Часть 21 - Королевская свадьба (3/3)

Фигура человека, состоящая из черного дыма, усмехнулась и бросилась к телу учёного. Дым ворвался к нему в ноздри, и вскоре перевертыш, контролируемый Алексеем, неуверенно поднялся на ноги. Захватить чье-то тело было не так уж и просто — энергия существа будет яростно сопротивляться чужеродному вторжению. Человек мог взять под контроль среднестатистического пони на несколько минут. Что касается солдат и опытных магов? Алексей сомневался, что у него вообще были какие-то шансы. Это была одна из двух причин, почему он до сих пор не отказался от человеческого тела и не вселился в какого-нибудь единорога. Вторая причина: Алексей не был кошмаром. Человек был лишь связан с ним, и эта связь становилась всё слабее из-за отторжения. Да, он мог переносить своё сознание в кошмар и манипулировать им, словно своей рукой, но кошмар не мог слишком далеко отходить от Алексея. Если связь будет разрушена или кошмар умрёт — человек лишится всей магии. Алексей закрыл глаза, концентрируясь, и зажёг рог. Он больше месяца питался страхами Кантерлотских единорогов — конечно же, он знал базовые принципы их магии. Перевертыши, в своём настоящем облике, мало чем отличались от единорогов в том, что касалось магии. Вскоре перед ним возникла руна: полумесяц с рогами, направленными вверх, заполненный множеством узоров, напоминающих планеты, словно бусы, нанизанные на нитку. Над полумесяцем была изображена полная луна с солнечным затмением в центре. От неё во все стороны, словно лучи, расходились замысловатые завитушки. На нескольких кругах вокруг солнечного затмения изображались фазы луны. Хоть тематически это и соответствовало Луне, но у Алексея эта руна вызывала ассоциации с каким-то улыбающимся глазом, который, возможно, и был источником вдохновения. Руна влетела в туманные узоры, покрывающие полку, и раздалось шипение. Но дело было не закончено — он открыл только половину замка, и если не поспешить, сработает ловушка, и ему придётся вселяться в другое тело. Благо, обе ловушки были связаны с магией грёз, а он, будучи в облике кошмара, не особо беспокоился на этот счёт. Вновь сосредоточившись, Алексей создал ещё одну руну, если её вообще можно назвать руной — перед ним повисло карикатурное изображение головы Селестии с наколотым на рог яблоком. Губы перевертыша слегка дрогнули в улыбке — это была его идея. Луна пользовалась этой «руной» в детстве, когда прятала свои вещи от сестры. Услышав эту историю, он убедил Луну вновь использовать её, аргументируя это снятием стресса. Та полка, которую он сейчас взламывал, была хранилищем Луны, куда она убирала книги, которые читала в данный момент. Это означало, что она довольно часто её использовала и каждый раз видела эту карикатуру, навевающую теплые воспоминания из детства. Алексей использовал множество таких мелких и кажущихся незначительными вещей, медленно влияя на ментальное состояние Луны. Можно сказать, что в восстановлении отношений между сёстрами была изрядная доля его заслуг. Таким образом он собирался заслужить доверие Селестии и продолжить плести интриги. Жаль, что его банду алмазных собак обнаружили, и все его планы рухнули, но такова уж была жизнь — большинство планов, какими бы продуманными они ни были, рушились при столкновении с неожиданными переменными. Голова Селестии подлетела к полке и втянулась в неё. Через мгновение защита исчезла, открывая полку с совершенно другим содержимым — четыре потрёпанные книги, небрежно лежащие внутри. Алексей облегчённо выдохнул — пароль всё-таки не изменился. Ещё раз внимательно осмотрев полку на наличие проблем, он убедился, что всё в порядке, и, подхватив телекинезом книги, начал быстро просматривать их. С каждой просмотренной книгой лицо перевертыша всё сильнее хмурилось. «Моя удача просто ужасна», — мысленно вздохнул Алексей, положив книги возле спящих перевертышей. Сконцентрировавшись, Алексей начал быстро копаться в воспоминаниях перевертыша, в теле которого он сейчас находился. Узнав всё самое важное, чёрный дым вылетел наружу, и перевертыш