Часть 1

      — Ты невыносим! Как так можно? Там сидят молодые ребята, которым самое время влюбиться, первый раз поцеловаться и нажраться отцовского коньяка с друзьями! Возможно, многие уже завтра не вернутся и им все это уже не сделать! А ты сейчас отругал их за песни у костра. Как это мешает дисциплине?! Они и так тебя боятся до дрожи в коленях. И если я могу своим «вытьем» их хоть как-то успокоить, я буду петь! Так что смирись! Невыносимый, занудный, черствый душнила! Ты… Ты… Ты… Блять! — Я развернулась и пошла обратно, по пути пиная каждую кочку. Но снова остановилась и развернулась. — Выбесил! Под ребра залез! Невозможный!       Мужчина также стоял на месте, скрестив руки. Единственное, что выдавало его эмоции, это то, что его скулы дергались.       В голову закралась мысль, что мне пиздец. И как я докатилась до такой жизни?...

***

      ...Все вокруг потускнело, и я ощутила невероятную легкость и свободу. Моё тело стало легким, словно перышко; оно парило в этой темной невесомости, где не существовало ни времени, ни пространства. Казалось, что уменьшилась до размера мельчайшей пылинки и беззаботно летала, не ощущая ни малейшего сопротивления. Это было чистое спокойствие и созидание, которое затягивало все раны на моей душе.       В этой бесконечной тишине стала частью чего-то большего, как если бы моё существо растворилось в бескрайнем океане тишины и света. Каждое движение, каждое колебание было наполнено гармонией и смыслом, словно сама вселенная подстраивалась под мой внутренний мир. Внутренняя напряженность и тревога исчезли и вместо них появилось умиротворение. Все сомнения и страхи растворялись в этом невидимом пространстве, оставляя лишь чистое ощущение абсолютного блаженства.       Время казалось застывшим, находившись в состоянии, где не имеет значения, что было до и что будет после. Здесь, в этом состоянии полное свободы, могла бы оставаться вечно, вдыхая чистоту и легкость, которые наполняли меня. Всё, что имело значение, стало простым и ясным: быть в моменте и принимать его таким, какой он есть. Эта легкость и свобода стали моим новым состоянием бытия, которые проникли в каждую часть моей сущности, даруя силы и уверенность.       — Переродись! - ворвался голос в мое спокойствие.       Раздался сильный хлопок и моё тело с грохотом ударилось о землю. Я не сразу пришла в себя; когда очнулась, перед моими глазами раскинулось высокое, голубое и недосягаемое небо. Ветер приятно обдувал лицо, где-то неподалёку щебетали птицы, а на земле подо мной росла мягкая, пушистая трава. Всё тело ныло от боли, голова гудела, словно колокол, и невыносимая жажда не давала покоя.       Но несмотря на эти физические мучения, на душе сохранялось удивительное спокойствие. Это было такое давно забытое и желанное чувство умиротворения, как будто все тревоги и страхи исчезли, и снова стала маленькой девочкой, а моя мама была самой сильной на свете. В этом состоянии не было никаких мыслей или переживаний, никаких забот и стрессов, никаких страхов и сожалений. Лишь спокойствие и уверенность в том, что всё будет хорошо. Хотелось полежать ещё немного, наслаждаясь покоем и тишиной, но жажда постепенно стала невыносимой и взяла верх над желанием оставаться неподвижной. С трудом я поднялась, чувствуя слабость во всём теле и ломоту в костях. Каждое движение было болезненным, словно мои мышцы были наполнены свинцом. Но цель была ясной — нужно было найти воду.       К счастью, недалеко оказалась речка. Собрав все оставшиеся силы, поползла на четвереньках. Земля была неровной, и каждое касание её поверхности напоминало о моей хрупкости, словно заново училась ходить и двигаться. Путь к реке казался бесконечным, и уже стало казаться, что никогда не смогу добраться до цели, ведь от каждого движения темнело в глазах, а тело ныло от нагрузки.       Моё терпение и упорство были вознаграждены, когда опустила голову в прохладную воду. Волосы мгновенно намокли, а кристальная прохлада воды обвила лицо, даруя неописуемое облегчение. Вода словно исцеляла мои чувства, позволяя на мгновение забыть о боли и усталости. Я чувствовала, как её холодок проникает в мою кожу, успокаивая и расслабляя. После этого начала жадно пить, ощущая, как жизнь постепенно возвращается в мое истощенное тело. И пила до тех пор, пока не обратила внимание на свое отражение в воде.       