       Золотая Роза задумалась. От Сансы она успела узнать, что между Джорахом и Дейенерис ничего нет, любовник ее величества — Джон Сноу, Джорах же, насколько успела сделать выводы леди Старк, друг драконьей королевы, но близкий друг, имеющий на нее определенное влияние. Если так, то, приблизив его к себе, Маргери непременно укрепит положение всего Простора в глазах последней из Таргариенов. Что, если не только приблизить его к себе, но и?.. Она привыкла к такой тактике. Улыбаться, делать комплименты…       Это было немного нечестно, но ради выживания Маргери была готова пойти на все.