безвольно рухнул на пол. Затем дым втянулся в другого перевертыша, и обыск повторился. Через несколько минут Алексей обыскал воспоминания всех четырёх перевертышей. Пока они были под воздействием ловушки Луны, он не боялся копаться в их разуме, в отличие от того перевертыша, которого он поймал в банде наркоторговцев. В процессе он успел немного перекусить, восполнив запас энергии кошмара. «Так вот как они используют телепатию, — мысленно кивнула фигура из чёрного дыма. — Пора уходить». Добыча из книжной полки его не устраивала, и он, конечно, мог бы ещё немного побегать по дворцу, но в этом было мало смысла. Всё самое ценное во дворце уже давно утащили перевертыши, а в комнате Луны больше было делать нечего — он не знал паролей от других тайников, да и они были слишком сложными. Испытывать удачу и пытаться найти что-то ещё? Учитывая его везение, Алексей не удивился бы, если в следующую секунду проснётся какое-то Древнее Зло, потревоженное битвой снаружи, и начнётся локальный апокалипсис. Тот рёв, услышанный им ранее, вызвал у него очень тревожные чувства. Пока что всё было спокойно, да и перевертыши в замке, кажется, не паниковали, но Алексей всё же решил немедленно уйти. Он был готов рисковать, когда выгода была существенной, но сейчас это просто не стоило того. Добавив несколько изменений в воспоминания, чёрный дым скользнул к телу бескрылого перевертыша и втянулся внутрь. Через мгновение перевертыш, морщившийся от головной боли и звона в ушах, поднялся на ноги. Встряхнув головой, он оглядел комнату, и его взгляд скользнул по телам на полу. — Эти жадные идиоты! — прорычал перевертыш, вспоминая, что произошло. Не успела защита исчезнуть, как они тут же рванули к шкафу, пытаясь ухватить что-то ценное — всё-таки это был тайник самой принцессы Луны. В итоге они активировали какую-то ловушку, чуть не угробив и его. Внезапно он застыл, когда осознал, что к нему вернулась часть воспоминаний. Похоже, раньше он был каким-то младшим офицером. Всё было крайне туманно и расплывчато, но давало надежду, что однажды память полностью к нему вернётся. Он также вспомнил, как пользоваться телепатией и базовые вещи о магии. — Хоть какая-то от вас польза, — фыркнул перевертыш, подходя к телам. Учитывая произошедшее, он решил, что воспоминания вернулись из-за активированной ловушки. Покачав головой, перевертыш собрал книги и спрятал их в сумку. Он уже собирался уходить, когда ожог на ноге защипал и в его голове раздался такой приятный и знакомый голос. Взгляд перевертыша расфокусировался, всё его внимание было сконцентрировано на голосе той, кого он ранее называл Матерью — Королеве Кризалис. Как он вообще мог забыть её имя? Оказывается, именно её остаточная магия спасла его от воздействия ловушки Луны. И сейчас у Матери были новые указания для него. — Конечно, — энергично закивал головой перевертыш. — Я всё сделаю, королева. Подбежав к телу, уже выглядящего как старик, солдата, он начал срывать с него доспехи. Помогая себе телекинезом, он быстро переоделся в броню и прикрепил к поясу изогнутый клинок. Бросив последний взгляд на умирающих товарищей, перевертыш убрал книги в сумку и выбежал из покоев принцессы Луны, направляясь к служебным помещениям. По коридорам туда-сюда сновали перевертыши, таскающие награбленное, и он ничуть не выделялся в этой толпе. Изредка пробегающие перевертыши перекидывались с ним парой слов через телепатию, но сам он в разговорах не нуждался — у него была чёткая карта дворца в голове. Добравшись до нужного места, он вошёл в портал и оказался в искусственно созданной пещере с двумя скучающими перевертышами внутри. Большая часть Улья вообще не участвовала в набеге, а те, кто учавствовал, тоже не состояли исключительно из воинов. Медики, учёные, отряды поддержки и все остальные, занятые логистикой. Эти двое были как раз из последних. Этот портал располагался в служебных помещениях, и воровать тут, кроме вёдер и тряпок, было особо нечего. Так что до тех пор, пока не начнётся полномасштабное отступление, они могли лишь следить за порталом и предаваться