Эпилог

Наверное, это будет последняя запись в моем дневнике. Запись, когда прошлое и настоящее сошлось в едином дне, расставляя все по местам. Когда мое израненное сердце наконец-то обрело покой в его нежных руках. Когда я перестала бояться идти вперед, зная, что он будет тенью следовать за мной везде, куда бы я не шагнула. Когда страх перестал существовать. Ведь эту войну, что велась внутри меня, я так или иначе проиграла. Вопреки всему я поддалась биению моего стеклянного сердца и осталась с тобой. Потому что мы — одно целое.

***

Теплый лучик октябрьского солнца проник в щелочку незанавешенного окна, касаясь алых волночек, разметавшихся по кровати. Шираюки поморщилась сквозь сон, переворачиваясь на бок и вытянула руки, не смея отказывать своему первому желанию этого дня — крепко обнять Зена и раствориться в его прикосновениях. Однако, к ее дремлющему сожалению, пальцы нашарили лишь смятые комья одяла рядом с собой. Словно, ее мозг лишь во сне разрисовал чарующую реальность, оставляя Шираюки под утро со своими собственными сожалениями один на один. Пытаясь пробудить свой, выспавшийся, впервые за долгое время, организм, Амбервиль вдруг резко подскочила на кровати, осматривая комнату еще не протрезвевшим взглядом. — Зен? — В пустоту произнесла она его имя, скидывая с себя одеяло. Это же не могло быть сном? Их встреча и, все это…? Босиком рванув к двери, Шираюки толкнула ее слишком сильно, позволяя удариться ручке о деревянную стену. Громкий стук оглушил пространство всего дома, отзываясь эхом ото всех поверхностей. — Зен, — Вновь позвала его Амбервиль, замирая у лестницы, где на ступенях, держа огромный букет ранункулюсов в руках и ленточку в зубах, стоял Вистериа, ошарашенно глядя на нее снизу вверх. — Ты чего так… — Зен! — Не стала его слушать Шираюки, бросаясь к нему на шею. Она рукой отодвинула его ладонь, которой он держал букет, и нырнула в объятия, крепко прижимаясь к мужской груди. Необходимо было на уровне тактильности убедиться в том, что Зен — не фантом, нарисованный ее больным мозгом. — Все в порядке? — Его рука опустилась на ее талию, слегка придерживая. Ленточка с его губ упала на пол, лишая его возможности перевязать стебли цветов. — Куда ты ходил? — Шираюки заглянула в его лазурные глаза, касаясь пальчиками мужской щеки. Нежно и осторожно, боясь, что он раствориться в ее объятиях. — Хотел сделать тебе небольшой сюрприз, но, видимо неумышленно напугал. — Он прижал Шираюки к себе боком, выставляя перед ней букет ранункулюсов. — Подумал, что тебе будет приятно получить цветочки этим замечательным утром. Оливковые глаза блеснули искорками безграничного счастья. — Почему ты… То есть, — Она засмущалась, совершенно забывая о том, как принимать подарки. — Спасибо. — Ее голова опустилась на его торс. Шираюки потерлась щекой о ткань его футболки, вдыхая сладкий аромат цветов, после чего вдруг, ощутила, как из-под ног ушла земля. — Несу тебя завтракать. — Ответил на еще незаданный вопрос Зен, поудобнее беря Шираюки под коленями. — Заодно поставишь цветочки в вазу. Она обняла его за шею свободной рукой, чувствуя себя маленькой девочкой, которой вот вот подарят огромного плюшевого медведя. Они вышли на кухню, залитую солнечным светом, где на столе уже стояли тарелка с оладушками, сложенными пирамидкой, и заварник с облепиховым чаем. — За какой стул ваша душа изволит сесть? Шираюки улыбнулась этой его манере разговора, кивая в сторону дальнего стула. Как же она скучала по всему этому. Ноги коснулись деревянного пола, букет цветов опустился на стол, а между кончиками их пальцев выросло расстояние, с которым Шираюки не была готова мириться. — Я сварил еще кашу, так что… Шираюки ловко схватила его за руку, вынуждая развернуться к себе лицом. Это выбило Зена из колеи, из-за чего он замолчал, забывая обо всем, что хотел сказать. — Кот, — С бесконечной нежностью обратилась она к нему, касаясь пальчиками его скул. — С днем рождения. — Уголки губ приподнялись в улыбке, глаза в лучах солнца заблестели всеми оттенками зеленого, разводами уходя от хвойно-изумрудного до светлого-оливкового, веснушки на коже проступили ярче, и даже на душе стало теплее. Зен притянул ее к себе за локти, соприкасаясь с ней лбами. Пара ее алых прядок упали на лицо, оттеняя их на мгновение от целого мира. — Моя Ведьмушка, я сейчас мурлыкать начну. — Он глубоко втянул носом воздух, позволяя до боли родному аромату персика заполнить все его сознание. Впитаться в кожу. Проникнуть в кровь и течь по венам. — Спасибо. — У меня нет никакого подарка, но я… — Тебя мне более чем достаточно, — Он потерся кончиком носа о ее щеку, оставляя невесомый поцелуй в районе скулы. — Больше ничего не нужно. Щеки отдали румянцем. Шираюки склонила голову слегка в бок, смотря четко в топазовые глаза, плавно переводя свой взгляд на его губы, вновь возвращая зрительный контакт. Этот момент ощущался слишком интимно, несмотря на то, что они целовались до этого уже сотни раз. Эта немыслимая стена, выросшая впоследствии разлуки заставляла смущаться так, будто все это происходило между ними впервые. Привстав на носочки, девичьи ладони скользнули по мужскому торсу. Расстояние меж кончиками их носов плавно сократилось. Заправив за ухо прядь алых волос, Зен подался вперед, оставляя несчастные миллиметры между ними. Руки опустились на ее талию, придерживая Шираюки, дабы она не потеряла равновесие. — Этот цвет волос… — Улыбка украсила его губы, вновь привлекая ее внимание. — Как тогда, в детстве, когда ты стащила краску. — Помнишь, — Шираюки неумышленно рассмеялась, прикрывая веки. — Тебе очень идет. — Его руки прижали ее к себе еще ближе. Ладони обхватили мужскую шею, наконец уничтожая гнетущее расстояние. Их губы слились изгибами, совершенно невесомо, плавно и нежно. Слишком смущающе, но так необходимо, будто без этого невозможно было бы продолжить жить. И они продолжали целоваться, стоя посреди кухни. Все то упущенное время было необходимо компенсировать этой мягкой близостью. Эта потребность