В горле застрял крик, который никак не мог выйти наружу. И без того мутное сознание пыталось справиться с увиденным, а адская головная боль стала ещё хуже. Она давила на виски, словно пыталась взорвать мою голову на множество мелких частей. К горлу подступила тошнота и мир вокруг начинал кружиться. Из отражения в воде передо мной предстал юный образ, который, казалось, принадлежал другому времени и другой жизни. Я снова превратилась в двенадцатилетнего подростка, но с умом и сознанием двадцатипятилетнего взрослого человека. Милое детское личико, отражающееся в воде, подергивалось водной рябью, как будто и оно само было в шоке от происходящего. Это были те же большие темно-зеленые глаза и ярко выраженные скулы. Цвет волос снова стал натуральным — пепельно-русым. Раньше мне часто говорили, что я красавица, и это стало источником множества проблем. Вместо того чтобы приносить радость, моя внешность стала разменной монетой, использующейся для манипуляций и игр, которые не всегда имели положительный исход. Красота, которая должна была стать преимуществом, часто становилась причиной неприятностей и бед. Теперь, когда снова вернулась к этому образу, не понимала радоваться мне этому или нет...       Снова умыв лицо прохладной водой, начали возвращаться воспоминания о событиях , которые привели меня сюда. Оглядевшись по сторонам, не сдержала нервный смешок. Вокруг меня был очень знакомый вид: река, город, стены. Сознание прояснилось, и разум полностью вернулся ко мне. Я поняла, что нахожусь в месте, где точно знаю, что меня ждет, и что теперь у меня есть второй шанс. Но после этого сразу дошло, что именно ждет…       — Ты всё правильно поняла. Теперь это твой мир. Правда, я всё-таки сделала тебе один подарок. Будь счастлива…       — Чё? — но голос уже исчез.       Тысячи мыслей рвали голову на части, усиливая головную боль. На месте, где очнулась, лежала сумка. Тело меня не слушалось, но собралась с силами, поднялась и медленно пошла к ней. Каждый шаг отдавался болью во всём теле, и казалось, что прошла целая вечность, прежде чем добралась до нее. Внутри оказались мой телефон с наушниками.       — Ты ли и есть тот самый подарок? И зачем ты тут мне? Боже... — спросила вслух, покрутив в руках смартфон. Буду надеяться, что он теперь волшебный и не разрядится в один прекрасный день. В телефоне всё было на месте, кроме фотографий. Хотя они не имеют большого смысла в новом мире, где прошлое кажется далёким и почти несуществующим. Был единственный утешительный аспект, что все остальное было на месте и даже работало.       Находясь здесь, в этом забытом богом месте, мысли о перспективах жизни вызывали у меня беспокойство. Я была окружена неизвестностью, и это чувство охватывало всё моё существо. Мысль о том, что оказалась здесь навечно, в мире, где любое мгновение может стать последним, где на горизонте может появиться титан и сожрать тебя, заставила меня содрогнуться. Было трудно примириться с такой реальностью. Мир, который теперь был моим домом, был полон непредсказуемости и опасностей, и каждая тень могла скрывать угрозу.       Попытавшись представить, как можно адаптироваться к этой новой жизни, но не могла не чувствовать тревогу. Черт, физически я не самый одаренный человек, даже бегать не умею, драться тем более, даже словесно постоять за себя не могу! Будет сложно выжить в такой реальности, но выбора мне никто не оставил. Можно было только положиться на мои аналитические способности, но опять же, в этом мире никому не нужно мое знание брокерской системы. Ситуация становилась с каждым мгновением все более удручающей, и я сделала то, что всегда делала в таких моментах: достала наушники и включила музыку, надеясь, что любимые песни помогут собраться с мыслями. Музыка заполнила мой разум, отвлекая от боли и тревог, даря хоть немного утешения в этом новом и непредсказуемом мире.       "Видишь, вымирает век в пыльных лампах дискотеки, в ДК       Годы пятятся назад, поплыла перед глазами строка       Матери не верят в смерть, ждут с вокзала сыновей живых       Спят, не запирая дверь, тихо скрипнет половица, увы"       «И что же мне теперь делать? Я в Шиганшине, и, надо признать, надо бы валить отсюда как можно скорее. Но куда? В Трост? За стену Сина? Я всего лишь ребёнок. Конечно, я представляла себя в разведкорпусе, выполняющей важные миссии, но сейчас мне всего двенадцать. Я смотрела "Атаку Титанов", но это не аниме, это реальность… Я ре…»       "Остановка, разворот       Сплюнуть крошки от зубов       И вперёд, по новой жить       И вперёд, по новой…"       В этот момент полностью пришла в себя. Схватив сумку, понеслась в сторону города, стараясь не потерять ни минуты. Нельзя опоздать! Единственный выход — пойти в кадетский корпус, ведь там будут и жильё, и еда. В любом случае, у меня нет другого выбора, кроме как прыгнуть в эту кроличью нору и надеяться на лучшее. Пусть моя прошлая жизнь останется позади вместе со всей болью и страданиями! Я наконец свободна, и теперь моя жизнь принадлежит только мне.       "В диапазоне между       Отчаянием и надеждой       Нас, как и прежде бережно держит за ноги больная Земля       Мы остаёмся, чтобы       Терпеть и топтать сугробы       И гиперпрыжком из гроба на голос до боли знакомых астральных полян       В даль! В даль!"

Прошло четыре года. На календаре 845 год, год Падения стены Мария.

