ГЛАВА 5

                  После скучнейшей лекции по Истории магии и посещения библиотеки, Джинни и Астория направлялись в Большой Зал на ужин. Уизли с утра, увидев мантии соседки и сравнив их со своими, поношенными и выцветшими, хотела задать один вопрос, но её останавливала стыдливость. А сейчас, когда они шли одни, Астория казалась не такой уж и стервой, как думалось сначала. Джинни решилась.       — Астория, я хотела у тебя спросить… наверное, есть такие заклинания… — и показала руками на свою форму вместо ответа на вопросительный взгляд Гринграсс, — ну… ты поняла.       — Заклинания, которые привели бы твои вещи в приличное состояние? — уточнила Астория.       — Эй! — Джинни даже остановилась и упёрла руки в бока, но затем несколько смягчилась, вздохнула и продолжила движение, признавая правоту соседки. — Да.       — Извини, но нет. Не было нужды их учить, — выражение брюнетки стало несколько задумчивым. — Возможно, что-то должно есть про бытовые чары в библиотеке или можно спросить у нашей старосты, Джеммы, кажется.       — Думаешь, у неё есть? — с надеждой спросила Джинни.       — Должны, ведь внешний вид студентов также является показателем их работы, — уверенно произнесла Астория, а затем спросила. — Кстати, когда ты будешь отправлять сову родителям?       — Эм, — она совсем забыла про это, — думаю, завтра.       — Тогда, может, вместе пойдём завтра в совятню? Я своим тоже ещё не писала.       — Да, давай, — Джинни стала вспоминать расписание на завтра. — После ужина?       — Отлично.

***

      Драко не присутствал на ужине, мальчики сказали, что он отправился к декану. И сидя за столом, её не покидала мысль, что чего-то не хватает. Чего-то очень значительного, что сопровождало на протяжении всей её жизни. Они сидели в тишине: никто не спорил, не кричал, не ворчал и не разговаривал, только стук приборов по тарелкам. Обед ещё походил на что-то привычное, но сейчас недоставало одного звена.       — А Малфой создаёт много шума вокруг себя? — спросила она у неразлучной парочки напротив.       — Хм, — Грег почесал свой нос, — обычно, да. Даже когда спит, разговаривает.       — И даже во сне у него происходят стычки с Поттером, — добавил Винс с усмешкой.       — Этим летом мы были у него в гостях, много летали и Драко рано уснул, — Гойл говорил тихо, чуть к ним наклоняясь. — Я и Винс играли в шахматы, вот я делаю ход, как Драко вдруг резко садится, указывает пальцем куда-то вперёд и громко произносит: «Поттер, снитч — это тебе не конфетка!». А потом обратно упал и засопел.       Они начали тихо смеяться, по дороге до подземелий мальчики рассказали им ещё несколько нелепых историй про Драко Малфоя, до того как они пошли в школу.       — А он вам по шее не даст, за то, что вы нам всё это рассказываете? — устав смеяться, спросила она.       — Если вы нас не сдадите, то нет, — пожал плечами Винс. — До этого мы никому не могли это рассказать, а вам теперь можно. Вы связаны с ним клятвами.       Когда они зашли внутрь через проход, то Малфой уже стоял там и что-то обсуждал с Джеммой Фарли. Джинни, не раздумывая, пошла к ним, никто за ней не последовал.       — А вот и твоя принцесса подоспела, — сказала староста, когда она приблизилась к ним.       — Ничья я не принцесса…       — Согласен, — вслед возмутился Малфой.       — Тогда чего ты вокруг неё суетишься, Драко Малфой? — Джемма очень внимательно смотрела на смутившегося мальчика перед ней. — Мерки просишь снять. Новую форму будешь ей покупать?       — Я… — он открыл рот и начал тянуть гласную, — меня профессор Снейп попросил… Я к нему заходил, он будет их заказывать, вот.       — Хм, — старшекурсница прищурила глаза и повернулась к ней, — ты что-нибудь знала об этом?       — Ээээ, — теперь уже Джинни была взята врасплох, — да. Мы обсуждали это утром, поэтому Драко ходил к декану вместо ужина. И я хотела к тебе подойти насчёт заклинаний, которые немного приведут мою форму в приличный вид. Пока не придёт новая.       Джемма обратно посмотрела на блондина, который начал активно кивать, подтверждая сказанное. Она не совсем им поверила, но больше ничего по этому поводу не сказала. Лишь недовольно сжала губы.       — Ладно, пошли за мной, Уизли. Есть у меня одна книга. Заодно и мерки сниму. И Джинни направилась вслед за быстро удаляющейся старостой. Её комната находилась ближе всех к гостиной, была одиночной и размером с двухместную. Слева от входа стоял большой книжный шкаф, там располагалось много учебников и дополнительной литературы, которую вряд ли кто-нибудь нашёл в библиотеке. Джемма указала ей на стул, а сама подошла к шкафу.       — Надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься, — ей не потребовалось много времени, чтобы найти нужную книгу, и она протянула её первокурснице. — Вот, тут самые разные бытовые чары, всё подробно расписано, разберёшься. Отдашь, когда будет удобно. Снимай мантию и встань ровно.       Пока Джинни выполняла указания, наколдованная мерная лента измеряла все нужные ей части тела девочки, а Джемма продолжила.       — И знай, Малфоям доверять нельзя, даже по меркам Слизерина, это очень скользкая семейка. У Драко длинный язык без костей, а как до дела доходит, так сразу в кусты. Видела бы ты его в прошлом году, голова от его речей болела. И я не помню, чтобы он пылал любовью к Уизли, младшего ненавидит, а с близнецами только огрызается. Смотри в оба. И вот, передашь ему.       Джинни не сводила глаз со злой старшекурсницы, записывающей что-то на лист пергамента. Когда она резко направила на неё руку, младшей Уизли показалось, что она хочет её ударить, и всё её тело напряглось. Но увидев перед собой лишь лист с данными, снятыми с неё мерной лентой, расслабленно выдохнула и взяла его, складывая. Затем надела мантию и прижала к груди книгу.       — Джемма, вчера ты говорила, что факультет — это семья, — дойдя почти до самой двери, тихо заговорила Джинни. — Но в семье доверяют друг другу. А тут получается, что всё не так просто и нужно смотреть в оба. Без постоянной бдительности никак не обойтись?       — В семье не без урода, — как-то грустно улыбнулась староста, — Никогда не знаешь от кого ты получишь удар в спину. Слизеринцев уже очень давно стремятся выкурить из школы и волшебного мира, вот мы и приспособились защищаться. Даже от самих себя.       — Спасибо, Джемма.       — Обращайся, Уизли.

