Часть 12

Какая отстойная по всем параметрам неделя. Джейми не может вспомнить, когда в последний раз все шло настолько из рук вон плохо. Обычно все «не совсем так, как хочется», но сейчас Джейми не может назвать окружающую ее атмосферу никак иначе, кроме как «кромешный кошмар», и все, чего ей хочется — это чтобы этот кошмар поскорее закончился, но что-то ей подсказывает, что он только начался. Хозяйка квартиры, которую они снимают для Джейми вместе с Шиной, заявила, что теперь квартира стоит на четверть дороже, а если что-то не нравится: «дверь там». Эстевес сразу согласилась, без особых споров, но Джейми все еще думает, что бабка просто увидела новости и поняла, что они могут платить больше, раз их показывают по ТВ. Спор ни к чему не привел. Джейми очень хотелось бы швырнуть хозяйке квартиры в лицо ключами, но она привыкла к этому месту: она обустраивала его, как свой лучший бункер в целом штате, провела в нем много времени, да и студия была довольно близко, не нужно было тратиться на ракетное топливо или проезд. Но отдавать еще больше денег практически в никуда было обидно до зубного скрипа. Денег и так почти не было, все заработанное уходило на новую аппаратуру, на оплату счетов за свет в студии, и, в конце концов, на еду, себе и Астронавту, а качественный кошачий корм стоит куда дороже обычных сосисок. Еще и на новые струны пришлось потратиться дважды: они лопнули почти сразу после установки, а магазин списал все на производителя, потому как «не мы же их делаем, мы их только продаем, пишите претензию заводу». Джейми тогда чуть этими самым струнами не устроила идиоту-менеджеру вскрытие посреди магазина, и пригрозила, что напишет настолько разгромный отзыв, что никто к ним больше никогда не придет. Хорошо, что с ней (собственно, ей не было понятно, зачем) поехал Лил Би. Губбот пригрозил ей, что, если она сделает это в социальной сети, он снимет ее с концерта: слыть токсичной сволочью перед выступлением нельзя. Джейми пришлось написать все анонимно, но эффекта это почти не возымело. Когда я стану достаточно знаменитой, магазины сами будут слать мне струны и самые лучшие гитары. Вдобавок ко всему с самого понедельника льет мерзопакостный холодный дождь, а вишенкой на торте, что гордо зовется «ужас конченный под хреновой крошкой», были непрекращающиеся алые вспышки в голове, что грозились не прекратиться и в день концерта. Джейми хочется промотать время на пару недель вперед, когда проблемы, вроде как, должны будут утихнуть, но неизвестно, где ее машина времени, а в таком состоянии она не может строить новую. UltraLady сменил (а) ник пользователя LordGubby на Lordyyyk UltraLady: это что еще за… Lordyyyk сменил (а) ник на LordGubby LordGubby: Это, Шина, конец детского сада. UltraLady покинул (а) чат Чат-бот добавил UltraLady в чат UltraLady: Ой… *** Когда термометр в субботнее утро показывает минус шесть за бортом, Сидней достает из шкафа теплую пару перчаток и шапку. Надеясь, хотя бы снег не пойдет. Это не настолько холодно, но погода ветреная и в целом мерзкая, и Сидней надеется, что это не помешает никому из выступающих добраться до места вовремя. В городе наверняка пробки, и хотя миссис Джонс перестраховалась, чтобы выехать заранее, некое беспокойное чувство все равно неприятно томилось в груди. Интересно, как там у Ньютон… Эта мысль заставляет Вортекса слегка улыбнуться. Отношения с Джейми пусть и не наладились, но они остаются какими-то стабильно-странными, больше в хорошую сторону, чем в плохую. Просто знать, что у Ньютон все хорошо — уже приятно. Я так и не поблагодарил ее за медиатор… — Сидней, мы через полчаса выезжаем. Ты все собрал? Голос рыжего звучит из открытой настежь соседней квартиры; Сидней вздрагивает и переводит взгляд за окно, где по стеклу с самого утра барабанили ветки уже совершенно облезлых деревьев, и зачем-то задумчиво зарывается