била в груди наравне с потребностью дышать. Атмосфера обволакивала уютом, позволяя наконец понять все окончательно. Где бы они не находились, сколько бы трудностей им не было уготовлено, пока они вместе — все будет хорошо. Даже если будет казаться, что это не так. Пока их сердца бьются в унисон. — Во сколько ты уезжаешь? — Уезжаю? — Брови Зена вопросительно изогнулись. — Не уж то я уже успел тебе надоесть? — Что? — Шираюки не сразу уловила суть их диалога, извернувшуюся на сто восемьдесят градусов. — Конечно нет! — Тогда, куда я должен уехать? — Зен подхватил Шираюки за бедра, слишком неожиданно для нее, после чего усадил на столешницу, так, что теперь она была чуть выше него. — У вас ведь с Оби день рождения. Я думала, вы собирались отмечать. Разве Брианна не придумала чего-то особенного? — Руки Амбервиль сцепилась у Зена на затылке. — Или с ней что-то… — Нет, с ней все хорошо. — Прервал ее Зен не давая уйти в дебри пессимизма. — Вообще-то… Мы еще не отметили твой день рождения. — Причем тут это? — Шираюки невинно захлопала ресницами. — Притом, что… Как бы это так сказать. — Зен облизнул губы, складывая их полоской, после чего усмехнулся сам себе. — Брианна решила, что будет отличной идеей отметить твой и наш с Оби день рождения в один день. Шираюки несколько растерянно уставилась на Зена, пару минут снабжая его своим оторопелым взглядом оливковых очей. — Почему? Вернее, когда? — Ворох запутанных мыслей полился ее уст сам собой, пытаясь разложить пазл в голове. — Сегодня. — Сегодня?! — Ну так ведь, ты же сама сказала, что наш день рождения сегодня. — Улыбнулся Зен, целуя Шираюки в уголок губ. — Она действительно что-то спланировала, но я не знаю, что. Брианна выслала лишь приглашение сегодня утром со временем начала и местом проведения какого-то «нечто». Большей информацией, я, к сожалению, или к счастью, не обладаю. — И что ты? — Шираюки не могла ничего с собой поделать, испытывая невероятно острую потребность в том, чтобы касаться Зена. Она гладила его по волосам, зарывалась пальцами в прядях, гладила по плечам, шее, скулам. Это был обряд ее успокоения. И бороться с ним она не собиралась. — Не поедешь? — Я не видел тебя целую вечность. — Он потерся щекой о тыльную сторону ее ладони, после переплетая их пальцы между собой. Второй рукой он коснулся ее ночной рубахи, слегка приспуская вниз так, чтобы область плеча оказалась обнажена. — И не готов так просто оставить тебя. А ты… Думаю, ты не захочешь вот так вот внезапно выходить из своей зоны комфорта после всего, что случилось. Зен был прав. Он попал абсолютно во все, догадываясь о том, что срываться в шумную тусовку она сейчас не слишком готова. Да и желания нарушать их идиллию не было совсем. Однако… — Ты уверен? — Шираюки сжала его руку своей ладонью несколько крепче, выражая тем самым свои эмоции. — Все в порядке. — Он наклонился вперед, касаясь губами кожи на ее плече. Мягко, невесомо. После чего оставил еще пару осторожных поцелуев на шее и ключицах. — Нам не обязательно туда ехать. Все всё понимают. — И все-таки. — Шираюки заглянула ему в глаза. — Ты поедешь, если я соглашусь? — Родная, не нужно заставлять себя, если ты не хочешь. — Хочу. — Попыталась в первую очередь убедить в этом саму себя Шираюки. — Это отличная возможность развеяться, а Эффи уже несколько недель твердит мне о том, что нужно на что-то отвлечься и занять голову чем-то другим. К тому же… Мне есть что сказать Брианне и Оби. — Что-то хорошее, надеюсь? — С нотками предосторожности спросил Зен, едва улыбаясь. — Конечно. — Шираюки прижалась к мужской груди, слушая, как быстро бьется его сердце. — Мне стоило бы их поблагодарить. — В таком случае, — Зен подался немного назад, большими пальцами рук поглаживая тыльную сторону ее ладоней. — Нам нужно поторопиться.

***

— У нас еще есть возможность вернуться назад. — Ладонь Зена опустилась на девичье колено, слабо сжимая. Как бы сильно Шираюки не пыталась скрыть от него свое волнение, клокочущее в груди, у нее получалось не слишком хорошо. — Все в порядке. — Амбервиль коснулась его руки своими пальцами. — Странное ощущение. Мне все еще кажется, что я… — Ты прекрасно знаешь, что это не так. — Зен отвлекся от дороги, взглянув на Шираюки. — Они все беспокоятся о тебе и ждут твоего возвращения. — Но… Не знаю. Для меня это необычно. — Амбервиль провела рукой по волосам, распушив и без того пушистые волночки алых прядей. — Я же совершенно чужой человек для всех и то, что… — Душа моя, — Зен потянулся к ней, чтобы оставить поцелуй на кончике ее носа, после возвращая внимание к дороге. — Случайные связи зачастую становятся самыми крепкими. Никогда не знаешь, откуда к тебе придут люди, способные стать твоей опорой, так что, это вполне естественно. Ты слишком сильно зацикливаешься на себе и своих собственных переживаниях, из-за чего не обращаешь внимание на другие, не менее важные обстоятельства. Шираюки посмотрела на Зена, переваривая его слова. — Быть может, ты и прав. — Конечно прав. Я всегда прав. — Улыбнулся Зен и его улыбка необъяснимым образом распространилась на уста Амбервиль. — К тому же, ты не знаешь всех деталей, поэтому так рассуждаешь. — Деталей? Каких? — Брианна тоже чувствует вину перед тобой. Она очень сильно переживала и несколько раз пыталась навестить тебя, но Эффи ее не пустила. Сказала, что еще пока рано и ты не готова что-либо с кем-то обсуждать. — Она приезжала? — Шираюки ощутила легкое потрясение. — Раз пять точно. И Дана тоже. И Кихал. И я. Но нас всех Эффи отправляла домой. — Несколько печально подметил Зен. — Честно говоря, когда я ехал к тебе вчера, то не был уверен до конца, что нам разрешат увидеться. Я ведь никого не предупредил о своем визите. Просто поставил перед фактом. — Я не знала… — Шираюки переплела пальцы их рук, тем самым притягивая взгляд Зена. Вистериа погладил большим пальцем руки ее тыльную сторону ладони, замечая отсутствующий мизинец, на месте которого уже зажила зарубцевавшаяся рана. — Все в порядке, — Проследив за его