***

      После разговора с крёстным и Джеммой, Драко нервно кусал нижнюю губу, уставившись на огонь в камине. Рядом с ним на диван плюхнулись Грег и Винс.       — Что сказал Снейп? — слева раздался голос Винса.       — Что я действую безрассудно и импульсивно, — он откинулся на спинку, теперь рассматривая тени от люстр на потолке.       — Это из-за Джинни? — пробубнил справа Грег.       — Ага.       — Я с ним согласен, когда ты вчера хотел поговорить с Джинни в комнате, ты ничего нам не сказал про покровительство, — ворчание слева.       — Мог хотя бы посоветоваться, — упрёк справа.       Драко и так уже это знал, крёстный недвусмысленно намекнул ему об этом. И назвал его рисунки ребячеством. Но не отказался помочь, это успокаивало его. Ещё одна нотация ему сейчас не нужна.       — Это не ваше дело, — резко вскочил он, но затем несколько приостановился. — И уже поздно, ничего не исправишь.       Друзья смотрели на него несколько печально, вспышки гнева Малфоя-младшего были для них не редкостью. Драко сел в кресло и снова уставился на огонь. Через некоторое время, место, на котором он сидел ранее, заняла Джинни.       — Астории не придёт, сказала, что ей не интересен квиддич, — энергично сказала она им, а затем обратилась к нему. — Ты мог хотя бы предупредить.       — Я забыл, — отмахнулся Драко.       — Ладно. Кстати, я завтра отправлю сову родителям. Вот думаю, как мне им всё объяснить, — похоже она не собиралась спускать ему его пренебрежение. — «Мама и папа, тут Малфои решили искупить свои грехи и взяли меня под своё крыло».       — Эм, насчёт родителей, — несколько замялся Драко, опять ему придётся на рожон лезть. — Я переговорил с Северусом, и он предложил пока не сообщать нашим родителям об узах.       — Но мы же договорились! — возмутилась Джинни, делая выпад руками в его сторону. — И как я теперь объясню им своё поведение? А новую форму? Им, наверное, уже Перси с Роном такого понаписали!       — Только не кричи, пожалуйста, — оглядываясь вокруг, сказал он, а затем придвинулся ближе. — Сейчас всё придумаем.       Он решил поискать поддержки у Грега и Винса, но они лишь скрестили руки на груди и сами внимательно ждали, пока Драко что-то скажет. Джинни несколько повторяла их, но при этом ещё выглядела слегка вызывающе. Он мог надеяться только на собственное воображение в этой ситуации тройного давления.       — Так, начнём с формы. По сути, их заказывает Северус, поэтому можно назвать это политикой факультета, слизеринец не может ходить в обносках.       Драко попытался улыбнуться ей, гордясь тем, как он выкрутился, но отказался от этого и продолжил придумывать оправдания, пытаясь разглядеть подсказку на потолке.       — Насчёт факультета, почему не львятник. Ну, тут тоже просто. Расскажи про Наследие, им это можно рассказать. И тут я хорошо вписываюсь, Блэки мои ближайшие родственники, вот сразу и распознал родную кровь. Это совпадает с тем, что ты говорила Уизли.       Он развёл руками, откидываясь на спинку. Всё-таки какой же он мастак говорить и выкручиваться, ничего не скажешь, хорош. Драко остался доволен собой, хоть три пары глаз и продолжали смотреть на него несколько насмешливо.       — Скользкий ты тип, Малфой, — попыталась опустить его с небес на землю Джинни.       — Ну, все мы тут не совсем… — он опять огляделся, немного выпячивая губы, пытаясь подобрать в уме подходящее прилагательное, — шершавые.       — Ребята, — она по очереди посмотрела на своих соседей, — правда, что Малфои, даже среди змей, имеют не самую лучшую репутацию?       Теперь уже он смотрел на них, поджав губы. Интересно, кто уже успел ей об этом сказать? Это точно Астория, эта девчонка ненавидит его. А ведь он даже не виноват в этой дурацкой помолвке и в том, что о ней сообщили так внезапно!       — Как бы да, — пожал плечами Грег. — Малфои даже не английская волшебная семья, а давно бежавшие сюда французы. Их уже с этого момента тут невзлюбили. Обосновались, разбогатели на связях с маггловской короной и отстроили себе богатое поместье в Уилтшире. Кстати, интересный факт: имеют родство с Уизли.       — Семь поколений назад, можно сказать, не считается, — вставил Драко.       — В родословной всё считается, — продолжил друг-болтун. — По сути сколотили всё обходными путями и незаконными сделками. Ещё, например, дед Драко, Абраксас, до своей смерти считался серым кардиналом в Министерстве Магии. Да и многие Малфои всегда кружились где-то рядом с правительством. То с маггловским, то с магическим. Так что да, к Малфоям всегда относились с опаской.       Он очень хотел возмутиться и всё отрицать, но каждое слово было чистейшей правдой. Просто все постоянно забывают, что Малфои, кроме постоянных интриг, приносили ещё и пользу обоим мирам, являлись отличными дипломатами. И умели заговаривать зубы. Немного угрожать. И мстить.       — И вас это не смущает? — не унималась Джинни.       — Наши семьи давние союзники, мы знаем друг друга с младенчества, — присоединился Винс. — Как и наши отцы. Да и Драко только внешне смахивает на Малфоя, характер не совсем тот.       — Агась, — хохотнул Грег, — мой отец как-то пошутил, что он слишком крикливый для Малфоя.       — Эй, — опять вскочил Драко, — я вообще-то вас слышу.       — Я же говорю крикливый, — продолжил хохотать друг, а Винс и Джинни присоединились к нему.       — Дурацкая шутка, — пробурчал он и отвернулся.       