в столешницу. Сидней бросает «теперь да» и выбегает на улицу, закидывая небольшой пакетик в бардачок. Миссис Джонс подвозит их до места и в это время Бритни тычится почти носом в рыжего, ей всё равно так холодно, на лице Сиднея расцветает улыбка и он указывает Бутчу открыть бардачок. Парень выуживает знакомый всем троим предмет, от которого Бритни визжит и сразу начинает целовать и обнимать вещь, а затем и за шею смеющегося парня. Бутч благодарно смотрит на Вортекса, пока тот прячет ухмылку за рукой вместе с миссис Джонс. Под визги дочери: — Мой любимый! Как ты узнал?! Я же просто леденею в такую серость-хмурость! — Рад помочь, — Сидней просто отмахивается от нее улыбкой. Отель Canon Plaza не очень большой и не сказать, чтобы престижный, но Бритни и Бутч восхищенно глядят по сторонам, издавая восторженные звуки от вида любого позолоченного канделябра. Вортекс делает вид, что не с ними, но потом все равно тащит их в комнату для персонала. Они выступают во второй половине, и это первый раз, когда они поют перед Ламами, Королями Науки. Обычно они умудряются петь в самых первых рядах, но сегодня успех не на их стороне, либо Губбот умерил пыл и перестал пытаться пропихнуть их в самое начало. — Вы приехали! … Хотя, может и не стоило! — так же радостно восклицает Карла, подпрыгивая от нетерпения на месте. Шина копошится в проводах, опасно держа одну из штекерных вилок между губами, и пытается сказать: Салют, Лил Би приветливо машет им, играя роль папы кота, присматривающего за выводком котят, а Джейми, сидящая с ногами на стуле, будто не замечает ничего вокруг, смотря куда-то в угол. Наверное, переживает, думает Сидней, прежде чем замечает, что Джейми немного дрожит. В гримерке открыто окно, а ее кожанка точно не греет. Наверняка, если его закрыть, все просто задохнутся, иначе не стали бы мерзнуть просто так. Сидней прячет свою задумчивую мину в воротнике куртки и сжимает кулак в кармане. Теоретически, в голову приходит запоздалая идея: ты мог просто взять второй шарф из дома, но и это может сработать. То есть, сработало бы со старой Джейми. Он разворачивается и бежит обратно ко входу. — Куда ты?! — зовет Бритни. — Я кое-что забыл в машине! — Что ты мог там забыть?!.. — Бритни переглядывается с Бутчем в таком же недоумении и в итоге Лил Би вмешивается, чтобы помочь им с настройкой микрофонов вместо парня, пока блондинка с косичками ворчит, что это, вообще-то, его обязанность, а он слинял. Но Вортекс прибегает через десять минут. Весь красный, снежинки с воротника так и сыпятся. Но в руках у него ничего не видно. Девушка бросается в тираду, на которую зеленоглазый не обращает никакого внимания, вместо этого Сидней начинает перелезать всеми доступными акробатическими способами через установку Кевина, и уже Лил Би отвлекается, чтобы стукнуть его по руке в знак приветствия, но к микрофонам пока не возвращается, не понимая, куда тот лезет. Пока Фолкс отслеживает возможные маршруты и уже собирается подсказать, где уборная, он решает всё же сказать: — Брит, знаешь, я начинаю думать, что из тебя вышла бы солистка покруче. На что Джонс буквально проглатывает свою лекцию и улыбается до ушей: — О, спасибо, мама всегда говорила, что мой голос — это Божий дар. Может, надо было всё-таки ее послушать… В этот момент Бутчу не везет, девушка замечает, как он убрал руки от ушей и у него один шанс из миллиона придумать отмазку про наушники, которая сработала бы, все трое оборачиваются на космический грохот. В своих па, их недоакробат Сидней, оказывается, сбил одну из тарелок Кевина. Но Уизер быстро кидается к своему другу и поправляет ту, заверяя, что с Кевином всё в порядке. — Ты меня вообще слушаешь?! — Бритни вспоминает, что кричала и на кого, а Бутч и Лил Би могут спокойно продолжать настраивать инструменты для WorldLords. Остановившись, блондин выдыхает, садясь рядом