безделью. Увидев вошедшего перевертыша в броне, двое подскочили и напряглись, но слегка расслабились после короткого разговора через телепатию. — Вы оба идёте в эту комнату и тащите все вещи сюда, — наконец сказал перевертыш, передавая всю нужную информацию. — Нам было приказано оставаться здесь, чтобы следить за порталом, — неуверенно переглянулись двое перевертышей. — А теперь у вас другой приказ, — последовал категоричный ответ. — Ситуация изменилась, и скоро мы уйдём. Я сам послежу за порталом, пока отдыхаю. — Но… — хотели было возразить они, но осеклись, когда перевертыш в броне вытащил клинок. Столкнувшись с таким аргументом, они быстро прошли через портал и побежали в сторону нужной комнаты. Пусть командиры решают между собой, кто неправ и превысил полномочия. Собственная жизнь была важнее. «А что я должен был сделать дальше?» — недоуменно моргнул перевертыш, оставшийся один в пещере. Королева дала ему чёткий приказ прийти сюда и, вроде бы, он должен был сделать что-то ещё. Но что? Он не мог вспомнить. Погрузившись в раздумья, он не заметил, как его копыто потянулось к сумке и достало флакон с зельем. И сразу же бросило его в стену, покрытую рунами, прямо рядом с порталом. Столкнувшись со стеной, флакон разбился, и зелье воспламенилось, сжигая руны. С громким треском портал в ту же секунду схлопнулся. — Что? — тупо пробормотал перевертыш, уставившись на своё копыто. — Зачем я это сделал? По его спине пробежал холодок, когда он почувствовал, как что-то вторгается в его разум, словно щупальцами оплетая его «Я». — Нет! Убирайся! — заорал перевертыш, обхватывая голову копытами и падая на пол. — Прочь из моей головы! Катаясь по полу, он отчаянно пытался бороться с вторженцем, но стремительно терял контроль над своим телом. Правая половина его лица уже была захвачена, и губы скривились в ухмылке. — Кажется, я переборщил с натуральностью, — раздался насмешливый голос изо рта перевертыша, но это были не его слова. Всхлипнув, перевертыш последний раз попытался дать отпор, но всё было тщетно. Вскоре его сознание поглотила тьма.

◄♦►◄♦►◄♦►

— Да чтоб тебя! — зашипела Кризалис, пытаясь залатать бреши во множестве щитов. Вокруг неё плескалось море ослепительно белого пламени, стремящегося прорвать её последний слой защиты. При контакте с пламенем её щит просто исчезал, мгновенно сгорая. Стиснув зубы, Кризалис насильно использовала телепортацию, больше не в силах оставаться в этом огненном аду. Появившись в нескольких километрах от огненного буйства, Кризалис вырвало кровью — результат телепортации и краха щита. Проигнорировав это, Кризалис взмахнула рогом, и Кантерлот накрыла странная аура. Все, включая перевертышей, почувствовали, словно весь мир теряет цвета. Перевертыши могли поглощать только любовь, но Кризалис была не просто перевертышем — она могла съесть любую положительную эмоцию. Гигантские разноцветные потоки энергии начали притягиваться к Кризалис, быстро наполняя её силой и заживляя раны. Перегрузку никто не отменял, так что она не могла часто так делать. Но сейчас было не до таких мелочей. Она уже не наслаждалась битвой, как это было в начале. Сейчас она думала о том, как было бы неплохо выжить. Ухо Кризалис дернулось, когда она услышала мощный, глубокий вдох, наполненный угрожающей силой. Этот звук заставил её мгновенно насторожиться. Повернув голову, она увидела Селестию, находящуюся неподалёку. Ярко-оранжевые, словно раскалённый металл, рёбра Селестии светились сквозь её кожу, контрастируя с её холодным взглядом. Глаза Кризалис расширились от удивления, когда она осознала, что не может телепортироваться. Зарычав, она рассыпалась на рой насекомых, мгновенно разлетевшихся во все стороны. Селестия выдохнула, и небеса разорвало потоком пламени, обращая большинство насекомых в прах. Один из жуков превратился в кашляющую дымом Кризалис, покрытую ожогами. Встряхнув головой, отгоняя боль, Кризалис сфокусировала взгляд на Кантерлоте под собой. Только переместив туда поле битвы, она могла переломить ход сражения. Сигнал своим подданным уже был