Глава 4: «С ног на голову»

Pov Кин. В какой-то момент моя жизнь слишком круто повернулась вспять. Долгий и мучительный развод родителей, переезд в другой район, смена школы, новые знакомства, новая жизнь, новая мамина любовь, переезд в дом её любви, вечно недовольный сводный брат, новые друзья, Свастоны, Чёрные Драконы, какие-то там Тигры, смерть мамы, похороны, возвращение к отцу, домашнее обучение, избиения, унижения, угрозы, изоляция от внешнего мира, появление Коко и Инуи, избиение отца, возвращение в дом маминой любви, колкие фразочки моего вечно недовольного сводного брата, заявление в полицию, суд, лишение родительских прав относительно меня и моего отца, вступление в родительские права со стороны Изао, возвращение к учёбе, многочисленные объяснения происходящего Свастонам и… Новая жизнь. Слишком много всего для меня одной за последние три года. Почему я? Что я сделала не так в прошлой жизни, что так страдаю в этой? Хотя, если посмотреть на всё это с другого ракурса, часть того, что я перечислила — к лучшему, и не всегда всё было плохо, есть и хорошее, много хорошего. С тех пор, как вернулась в дом к Изао и Коко, мои отношения с обоими изменились — с Изао улучшились, хоть он и много работал, даже больше, чем раньше, а с Хаджиме — непонятно, в какую сторону. Скорее даже непонятно, изменились ли вообще. Одно я знаю точно — его очень бесит факт того, что с Инуи я стала общаться больше, чем на привычном нам всем уровне «привет/пока/иди нахуй». Я не сказала бы, что мы с Инуи, прям общаемся, если раньше были просто знакомыми, то теперь, наверное, хорошие знакомые. Даже не приятели. По крайней мере, мы не хамим друг другу, как раньше. Я не знаю, в какой именно момент это случилось, но имеем то, что имеем. Есть ещё одно изменение в моей жизни — я решила научиться драться. Всё ради того, чтобы защищать себя, вспоминая о том, как отхватывала раньше, и ради того, чтобы защищать тех, кто слабее, вроде меня из прошлого. И у меня хорошо получается, Майки очень доволен тем, что я решилась на это. Но сейчас меня интересует другое — соулмейты. Я знаю лишь несколько вещей о них, но я уверена, что знаю не всё. И решила я собирать самую неочевидную информацию у абсолютно разных людей… Совсем неочевидных в моём понимании. — Соулмейты? — призадумался Дракен. Первый у кого я решила спросить. — Ну, честно, я не до конца уверен, но, кажется, Ханагаки упоминал о том, что человек чувствует, что его либо тянет к своему соулмейту, кем бы он ни был, либо же сильно отталкивает, смотря какое у тебя к нему отношение. Причём эти два состояния могут граничить друг с другом. — Ничего себе… Ладно, спасибо большое. — Обращайся) *** — Это очень сложный вопрос, — нахмурился Изао, призадумавшись, — а ты знала, что у всех проявляется по-разному связь? — Как понять? — удивилась я. — Всегда в течение суток. У кого-то через секунду, у кого-то через час, а у кого-то через сутки. Но не позднее, чем через сутки. — Ого, буду знать. Спасибо… *** — Метка может меняться, — сказал Мицуя, — что по цвету, из красного в чёрный, и из чёрного в красный; что по местонахождению; что по значению. — То есть, если соулмейт умер, может появиться новый? — Да, как я понял, именно так. *** Для меня трёх разговоров хватило. Невероятно… А я столького не знала об этом всём. Всё сложнее, чем я могла себе представить… — Я ещё не нашла своего соулмейта, — дрожащим голосом сказала я, восседая на бетоне напротив маминого надгробия, — не знаю, найду ли я… Я знаю, ты говорила, что не для всех это важно, но… Важно ли это для меня лично? Сейчас такая путаница в голове, мам… — Из глаз хлынули слёзы, — чем я вообще занимаюсь? Я… Прости, я… Я… Я очень скучаю по тебе, тебя так не хватает дома… Я очень люблю тебя… — Уже поздно, — сказал вдруг кто-то за моей спиной и я повернула голову, — я провожу тебя до дома. Я встала с бетона, быстро вытерла слёзы и пошла вместе с Инуи по улицам Токио. Действительно, уже поздно… Уже ведь даже стемнело, а я не заметила этого. — Что ты там делал? — Я приходил к Акане и родителям. — Понимаю… — Я тяжело вздохнула, — терять близких