Он сжимал кулаки, вытянув их вдоль туловища. Ведь они просто шутят, они не серьёзно. Вдруг Драко ощутил прикосновение чужих пальцев на запястье, оглянулся и увидел Джинни, она мягко улыбалась. Узел у него в горле перестал сжиматься, кулаки сами расслабились и их пальцы сплелись. Это было непривычно, у чистокровных не принято выражать привязанность тактильно и публично. Но в этот момент мир сузился до них двоих, и Драко подумал, что крикливость не так уж и страшна, если эта девочка будет рядом. Но это было только мгновение, которое вылетело из его головы, когда к камину напротив направился Маркус Флинт.       — Надеюсь, вы все тут собрались, потому что жаждали меня увидеть, — скалился капитан сборной Слизерина по квиддичу, обводя помещение взглядом.       — Только о тебе и думали весь день, — выкрикнул Кассиус Уоррингтон. — Выкладывай уже!       — Для начала приветствие, — Маркус издевательски начал растягивать слова. — Вы бы знали, как я рад видеть вновь своих любимых змеек. И первокурсников, у нас замечательное пополнение. А ещё…       — Не тяни, Флинт! — громко гаркнул Эдриан Пьюси в сложенные воронкой ладони.       Он сидел рядом с Уоррингтоном, расположившись на спинке дивана. Они оба состояли в сборной, а рядом с ними сидели остальная её часть. Тосле замечание Пьюси, все пятеро дружно засмеялись.       — Ой, какие вы нетерпеливые. Ладно, — Флинт сразу же стал серьёзным. — Через неделю, десятого сентября, будет проводиться отбор в команду: в два этапа. Первый — это для основного состава. Нам нужен ловец. Это было объявлено ещё в прошлом году и, я надеюсь, кандидаты упорно тренировались всё лето.       Драко заметил, что взгляд капитана остановился на Хиггсе, угрюмо сидевшем в стороне от команды. Он непроизвольно сильнее сжал ладонь Джинни, они всё ещё держались за руки. Затем Флинт продолжил.       — И второй набор. Так сказать, экспериментальный. На следующий год мне нужен охотник и два загонщика.       Маркус опять сделал паузу, чтобы произнесённые слова лучше усвоились в их головах. Позади себя Драко услышал, как скрипнула кожа дивана, а затем рядом с ним встали Грег и Винс, а Джинни напряглась рядом с ним.       — Весь этот год о они будут тренироваться вместе с основной командой, наблюдать и оттачивать навыки. Изучать специфику стиля игры. Я внимательно изучил устав, это не запрещено, — он хитро улыбнулся и добавил. — В таком случае может вступить даже первокурсник. С мётлами проблем не будет, их нам предоставит Люциус Малфой. Есть ли вопросы?       Вверх взлетели несколько рук, но Драко это уже не интересовало. И оглянулся. Все трое морщили лоб, обдумывая шансы на успех. Он знал, что у однокурсников вполне получится пройти, а вот…       — Джинни, ты тоже хочешь в команду?       Она подняла на него всё ещё задумчивый взгляд, в нём присутствовала решимость. Она разомкнула пальцы и подняла руки, чтобы сложить их на груди.       — А почему бы не попробовать, — с вызовом ответила Уизли.       — На позицию охотника? А летать ты вообще умеешь? — вновь спросил Драко, пытаясь определить, он переживает или правда не верит в её шансы на успех.       — Умею, — холодно добавила она, — Я с шести лет таскала мётла братьев, пока никто не видит. А ты похоже тоже хочешь на отбор, да, Малфой?       — Да, на позицию ловца, — и чтобы не последовало каких-то упрёков, быстро переключился на однокурсников, — А вы, Грег и Винс?       — Загонщики, — как-то грустно вздохнул Крэбб, — только я надеялся, что он сделает отбор в следующем году. Следующего шанса не представиться ещё очень долго.       — Нам нужно подготовиться к отбору, — решительно заявил Гойл. — Вечером у нас нет времени, но мы можем тренироваться утром, перед завтраком.       Драко испуганно уставился на него. Вставать утром, ещё раньше чем обычно, чтобы тренироваться? Ещё больше его пугал настрой друга. У них не останется шансов для отступления. Никаких.       — Во сколько? — может до Винса ещё не дошёл его замысел.       — В пять утра.       Цифра пять высветилась в его сознании и вся решимость начала покидать его тело.       — Хм, наверное, я не так уж сильно и хочу становиться ловцом… — пробормотал он, делая шаг назад.       Ему никто не успел ответить, потому им вдруг кто-то перегородил весь свет, и им пришлось поднять глаза вверх.       — Что обсуждаете, мелюзга?       Над ними возвышалась широкая грудь капитана сборной Слизерина по квиддичу, а его хищническая улыбка ещё больше поубавила пыл Драко. Ему же придётся наблюдать её потом каждый день. Фраза «КАЖДЫЙ ДЕНЬ» также высветилась в его мыслях. Он сглотнул.       — Мы хотим на отбор, думаем тренироваться по утрам, — спокойно ответила за всех Уизли.       — Джиневра, и ты?       Драко впервые видел, чтобы Маркус Флинт говорил с такой восхищением и смотрел на кого-то с такой гордостью.       — Ты сказал, что первокурсники тоже могут попробовать.       — Тогда я сейчас схожу к Снейпу, поле будет открыто, — ухмыльнулся Маркус, а затем обратился к ним. — И пацаны, перед отбоем зайдите ко мне за метлой для Джинни. И удачи.       — Спасибо, Маркус, — просияла первокурсница.       Они наблюдали, как его приземистая и широкая фигура удаляется от них в сторону выхода. Теперь ему не отвертеться, эти трое не дадут ему расслабиться. Обязательно с собой потащат. Драко печально вздохнул.       — Тогда завтра в пять утра здесь. — кивнул Джинни Грег.       — Но ты предлагал вставать в пять! — хотел уже возмущаться Малфой.       — Не помню такого.       И Грег развернулся в сторону спален. Драко печально вздохнул, Винс сочувственно похлопал его по плечу и отправился следом за другом.       — Ладно, мне ещё родителям письмо писать. До завтра, Малфой.       Он плюхнулся на диван. Его накрыло сожаление о том, что этот замечательный день закончился так удручающе.