с Джейми. Он подустал прыгать через широты Кевина и на сегодня с позором лежать на полу в подножии злого гения ему хватит, тем более, что девушка, кажется, даже не заметила ничего. Сидней решает аккуратно потрясти ее за плечо. — Хэй. Но Джейми будто вываливается из какого-то транса: она дергается назад, едва не падая со стула, и шипит, как если бы ей угрожала опасность, но, замечая Вортекса, заменяет злость удивлением. — Ты, — бурчит Джейми, обвивая руками колени. — Замерзла? — Не твое дело, — цедит Джейми сквозь зубы, и это выходит куда грубее, чем она хотела, но живот болит, в голове гудит и ее так трясет, вдобавок утром она сегодня чуть не умерла от страха, когда в зеркале увидела голубые глаза и огромная ржавая кошка робот заползла ей на плечо, приветливо маша лапкой в их отражение. Джейми чуть не завалилась в ванну, но сон еще на пятнадцать минут, вроде как, помог делу. От которого злодейка, кстати, не отрывалась. И когда просканировал взглядом повнимательнее, Вортекс понял, что она работала над чем-то. Ему показалось - наклониться и заглянуть через плечо, чтобы узнать, если она хочет что-то уничтожить и предотвратить это вовремя — было не такой плохой идеей, но когда та обнаружила что-то постороннее рядом со своей головой, Джейми крайне выразительно ткнула металлическим ногтем, наклеенным как обычно дл выступления, ему в шею, и Сидней отошел, опомнившись. Однако, совсем неожиданно Джейми Ньютон посмотрела прямо на него. Она смотрела на него! Не за него, не насквозь, она щурилась, как будто просто держать глаза на его лице стоило титанических усилий. Парень нахмурился, что-то было не так. А затем Джейми словно забыла о нем как обычно, как только потеряла из фокуса его глаза и через секунду Вортекс понял, что она трет переносицу. Она устала и похоже, совсем не спит. Под глазами залегли серые тени, которые не может скрыть грим, а лицо кажется бледнее, чем обычно. — Ай… что с тобой не так? Ты… Он, ему ведь послышалось? Сидней сглотнул и попытался ещё раз. — Со мной всё так. — Ты каждый раз нарушаешь субординацию, я сказала тебе не подхо… — Джейми неожиданно быстро встает, чтобы отойти подальше. Не договорив, при этом она хватается за голову, словно ей нестерпимо больно и парень забывает о своей браваде, бросается к ней следом. По пути действия Вортекс успевает заметить, никто ли их не видел, но все заняты своими делами. — Джейми, что с тобой? — Не надо, — девушка отходит настолько, что уже прижимается к самой стене, подальше. — Всё нормально, просто мигрень. Много работы. Сидней останавливается в шаге от Ньютон как в тупике и стоит, в голове у него прокручивается только одна мысль. Когда он наклонился над плечом Джейми, в ее панели вместо схемы захвата мира он успел выхватить глазами лишь одну строку: - "когнитивное восприятие человека способно…" Она изучает какой-то вопрос, но вопросы никогда раньше не вызывали у нее головных болей. Или… Сидней всё равно едва касается и быстро отдергивает свои пальцы: дрожащих рук. Сидней решает проблему координально. Он быстро роется в кармане и вытягивает оттуда грелку Бритни в виде кошачьей лапки. Каким-то образом, упираясь плечом в стену, что-то тянет Джейми взять за эту лапку с другой стороны. Между ними Сидней нажимает кнопку по центру и через пальцы девушки начинает бежать тепло. — Это ведь я, верно?.. — тепло тут же превращается в лед. — Я не буду к тебе подходить. Смотри, соединим точки, хорошо? Ты дрожишь. Ты не можешь сфокусироваться, когда смотришь на меня, я прав? У Джейми начинается першение в горле. — Что ты… о чем ты говоришь вообще? — Сидней постепенно отпускает лапку, пока грелка не попадает в руки девушки целиком. Джейми назло решает продемонстрировать ему руку. — Я абсолютно не испытываю ни единого признака тремора рук, видишь? — И говоришь отрывисто, словно тебе не хватает воздуха. Я не