взглядом, подметила Амбервиль, невинно улыбаясь самой искренней своей улыбкой. — Теперь все будет хорошо. — Остановившись на светофоре, Зен уткнулся лбом в девичьей плечо. — Я обещаю. — Я тебе верю. — Шираюки погладила его по спине, не упуская возможности вдохнуть аромат его духов. Проехав еще пару минут, не разрывая связи их сплетенных рук, Зен завернул в знакомый район, от одного вида на который, у Шираюки внутри все перевернулось. Это место таило в себе слишком много всего, о чем она предпочла бы больше не думать. Именно поэтому она опустила голову вниз, решая уйти в изучение функций нового телефона, подаренного ей Зеном в качестве запоздалого презента на день рождения. — О боже, какие люди. — Залезая в салон вместе со своими костылями, сказал Оби, театрально удивляясь. — Рад тебя видеть. — Здравствуй, Оби, — Улыбнулась ему Шираюки, чувствуя нотки напряжения в груди. — Как ты себя чувствуешь? — О-о-о-о, — Протянул Накамура, принимая наиболее удобное положение на заднем сидении. — Бывало и похуже. Так что считай, бодрячком. Уже бегаю на костылях. — Смотри не добегайся. А то еще по частям тебя собирать придется. Оно мне надо? — Закрыв за ним дверь, Зен вернулся на водительское сидение. — Пф-ф-ф, тоже мне, друг называется. — Закатил глаза Оби. — Уж будь уверен, найдутся добрые люди, которые не откажутся от возможности пособирать конструктор из человеческих конечностей. Зен посмеялся чему-то своему, возникшему в голове, а Шираюки незаметно для самой себя стушевалась, стараясь быть как можно более незаметной для этих двоих. — Ладно, человек терминатор, ты мне лучше скажи, что там твоя женушка задумала? Нам стоит бояться? — Вообще без понятия. — Пожал плечами Оби. — Она не ночевала дома последние два дня так, что я даже предположить не могу, что нас ждет. Но, из того, что мне довелось узнать, могу сказать лишь то, что Брианна собрала сегодня всех, кого только можно было. — Это восхищает и пугает одновременно. — Нервно усмехнулся Зен, бросая взгляд на Шираюки. Амбервиль кусала свои губы, стараясь сдержать собственные эмоции. Не то чтобы ей было страшно или что-то такое. Она просто не знала, как себя вести. Однако, все это мигом померкло, когда пальцы Зена сжали ее ладонь крепче. Она ведь рядом с ним, а значит, все будет хорошо.

***

Подъезжая к указанному в навигаторе месту, Шираюки успела увидеть огромную толпу людей, стоящую с десятком воздушных шариков в руках. Она не смогла разобрать всех, кто ждал их у террасы двухэтажного коттеджа, теряясь в количестве людей, подбежавших к машине, как только Зен припарковался. Шираюки даже не успела выйти из машины, закрыв за собой дверь, прежде чем оказалась зажатой крепкими объятиями. — Юки-и-и-и-и! — На ухо в один голос твердили Дана и Брианна, норовя вот-вот задушить ее. — Девочки, вы ей так позвонки переломаете. — Кики поспешила к ним, спасая Шираюки из неумышленного плена. — Дана, — Выпутавшись из рук-цепей, Шираюки смогла разглядеть «напавших» на нее особ, столпившись около нее полукругом. — Брианна, Кихал… Кики. — Все они с легким беспокойством смотрели на нее, улыбаясь преодоленной преграде представлявшей собой несколько месяцев полной изоляции, из которой Шираюки наконец довелось выпутаться. — Тетя Юки! — Мальчик выбежал из толпы встречающей Оби и Зена громкими поздравлениями, несясь в сторону матери. — Рошель! — Шираюки присела на корточки, встречая ребенка своими объятиями. Мальчик чуть было не повалил ее на землю, счастливо улыбаясь. — Ты наконец-то выздоровела! Теперь ты снова можешь прийти к нам домой, чтобы мы все вместе поиграли! — В сердцах начал рассказывать мальчик, поднимая всеобщее настроение до небес. — Милый, — Позвала сына Кики, подходя к нему со спины, чтобы поднять на руки. — Пожалуйста, осторожнее. — А когда мы подарки будем дарить, мам? — Громко причитал Рошель. — Можно я буду дарить тёте Юки подарок? Пожа-а-а-алуйста! — Рошель, — Не сумев сдержать легкой улыбки, осадила сына Кики. — Шираюки только приехала. Еще не время. — Она сказала что-то еще, но Амбервиль не услышала ее слов, замечая лишь, как мальчик кивнув головой, практически спрыгнул с рук матери, убегая обратно в сторону своего отца. — Как ты, дорогая? — Дана первой взяла на себя инициативу, пристраиваясь под боком у Шираюки. — Все хорошо, спасибо. — Шираюки растерянно смотрела на кружащих вокруг нее девушек, не совсем понимая, что делать. Зен как-то незаметно исчез из поля ее зрения, так что теперь, они стояли на улице лишь женской компанией, топчась на месте. — Рады, что ты приехала. Зен сказал, что ты еще не полностью восстановилась, поэтому я боялась, что утром он напишет, что вы не приедете. — Подстроилась с другой стороны Брианна. — Конечно, я все понимаю, но… Мы так старались все это организовать, что было бы простым кощунством, если бы вы все это пропустили! — Пойдемте уже внутрь! Все только нас ждут! — Кихал поторопила их, зазывая рукой идти следом за ней. И у Шираюки не было выбора остаться стоять на месте, избегая шумного пространства внутри коттеджа. Ее буквально под руки понесли к крыльцу, так, что она еле успевала переставлять ноги, чтобы не шлепнуться. — Мать моя… — Многообещающий голос Оби коснулся ушей Шираюки до того, как она успела увидеть внутреннее пространство, встретившее их сотней огней висевших под потолком гирлянд. На стенах красовались огромные постеры с изображением Оби и Зена, в разные периоды их жизни. Среди них были как милые фотографии, так и забавные, где они дурачились, строили рожицы или пачкали друг друга пеной для бритья когда жили вместе в казарме военной академии. Помимо этого первый этаж был украшен еще одним десятком темно-синих воздушных шаров. Вместо колонки в углу комнаты стоял огромный граммофон с виниловыми пластинками. Стол посередине гостиной был заставлен разной едой, включая всевозможные салаты, мясо, десерты, закуски и напитки. — Вы приготовили это на роту солдат? — Зен окинул количество еды пораженным взглядом, ища среди толпы гостей Брианну, отвечающую