***

      Астория осталась несколько шокирована новостью об утренних тренировках, но оставила это предприятие без комментариев. Только попросила быть тише. После Джинни села за письмо. Вспоминая болтовню Малфоя, она решила, что это вполне подойдёт для объяснения родителям ситуации.       Она усмехнулась, когда перечитала письмо. Потому что описала Крэбба и Гойла как грозных на вид громил, но забавных. А Драко Малфоя как славного малого, который походит на отца, только когда тот рядом. Невообразимая характеристика для гриффиндорца по отношению к этим личностям. Ей оставалось только надеяться, что в ответ она не получит кричалку, как сегодня утром Рон.       Затем она взглянула на книгу, которую занесла в комнату, перед тем как отправиться в гостиную, и взялась за её изучение. Спустя час поисков подходящего заклинания и практики на самой потрёпанной пижаме, она добилась нужного результата.       — Неплохо, но в какой-то момент мне показалось, что ты подожжёшь комнату, — после пристального разглядывания ткани сказала Астория, — теперь можно и на мантии попробовать.       — Завтра, я уже устала. Скоро отбой.       Сославшись на ранний подъём, Джинни приготовилась ко сну и скрылась за пологом кровати. Но перед этим захватила свечку из канделябра, установила её у изголовья и достала старый блокнот в чёрном кожаном переплёте.       Джинни обещала написать Тому сразу после пира, но обстоятельства не сложились, и ей было несколько совестно. Том стал единственным, кому она отважилась довериться. Ведь собеседник, заточённый внутри чёрной кожаной тетради, никому не проболтается. Она нашла его среди книг в котле на следующий день после посещения Косой аллеи. Он выглядел потрёпанным, на плотной обложке и корешке имелось несколько заломов, сзади внизу красовались большие, печатные и затертые в нескольких местах буквы «ТОМ МАРВОЛО РЕДДЛ». Но пожелтевшие от времени и помятые страницы оставались совершенно пусты. Страх заполнял её вены со вчерашнего дня, а в голове продолжал звенеть голос Малфоя. Она глядела на открытый блокнот, а затем схватила перо и в надежде, что избавится от части слов в голове, она записала туда реплику слизеринца.       И блокнот ей ответил: «Откуда ты обо мне наслышан?»       Увидев это, Джинни резко закрыла его и побежала умываться. Солнце уже скрылось за горизонтом, отец ушёл на дежурство, и она просто сидела в саду, пытаясь прийти в себя среди вечерней прохлады. Окончательно ей в этом помог садовый гном, который подкрался к ней и укусил за палец. Но потом она вспомнила, что живёт в волшебном мире. Тут можно не опасаться, если не оживлённые предметы тебе отвечают, с тобой всё нормально, это вещь так заколдована. По сути, это в порядке вещей, даже у них дома есть зеркало, которое кричит на них периодически.       Том оказался очень приятным собеседником, слизеринец, преуспевал в учёбе и выполнял обязанности старосты. Он начал вести этот дневник, когда ему исполнилось пятнадцать лет, календарный 1942 год. Сам юноша предполагает, что реальный Том Реддл умер, и при этом произошёл выброс магии, который оживил воспоминания в дневнике. Всё это время его никто не открывал, и Тому казалось, что он сам себя выдумал. А затем и сам себя забудет.       Он «выслушивал» Джинни, все её переживания, сомнения, страхи и мечты (многие из которых казались несбыточными). Наверное, если бы не Том, то младшая Уизли никогда не смогла бы принять в себе слизеринку. Увидеть и осознать, что это часть её самой. Разглядеть, что это не так уж и плохо. Она рассказывала ему о семье, о маггловских книгах, о сарае, о Хогвартсе и про магический мир сейчас.       Том стал её другом. Наверное, самым первым её другом. Лучшим другом.       Она обмакнула перо в чернила и занесла его над пожелтевшей бумагой. В голове у неё вертелось множество мыслей и новостей. Хотелось рассказать всё и сразу.       «Привет, Том. Я поступила на Слизерин! Гостиная и комнаты почти такие же, как в твоих воспоминаниях. Представляешь, шляпа назвала меня Блэк! Я ничего не поняла, но потом мне Драко кое-что объяснил. Кстати, ты что-нибудь знаешь об узах покровительства?»       Её буквы привычно исчезли. На месте её угловатых и больших закорючек появились изящные и выверенные строки Тома.       «Здравствуй, Джинни. Я очень рад за тебя. Мы, слизеринцы, не любим перемены. Тебе понравится в подземельях, сначала непривычно от сырости стен и промозглости воздуха, особенно зимой. Но в летний зной они становятся спасением.»       Том предпочитал писать отрывками, каждый из которых затрагивал свою тему.       «Хм, Блэки… А Уизли давно с ними в родстве? Я смутно их помню. Уже при мне Род начал вырождаться, на свет появлялись почти одни девочки.»       Только это было не совсем удобно, когда Джинни изначально затрагивала слишком много тем.       «Драко — это тот мальчик из «Флориш и Боттс»? Он что-то знает про Блэков?»       Затем медленно начал появляться большой текст, который исчезал по мере его прочтения.       «Узы покровительства в мое время ещё пользовались некоторой популярностью среди чистокровных. Но ими не разбрасывались просто так. Волшебник может быть покровителем только одного человека за раз, другие подобные узы можно создать только разорвав предыдущие. Покровитель обеспечивает условия для развития своего подопечного. Предоставляет материальную помощь, знания и влияние на окружающих. Всё, что потребуется. Между ними образуется связь, благодаря которой покровитель может чувствовать самые сильные эмоции подопечного, в частности страх и боль. Также связь оповещает его о проклятиях, наложенных на подопечного, или про влияние другой вредной для него магии. Только если они не были наложены на него раньше уз.»       Джинни перевернула страницу, но не успела дочитать последние строчки. Затем Том добавил кое-что ещё.       «Подопечный же остаётся в весьма выгодном положении. Он обязан лишь хранить верность покровителю, быть с ним честным и не разглашать его тайны. После разрыва уз подопечный ничем ему больше не обязан, кроме сохранения конфиденциальных сведений».       Больше всего её расстраивало то, что эти слова никак не могли выразить отношение Тома к чему-либо, его приходилось подбирать интуитивно самой. А раз эти узы такие обременительные для покровителя, почему Драко так на них настаивал. Это не совсем сходилось с тем, что она узнала о Малфоях сегодня. Правда про Драко у неё складывались двоякие впечатления.       «Ах, да. Ещё он обязан быть успешным в том, из-за чего его взяли под покровительство. Иначе всё лишается смысла.»       Джинни слышала голос Тома в его воспоминаниях и могла вообразить, как он его произносит с некоторой усмешкой. Том был очень красив в юности, его образ завораживал, но не более. Отчасти, её иногда пугал его холодный и расчётливый взгляд.       «Тебя кто-то взял под покровительство? Или просто услышала про эти узы?»       Усталость начала накатывать на неё, и Джинни постаралась вспомнить всё то, что Том писал ей с самого начала. В сонном мозгу мысли начали медленно ворочаться.       «Спасибо, Том. Тут учатся славные ребята. Только все подряд говорят мне никому не доверять. Вы, слизеринцы, такие странные. Ой, теперь уже мы слизеринцы. Ахах, до сих пор не могу поверить. Драко помог письмо родителям написать… Кстати, Драко! Да, это тот самый мальчик. Это он предложил покровительство, его мама Блэк. Он увидел во мне схожие черты. И ты когда-то говорил, что помнишь Абраксаса Малфоя, сегодня я узнала, что это его дедушка».       Надеясь, что написала она всё достаточно складно, Джинни ждала ответ Тома.       «Хм, и ты согласилась? Абраксас был несколько старше меня, и я всегда старался его остерегаться. Это очень могущественная и злопамятная семья. Я бы опасался быть и их союзником, и их врагом. Правда, Малфои не используют узы покровительства, у них свои методы. Более изощрённые и выгодные для них самих.»       Это описание несколько смутило Джинни. Если Малфои их не используют, то почему Драко на них так настаивал? Да и не выглядел он злопамятным. Скорее очень запуганным и обременённым ребёнком, которому просто нужна поддержка. Посмотрела на свою ладошку, она так просто потянулась к нему там в гостиной. Грег и Винс не знали, что задели того за живое, а Джинни знала. Он сам ей рассказал.       «И странный выбор для них. Блэки… Эта семья никогда, насколько я знаю, не стремилась к родству с боевыми магами. Только на роль союзников».       Безликие слова начали вызывать в ней раздражение, он же, как и многие вокруг, по сути, не понимают кто такой Драко.       «Посоветуешь мне быть с ним осторожной?»       Она тоже знает его чуть больше суток, но чем больше люди вокруг настаивали на том, чтобы она его остерегалась, тем сильнее ей хотелось его защищать.       «Да, им нельзя доверять. Они опасны, хладнокровны и изворотливы. Можешь держать его рядом с собой, но всегда следи за каждым его действием. Может его выходка в книжном была спланирована, а последствия рассчитаны».       У неё возник образ Малфоя вчера в его комнате, сбитого с толку и растерянного, как он заикался: «Я… я не подумал». Из описания ему подходила больше всего изворотливость.       «Я подумаю над этим».       Но злиться на Тома не хотелось.       «Я беспокоюсь о тебе, ты мой единственный собеседник и друг за последние десятки лет. Я никогда тебя не предам».       Она потёрла уставшие глаза и улыбнулась.       «Я знаю, Том. Спасибо тебе. Я безумно рада, что ты у меня есть. Но сейчас уже поздно и я очень устала. Спокойной ночи, Том».       «Спокойной ночи, Джинни. Хорошей тебе учёбы».       Убрав всё по местам и задув свечу, девочка устроилась на кровати. Было тепло и уютно. Она вспоминала прошедший день. Перед глазами всплыл Малфой, когда он смеялся и злился. Все эмоции отражались у него на лице, а некоторые слова бездумно слетали с его языка. Если бы не эти зализанные волосы, то он бы походил на котёнка. Джинни тихо рассмеялась от этого сравнения и выкинула всё из головы. Морфей забрал её в своё царство.