уверен, Джейми, оставь себе грелку. Может, поможет немного. Он отворачивается уходить, скрипя сквозь зубы: «упрямая». — Постой. Что ты пытаешься сказать? — Что ты… — Сидней решает, что этот вопрос он не может раскрывать между ними, не глядя в глаза, импульсивно он хватает девушку за запястье, другой рукой придерживая ее щеку. Горячая. Абсолютно. Сидней медленно опускает глаза до ее уровня. Но этого контакта ему внезапно оказывается так мало, Вортекс рискует и наклоняется в ее пространство, и шепчет в ухо: — Я говорю, что ты помнишь меня. Твой мозг пытается вспомнить меня. Против воли мегаломаниума. Джейми резко отталкивает его рукой от себя и выдыхает почти в крик. Вот теперь услышат все: — Вспомнить тебя?! Я не знаю тебя! — Мы знакомы, — Сидней шепчет последнее и отворачивается. Проходя мимо… испуганных? раздраженных? возмущенных, может, разочарованных взглядов всех своих друзей и натыкается только на ладонь Шины почти у кулисы, прежде чем скрыться за партьерой со своей гитарой, которую он надевает по пути, он не знает, он не обращает ни на что внимания. Маленькому мальчишке Сиднею внутри его груди больно. Сиднею обидно. Сиднею неприятно. — Ты в порядке? Ничего не произошло? Джейми хмурится, всё ещё сжимая грелку в форме кошачьей лапы. Перед глазами у нее слегка двоится фигура меломана, но постепенно зрение возвращается в норму. Джейми проводит рукой по лицу. А ведь интересно, правда. Каждый раз, когда он подходит ко мне ближе, чем на 1 метр 33 миллиметра, моя голова взрывается от боли… а стоит тебе уйти всё становится нормально. — Ну… хорошо, я уже ухожу. Дай сигнал, если что, ладно? Джейми… я волнуюсь, — Лил Би послушно отворачивается и уходит обратно к инструментам, но только кивает Уизер — это сигнал, чтобы она не подходила к Джейми. До Ньютон доходит, что последнюю часть своей мысли она высказала вслух, но ее это не волнует. Она наконец-то одна и может продолжить свое увлекательное занятие. Даа, Джейми фыркает сама себе. Очень увлекательно, нажимать одну и ту же кнопку на маленькой грелке, посылающей волны тепла по ее телу, которое ничуть не помогает избавиться от ее поганого состояния и настроения, но возможно, это помогло бы ей ночью и грелку действительно стоит оставить. Особенно когда ей снится мешанина из картинок и каких-то смазанных как будто видеозаписей без звука, или наоборот — искаженный звук без изображения. Часто это ее собственный голос. После которых она просыпается с пустой головой и абсолютной растерянностью. Джейми снова жмет на центр грелки еще до того, как успевает подумать, нужен ли ей такой подарок вообще или нет, и в ладонях послушно медленно разливается тепло. — Ох… — расслабленно выдыхает Джейми, вцепляясь в источник тепла обеими руками и довольно прикрывая глаза. — Если бы я знала, что тебе такое понравится, давно бы купила, — улыбается Шина за спиной, с умилением эээ… играя микрофоном? Иначе зачем ей качать его как ребенка? И Джейми внезапно понимает, что едва ли не мурчит в чужом присутствии, она импульсивно хочет грелку куда-нибудь швырнуть, но в костях так нелепо и странно холодно, а грелка теплая, и приходится сжимать зубы и отводить глаза. Блондинчик, и его глупые внезапные выходки. — Не буду отвлекать, грейся, — говорит Эстевес, внутренне понимая, что не дождется никакой реакции. Да и не нужно: у Ньютон все написано на лице, а подрагивающий на затылке до этого хвост только что успокоился метаться. Джейми что-то бубнит в ответ, и лишь когда брюнетка уже повернулась спиной и сделала шаг к друзьям, едва слышно говорит «спасибо уж» себе под нос, но подстраивающий на стуле неподалеку гитару Сидней все равно слышит, хотя вида не подает. Тихого «спасибо уж» куда-то в сторону вполне себе хватает: это лучше, чем шесть лет абсолютной тишины. Это какое-никакое начало. Так, вцепившись в грелку, Джейми сидит до самого начала мероприятия, не