тяжело, как оказалось. — Часто жалею о том, что Коко вытащил меня из огня, а не Акане. Её жизнь сложилась бы лучше, чем моя… — Ты не знаешь этого наверняка. Никто не знает. — Я остановилась и подняла голову, устремляя взгляд в небо. Облака сегодня выглядят очень необычно. — Красиво… Инуи остановился и сделал то же, что и я. — Я больше не знаю, что такое «красиво». Но ты, наверное, права. Мы пошли дальше. В моей голове очень много мыслей, а высказать некому. Блядство… У меня есть друзья, к которым я могу завалиться прямо сейчас и выдать всё как на духу, но я не хочу никого тревожить своими переживаниями. Это ведь мои проблемы, я должна решать всё сама, а не вплетать кого-то постороннего и просить о помощи. — Эй, — позвал меня Инуи. Я обернулась, — твой дом здесь. Куда намылилась? И правда… Я настолько задумалась, что не заметила, как прошла мимо своего дома. В окнах горит свет, кто-то дома. Учитывая, что машины отца нет, дома именно Коко. Мы с Инуи уставились друг на друга и простояли так минуты две. — Что не так? — спросил вдруг парень, отчего я вздрогнула. Уходить не хочется. Почему-то рядом с ним мне размышлять о своих проблемах проще, я не жду, что он спросит о них или предложит помощь, я на него никак не рассчитываю, но благодаря этому и спокойнее. — Нет, ничего, — сказала я, чуть улыбнувшись, — всё же… Ты хороший. — Ты ещё успеешь поменять своё мнение обо мне. — Может и так… Ну, доброй ночи… — Спокойной ночи ~ Инуи ушёл, а я вошла в дом и поняла, что Коко здесь не один. В гостиной он сидел на диване и целовался с какой-то девочкой. Я молча прошла мимо них, отчего девчуля вскрикнула, не ожидая меня здесь увидеть. Мне всё равно, что они там делают, я просто ушла в свою комнату и заперла там дверь. Упав на кровать прямо в одежде, лицом в подушку, я заплакала, тихо, чтобы Коко не слышал, как это было полтора месяца назад, и не было предъяв в мою сторону. Слёзы текли рекой. Мама… Почему ты ушла? Почему забирают… Самых лучших?! Это же несправедливо!!! К кому теперь обращаться за советом? Изао весь в работе, Коко меня терпеть не может, у меня остались только друзья, которым я даже рассказать ничего не могу!!! — Спишь? — спросил Хаджиме, заглядывая ко мне в комнату без стука. — Да иди отсюда!!! — психанув, я кинула в него подушку, но он успел спрятаться за дверью, а потом вновь показался. — Я там еду заказал. Иди ешь. — Не пойду. — Дура что ли? Пиздуй, говорю. — Отвали. Коко ушёл, а я перевернулась на спину и уставилась в потолок, в то время как слёзы продолжали течь рекой. Что же делать-то теперь? Как дальше жить?.. *** Прошло ещё три дня. Я за это время лишь пару раз выходила из комнаты, и то, в туалет, больше никуда. Ко мне то и дело, что заходили Изао и Коко, звали поесть, спрашивали, почему я сижу здесь и так далее, но… Я так и не вышла. Я просто ничего не хочу. И до сегодняшнего дня я бы и не вышла, если бы не... — Привееет, — протянул до боли знакомый голос и я подняла голову на источник звука. — Чифую… — тихо сказала я без каких-либо эмоций, — привет. Что ты здесь делаешь? — Так вышло, но это не столь важно, — отмахнулся блондин и сел передо мной на корточки, взяв мои ладони в свои, — нельзя так гробить своё здоровье, Кин. Я понимаю твои чувства. Когда умер мой папа, я тоже не ел, не спал, не пил, а потом прошло… И у Майки такое было, и с мамой, и со старшим братом. Ты не одна, мы понимаем твою боль, есть люди, которые переживают это вместе с тобой. Я молча слушала. Чифую ещё долго говорил мне подобные слова, держа меня за руки. Я не выдержала и заревела в голос. — Чифу-у-ю-ю, — взвыла я, дрожа от плача, на что он немного улыбнулся, — ну почему ты помогаешь мне?! — Потому что ты мой друг, это раз, — широко улыбнулся парень, — и потому что ты друг Тосвы, это два. Так что давай ты сейчас пойдёшь и покушаешь, и больше чтобы такого не было, ладно?) Я там тебе лапшу принёс, и фрукты… Я кивнула. И всё же, мне стало легче. Лишь на маленькую капельку, но легче. Мы с другом спустились вниз, где на кухне стоял пакет с гостинцами. Чифую… Я не знаю, что бы я делала без тебя, дружище. Когда мы сели