***

      Очень мрачные и сонные, они собрались в гостиной в оговоренное время, никто не произнёс и слова, но даже тишина вокруг них складывалась ворчливая. У них не имелось плана и стратегии. Каждый занимался своим мячом, а Джинни нужно было к нему ещё приноровиться, до этого она использовала только яблоки. А ещё метла…       Она летала быстрее и манёвреннее чем их «Чистометы».       К концу тренировки Джинни окончательно убедилась, что шансыы у неё минимальные и обратила внимание на товарищей по несчастью.       Крэбб и Гойл работали слаженно, она заметила это ещё в самом начале. Бладжер мог сбить её уже множество раз, но кто-то из них успевал его отбить.       А в другом конце поля висел Малфой. Буквально висел. Его ноги были закинуты на древке метлы, а ноги согнуты в коленях, остальные части тела безвольно болтались, устремившись вниз. Подлетая к нему, Джинни заметила, что глаза он закрыл, на молочной коже проступали розовые пятна, а грудь размеренно раздувалась и сдувалась.       — Тебе удобно, Малфой?       Она разместилась чуть ниже него, чтобы смотреть ему прямо в лицо.       — Очень, я так отдыхаю, — пробормотал он, не раскрывая глаз.       — А мне сначала показалось, что ты хочешь сброситься с метлы и переломать себе все кости, — ехидничала она.       — Не без этого. У тебя всё? — он открыл один глаз и снова его закрыл. — Ты мне мешаешь.       — Как успехи?       — Великолепно. Превосходно. Замечательно.       — Сколько снитчей поймал? — не собиралась отставать Джинни, капризный Малфой представлял собой очень занимательно зрелище.       — Неважно.       — Малфой, я никому не скажу, — пообещала она.       — Один, — сказал он, досадно закатывая глаза и сжимая губы, а затем возмущённо добавил, — он слишком мелкий и быстрый.       — В этом и суть снитча, — она мягко рассмеялась и склонила голову. — Давай помогу его поймать, нам скоро в замок нужно возвращаться.       Драко неопределённо хмыкнул, а затем спросил:       — А как твои успехи?       — Ну… — она начала разглядывать царапины на дереве. — Я, наверное, больше не буду ходить с вами на тренировки.       — Почему?       Это заявление несколько встрепенуло Малфоя, потому что он быстро поднялся и нормально сел на метлу, спускаясь до её уровня. Его лицо выражало крайнюю озабоченность и недоумение.       — Метла слишком резко реагирует, — начала мямлить Джинни, оправдываясь. — А квоффл тяжёлый. Не получится у меня.       — Так, ты это перестать, — Драко начал трясти перед ней указательным пальцем, он был очень серьёзен. — Я тебе запрещаю. Мы вчетвером на это подписались, все четверо и будем отрабатывать. Ты какой пример мне подаёшь?! Сейчас мы ищем снитч, а потом думаем, как сделать из тебя профессионала! И из меня заодно.       Внутри неё всё потеплело. Ну и как такое чудо может обмануть? Так ещё иметь репутацию хладнокровного и расчётливого обманщика.       — Но у нас всего неделя…       — Вот видишь как много времени!       — Спасибо, М… — и запнулась, — Драко.

***

      У первокурсников Слизерина с утра стояло сдвоенное Зельеварение вместе с Гриффиндором.       — Надеюсь, эти лучше разбираются в зельях, чем второкурсники, — обречённо вздохнула Астория.       — Тебе про них что-то рассказывала сестра? — поинтересовалась Джинни.       Она только знала, что, во-первых, Рон ненавидит Зельеварение, во-вторых, Снейп к ним постоянно придирается и, в-третьих, слизеринцы на них особенно противные.       — Лонгботтом постоянно плавит свои котлы, Финниган их взрывает или что-то поджигает, большую часть урока рука Грейнджер находится в воздухе, остальные девчонки постоянно шепчутся из-за Забини, а Поттер и Уизли просто безнадёжны, — зажимая пальцы, перечисляла она, а затем добавила. — Извини, если что.       — Ничего, я знаю про способности Рона, — мимо них пробежал мальчик с фотокамерой в руках, и она кивнула в его сторону. — Тот мальчик, с Распределения. Колин Криви, он попал на Гриффиндор.       — Думаю, он магглорождённый, — прищурившись сказала Астория.       — Из-за фотоаппарата? У волшебников они тоже есть.       — Есть, но большинство волшебников ходят в ателье. Они есть у журналистов, но у них они такие большие, на ножках, — брюнетка попыталась показать руками насколько. — А ещё он был так поражён перед Распределением. Так обычно смотрят те, кто никогда раньше не сталкивался с магией.       — Наверное, ты права.       — Я вот всё присматриваюсь к нашим однокурсникам и не могу понять, что они из себя представляют. Из них нет никого из «Двадцати восьми», но и на магглорождённых они не похожи, — немного оглядевшись, прошептала соседка.       — Не знаю, — пожала плечами Джинни, — я их вообще не замечаю.       Сейчас она даже не могла вспомнить, сколько их поступило на Слизерин в этом году. Мысленно вспомнив вчерашние пары, она насчитала две девочки, которых Астория после пира назвала «вялыми», и шесть мальчиков. Она даже не знала их имён или фамилий, эти ребята для неё оставались просто фоном для них с Асторией. Но вот они уже подошли к кабинету, и всё вылетело у неё из головы. Кабинет был мрачным, тёмным и холодным. На стенах располагались полки и стеллажи, на которых располагались всевозможные твари, законсервированные в растворе. Помещение освещали свечи, отзвуки их пламени играли на поверхности банок.       Джинни с придыханием осматривала класс, а потом почувствовала, как кто-то потянул её за рукав мантии. Слизеринцы ещё не пришли, а гриффиндорцы предпочитали располагаться сзади, Астория хотела занять лучшие места. Они расположились прямо напротив преподавательского стола во втором ряду. Оттуда просматривался весь класс, и они могли в любой момент привлечь внимание Снейпа. Змеиный факультет уважал своего декана, они всячески старались показать, что все приложенные для них усилия не пропадут даром. Другие факультеты больше побаивались Снейпа, так как его стиль преподавания основывался на строгости и дисциплине. Гриффиндорцы больше ворчали на него, считая, что к ним он особенно несправедлив. Может быть. Но именно львиный факультет меньше всего проявлял стараний к его предмету. А Фред и Джордж, напротив, относились к нему с некоторой робостью и послушанием. Учитывая, что эти двое совершенно не признавали авторитетов и не слушались так даже собственной матери, Джинни считала это истинным чудом.       