вставая со стула и не обращая внимания на других исполнителей. Она старается ни о чем не думать, но назойливые мысли все равно лезут в голову, и старый медиатор жжется в кармане, будто раскаленный кусок металла. Джейми понятия не имеет, зачем взяла его сегодня с собой. Карла отдала его еще давно, но Джейми уже привыкла к новому, и переходить на старый в планах не было. А сегодня почему-то хочется сыграть именно с ним. Ну хоть сыграть ей хочется, а ещё забиться носом в шерсть на загривке Астронома и обмотать свою дверь ленточкой с надписью: «Не вскрывать до Рождества». Джейми поднимается на ноги только когда слышит о том, что начали играть WorldLords, и лениво тащится к кулисам. Музыка WorldLords совсем не во вкусе Ньютон: слишком мягкая, слишком про добро и дружбу. Слишком как приставучий блондинчик, будто он и тексты пишет, и музыку; Джейми понимает, что так оно и есть, по большей части. Я знаю, ты боишься видеть слезы, И в отражении я буду рядом, Когда тепло от солнца не вернется Навстречу буйно-розовым закатом. Впервые за долгое время, Джейми по-настоящему обращает внимание на голос Сиднея. На его мимику, на то, как он играет. Он быстро изменился, если вспомнить некоторые записи, что она просматривала, ища изъяны в своей группе или преимущества в другой, которые можно было бы перехватить: жесты стали увереннее, он больше не хмурит брови, когда одновременно играет и поет, будто больше не боится ошибиться и взять не тот аккорд. Его пальцы бегают по грифу гитары быстро и профессионально. Хм, за пару месяцев. Талантливый парень. Ты знаешь, что тебе нужно, И этот раунд последний. На двоих против прошлого В ударах ответных. Там где бьются наши кости, И рушатся стены Не оставив следа, Ты уходишь с арены. Сидней заканчивает петь с широкой улыбкой на губах, тяжело дышит и явно наслаждается реакцией публики: аудитория взрывается аплодисментами, и Джейми даже хочет тоже немного похлопать, но останавливает себя, чтобы проверить костюм. Странно, медиатор в кармане все еще жжется; Джейми достанет его, машинально нажимает на сканер в кольце с черным атомом и ничего не обнаружив, надевает на палец, тут же фантомно чувствует, как становится немного легче. Тянущая боль внизу живота почти прошла, а ладони согрелись. — Мы следом, — говорит за ее спиной Фолкс, и Джейми рассеянно кивает, потирая медиатор пальцем. — Надо подготовить Кевина. Подготовка занимает каких-то пару минут; Сидней и Ко уходят в другие кулисы, не оставляя шанса как-то пересечься. Уизер воодушевленно вытаскивает на сцену Кевина, путаясь в проводах и заставляя публику начать поддерживающе аплодировать еще до начала самой песни. Шина кидается ей помогать; Джейми вешает на плечо гитару, выходя на сцену вслед за ними. Публика, казалось, только ее и ждала. Из зала доносятся крики и свист, Джейми слышит свое имя и не может сдержаться, чтобы не крикнуть «и это все?!», и публика ревет еще громче. — Зажигай! — рявкает Джейми в микрофон, резко ударяя по струнам. Мы оба любим петь, может быть, на этой почве можно поддерживать мир? Под шагами в лужах эхо проводов, Ответ оператора — космос потерянный. В городе каменных стен и цветов Сегодня я стала лишь прошлого тенью. В моих пальцах искры от капель с окон, За стеклами линз картинки из детства — Холодный стеклянный купол без слов С бегущими током ногами по лезвиям! Надо не натягивать струны насколько туго, делает пометку в голове Джейми, стараясь не показывать вида, что что-то не так. Рыжая за ее спиной играет идеально, и в звуке Кевина нет ничего лишнего, и старый медиатор на пальце греет так же хорошо, как и оставленная в ранце грелка в форме лапки. Разорвутся провода, потекут ручьями ливни, Я запомню навсегда человеческое сердце. Только тело из льда не согреешь керосином, Слезы в масленных следах — это память на витрине. В старом худеньком пальто, кто