за все это безобразие. — Мы это все не съедим. — На вас еду тазиками готовить нужно. — Выходя в центр ответила ему Брианна, улыбаясь самой широкой улыбкой. — Я вас не первый год знаю, так что этого еще мало будет. — Я поражен. — Накамура выглянул в окно, замечая на заднем дворе огромный бассейн. В нем плавали лепестки каких-то неведомых ему цветов, листья мяты и дольки цитрусовых фруктов, а по бокам в рядочек стояли шезлонги. Оби не сразу понял, что бассейн подогревается, учитывая не подходящую для купания в прохладной воде погоду. — Вы вообще нормальные? — Мы очень старались. — Пришел на помощь Брианне Митсухидэ. — Может быть, не так помпезно, как в прошлом году. Но, мы подумали, что последние месяцы выдались для нас всех напряженными, а потому хорошо будет просто отдохнуть в какой-то непринужденной обстановке, всем вместе. — Шутишь? — Оби запрокинул голову, разглядывая потолок, украшенный чем только можно было. — Это выглядит просто… — Вау. — Закончил за него мысль Зен, своим честным мнением. — Да, именно так. — Усмехнулся ему Оби, спеша лично отблагодарить Брианну. — А мы вообще все поместимся за этот стол? — Окидывая собравшихся в гостиной людей, спросил Зен, замечая и Сузу с Дастином, толкавшихся где-то у входа, и Таригу с Соней, Виринею, кружившую возле Митсухидэ, Изану с Хаки, Атори с Юзури, приезавшей специально для того, чтобы отметить день рождения, и еще кучу гостей, так или иначе являющихся общими друзьями. — Все было просчитано до мельчайших деталей. — Подмигнула ему Брианна. — Так что садитесь кушать, пока мясо еще не остыло! Гости, разошедшиеся по пространству комнаты, по команде ринулись за стол, пока Шираюки, стоя у самой двери на улицу, плавала в неопределенной прострации, ощущая себя в вакууме. — Эй, — Она вздрогнула, когда перед ее лицом помахали ладонью. — Ведьмушка моя, идем? — Зен заглянул в ее глаза, загораживая своей широкой спиной от остальных. Шираюки перенесла вес с одной ноги на другую, потирая руки друг о друга. — Угу. — Она кивнула головой, не совсем понимая собственные чувства. Шираюки нашла его руку, цепляясь в нее, как в спасательный круг. Зен украдкой поцеловал ее в висок, после чего провел следом за собой к краю стола, усаживая на стул рядом с собой.

***

Шираюки не совсем поняла, в какой момент ее напряжение плавно начало рассеиваться среди окружающих ее людей, однако, в момент, когда Сузу, вытянув из колоды карту какой-то неведомой ей доселе настольной игры, яро доказывая, почему именно его персонаж так важен в рамках правил, она полностью осознала, что никакого дискомфорта не испытывает. Наоборот. Ей было так хорошо, что она готова была еще долго обсуждать что-то в сложившейся компании людей, с которыми до этого особо и не общалась. Эта неформальная обстановка не только помогла ей расслабиться, но и раскрыла некоторых знакомых с другой стороны, что еще раз потрясло Шираюки в рамках сложившихся обстоятельств. Выйдя на балкон, в тот момент, когда мальчики всей свой мужской оравой решили пойти и искупаться в бассейне, аргументируя свой порыв тем что «ну не просто же так он тут стоит, нужно пользоваться возможностью, пока она есть», Шираюки достала новый телефон, дабы запечатлеть красивые разводы закатного неба, дабы наградить свою пока еще пустую галерею первыми снимками, способными напомнить ей в дальнейшем об этом замечательном дне. Стукнулась легким звоном дверь о балюстраду, привлекая внимание Шираюки к подкравшейся к ней фигуре. — Не помешала? — Брианна выглянула из-за дверного проема, дожидаясь ответа, и лишь после того, как Амбервиль помотала головой, подошла к ней ближе, опираясь руками о перила. — Красиво здесь, да? — Да, — Согласилась с ней Амбервиль. — Хочешь я тебя сфотографирую? — Шираюки предложила это на автомате, ощущая легкую неловкость между ними. Множество недосказанностей выстроили между ними толику напряжения. Во всяком случае, Шираюки чувствовала это. — Давай лучше сфотографируемся вместе. — Брианна абсолютно точно поняла это, идя на поводу у этой абсолютно нелепой идеи. Приобняв Шираюки, она склонила голову набок, и улыбнулась. Сделав несколько кадров на фоне позирующих в бассейне парней, Амбервиль быстро пролистала получившиеся снимки, обещая скинуть их чуть позже. Убрав телефон в карман, Шираюки так же оперлась руками о балюстраду, не зная, что еще сказать. А Брианна молчала, наблюдая за тем, как парни, подобно детям, резвятся между собой в теплой воде, пока Рошель бегая по траве рядом играл с Кики, Даной и Хаки в футбол. — Брианна, я… — Не нужно. — Она повернулась к Шираюки лицом, поправляя свои волосы, разметавшиеся по плечам под порывами ветра. — Давай, просто опустим все, что было. — Будет ли это правильно? — Амбервиль не знала, что хочет донести своими словами, но и просто молчать была не в состоянии. — Не знаю но… Мне хочется верить только в хорошее. — Брианна посмотрела вниз, после чего подняла голову к небу, разглядывая зарождающиеся звезды. — Я долго думала об этом. И много раз прокручивала в голове наш с тобой диалог, пытаясь понять, что именно хочу сказать тебе и что хочу услышать в ответ, и… Знаешь, какой бы тяжелой не была пора нашего знакомства, или твоего знакомства с Зеном и вообще всех вот этих вот событий, я все равно рада, что все случилось именно так. Наверное, это звучит, как бред, но я говорю абсолютно серьезно. Если вычеркнуть все плохое из того, что случилось за последние полгода, можно заметить, что хороших моментов намного больше. Ты вернулась работать в полицию и тем самым помогла Зену выкарабкаться из апатии, это наладило их с Оби общение и погло нам с ним двигаться дальше. Мы с Оби обручились, хотя долго не могли прийти к этому, из-за каких-либо проблем, и теперь, ждем ребенка. И эти все события, для меня, несут невероятно огромное значение. И даже тот ужас, что настиг нас всех в один период — не может испортить все то хорошее, что случилось. Да, мы все настрадались. Все сходили с ума от переживаний и прочего, но… Это все — помогло нам