передан, оставалось лишь сбежать самой. Но не тут-то было. Она успела увидеть лишь золотистый блеск, когда Селестия появилась под ней. Удар крылом, сопровождающийся вихрем пламени, отправил её в полёт вверх на огромной скорости. Образ солнца позади Селестии запылал ещё ярче, когда над её рогом появились две мерцающие точки, стремительно начавшие вращаться и притягиваться друг к другу. Через мгновение они слились в крошечную сферу, из которой вырывались лучи света. Небрежно ударив крылом по сфере, Селестия отправила её вслед за Кризалис. Через несколько мгновений по Кантерлоту пронеслась ударная волна, заставившая всех поднять глаза к небу. Там действительно было на что посмотреть — над Кантерлотом засияло второе солнце, на фоне которого гордо парила принцесса Селестия. Перевертыши уже покидали свои позиции и спасались бегством, но о них все забыли. Королевская стража и несколько случайных пони застыли на месте, не в силах подобрать слова, описывающие их чувства. Гордость? Поклонение? Вдохновение? Они сами не знали, но каждый пони в Кантерлоте чувствовал, что пока она рядом, они могут всё. Что-то древнее и забытое просыпалось внутри них, разжигая жажду битвы. Тем временем Селестия, прищурившись, высматривала Кризалис, но в небе осталось лишь оружие королевы, падающее на землю. Внезапно алебарда вспыхнула алым светом и исчезла. «Думаешь, от меня так просто сбежать?» — холодно подумала Селестия, зажигая рог. Но в следующее мгновение её взгляд смягчился, когда она увидела ситуацию в Кантерлоте. Больше всего пострадали пони из королевской стражи. Перевертыши почти не трогали мирное население, лишь захватывая их живыми, а вот на королевской страже они отыгрались по полной. Множество мёртвых и раненых солдат устилали улицы Кантерлота. Большинство из них присоединились к страже ради льгот и доступа к высокоуровневым заклинаниям — мало у кого из них был реальный боевой опыт. Для перевертышей, сражающихся ради выживания, они были неопытными детьми. Селестия смотрела вниз нечитаемым взглядом, лишь её губы немного дрогнули. Её рог начал пульсировать золотым светом, но, в отличие от боя с Кризалис, этот свет нёс теплоту и заботу. Вырвавшийся из рога луч ударил в небо, и через мгновение весь Кантерлот озарился золотым сиянием. Словно порывы ветра, потоки света заметались по всему городу. Хрипящий пони с перерезанным горлом, судорожно пытающийся хоть чем-то заткнуть рану, внезапно почувствовал, как его наполняют силы. Убрав копыто от горла, он с шоком понял, что все его раны стремительно заживали. Послышался лязг, когда такие же раненые пони вокруг него подхватывали оружие и вставали, купаясь в золотом свете. На земле остались лежать лишь мёртвые — даже Селестия не могла вылечить смерть. Бросив последний взгляд на горизонт, Селестия со вспышкой телепортации появилась внутри замка рядом с убегающим перевертышем. Перевертыш не успел даже пискнуть, когда всё его тело парализовало, а Селестия, наклонив голову, внимательно заглянула ему в глаза. Через мгновение она удовлетворённо кивнула и исчезла во вспышке пламени. Перевертыш, вновь обретя способность двигаться, всё ещё в шоке смотрел туда, где мгновение назад была Селестия. Помотав головой, он попытался вернуть себе хладнокровие — нужно было бежать. Сделав глубокий вдох, он выдохнул, а из его рта вырвались языки пламени. Зрачки перевертыша сузились до точки, но он даже не успел закричать, когда его объяло пламя. Лишь горстка пепла рухнула на каменный пол дворца. Селестия, тем временем, стояла возле одного портала, созданного перевертышами для побега. Она не могла пройти через этот портал, но это не означало, что у неё не было вариантов. Пламя вокруг Селестии начало трепетать и сгустилось в фигуры четырёх птиц, напоминающих фениксов. Истошно закричав, они друг за другом рванули через портал. Долго ждать Селестии не пришлось — через несколько секунд они вернулись, притащив семерых перевертышей с оплавленными рогами. Быстро просмотрев их память, Селестия раздражённо фыркнула — Кризалис отлично позаботилась о сохранении