по лужам бегал смело. Это было, но не то в мониторах королевства. Тихо эхо от шагов пробежит в холодных венах, И потонут навсегда города с железным сердцем. …пальцы Ньютон соскальзывают со струн. Она шипит от боли прямо в микрофон, поднимая к глазам руку и видя содранную до крови кожу и пару сломанных когтей. Старый медиатор буквально рассыпается в ее ладони на несколько кусочков и падает на пол. Лил Би и Карла не сразу понимают, что произошло, и еще несколько секунд продолжают самозабвенно играть, останавливаясь только когда Шину больше не слышно и Джейми поворачивается к ним с выражением ужаса в широко распахнутых глазах. Публика молчит, а Джейми боится повернуться к залу. Давай, скажи, что все в порядке, просто небольшая заминка. Сейчас продолжим, начнем заново, начнем сначала… Сначала… Мысли обжигает именно это слово. Именно в тот момент, когда она, наконец, решила принять прошлое, которого и не было никогда, оно рассыпалось у нее в руках и снова причинило боль. Когда она решила, что нужно дать прошлому шанс, оно повернулось спиной. Джейми не может выдавить ни слова; в горле стоит колючий ком. Она выдирает из гитары провод и широкими шагами скрывается за кулисами, держась за кровоточащую руку; публика, наконец, отмирает, и Джейми слышит ободряющие крики и неловкие ответы Эстевес. Джейми надеется, что Шина не понесется за ней следом, но та кидается собирать барабаны и помогать Лил Би и Карле отключать Кевина. Губбот будет в ярости, но плевать на Губбота. Что напишут в сети? Что скажут люди, которые пришли послушать именно ее?.. Джейми чувствует, как в уголках глаз собираются слезы. Если бы она не натянула струны так сильно. Если бы дурацкий медиатор не треснул… — Джейми? — раздается рядом голос, полный беспокойства. — У тебя кровь, дай руку… Сидней растерянно смотрит по сторонам, ища, чем бы помочь, и Джейми чувствует, как ком подбирается ближе. Если бы она продолжила играть тем медиатором, не пытаясь себя переучить, она бы не отвыкла и не сломала его. Если бы она не отдала его тогда, возможно… Далеко, очень глубоко в душе Джейми понимает, что ее подозрения беспочвенны, но обида и злость сжимают ее горло, впиваются тысячей иголок и мешают соображать. Сидней мельтешит перед глазами, хватается за все, что попало, ища какой-нибудь платок, и это раздражает. Сидней ведет себя, будто ничего страшного не произошло, будто Джейми просто упала с качели и разбила коленку. Будто бы она только что не разочаровала по меньшей мере пару сотен человек, будто она только что не уронила имидж своей группы ниже плинтуса. — Так, сейчас точно кто-то подойдет, не переживай… — Заткнись… — цедит Джейми сквозь зубы, смотря в пол. — Что-что?.. — Я сказала: заткнись. Это больше похоже на рык, чем на обычную речь, и Сидней делает шаг назад. Шатенку мелко трясет; Сидней знает это состояние, видел в тот самый день, но не успевает внутренне подготовиться к тому, что следует дальше. Джейми смотрит на него с откровенной ненавистью в алых глазах. Слезы блестят в уголках, но на губах Ньютон широкая улыбка, от которой у Сиднея стынет кровь. — Хватит вести себя так, будто ничего не произошло, — шипит Джейми, впиваясь сама себе ногтями в ладонь. — Хватит делать вид, что я просто поранилась. Я только что сорвала выступление своей группы. Это катастрофа. Плевать мне на эту руку. Я могу вкрутить себе сотню болтов и гаек без наркоза вместо нее, если нужно! — Я просто хочу помочь, — выдавливает Сидней, с ужасом отступая еще на шаг. Джейми кривит губы в злой усмешке. — Ох, Сидней, — произносит Джейми нараспев, и это первый раз, когда Джейми обращается к нему по имени, и это должно радовать, но Сиднею кажется, что кто-то воткнул ему в спину нож. — Ты всегда просто хочешь помочь. Добрый, хороший мальчик. Только тебя никто никогда не просит о твоей дурацкой помощи. Ты сам почему-то думаешь, что