Часть 10

      — Чай не предлагаю. Я не жадный, его просто нет, — весело выдал Тимур. Мокрый зонт он у меня забрал и раскрыл его в ванной.       Обувь велели не снимать, пришлось тщательно вытирать ноги о коврик. В конце концов, на улице дождь, соответственно, мокро и грязно. Но соседа данный момент вообще не волновал… Ветровку я скромно оставила в прихожей, повесив ее на покосившемся крючке.       Тимур провел меня в знакомую уже комнату, которая не претерпела никаких изменений с моего последнего визита: все та же старая мебель в минимальном своем количестве и одинокая лампочка, свисающая с потолка и обделенная даже простейшим плафоном.       Правда, воспринималась комната теперь иначе, веселее, что ли. Мне больше не угрожала опасность. Или… Все же угрожала?       Я внимательно воззрилась на Тимура. Быть может, я рано успокоилась. Как вообще я могла быть такой беспечной после увиденного? Правда, ход моих мыслей потерялся, когда я заметила человека, стоявшего у окна и внимательно вглядывавшегося на улицу.       Я не ожидала, что в гостях у Тимура окажется тот самый парень, с которым мы впервые встретились в момент выманивания удильщика.       Юноша стоял в стороне, глядя в окно на улицу. Создавалось впечатление, что наше появление осталось им незамеченным. Ну или банально проигнорированным.       Сосед демонстративно кашлянул.       — Тогда не до того было, но познакомься, это Леха, — Тимур кивнул в сторону парня. — Ну а как тебя зовут он знает.       Когда Леха обернулся, я только слабо кивнула в знак приветствия, поскольку все слова застряли у меня где-то в горле. Он выглядел неважно: очень бледный, с темными кругами под глазами и обескровленными губами.       Я с немым вопросом взглянула на Тимура, но тот отмахнулся:       — Не дрейфь, с ним все хорошо. Устраивайся поудобнее, — парень кивнул на диван, на котором я некогда отходила от воздействия тети Веры.       Опасаясь, словно тот развалится или превратится во что-то, что меня на месте съест, я аккуратно уселась на край.       Леха не сдвинулся с места, а Тимур приземлился на скрипнувший под ним стул с таким видом, точно тот был шикарным кожаным креслом.       — Если есть еще вопросы, задавай, — милостиво разрешил Тимур, театрально разведя руки в стороны.       — Что теперь будет? — тихо спросила я, сжав лямки рюкзака.       — Не знаю, — честно ответил Тимур. — В будущее я заглядывать не умею. Но, если хочешь, могу попросить…       — Я не о том, — и откуда у меня взялась наглость его перебить? — эти… существа теперь будут на меня охотиться и дальше? Моя семья будет в опасности?       Тимур демонстративно задумался, хотя я пребывала в полной уверенности, что ответ на мой вопрос у него уже есть.       Тем не менее, по прошествии примерно минуты сосед заговорил:       — Эти твари друг друга терпеть не могут. Потому мстить никто точно не придет. Но если тут рядом и есть что-то еще, то оно пока затихнет. Не захочет лезть под удар.       Он самодовольно ухмыльнулся.       — Но у тети… Веры были дети.       — Неродные, — тут же парировал Тимур. — Дети мужа от первого брака. Эта тварь хорошо социализировалась, питалась себе тихонечно. Но сейчас, предполагаю, захотела протюнинговать себя, раз жертв стало резко больше, омолодиться, а после исчезнуть и начать новую жизнь.       Наверное, звучало вполне логично.       Но если и говорить о внешности, то почему сам Тимур выглядел совершенно иначе, чем в день нашего знакомства у бабушки? Получалось, что те изменения, которые бросились в глаза, не причудились от страха или выброса адреналина.       Когда Тимур носил очки, пусть крупные и нелепые, но они были единственным, что я помнила о его лице в принципе. Растрепанные волосы не в счет, они такими и остались. Попроси меня кто описать его внешность, то весь мой рассказ уложился в одно слово: очки.       