местоположения Улья в секрете. Селестия лишь смогла узнать, что он где-то в Бесплодных землях, на территории которых находятся порталы-переходы, ведущие уже непосредственно в Улей. Точное местоположение Улья было известно лишь королеве Кризалис. Телепортировав перевертышей в камеры, предварительно усыпив их, пламя вокруг Селестии вспыхнуло, и по всему замку начали разлетаться огненные птицы, вторгающиеся в порталы перевертышей. Но как оказалось, большинство порталов уже было закрыто. Скрипнув зубами, Селестия зажгла рог, и во все стороны начали расходиться золотые волны. В тот же миг все оставшиеся порталы перевертышей в замке рухнули, а кристаллы, создававшие помехи, взорвались. На мгновение прикрыв глаза, она послала луч к небесным светилам и вскоре получила ответ. Селестия взмахнула рогом, и стена замка затрещала, еле выдерживая такое количество энергии. Вскоре сформировался портал, из которого вышла хмурая Луна. Оказавшись на другой стороне Эквуса, она на огромной скорости летела назад в Эквестрию, но расстояние было слишком огромным. Если сравнивать с Землёй, то Эквус был раза в три больше. Если бы не её потерянные воспоминания в некоторых аспектах магии грёз, она могла бы вернуться намного быстрее. Но сейчас ей пришлось перемещаться самыми грубыми методами. — Ты в порядке? — спросила Луна, с некоторой озабоченностью осматривая сестру. — Ранее я почувствовала… — В норме, — прервала её Селестия, поднимая крыло. — Каденс похищена, и мне нужна твоя помощь. — Я слушаю, — кивнула Луна, решив, что множество вопросов можно отложить на потом. — Разберись с остатками перевертышей в замке, — сказала Селестия и создала ещё нескольких огненных птиц. — Желательно, если ты захватишь их живьём. И разбуди Элементы — птицы укажут, где они заперты. — Их не похитили? — удивленно спросила Луна, но потом поняла причину. — А ты? — Отправлюсь на перехват, — сказала Селестия и вокруг неё начало собираться пламя. — Я знаю, что это может быть ловушка. Не волнуйся, я буду осторожна. Сказав это, она обратилась в пламя и вылетела в окно. Луна проследила за огненной полосой, стремительно летящей на восток, и перевела взгляд вниз. Вид разрушений и смерти не был для неё чем-то новым или пугающим — Луна легко оставалась спокойной и хладнокровной. Однако все это навевало неприятные воспоминания о недавних событиях. Помотав головой, Луна перевела взгляд на зачирикавших огненных птиц, приглашающих следовать за ними. Вздохнув, Луна бросилась за птицами вглубь замка.

◄♦►◄♦►◄♦►

— Бесполезно, — пробормотал Алексей, откладывая последнюю книгу, украденную из шкафа Луны. Его удача, должно быть, закончилась после успешного проникновения во дворец. Все эти четыре книги оказались почти полностью бесполезными. Три из них были трудами по магии грёз начального уровня. Ирония заключалась в том, что Луна уже давала ему их прочитать, когда он попросил обучить его магии грёз. «Зачем она вообще их перечитывала? — задумался Алексей, прикидывая самые очевидные варианты. — Повторяла основы? Искала вдохновения? Что-то произошло с ней на луне?» Догадок и предположений было много, но не было никакого смысла об этом думать. По крайней мере, в одной из книг он нашёл множество незаконченных набросков ментальных заклинаний, которых ранее там не было. Теперь, будучи соединенным с кошмаром, он мог их использовать. Конечно, по сравнению с настоящим кошмаром он был, мягко говоря, неполноценен. Земные пони обладали атрибутом земли, у пегасов был атрибут воздуха, а у кошмаров — страх. Атрибут не только давал возможность использовать определенный тип магии, но и даровал врождённую интуицию по отношению к этому элементу. Ни пегасам, ни кошмарам не нужно было зубрить учебники и создавать формулы заклинаний подобно единорогам — они интуитивно понимали и следовали ритму своей магии. Это не значило, что они сразу же становились мастерами своей стихии — требовались усердные тренировки, постоянное взаимодействие и углубление понимания своей стихии. Единорогам было сложнее в начале своего магического пути, но зато они