осознать значимость друг друга, поэтому я не хочу слушать извинения или сожаления, потому что без того хаоса, что настиг нас, мы не смогли бы пойти дальше. Уверена, что для тебя, знакомство с Зено тоже — важная часть твоей жизни. Шираюки обескураженно слушала Брианну, пытаясь уловить суть ее слов, замирая в один момент, мраморной статуэткой. — И я рада, что Зен встретил тебя. Что ты появилась и в моей жизни тоже. — Ты… — Шираюки не знала, за какую мысль ей стоит хвататься в первую очередь. Слишком большим был разброс, от чего она в момент ощутила легкую головную боль. — У вас с Оби… — Да, — Брианна счастливо улыбнулась поправляя свою широкую клетчатую рубаху так, чтобы было видно ее слегка округлившийся живот. — Поздравляю! — Шираюки потерялась в собственных эмоциях, глядя в счастливые глаза Брианны. Амбервиль настолько зависла во всех своих размышлениях, что кроме одного слова не смогла ничего из себя выдавить, стоя истуканом на месте. — Спасибо. — Брианна улыбнулась, позволяя Амбервиль увидеть собравшиеся в уголках ее глаз слезы. — Я правда рада, что ты все же смогла пересилить себя и вернуться к нам. Может, мы об этом и не говорим, но ты много значишь для нас всех. И уж для Зена тем более. Шираюки хотела найти подходящие слова, но попросту не знала, что вообще стоит говорить в таких случаях, а потому просто обняла Брианну, стараясь донести до нее все свои мысли подобным образом. — Ну все, что-то я совсем расчувствовалась. — Брианна замахала ладонями, стараясь тем самым высушить дорожки слез на своих щеках. — Из-за гормонов я стала слишком сентиментальной. — Прошу прощения, — Из комнаты на втором этаже высунулась голова Кихал, неловко прерывая их диалог. — Мальчики требуют полотенца, а я не знаю, где их брать. — Ох, одну минутку, я сейчас сама им все принесу! — Брианна тут же сорвалась с места, убегая куда-то вниз, так, что Кихал осталась с Шираюки наедине. Слишком внезапно. Тишина заполнила пространство балкона, вновь окутывая их неловкостью и, как только Тогрул решилась что-то сказать, Шираюки потянула к ней руки, опуская свою голову на ее плечо. — Ничего не говори, хорошо? Кихал свела брови у переносицы в сожалеющем выражении лица, не зная, как реагировать. — Давай просто начнем все с начала? — Шираюки подняла голову, заглядывая в аквамариновые глаза подруги. Она не предполагала, что сегодняшний день может стать днем «верховных судебных разбирательств». — Если ты конечно, этого хочешь. Хотя, я приму любой ответ, так что… — Хочу. — Без раздумий ответила Кихал. — Я боялась, что после того, как я, ты… — Нет, я же просила ничего не говорить. — Прервала ее речь Шираюки, вытягивая перед собой ладонь призывая не договаривать заготовленное предложение. — Спасибо, — Аквамариновые глаза блеснули в закатном солнце. Тогрул хотела сказать что-то еще, но не успела, сдерживая все невысказанные слова на кончике языка под гнетом детского возгласа. — Тетя Юки! Тетя Юки! — Рошель запыхавшись вбежал по ступенькам наверх, из коридора зазывая Шираюки. — Пойдем скорее вниз! Там сюрприз! Скорее идем! — Он схватил Амбервиль за руку, вовсе не церемонясь происходящим, и потянул Шираюки за собой. Она успела лишь удивленно посмотреть на Кихал, но та в свою очередь непонимающе пожала плечами, следуя за ними. — Что происходит? — Шираюки остановилась возле Зена и Оби, успевших уже переодеться обратно в свою одежду, после длительного купания. — Не знаю. — Зен потер волосы своим полотенцем, делая себе прическу ежика. Шираюки привстала на носочки, чтобы пальцами слегка расчесать его блондинистые пряди, приводя в адекватный вид. Оби стоявший рядом помотал головой, присоединяясь ко всеобщему непониманию происходящего. Уже через секунду они остались во дворе втроем, переглядываясь между собой, пока из дома одной большой толпой не вышли сразу все. — Не хочется быть многословными, и повторять то, что вы уже услышали от нас по нескольку раз на дню, но тем не менее. — Брианна вышла вперед, вместе с Даной и Митсухидэ, пока все остальные рядочком стояли позади. — Хотим еще раз поздравить вас с днем рождения и подарить вам то, что вы так давно хотели. — Честно говоря, мы не совсем уверены в правильности подобранных подарков, так что, если вдруг это не то, чего вы ожидали, пожалуйста, сделайте вид, что мы не прогадали. — Это интригует. — Накамура вытер полотенцем свое лицо, откладывая его на шезлонг. Выглядел он сейчас, так, будто его ударило током, из-за чего короткие волосы встали дыбом на его голове. — Знал бы ты, чего нам стоили все эти подарки. — Из толпы выкрикнула Виринея, довольно глядя на брата. — Ну не тяните уже. — Сгорая от любопытства, попросил Зен, потряся ладонями, сложенными в кулаки перед грудью от предвкушения. — Вот с тебя как раз и начнем. — Митсухидэ отошел немного назад, доставая из толпы огромную коробку, обернутую подарочной бумагой. Они, вместе с Изаной подняли ее, торжественно поднося к Зену и опустили перед ним на траву. — Господи, что это? — Оглядывая коробку визуально, спросил Зен. — Вот тебе нож. — Протянув предмет канцелярии, сказал Изана. — Открывай. Шираюки вместе с Оби подошли к нему ближе, заинтересованно наблюдая за тем, как Зен старательно вскрывает склеенные листы упаковочной бумаги. — Вы с ума сошли?! — Заметив кусочек картонной коробки, выглянувший из-под упаковки, Зен чуть ли не подскочил на ноги, смотря то на коробку, то на ребят, оценивающих его реакцию. — Что там? — Не понял Оби, однако вместо того, чтобы объяснить, Зен рукой порвал остатки упаковочной бумаги, обнажая коробку лимитированного набора LEGO с Кёльнским собором. — Вы где его достали?! С ума сойти! Он же столько денег стоит… — Зен смотрел на коробку глазами ребенка. Таким искренним и счастливым взглядом, что Шираюки и сама невольно заулыбалась, наблюдая за его реакцией. — Их же в ограниченном количестве выпускали. Зен готов был прыгать на месте от восторга. — Ну все, можешь прощаться с ним. Больше ты Зена не увидишь. — Обратился к Шираюки Оби. — Он этот конструктор