И еще...

*** - Филя! – Алла повернулась на другой бок, пытаясь успокоить сильную тахикардию после сумасшедшей изматывающей, но страстной физической нагрузки, - Ты, если меня убить решил, выбрал самый приятный способ. Но он очень долгий. Как ты форму поддерживаешь? Целый час меня мучил! Филипп громко засмеялся и тоже лег на бок, прижимая Аллу к себе. - Вот че ты ржешь? – не унималась Алла, - У меня сердечко не выдержит! Нагрузки не по возрасту! Ты прикинь, что скажут в патанатомии после вскрытия? Я уже вижу заголовки газет: «Пугачева умерла от секса» или «Киркоров довел Пугачеву сначала до оргазма, а потом до инфаркта!» или еще лучше «Пугачева СКОНЧАЛАСЬ на руках Киркорова» - хохотала прима. - Все-все, больше не буду! - Я тебе «не буду»! Будь! Только не так часто и продолжительно… - от смущения, накрывшего нее, она немного покраснела, все также улыбаясь. - Хорошо, - смеялся Фил. - И еще... Надо бы нормальный выключатель поставить. А то у нас в процессе два раза свет то включался, то выключался, - Алла старалась говорить серьезно, но все же это плохо получалось. Филипп громко расхохотался. А затем прижал ее к себе, поцеловал. - Только ты одна можешь сделать меня счастливым. Я будто во сне, - признавался Фил, нежно целуя Аллу. - Я люблю тебя, - тихо произнесла Пугачева, - вот такое тебе признание. – а затем посмотрела ему в глаза. - Ты, наверное, хочешь, чтобы я от счастья умер, - улыбнулся Филипп. Он снова поцеловал ее и лег рядом, прижимая к себе. - Скажи, тебе не страшно? У меня столько болячек, у меня возраст, мать его! – выругалась прима, - Неужели тебя пофиг? - Я тебя любую люблю, - ответил Филипп.