кушать, меня словно током прошибло. — Где Кейске? — спросила я, глядя ему в глаза, которые он отвёл в сторону. — Чиф. Что случилось? — Баджи ушёл из Тосвы в Вальгаллу. Теперь он наш враг, но… Я верю, что это не спроста. Я считаю, что он шпионит за Кисаки… Flashback. - Чё ты тупишь, давай, - вздохнула я, изо всех сил держа терпение, - восемь умножить на восемь? Сколько будет? Кейске откинулся на спинку стула и закинул голову назад, а руки обречённо опустил. - Шестьдесят... Четыре? - Браво! - восхищённо выдохнула я и похлопал друга по плечу, - давай, пиши и на сегодня всё. Баджи вписал недостающее число в тетрадь и тут же закрыл её. Парень встал со стула и с блаженством потянулся, а я наоборот, села на край его кровати. Долго же я сегодня стояла над его душой. - Ну, что? - с интересом заглянула в комнату сына Рёко-сан. - Закончили, - улыбнулась я, - думаю, завтра он сдаст тест. - Дай Бог, - вздохнула женщина, - сходите погуляйте. Весь день просидели в четырёх стенах. Дверь в комнату закрылась, а мы с Кейске переглянулись. Он лучезарно улыбнулся мне. - Пойдём, я покормлю тебя. Ты моя спасительница, Кин. *** - Здарова, - улыбнулся Кейске, - Коко дома? - С каких пор ты ходишь в гости к Коко, а не ко мне? - посмеялась я, впуская товарища в дом. - Фу, нет, - поморщился парень, но тут же подобрел и поднял руку с пакетом повыше, - я принёс нам ништяков. Чифую сказал, что опоздает. - И зря, - подала плечами я, - пропустит, как всегда, полов ну фильма. - И придётся всю вторую половину фильма рассказывать, что было в первой, а потом втроём смотреть всё с самого начала, - хохотал Баджи. *** - Кин, - тихо сказал Баджи, положив свою ладонь на моё плечо и я посмотрела на него, - я рядом. Он раскинул руки в стороны и я прижалась к другу, вздрагивая от плача. - Спасибо... Конец Flashback. — Сложно, — сказала я, тяжко вздохнув, — дай Бог, чтобы эта история закончилась хорошо. — Мы тоже надеемся, — кивнул Чиф. — «Мы»? — А, — опомнился друг, — я забыл сказать. Мы с Ханагаки теперь напарники в этом деле. — Ого, кто бы мог подумать, — искренне удивилась я, — он хороший парень, но… — Странный. — Да, именно! Мы просидели за разговорами часа два, не меньше. Это даже помогло отвлечься мне от горя, но лишь до тех пор, пока мой товарищ не ушёл. Хоть я и старалась держать в голове его слова поддержки, проблему это не решало. Осознание горечи потери только начинается… Flashback. Мы с мамой в который раз приехали на ужин в дом семьи Коконой. Изао встретил нас с почтением, а Хаджиме, как всегда, улыбался лишь моей маме, смотрел на неё, в общем… Обращал внимание на всех, кроме меня, будто бы меня здесь не то, что бы не должно быть, а будто бы меня здесь и нет. К этому я привыкла. — Мицуха, — вдруг за столом произнёс Изао, — ты мне очень полюбилась, я предлагаю тебе и твоей дочери переехать в этот дом и жить одной семьёй. — О, не знаю… — ответила мама. И я, и Хаджиме, мы оба очень удивились этому. Мама думала долго, и вовсе не день и не два, но всё же согласилась, и мы переехали в дом Коконой. Мне выделили комнату рядом с комнатой Хаджиме. Нас разделяет лишь стена. — Заруби на носу, — произнёс Хаджиме, — в моей комнате тебе делать нечего. Ни под каким предлогом, ясно? — Ясно-о, — протянула я, — мне и не хотелось. — Пусть наши родители вместе, — продолжил он, — ты — мне никто. Никаких у меня сестёр не было и не будет. И с друзьями моими не здоровайся даже. — Ты какой-то ущемлённый, — усмехнулась я, — если твои друзья будут здороваться, я буду делать то же самое в ответ. И «братом» тебя не было мыслей называть. Утырок. — Слышь, ты, томат раздавленный, — он схватил меня за волосы, на что я старалась всеми силами не показывать своей боли, — думаешь, тебе всё можно, раз отец пригласил и тебя сюда жить? Одно моё слово — вылетишь отсюда. Я не знала, что делать. Мне было больно и обидно от того, что со мной так обращаются, тем более — человек, с которым я живу теперь в одном доме. За что? Что я ему сделала? Разве это я сбила его на велосипеде, а не он меня? Разве не с этого всё началось? — Ты гнида последняя, Хаджиме, — нахмурилась я и ударила