недели две будет собирать. Гляди, забудет как есть. — Ложь, клевета и провокация! — Возразил Зен. — Недели будет достаточно. Шираюки рассмеялась, продолжая наблюдать за этой, абсолютно детской перепалкой. — Идем дальше. — Брианна привлекла внимание к себе, подходя к мужу с не менее большой коробкой, лично вручая ему подарок. — Честно говоря, я очень боялась ошибиться, поэтому не до конца уверена в том, что мы выбрали именно то, но, надеюсь, тебе понравиться. — Она протянула Оби коробку, поцеловав его в щеку, и отошла обратно к остальным, с расстояния наблюдая за тем, как он распаковывает подарок. Зен и Шираюки уставились на него, с нетерпением ожидая, когда он срежет упаковочную бумагу. Потянув за краешек, Оби довольно закивал головой, вынимая из коробки огромную раму, под стеклом которой была музыкальная пластинка с подписью. — Это выстрел в самое сердце. — Накамура оглядел поверхность стекла, на которой белым была нарисована группа Nirvana по которой он сходил с ума вот уже несколько лет. — Это не все. — Вперед вышла Виринея, держа в руках чехол из-под гитары. — Упаковать это мы не смогли, поэтому интриги не будет, но. — Она подошла к брату, открывая молнию. — Эта гитара, с подписями всех участников группы. Более того, сам Курт Кобейн играл на ней на одном из своих концертов. — С ума сойти. — Глаза Оби распахнулись так широко, насколько это только было возможно. — Вы… Вы… Я просто в шоке. У меня слов нет. Цензурных, во всяком случае. — Слава богу, — Выдохнула Брианна. — Я постоянно путаю их с другой группой, и до последнего боялась, что ошибусь. — Откуда у вас эта гитара? — Оби покрутил ее в своих руках, рассматривая каждый кусочек музыкального инструмента так, словно он был сделан из золота. — Вы вообще в себе? — Мы все коллективно сходим с ума. — Кокетливо улыбнулась Виринея. — Ты должен был уже давно это понять. — Действительно, чего это. — Коснувшись пальцами своего лба, все еще пребывая в шоке, ответил Оби. — Так, ну, а теперь, пожалуй, самое сложное. — Брианна вышла немного вперед, складывая руки в замок. — Честно говоря, мы вообще не знали, что тебе дарить, потому что, скажем, знаем еще не все твои нюансы и предпочтения, так что решили пойти самым простым, и, я надеюсь, беспроигрышным путем. Шираюки перевела взгляд на Зена, вообще не ожидая того, что подарки были рассчитаны и на нее. — Я понятия не имею, о чем она. — Поднял руки вверх, точно капитулируя, сказал Зен. Оби пожал плечами, точно так же не догадываясь о том, что они подготовили для нее. — Твой подарок тоже будет без упаковки, но, мы все-таки попытались сохранить интригу, поэтому, — Брианна отошла немного в сторону, пропуская вперед Дану и Кики, держащих нечто огромное в руках, скрытое белое тканью. Рядом шагал Рошель, с большим подарочным пакетом. Он широко улыбался, обнажая ямочки на своих щеках, и радовался тому, что ему все же разрешили подарить подарок лично. Шираюки смотрела на все это совершенно растерянно, боясь даже предположить, что ей могли подготовить. Опустив «нечто» на землю, Дана и Кики отошли назад. — Как будешь готова, просто потяни простынь. — Сказала Дана, доставая из кармана телефон, чтобы запечатлеть сей момент на камеру. — Оттуда ничего не выпрыгнет? — Спросил Зен, бросая взгляд в сторону Брианны. — Не должно. — Сдерживая смех, ответила она ему, ставя Шираюки в тупик. — Не должно? — В унисон произнесли Зен и Шираюки, переглядываясь между собой. — Не томите, — Подошел к ним Оби, осторожно отставляя гитару в сторону. — Интересно же. — Давай на счет три? — Предложил Зен, видя замешательство в глазах Шираюки. — Боже, у меня сейчас у самой от интриги сердце остановится. — Сказала Дана, прикладывая руку к груди. — Мы так долго выбирали. — Итак, раз, — Заметив кивок со стороны Амбервиль, начал вслух считать Зен, призывая всех остальных присоединится. — Два. Три! Шираюки взяла пальцами край простыни и резко потянула его на себя, с интересом уставившись на большую клетку. — Это же… — Глаза загорелись детским счастьем. Сердце в груди быстро-быстро застучало от восторга, заставляя Шираюки буквально пищать от радости. — Кто? — Зен наклонился к ней, разглядывая круглое существо в углу клетки, жующее что-то наподобие злаков. — Боже мой, чудовище, ты кто? — Шиншилла! — Шираюки повернулась к нему, смотря на Зена горящими искрами безграничного счастья очами. — Это… Боже, глазам своим не верю! — Слава богу, — Выдохнула Брианна, подходя к Дане. — Ей понравилось. — Даже очень. — Подметила Дана, счастливо наблюдая за происходящим. — Как ее зовут? Или это он? — Шираюки щелкнула замочком клетки, осторожно потянувшись к животному. — Это девочка, но мы не давали ей никакого имени. В пакете вместе с кормом и всякими нужными штуками лежит ее паспорт, с прочерком в графе клички. Мы попросили оставить его пустым, чтобы ты сама вписала. — Сказала Кики, прося сына отдать Шираюки подарочный пакет. Рошель одарил ее улыбкой, смеясь от переизбытка детской радости, после чего протянул ей подарок. — Значит будет Облепиха. — Аккуратно дав шиншилле понюхать свои пальцы, Шираюки взяла ее ладошками, доставая из клетки. — Какая она ушастая. — Присев на корточки рядом с Шираюки, сказал Зен, оценивая животное, в ее руках. — И усатая. — Спасибо огромное! — В сердцах обратилась ко всем Шираюки, не в силах перестать гладить пушистый серый комочек, шевелящий носиком. — Тетя Юки, можно погладить? — Подошел к ней поближе Рошель. — Конечно, — Шираюки развернулась к мальчику лицом, позволяя осторожно почесать Облепиху за ушком. — Я в шоке. — Зен поднялся на ноги, обращаясь к подступившему к нему Оби. — Ну, шиншилла Облепиха лучше, чем питон Гульфан. — Похлопал его по плечу Накамура, сдерживая смешок. Зен покачал головой, подхватывая волну тихого смеха Накамуры. — И то верно. — Зен, — Шираюки поднялась на ноги, подходя к нему ближе. — Смотри, какая хорошенькая. — По-моему, она как-то недовольно на меня смотрит. — Заглядывая в глаза животному, сказал Зен, замечая огромные передние