владели нейтральной энергией, способной манипулировать чем угодно. Существовали и особые случаи, такие как аликорны. У Селестии было два атрибута: огонь и свет. За всю битву она не использовала ни одного атакующего заклинания единорогов. Зачем ей тратить время на визуализацию формул, если она может свободно манипулировать огнём и светом? У человека не было этой интуиции, но он компенсировал это упорством и прилежной работой. И всё же, за полгода в темнице он сумел создать только одно простенькое заклинание, маскирующее его ментальную энергию под магическую. Если бы он был кошмаром, то всё было бы намного проще. Помимо улучшенного понимания ментальной энергии в целом, он мог бы немного сжульничать. Пусть и весьма натянуто, но страх тоже можно было связать с маскировкой — страх быть обнаруженным. Алексею пришлось создавать формулу ментального заклинания, так же как делают единороги со своей магией, но кошмар, возможно, смог бы использовать это же заклинание без какой-либо формулы через свой атрибут. Алексей не был уверен во всем этом — хоть он и поймал несколько кошмаров ранее, все они были крайне слабыми и не особо умными. Так что он мог лишь строить догадки. Но теперь он получил несколько новых набросков ментальных заклинаний. Конечно, для начала их нужно было завершить, но у человека уже был прочный фундамент знаний. К тому же, все эти наброски были довольно простыми заклинаниями начального уровня, и это было вполне в его силах. Возможно, он даже смог бы их улучшить. Даже если у него возникнут проблемы с какой-то частью, он всегда может обратиться за вдохновением к алхимии. Между алхимией и заклинаниями, на самом деле, почти не было разницы. В магии всё сводилось к одному — манипуляции с энергией. Алхимический рецепт можно было рассматривать как заклинание, и наоборот. То же самое касалось и всей остальной магии. Алексей даже слышал, что продвинутые пользователи магии, не-единороги, могли имитировать эффекты других стихий. С точки зрения алхимии, даже самого человека можно было рассматривать как некий алхимический продукт или ингредиент для другого продукта, так же как и любое живое существо. Он самостоятельно пришёл к этому пониманию, когда только начинал обучаться алхимии у Саады, чем вызвал у нее немалое удивление. По ее словам, это был некий продвинутый уровень понимания алхимии. Может, он тогда и мало что знал об алхимии, но он всё же пришёл из современного мира. В плане распространения и доступности информации Эквус был тем ещё средневековьем. По образовательным стандартам современного мира даже старшеклассник уже мог считаться ученым в этом мире, что уж говорить о тридцатилетнем мужчине. Помимо интуиции ко всему, что связано с их атрибутом, у кошмаров было другое преимущество — их плотная ментальная энергия позволяла им творить даже заклинания единорогов. Правда, Алексей понятия не имел, как они это делают. Заклинания единорогов основывались на магической энергии, так что логично было бы предположить, что кошмары использовали какую-то измененную ментальную версию этих заклинаний. У человека был нулевой прогресс в этом вопросе. — Сомбра… — пробормотал мужчина, думая о содержимом последней книги. — Где я слышал это имя? Четвертая книга оказалась одним из личных дневников Луны, посвященным беседам с этим самым Сомброй. Он лишь бегло пробежался по содержанию дневника, но, похоже, ничего интересного там не было. В основном, это была пустая болтовня, философская чепуха и обмен опытом. «Кристальная Империя!» — наконец осознал человек, и его взгляд на дневник изменился. Его глаза блеснули в предвкушении, но через мгновение потухли. «Даже если там есть какие-то секреты, то это бесполезно, — со вздохом подытожил Алексей. — Кристальная Империя исчезла полторы тысячи лет назад. Если что-то и оставалось — уже всё давно разграбили». Убрав книги в сумку, Алексей решил, что пора уходить. Где-то на задворках его разума мелькала мысль остаться в пещере на несколько часов и отдохнуть, но он гнал ее прочь. Хоть он и был дико измотан, как физически, так и морально, но