Теперь же передо мной сидел реально симпатичный, если не красивый парень, с правильными выразительными чертами лица. Такого точно запомнишь. Не пройдешь мимо, а поставишь себе засечку где-то в голове, мол, какой как бы… краш.       Тимур тут же поднял на меня не просто темные, а черные, реально бездонные глаза, в которых то и дело вспыхивали лукавые золотистые искорки, после чего усмехнулся. Он точно не читал мысли?       Я хоть немного поняла, почему его поведение контрастировало с той невыразительной внешностью. Обычно такие молодые люди, к коим Тимур пытался себя отнести, ведут себя тихо, стараясь не привлекать к своей персоне лишнего внимания, но этот же сразу выставил себя пупом земли…       — Почему теперь Вы выглядите иначе? — выпалила я, заставив бабушкиного соседа усмехнуться.       — Я красавчик, да? — хохотнул Тимур, явно наслаждаясь моментом, видимо, потому и ударился в объяснения: — То был морок. Очки. Крайне необходимая в моем случае вещь, скрывает меня и от людей, и всякой нечисти. Тяжко быть таким идеальным, знаешь ли. Внешность бросается в глаза, а сила ощущается иными, вот и приходилось маскироваться.       — Ой, да не слушай его, — проворчал Леха. — Он просто шкерился от начальства. Эта ленивая задница не хочет работать.       — А кем Вы работаете? — поинтересовалась я, несколько осмелев. В конце концов, мною недавно было получено устное разрешение.       — Мир спасаю, — отозвался Тимур и шутливо поклонился.       — Ну что за дебил, — закатил глаза к небу Леха.       — Ты там за языком следи.       Леха замолчал, но показал Тимуру средний палец. Тот вроде подобрался, что мне не понравилось, потому я поспешила вновь обратить их внимание на себя:       — Кто вы все… такие?       — Это неважно. Ты можешь услышать различные версии. В последнее время актуально звать меня «экстрасенсом». Кто во что горазд, тот так и называет.       — Ага, ты же порывался залететь в какое-то там шоу, — вновь подал голос Леха. — Битва там какая-то.       — Я настолько шикарен, что вряд ли у соперников будут шансы, — хохотнул Тимур, а я в который раз поразилась его самомнению.       Впрочем, даже Леха некогда сказал, что он один из сильнейших. Правда, я все равно не особо понимала, среди кого он там сильнейший. Однако что-то мне подсказывало, что уж Леха-то не врал.       Кстати…       На тему лжи.       — Та зажигалка не была волшебной?       — Не была. Выдумал для твоего успокоения, — признался Тимур.       — Так может, Вы и сейчас лжете, что мне ничего не угрожает. Для моего успокоения, — неожиданно для самой себя выпалила я.       Та непринужденность, которая, как мне показалось, появилась в нашем разговоре, моментально рассыпалась стеклянной крошкой.       Во взгляде соседа появилось что-то нехорошее, оценивающее и крайне неприятное.       — Нет, тут я совершенно серьезен. Не волнуйся. Скоро я уезжаю отсюда, но найду способ за тобой присмотреть.       Со стороны окна донесся слабый смешок.       — Но я, — Тимур проигнорировал посыл Лехи, — уверен, что ни тебе, ни твоим близким ничего не угрожает… Однако есть один момент, который может побеспокоить именно тебя. Так называемый побочный эффект.       Он замолчал. Специально же…       — Какой побочный эффект? — мне совершенно не нравились паузы по Станиславскому, которыми приправлял рассказ Тимур.       Да и что вообще такое этот «побочный эффект». Название уже не внушало радости от его невольного приобретения.       — Ты коснулась той стороны, потому теперь тебе их видеть.       — Кого — их? — уточнила я.       — Ну, они страшненькие, но не особо злые, — Тимур словно меня и не слышал. — Потому просто смирись.       Будь моя воля, запустила бы в него чем-нибудь…       — Ну Леху ты же видела, согласись, страшненький, но не злой, только вот считается мстительным духом, знаешь ли. А ты даже его коснулась. Прямо суперсила.       — О чем ты?       