Когда прозвенел звонок, Северус Снейп захлопнул за собой дверь кабинета и прошёл к кафедре, рядом с его рабочим местом и доской. Его чёрная мантия развевалась позади него подобно крыльям летучей мыши. Она снова была заворожена, только сейчас старалась проследить за каждым его жестом, мимикой и бархатным низким голосом, но ничего не могла разобрать. Он говорил что-то про славу, бессмертие и колбы. Её мир уменьшился до блеска в бездонных опаловых глазах, а затем резко расширился вновь.       В бок её больно ткнула локтём Астория. Мир снова стал нормальным. После лекции они занимались практикой. Им досталось Бодроперцовое зелье. Джинни в основном занималась ингредиентами, а Астория руководила процессом и мешала содержимое котла. Они закончили за десять минут до конца занятий, но соседка выглядела крайне недовольной и очень сильно хмурилась.       — Оно какое-то… никакое, — она тыкала в жидкость в котле стеклянной палочкой.       — Мы же всё делали правильно, да? — спросила Джинни, чувствуя себя беспомощной.       — Да, но оно какое-то блёклое, а цвет должен перейти в насыщенно красный.       Ещё раз недовольно посмотрев на результат, Астория вскинула руку в воздух и Северус Снейп появился из-за спины Джинни, что она слегка подпрыгнула от этой внезапности.       — Да, мисс Гринграсс.       — Эм, извините, профессор, но у нас не вышло зелье.       Профессор хмыкнул и подошел ближе к котлу, хмуро помешивая его палочкой. Затем взял у них небольшую колбу и перелил туда немного зелья.       — Кто-то из вас варил его прежде? — ровным голосом обратился он к ним.       — Да, профессор. Несколько раз. Всегда получался нужный результат, — закивала Астория.       Опаловые глаза обратились к ней, профессор поднял одну бровь в немом вопросе.       — Эм, нет, сэр, — опустив глаза, запинаясь пробормотала Джинни.       — Кто из вас в основном работал с ингредиентами?       — Я, сэр.       Джинни почувствовала как в горле сжимается ком обиды. Она же хорошо умеет варить зелья, сколько раз практиковалась дома. А тут какое-то Бодроперцовое и на первом же занятии провал.       — Задержитесь после, мисс Уизли. Мисс Гринграсс можете собираться.       Он испарил их зелье и прошёл к своему столу, шелестя мантией. Там он прикрепил бумажку к колбе и подписал её, поставив её на специальный постамент.       Джинни, шмыгая носом, помогла соседке всё убрать со стола. Астория поддерживающе похлопала её по предплечью и вышла из аудитории. Вскоре там остались только она и профессор.       Снейп трансфигурировал перед своим столом стул со спинкой и мягким бархатным сиденьем, а затем указал на него.       — Присаживайтесь.       Она прошла к нему на несколько дрожащих ногах. Он не выглядел злым или разочарованным, но Джинни это не успокаивало.       — Вы когда-нибудь варили лечебные зелья, мисс Уизли?       — Эм, нет, сэр, — покачала она головой. — Они мало меня интересовали, а для дома мама обычно их покупала или варила сама.       — А какие зелья у вас получались лучше всего? — снова спрашивал Снейп.       — Эм, зелье забывчивости, и близнецы показывали мне некоторые. Из них лучше всего вышло то, от которого всё тело покрывается фурункулами.       Она старалась не смотреть на профессора, и сосредоточилась на руках, которые мяли чёрную ткань мантии.       — Знаю, достаточно… противное снадобье. Тяжело вылечить последствия, следы могут остаться навсегда как от оспы.       Снейп сделал паузу, и Джинни подняла на него взгляд, профессор смотрел на неё очень пристально и задумчиво.       — Драко рассказал мне про ваше наследие. После недолгих наблюдений за вами, я могу с ним согласиться, — констатировал Снейп.       — Но… — она открыла и закрыла рот.       Джинни совершенно не понимала, что происходит.       — И про узы покровительства я тоже проинформирован, — несколько устало произнёс профессор, откидываясь на спинку стула. — Помимо того, что я занимаю должность декана факультета Слизерин и должен внимательно относиться к своим студентам, я также являюсь крёстным отцом Драко.       — Аааа, — только и смогла сказать Джинни.       — Как понимаю, Драко не успел вам это рассказать.       Она покачала головой.       — Извините его за это, он бывает несколько рассеян, — с некоторой теплотой и укором произнёс Снейп. — Он передал вам про форму и про родителей?       — Да, сэр.       — Хорошо. Сегодня утром я отправил сову мадам Малкин, думаю, посылка придёт уже на этих выходных. Насчёт покровительства… Эта форма уз несколько… неодобряема в его семье. Он поступил необдуманно и безрассудно. Но я не стал его уговаривать разорвать их, так как он впервые взял на себя подобную ответственность и отстаивал её достаточно… твёрдо. Это пойдёт ему на пользу. Но это моё мнение, — он вернулся в прежнее положение, выпрямив спину. — А вот Люциус со мной не согласится. Да и вашим родителям стоит прийти в себя, прежде чем сообщать такую новость.       — Хорошо, сэр. Я понимаю.       Его спокойный голос успокоил её, и вся мозаика несколько начала складываться.       — Я могу задержать вас несколько больше, чем предполагал изначально, — его глаза бегло скользнули в угол стола, видимо там стояли часы. — Может заказать вам обед сюда?       — Ничего, сэр. Я успею.       Ей стало несколько неловко от мысли, что ей придётся есть в столь близком присутствии профессора среди всего этого мрака.       — Тогда я постараюсь излагать коротко, — он сложил руки домиком, уперев локти в столешницу, приложил губы к кончикам пальцем. Его взгляд расфокусировался, через несколько секунд он моргнул и заговорил. — Блэки один из самых древнейших Родов на Британских островах. Легенды говорят, что они берут своё начало от кельтских оборотней. Кто-то добавляет, что они похищали женщин у викингов, чтобы они рожали им таких же свирепых воинов. До того как волшебники отделились от магглов, Блэки служили королям, их называли «Гончими короны».       