твоя помощь кому-то нужна. Где же ты был до этого? Ты сбежал тогда, когда на самом деле нужна была твоя помощь, и ты поступал так со многими, верно? …Ты лучший друг Лил Би. Но я ничего о тебе не знаю. Тогда почему ты бросил его? А теперь ведешь себя так, будто ничего этого не было, прикидываешься хорошим и думаешь, что я прибегу к твоей помощи. Но этого не будет. Прекрати эти тупые попытки, хотя, как иронично, я на секунду подумала, что, возможно, мы сможем нормально общаться. Сидней стоит и смотрит сквозь все вокруг, не живой, не мертвый, что-то среднее. (Нет, пожалуйста. Замолчи, ты понятия не имеешь, что делаешь. Человек не живет без сердца. Если ты раздавишь мое на куски, я не знаю, что делать). Джейми знает, что это не место и не время для выяснения отношений, но не может остановить себя. Горькие чувства душат, жгут изнутри, и пламя это выходит наружу в форме слов, которые так давно нужно было сказать так давно. Отвалите все. — Мне кажется, это был своего рода знак, блондинчик. Судьба не хочет, чтобы наши пути пересекались, поэтому глупый медиатор рассыпался. Он долго протянул, и я хранила его, почему-то. Но стоило тебе его просто коснуться, он сломался. — Я не… — мямлит Сидней, пятясь назад. Каждое слово болью отзывается в сердце. — Так что будь добр ещё раз. Исчезни из моей жизни. Окончательно, — рычит Джейми, проходя мимо, даже не взглянув в его сторону. — Я разберусь сама. Мне не нужна твоя жалость. За ней вслед бежит рыжая, неся Кевина подмышкой; Фолкс тащит гору проводов, едва в них не спотыкаясь, и они что-то говорят Джейми. Сидней не слышит. Он стоит на одном месте, не в силах пошевелиться или что-то сказать. Он не понимает, что только что произошло, и в чем именно он виноват. Он ведь ничего не сделал. Внутренний голос мерзко хихикает. Ты ничего не делал никогда. Родители, друзья, школа, все твои неудачи, твои соревнования, ты убегал, когда тебе становилось больно, ты смеялся и издевался и не замечал, как больно другим. И ты ни разу в жизни не извинился. Она встала вместо тебя под пистолет и сказала: отойди от моего друга. А тебе не хватило этого, чтобы поверить. Не хватило, чтобы хоть раз остаться. Джейми права. Сидней садится возле ближайшей стенки и смотрит в темноту закулисья. Все в очередной раз разрушилось, только теперь, видимо, окончательно и навсегда. Комментарии к лайв-стриму на «ВПрямомЭфире.нэт» -Что там случилось?! Видео обрывается! -Солистка Лам поранила руку, они не допели. -Интересно, она в порядке? -Ауч, вы видели, у Джейми была кровь! -#ДжеймиЖиви! -Ребята, я работаю за кулисами, ТАМ ТАКОЕ ТВОРИТСЯ! -ЧТО??? -Это надо было видеть, моя подруга засняла кусочек. -ссылка на видео* -Качество 10 баллов из 10 конечно. Это точно они? -ДА ТОЧНО, ТЕБЕ ГОВОРЮ! -О, ребята, кажется у них много общих скелетов в шкафу… -#CiJey канон! -Да сдуйте вы уже отсюда. -#CiJey канон! Ретро-Ньюс. Заголовок: Инцидент на концерте в Canon Plaza Комментарии: → #сijey team ↳ askj В СМЫСЛЕ? ↳ не ведитесь, это фейк ↳ Не фейк, а название концертного зала ↳ ох уж эти фанатки… ↳Вы не видели? Кто-то заснял их ссору! И судя по всему у них богатое общее прошлое! ↳ О МОЙ БОГ (Посмотреть ещё 105 комментариев) Официальный сайт WorldLords lonny_honey У меня просто нет слов, а что вы думаете по этому поводу? #Cijey team #CanonPlaza *прикреплённый видео файл: * Ответ от Enbear это просто отвал башки. Но я никогда не думала, что Джейми может быть настолько жестокой. Я имею ввиду, вы видели лицо Сиднея на этом кадре? Да, качество хреновое, но видно насколько хреново ему. Бедный мой мальчик. Ответ Ameli Судя по тому, что она говорит, у неё есть право на это. Ответ от zain никто не имеет права говорить такие слова. Сидней не виноват в травмированной руке. Что за гон вообще? Ответ от lonny_honey Так, мы здесь стеним Джейми. Если планируешь её оскорблять, отправишься в бан.