Я скосилась на Леху, он выглядел болезненным, но обычным. Не просвечивал, не гнил, странно не пах, в конце концов. Какие нафиг мстительные духи?       Леха лишь слабо мне улыбнулся.       — Он мертв, — голос Тимур на какую-то секунду стал жестким, что заставило меня внутренне сжаться, а после вернулся к привычному будничному тону: — Малая, ты привыкнешь. Правда, иногда они могут быть очень назойливы, но можешь слать их куда подальше, я разрешаю.       — Я не хочу…       — Зря, иногда их нужно послать.       — Я не хочу их видеть!       — А. Понял. Ну тут ничего не поделаешь. Хотя… Ответь. Ты видела что-то пугающее, пока шла сюда? Сомневаюсь. Так что ты рано паникуешь. Но если ты переживаешь, то я что-нибудь придумаю. Я уже говорил, что найду способ за тобой присмотреть.       Я закусила губу. Может, они меня разыгрывают? Я действительно коснулась Лехи тогда, когда думала, что удильщик не оставит от Тимура и мокрого места. Но какой резон так шутить?..       Пару минут мы сидели молча. Наверное, мне великодушно давали время прийти в себя.       Отчаянно хотелось верить, что теперь все будет хорошо, но сам факт, что я нахожусь в одном помещении с призраком, более того, его вижу и слышу, пугал. Поражало, насколько буднично говорил о том сам Тимур. Дело привычки, или просто храбрился?       Кто же его разберет…       — Все в порядке, ничего тебе не грозит, сейчас я не чувствую ничего плохого, — сообщил Тимур.       — Ты и удильщика не чувствовал, — напомнил Леха, точно желая лишить меня всяческих надежд на светлое будущее.       — В смысле? — тут же возмутился Тимур. — Смею напомнить, что именно я вычислил это место, понял, что за тварь здесь устроила шведский стол и после вообще ее вычислил. Что б ты знал, Верочки не было ни на одной фотографии, между прочим.       Фотографии? Он говорил о стене в бабушкиной квартире? Если вспомнить, что Тимур внимательно ее рассматривал.       — Ее нельзя заснять? — спросила я. Если нет, то как тетя Вера получала документы, паспорт, например…       — Можно, но на фото останется след, а потому видящий заметит и многое поймет. Обычно те существа, кто прячется среди людей, стараются лишний раз не засвечиваться. Ты сама говорила, что Верочка жила тут давно. У твоей бабушки фотографии сделаны по всем поводам и на все времена, но ее лучшей подруги почему-то не было ни на одной. Можно, конечно, сказать, что не любит фотографироваться, но вообще слабо верится, к тому же весь подъезд был в символах. Тот же морок, но защита уже от нас…       Возможно, Тимур добавил бы еще что-нибудь, но его прервала задорная песня. Веселый женский голос сообщал том, что хотел сына и дочку от некого мужчины. Ловким движением руки Тимур вытащил откуда-то смартфон посмотрел на его дисплей.       Я же не сдержала смешок, правда, поскорее попыталась придать себе самый серьезный вид, но определенно потерпела фиаско.       — Начальство звонит, — злорадно хохотнул Леха, наблюдая, как скривилось лицо Тимура.       — Изгоню на фиг, — бросил ему сосед, а после взглянул на меня: — мне нужно отойти ответить на звонок. Никуда не уходи.       Я лишь кивнула, вроде и не собиралась исчезать по-английски. Тимур вышел на кухню. Подслушивать я не собиралась, но обратила внимание, что вообще не слышу его голоса.       — Послушай, ты, — Леха внимательно смотрел на меня своим жутким взглядом: — Не верь ему. Не знаю, что он удумал, но удильщика он мог уничтожить за секунду. Буквально. Так чего ему подставляться? И никакой он не экстрасенс, он маг. Смешно, но маг, и этот придурок из элиты, которая заточена уничтожать всякую нечисть. Я привязан к нему, всегда рядом, потому знаю. Такие не ведут задушевных разговоров с обычными людьми. Ты ему для чего-то нужна… Все. Я тебе ничего не говорил.       Леха вновь воззрился на улицу.       Я тоже отвернулась.       От его слов появилась странная уверенность, что удильщик — это еще цветочки.       Софа-катастрофа…