Он ухмыльнулся и посмотрел на Джинни.       — А они сами называли себя Берсерками.       Джинни очень понравилось это слово, от него исходила мощь и сила. А профессор продолжил.       — Своевольные, вспыльчивые и бесстрашные, они могли справиться с целой армией. В ярости и азарте битвы они впадали в своего рода транс… «состояние Берсерка». Все эмоции отключались, они не чувствовали ни боли ни жалости. Сражались, пока не умрёт последний враг или же они сами.       Опять погрузившись в молчание на несколько минут, Снейп начал более воодушевлённо.       — Превосходные инстинкты, чуют опасность, могут предсказать угрозу. Великолепные способности ко многим магическим искусствам, но с оговоркой в том, что они помогут уничтожить врага.       Профессор взял флакон с зельем, в котором Джинни узнала их с Асторией «варево».       — Из моих ровесников только три Блэка обладали боевым наследием: Сириус, — его лицо несколько скривилось, — Регулус и Беллатриса. И никто из них, без должного усердия, не мог сварить простейшего лечебного зелья. Под воздействием их магии все ингредиенты лишаются всех своих полезных свойств. И даже этого вполне достаточно, чтобы определить, что вам достался Берсерк.       — Это плохо, сэр? — часто моргая, спросила она.       — Для девушки, да.       — Почему?       — Мне трудно вам это объяснить, мисс Уизли. Вам лучше обратиться к представительницам чистокровных семейств, эти знания им передаются от матерей. Мужчин редко в это посвящают. Я лишь могу сказать, что боевая магия у девушки — это скорее исключение, чем правило. И имеет серьёзные последствия, — тут он стал серьёзнее и в голосе стали присутствовать нотки наставления. — И добавить, чтобы вы старались меньше это показывать. Знающий человек сразу Вас раскусит. Блэки не сами по себе выродились, их очень методично и нацелено убирали с поля боя. Очень уж они опасны и трудно управляемы. Тот, кто это сделал, может не пощадить и маленькую девочку.       Она несколько механически кивнула, слишком много информации вылилось на неё в одночасье. А Снейп повертел колбу в руках.       — А пока начните тренироваться варить лечебные зелья, при должном упорстве они станут получаться сносными. Вам они могут попасться на экзамене, — он ей ободряюще улыбнулся и протянул зелье, подписанное как «Джиневра Блэк». — Возьмите на память. И обращайтесь за помощью, если будет нужно.       — Спасибо, сэр.       — Ступайте, мисс Уизли.       И выйдя из аудитории, она побежала в Большой Зал. На лице расцвела глупая улыбка, а мозаика в её голове начала окончательно складываться, часть про осторожность и скрытность только влетела в одно ухо и вылетела через другое.

***

      Оставшаяся часть дня пролетела без происшествий. Локхарт, после вчерашнего инцедента, быстро сменил методику преподавания, им пришлось слушать, как он читает им свои книги. Слизеринцев он не трогал, посматривал на них косо и с опаской, пока Астория старалась сдерживать зевоту.       После ужина, как и планировалось, они отправились в совятню. Когда Джинни привязывала к лапке одно из школьных сов письмо, её руки дрожали. Птица почувствовала её страх и укусила её за палец, прежде чем вылететь в закатное небо.       — Боишься? — раздался звонкий голос Астории сбоку от неё.       На вытянутой руке брюнетки сидела красивая сова с золотистым отливом перьями, она явно не относилась к школьным. Хозяйка бережно гладила её сложенные крылья. Уизли молчала.       — Это Калеб. Лети домой, Калеб, и не возвращайся без ответа, — взмахнув огромными крыльями, птица вылетела вслед за предыдущей, а его хозяйка повернулась к Джинни, так и не получив ответа. — Я бы на твоём месте боялась. Или была бы немного испугана. У многих чистокровных присутствует страх поступить не на тот факультет, особенно если это своего рода правило.       — Раньше я не задумывалась, что чистокровным, оказывается, очень сложно жить. Столько запретов, предписаний и обязанностей. Образ, которому нужно соответствовать.       Джинни смотрела на грустно улыбающуюся Асторию, она не думала, что эта девочка может выглядеть такой ранимой.       — Да, а ещё постоянные переживания и обдумывание каждого своего движения. Практически никакой искренности, доверия и дружбы. Одни союзники да деловые партнёры.       — У тебя нет друзей?       Ей было сложно в это поверить, ведь почти все слизеринцы сбивались по компаниям, а вокруг Драко крутился почти весь его курс, они все общались как старые друзья или добрые приятели. Джордж и Фред дружили с Маркусом Флинтом и Итаном Угхартом. Но Астория и в правду ни с кем кроме неё не контактировала. Драко и их ссоры не считаются.       — До школы это практически невозможно, с другими детьми мы пересекаемся в основном на приёмах. С Дафной мы не очень ладим, сама заметила, какая она. Я в основном находилась под присмотром papa.       Она несколько повеселела и направилась к выходу. После Астория продолжила.       — В молодости он мечтал, что его жена будет его правой рукой, во всём сможет ему помогать и сопутствовать. Но не вышло, — соседка пожала плечами, — сыновей тоже не народилось. Поэтому он прибрал к себе младшую дочурку. Говорит, что я стану, либо величайшим даром, либо сильнейшей головной болью для будущего супруга.       Она звонко засмеялась, Джинни мягко улыбнулась. Трудно было не согласится с papa Астории.       — Если честно, то я к тебе навязалась вначале, — глядя куда-то под ноги, пробормотала Гринграсс. — Мне сообщили про помолвку перед самым поездом. Я разозлилась, что меня он избегал, а с тебя глаз не сводил. Вот я и навязалась.       — Хотела привлечь его внимание?       — Или проклятье на вас обоих наслать. Я рассматривала разные варианты. А потом всё оказалось не так, как я думала.       Некоторое время они брели по замку в молчании, но при спуске в подземелья Джинни хмыкнула и спросила:       — А ты своими придирками уже начинаешь его воспитывать?       Астория хитро улыбнулась и, что-то обдумывая, покачала головой.       — А вариант неплохой, за шесть лет многое можно исправить.       И обсуждая варианты перевоспитания Драко Малфоя, они дошли до входа в их владения.