того по лицу ладонью, он отпустил мои волосы, — хоть пальцем меня ещё тронь и я обрушу на тебя целый мир!!! Конец Flashback. Очень противоречивое воспоминание. С тех пор многое изменилось, и теперь я уже не ненавижу его. Не могу сказать, что он тоже перестал. Не смотря на то, что много колких моментов осталось между мной и Хаджиме, я думаю, что он иногда меня жалеет. Как я выяснила, это он, случайно встретив Чифую на улице, попросил его, чтобы тот пришёл ко мне и поговорил со мной по поводу того, что я сильно ушла в себя. С того дня я даже и не видела больше Коко, а прошла уже неделя. Он попросту не появляется дома. Один раз он написал записку и оставил на кухонном столе. < Меня не будет несколько дней, не знаю, сколько именно. > И всё. А через пару дней Изао оставил мне нормальную такую сумму денег на продукты, расходы по дому и даже личные расходы, и уехал в командировку на месяц. Вот дела... Ладно. Сегодня, не смотря на то, что я предпочла бы умереть, я нашла в себе силы, чтобы собраться и выйти из дома. И точка назначения — дом Кейске Баджи. Поэтому Прямо сейчас я стою перед дверью в квартиру Баджи и нажимаю кнопку звонка, но никто не спешит мне открывать. — Хули ты тут забыла? — спросил знакомый голос за спиной и я обернулась, — говорил же, нехуй здесь делать Свастонам. — Но я не Свастон, — усмехнулась я, — я не состою в банде. Может, зайдём, и тогда я, так и быть, исключительно по доброте душевной, не буду бить тебя? — У тебя никогда не получалось быть злой, Огава, — хохотнул Кейске, — я не вернусь в Тосву, так и передай своим. — Ты тупой? — нахмурилась я, поднимая руку, в которой у меня была сумка, — я не для того пришла. Я принесла твоей маме блокнот со своими рецептами, которые она спрашивала, и диск с фильмом, который ты хотел посмотреть. Кейске молча нахмурился, но открыл дверь и впустил меня в прихожую. — Уходи. — Нет, — кратко ответила я и быстро разулась, проходя дальше, — ставь чайник, я надолго. — Ога-ава-а, — обречённо протянул Баджи мне вслед, пока я направлялась в ванную. Когда я помыла руки и вышла из ванной комнаты, на кухне меня ждал Кейске с двумя кружками чая, подпирая голову рукой. Выражение его лица выражало что-то по типу «ну и что с тобой делать?» Я села за стол и сделала глоток из кружки. — Нахуя. Ты. Пришла? — Злой ты, — сказала я, — ладно, я пошла тогда. — Я встала и направилась в прихожую, чтобы действительно уйти, но уже там друг остановил меня, схватив за руку, — ну что? Сам же не хотел, чтобы я здесь была. Вот и ухожу. — Да я не это имел ввиду, — махнул рукой тот, — я просто не понял, почему ты решила остаться, когда видела, что я против твоего нахождения здесь? — То есть, ты всё же признаёшь, что не хотел, чтобы я здесь была? — Блять, — выдохнул тёмноволосый. — Всё, пока, — ответила я, уже обуваясь, но парень лишь забрал к меня из рук мой кроссовок и откинул на пол, — да что? — Да не хочу я, чтобы ты уходила. Я и сам бы пришёл, но я должен был держаться подальше. — Объяснишь? — Нет. — Уйти? — Нет. — Рад тому, что ушёл из Тосвы? — Нет. Чт… Кин, блять! — Вот и всё, — сказала я, — а чего ломался. То есть, ты всё же не рад тому, что ты в Вальгалле? Парень очень тяжело вздохнул и пригласил на кухню, где мы оба помыли руки заново и сели за стол. — Я ничего не скажу. Ясно? — Я кивнула. — Зачем пришла? Я пожала плечами. — Я соскучилась. В последнее время чувствую себя как не в своей тарелке. Везде. Следующие два часа мы с Кейске смотрели фильм в его комнате, смеялись с моментов из этих же фильмов, а потом пришла его мама и принесла нам чипсы. — Пожалуйста, будь завтра аккуратнее, — сказала вдруг я, от чего Баджи вздрогнул. — Ханагаки сказал мне «пожалуйста, не умирай». Вы оба что-то знаете? — Я не знаю, знает ли что-то Ханагаки, — призадумалась я, — но я не хочу, чтобы что-то шло не так. Вернись целым, хорошо? — Да ладно, — махнул рукой Кейске, — всё нормально будет. — Если Тосва победит, возвращайся к ним. Стрёмно же будет, если ты останешься в банде лохов? — я улыбнулась. Он со мной согласился. Что же... Тяжело будет нам всем. И мне, и Тосве, и самому Кейске...