зубы. — Тебе кажется. — Шираюки провела пальцами по пушистой спинке Облепихи, визжа от умиления. — Такая кроха. — Ну все, — Оби опустил ладонь на его плечо. — Теперь ты для нее на втором месте. — Если она будет любить этого монстрика сильнее меня — я не переживу. — Это не монстрик! — С какой-то детской наивностью, сказала Шираюки, осторожно убирая Облепиху обратно в клетку. — Все, все, молчу. — Сдавшись, поднял руки вверх Зен. — Что ж, раз всем все подарено, и всем все отдано, предлагаю вернуться за стол и наконец отведать праздничного торта! — Громко заявила Дана, направляя всех обратно в домик. Толпа быстро растворилась в пределах коттеджа, оставляя на улице лишь Зена и Шираюки. — Очаровательная, правда? — Спросила Амбервиль, закрывая клетку на щеколду. Облепиха сразу же забилась обратно в угол, доставая припрятанные злаки из своего тайного места. — Поверь, ты — куда более очаровательная. — Его губы коснулись ее макушки, целуя алые прядки волос. Шираюки приобняла его одной рукой за спину, смущенно улыбаясь. — Не хочешь искупаться? — На ушко спросил ее Зен. — У меня нет купальника. — Вопреки своему желанию ответила Амбервиль. Она была не против, и даже, от части хотела, но не могла. — И у меня нет. — Целуя мочку ее ушка, сказал Зен, притягивая к себе ближе. — Но… — Он хотел добавить что-то еще, но не успел, замечая спешившего к ним Рошеля. — Дядя Зен, тетя Юки, вы идете? — Мальчик нахмурился, упирая руки в бока. — Мы торт хотим, а тетя Брианна без вас не разрешает его резать! Шираюки зашлась заливистым смехом, поднимаясь на ноги, пока Зен хлопая ресницами смотрел на мальчика. — Уже идем. Дай нам одну минутку. — Хорошо! Но только одну минутку! — Пальцем показал Рошель, убегая обратно. Шираюки протянула Зену руку, помогая ему подняться на ноги и поцеловала в нос, забавно наблюдая за тем, как он хмурится. — Никакого покоя в этом доме. Шираюки прикрыла губы ладошкой, тихонечко смеясь, после чего подняла с земли подарочный пакет, уводя Зена за собой в гостиную, где Тарига уже успел испачкать сливками нос, а Сузу что-то бурно доказывал Бевису, пока тот в свою очередь, пытался оказывать Кихал знаки внимания.

***

Почувствовав легкую усталость, Шираюки вышла обратно на балкон, куда громкие биты музыки почти не доставали, и села на стул, возле клетки Облепихи, куда ее перенес Зен. Укрыв плечи пледом, Амбервиль достала из пакетика лакомства, протягивая одно Облепихе через створки клетки. Жозефина позвонила поздравить ее, пускай и не с днем рождения, а просто с «выздоровлением», но все равно. Было приятно услышать голос матери несмотря на то, что отношения между ними не прояснились. — Прошу прощения. Не отвлекаю? — На балкон вышел Оби, переставляя костыли друг за другом. Он остановился, дожидаясь ответа, и оперся спиной о стену. — Конечно, проходи. — Шираюки помогла ему сложить костыли, пододвигая второй стул. — И правда хорошенькая. — Заглядывая в клетку, сказал Оби, смотр на то, как Облепиха долго-долго жует какую-то палочку. Шираюки кивнула ему, натягивая плед обратно на свои плечи. — Не буду тянуть время, скажу сразу то, зачем пришел. Шираюки выпрямилась, полностью обращая все свое на Оби. Слишком уж резко изменилось его настроение. — Знаю, что ты уже говорила с Брианной, но мне есть что добавить от себя. — Оби достал из кармана пачку сигарет, в излюбленной манере прикуривая одну. — Очевидно, что ты уже сделала свой выбор, но я все равно считаю необходимым рассказать тебе это. Шираюки немного напряглась, меняясь в лице, но ничего не сказала, продолжая слушать — Если у тебя где-то внутри еще остались сомнения насчет Зена или, может, ты думаешь, что вы не подходите друг другу, то, можешь смело от них избавляться. — Он смахнул пепел с сигареты, делая затяжку. — За те два месяца, что вы не виделись, Зен упахивался настолько, что мне кажется, ни один человек в мире не смог бы также. Он приложил все усилия, чтобы отыскать поддельников Оливера и усадить их за решетку. Более того, он заморочился настолько, что выследил ребят, которые издевались над тобой в школе, и применил некоторые санкции по отношению к ним. Он буквально на износ старался добиться того, чтобы ты больше не чувствовала себя в опасности. И это все он сделал вне зависимости от решения, которое ты бы приняла. — Оби выдохнул облачко дыма, позволяя ему плавно раствориться в воздухе. — Ты — центр его вселенной, а потому, пожалуйста, верь ему. Иначе он точно умом двинется. А мне бы хотелось с ним когда-нибудь все-таки сходить и поиграть в гольф, знаешь ли. Шираюки не уловила посыл его шутки, воспринимая все слишком буквально. Она итак знала, что Зен старается для нее. Чересчур старается, за что она в некотором духе испытывала неудобство, считая, что не заслуживает подобного отношения к себе. Но то, что рассказал ей Оби сейчас вообще переходило черту. И это отчасти убивало Шираюки. Приятной болью оседало под ребрами. — Ты сильная, Шираюки. Очень. Вы с Зеном идеально дополняете друг друга. Да, возможно, ты сейчас подумаешь о том, что про Наоми я мог говорить тоже самое, но, нет. — Оби вновь сделал затяжку. — Честно говоря, мне она не особо нравилась, а с Брианной они вообще не могли найти общий язык. Разве что с Кики у них все хорошо сложилось. И, говорю я это все сейчас не для красивого словца или чего-то подобного. Я знаю Зена кучу лет. А поэтому с уверенностью могу сказать, что счастливее чем с тобой он еще никогда не был. Брови Шираюки собрались у переносицы, на мгновение перенося ее в прошлое, от которого она хотела убежать. — Наоми хорошая. — Неожиданно даже для самой себя произнесла Шираюки. Она думала над этим. Достаточно много и часто, потому что это действительно волновало ее. Особенно после того, как Наоми спасла ее из пожара. Шираюки до сих пор не могла понять, было ли то видение, или нет, а если не было, то где тогда сейчас Беллоу и что с ней случилось? Впрочем, Амбервиль поймала себя на мысли о том, что больше не хочет поднимать эту тему. И не хочет знать правду, какой бы она не была. — И без нее Зен бы не стал тем, кем является сейчас. — Безусловно. — Кивнул головой Оби. — И тем не менее, сейчас у Зена есть ты, и я прошу тебя осознанно подходить ко всему происходящему. — Накамура повернулся к ней лицом, встречаясь взглядами. — У него на тебя большие планы. Шираюки почувствовала, как щеки обдало румянцем. Под ребрами мигом ожил ворох кружащих бабочек. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле оставаясь не высказанными предложениями как только ее глаза заметили силуэт Зена, заглянувшего на балкон. Подозрительно часто кто-то сюда заглядывал этим днем в поисках ее личности. — Нашел. — Блондинистая голова торчала из-за дверного проема, скрывая часть тела. — О, и ты здесь. Беседуете? О чем, если не секрет? — Да так, поговорили по душам немного. — Взял на себя инициативу Оби, видя процесс глубоко размышления на лице Шираюки. — Мне зайти попозже? — Нет-нет, я уже собирался уходить. Меня внизу ждет Виринея, которой я обещал отдать свои костыли, чтобы она их разрисовала, так что, больше не смею задерживаться. — Он поднялся на ноги, окидывая Шираюки взглядом перед уходом, после чего удалился, оставляя их с Зеном наедине. — Все хорошо? — Заметив обескураженность на лице Шираюки, спросил Вистериа, закрывая за Оби дверь, дабы сбавить музыкальный поток, лившийся с нижнего этажа. — Да, просто немного устала. Не привыкла к такого рода тусовкам. — Шираюки облокотилась о спинку стула, удобнее кутаясь в свой плед. — Если что, мы можем уехать в любой момент. — Между тем напомнил ей Зен, приобнимая рукой за спину. — Хоть сейчас. — Хочешь сбежать с собственного дня рождения? — Улыбнулась Шираюки. Это было вполне в его стиле. — Если честно, то да. Я безумно устал и хочу провести остаток вечера за просмотром какого-нибудь ужастика лежа в твоих объятиях. — Как заманчиво. — Мысленно Шираюки разделяла его позицию. — Но это некрасиво по отношению к другим. — Эх, — Печально выдохнул Зен, подходя к ней ближе. — Грустно это признавать, но ты права. — М? — Амбервиль подняла голову, смотря на него снизу вверх. — Шираюки, — Ее имя вдруг сорвалось с его губ непривычной серьезностью. — Я люблю тебя. Амбервиль отчего-то резко напряглась, будто услышала что-то совершенно другое. Она выпрямилась, смотря на Зена, после чего заметила бархатную коробочку в его руках. Шираюки оторопело уставилась на него, не зная как реагировать. Сердце забилось галопом под самым горлом. Она смотрела за тем, как ловким движением он открыл коробочку, доставая оттуда тоненькое колечко. — Зен… — Шираюки совсем растерялась, чувствуя, как в груди гулко ухает сердце, оглушая. — Это… — Нет, пока нет. — Осадил ее Вистериа, осторожно надевая колечко на средний палец ее правой руки. — Это просто кольцо, — Он поймал ее взгляд, поглаживая пальцами тыльную сторону ладони. — Заметил, что ты очень любишь носить всякие украшения. Хотел подарить еще в прошлый раз, но… — Он не стал продолжать, глубоко втягивая носом воздух от собственного волнения. — Кажется, у тебя были похожие сережки. Подумал, что вместе с этим кольцом они будут смотреться хорошо. Шираюки оглядела небольшой кристаллик бордового цвета, красиво переливающегося в сумерках темными пятнышками, вновь чувствуя себя в каком-то неопределенном состоянии. — Но ведь… — Шираюки, — Зен сел на стул, на котором до этого сидел Оби, вновь не давая Шираюки закончить предложение. Иначе ход его мыслей свернул бы не туда. А ему важно было донести до нее суть. — Когда-нибудь, через время, это кольцо действительно будет обручальным. Мне хочется видеть тебя рядом с собой в качестве жены, но пока, я прошу тебя немного подождать. — Он не сводил с нее взгляда, и Шираюки отчего-то почувствовала, как сильно он переживает, говоря ей все это. Она протянула ему свои руки, обнимая за голову, и прижала к своей груди, укрывая пледом его плечи. — Мой родной. — Она осыпала поцелуями его макушку, оставляя пару влажных следов на виске. И как только она могла отказаться от него? Даже просто допустить мысль о том, чтобы лишиться его?.. — Ты даже не представляешь, — Совсем тихо произнес Зен, сцепляя руки у нее на спине. — Не представляешь, как сильно я боялся, что этот день никогда не наступит. Что я больше тебя не увижу. Ее ладони скользнули по его плечам, осторожно поглаживая через ткань футболки. — Я тоже, — Прошептала она, прикрывая веки, полностью отдаваясь своим чувствам. — Но мне нужно было это. — Пальцы добрались до блондинистых волос, успевших непривычно сильно отрасти. Они еще были влажными, от чего фаланги укололо холодом. — Прости, что заставила тебя ждать. — Я готов был ждать целую вечность. — Его слова тихо-тихо звучали в этом чарующем вечере сливаясь с мелодией приятной песни, доносившейся до них с первого этажа. — Лишь бы ты вернулась ко мне. — Родной мой, — Она опустила голову вниз, заглядывая в его топазовые глаза. — Обещаю. Больше никогда. — Их лбы соприкоснулись. Волосы под порывами ветра взметнулись вверх, образуя собой своеобразный купол. — Не отпущу тебя. — Зен подался вперед, слегка наклоняя голову, произнося слова ей в самые губы. — Никогда и никуда. Их губы соприкоснулись. Мягко, но так требовательно и необходимо, что невозможно было воздержаться. И Шираюки больше не чувствовала страха. Рядом с Зеном она испытывала лишь безграничное спокойствие. Она чувствовала себя в безопасности, пребывая в его крепких объятиях. И никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах она больше не откажется от него, зная, что он ее защита. Ведь там, где Зен — ее дом. И никак не могло быть иначе. — Шираюки, — Зен первым отстранился, придерживая ее за локти и посмотрел в самые глаза, не смея отвести взгляда. — Что? — Шепотом спросила его Амбервиль, проводя пальчиками по его скуле, слегка поглаживая. — Может все-таки искупаемся?

Эту войну, что велась внутри меня, я проиграл.

У меня не было ни единой возможности не поддаться биению моего разбитого сердца, застучавшего вновь из-за тебя.

Потому что ты — мое спасение.