позволить себе отдохнуть он не мог. Сомнительно, что в ближайшее время кто-то обнаружит эту пещеру, но всё же лучше не рисковать. Осмотрев окружение пещеры, он приметил одну серебряную вазу с широким горлышком, которая вполне сойдёт в качестве котла, и убрал ее в сумку. Туда же отправились какие-то шторы из плотной ткани — судя по холодному воздуху, он уже понял, что его занесло куда-то в северную часть Эквестрии. Больше ничего интересного в пещере не было. Подойдя к месту, где ранее взорвался портал, Алексей выпил зелье и начал обрастать шерстью, превращаясь в земного пони. Через полминуты всё закончилось, и, отойдя на некоторое расстояние, он швырнул туда несколько взрывных зельев, уничтожая следы своей трансформации. Закончив с приготовлениями, Алексей вышел из пещеры и осмотрелся вокруг. Он находился в каком-то редком лесу, а прямо перед ним виднелись пики гор, покрытые снегом. Пар, вырывающийся из его рта, только подтверждал, что он явно находился где-то на севере. Где-то на востоке располагались княжества грифонов, а на западе жили зебры. К грифонам не было никакого смысла идти: слишком далеко, да и сейчас там было неспокойно. В общем-то, там всегда было неспокойно, но сейчас появился какой-то молодой многообещающий грифон, начавший объединять княжества. В другое время Алексей бы с радостью поучаствовал в гражданской войне грифонов — чем больше хаоса вокруг, тем легче получить выгоду, но, к сожалению, он не мог. Его сил явно было недостаточно, а над головой висела проблема с отторжением кошмара. Так что он решил направиться к зебрам. Как только он разберется с кошмаром, он заляжет на дно и будет медленно накапливать силы. К тому же, он хотел вернуться к обучению алхимии — он уже почти год застрял на одном уровне. Несведущие могли бы подумать, что можно просто поглотить воспоминания другого алхимика и волшебным образом стать профессионалом. Это не имело ничего общего с реальностью. Да, Саада передала ему свои воспоминания, и у него был прочный фундамент. Но значит ли это, что он сразу стал мастером алхимии? Конечно, нет. Всё это время в лесу он занимался тремя вещами: сражался, экспериментировал и тренировался в алхимии. Почему зебры были самыми лучшими алхимиками? Из-за их врождённой чувствительности. Алхимия строилась на взаимодействии с энергиями, скрытыми внутри ингредиентов. Не существует двух абсолютно одинаковых листьев на дереве, точно так же не существует двух одинаковых ингредиентов. Пусть и небольшие, но всегда были различия в количестве и качестве энергии. И эти небольшие различия, словно снежный ком, могли изменить весь рецепт. Алхимический рецепт, скорее, был набором рекомендаций и общих положений и мог меняться в зависимости от ингредиентов. Поэтому чувствительность зебр давала им такие преимущества: во время приготовления зелий нужно было чутко следить за процессом и подстраиваться под непредвиденные ситуации. Даже если он поглотит чью-то память — ему всё ещё придётся тренироваться и отрабатывать каждое зелье. Не говоря уже о том, что к этому времени у него уже был собственный стиль. Попытка подражать другому алхимику лишь испортит его навыки. Глубоко вдохнув холодный воздух, пони задрал голову и посмотрел в даль, а на его лице мелькнула улыбка. Его вылазка в покои Луны закончилась ничем. Те несколько набросков, что он получил, явно не соответствовали опасностям, через которые он прошёл. Но если бы он не пытался и не рисковал — не было бы даже надежды на успех. Однако, он всё же заполучил кое-что интересное — кровь Кризалис. Были довольно высокие шансы, что он сможет сделать из неё зелье, замедляющее отторжение кошмара. Но всё это было не так уж и важно. Самое главное, что он был жив и на свободе. Даже если ему придётся уничтожить свой кошмар и лишиться магии — он сделает это без колебаний. Конечно, ему нравилось использовать магию, но он не был одержим ею. Кошмар, алхимия, магия — всё это было лишь инструментами для достижения вечной жизни. Встряхнув головой и отогнав усталость, Алексей поправил сумку и направился на запад.