      Теперь мне 16 лет. Я взяла себе имя Лина Хилл. Лина — как персонаж из Dota 2, а Хилл — как фамилия бастарда из "Песни льда и пламени". Отчасти мне повезло, что меня занесло именно в этот мир, ведь оказаться во вселенной ПЛиО я бы не хотела даже в самых страшных кошмарах. Жить по принципу «Добро пожаловать в эскорт!» не готова даже под угрозой смерти. Да и где там развернуться то? Ни ферари, ни арабов, ни самих ОАЭ.       Я стояла среди кадетов, чувствуя, как волнение и страх переплетаются с решимостью и твёрдостью. Да, впереди множество испытаний и опасностей, но теперь это мой мир и готова бороться за своё место в нём. Моя новая жизнь начинается здесь и сейчас, и я намерена прожить её по своим правилам, несмотря на все трудности и преграды, которые встретятся на моём пути.       И самое первое, не совсем идеальное, решение приняла уже в самом начале. Мне пришлось солгать и придумать себе историю. А именно, что из Подземного города, сирота и беспризорница. Все проглотили эту ложь сразу же, ведь для этой дыры такое было далеко не редкостью, да и многие жители не имели никаких документов, подтверждающих их личность. Все было бы ничего, но мои родители хорошо позаботились о том, что бы спину держала прямо, ходила благородно и имела лучшие манеры. Тут то моя легенда о Подземке начала трещать по швам, самым не лучшим образом. Потребовалось много усилий, чтобы отбросить хотя бы какие-то свои старые привычки.       Со временем, вся моя ложь стала частью моей новой жизни. Теперь я должна была сыграть роль, которую сама же создала. Каждый день подтверждая свою историю, стараясь вести себя соответствующе и не допускать ни малейшего промаха. Придуманное мной происхождение служило мне защитой, позволяло скрыть истинную историю. Постепенно, этот обман стал частью меня и сложно было определить, где заканчивалась благородная девица и начиналась весьма своенравная девушка. Внутренне я знала, что этот обман не может длиться вечно, что в какой-то момент правда может выплыть наружу, и мне придется столкнуться с последствиями. Но пока могла поддерживать эту ложь и извлекать из неё выгоду, должна была делать это, чтобы сохранить свою жизнь и искать возможности для улучшения своего положения в этом странном и опасном мире. Ведь если правда выйдет наружу в лучшем случае меня просто закроют в психушку, в худшем... От таких мыслей сразу пробегает холодок по коже. Но жаловаться мне не приходилось, ведь наконец-то смогла откинуть ненужные правила и больше не боялась выставить себя в дурном свете.       Год назад завершила обучение в училище. Я и не мечтала попасть в десятку лучших. Мои навыки управления устройством пространственного маневрирования были весьма достойными. Вечерами, когда площадка была пуста, надевала наушники и погружалась в тренировки, разрубая макеты титанов. В рукопашном бою проявляла себя тоже хорошо: легко уворачивалась от ударов, ловко сбивала противников с ног и точно била под колено. Мои тренировки всегда проходили с самыми сильными противниками, и с честью справлялась с любыми вызовами. Можно сказать, мне очень повезло с наставником. Однако были и трудности. Учителя часто критиковали меня за пропуски, дремоту на уроках и даже за прогулы. В их глазах дисциплина оставляла желать лучшего, и испытывала трудности с теоретическими предметами. Несмотря на это, мой уровень боевых навыков помогал мне сохранить уважение и авторитет среди преподавателей и сверстников. Чтобы достичь своих целей, нужно было работать над своими слабостями, но мне было чересчур все равно. После всей учебы в прошлой жизни, теперь хотелось расслабиться и не достигать звезд на небе, хотя я б могла.       Самым трудным для меня оказалось наладить отношения с однокурсниками. В какой то момент за мной хвостиком стала ходить Саманта Никерсон, девчушка родом из-за стены Сина. Я не могла понять, почему она так настойчиво ко мне пристала. Сначала старалась избегать её, пряталась в уголках учебного корпуса или искала укрытие на тренировочных площадках, когда она была поблизости. Но Сэм каким-то образом всегда находила меня. Её назойливость начинала меня раздражать, а попытки избежать общения, только усиливали настойчивость. Она была весёлой и жизнерадостной, но постоянные попытки поговорить и сблизиться вызывали у меня только большее желание скрыться. Я не понимала, почему она так упорно стремится быть рядом со мной, и это только провоцировало моё желание остаться одной.       Адам Гонтье, её друг детства, был совсем другим. Он был немного замкнутым, и его присутствие всегда казалось менее раздражающим. Несмотря на его спокойный характер, он всегда поддерживал Сэм, что усложняло моё стремление остаться в тишине и одиночестве. Он проявлял меньший интерес к моей персоне, но только лишь потому что стеснялся, хотя я видела, что он как и его подруга, хочет со мной подружится.       В какой-то момент до меня дошло, что Сэм не была просто назойливой. Она была искренне заинтересована в том, чтобы я стала частью их компании, и её поддержка и доброта начали оказывать на меня влияние. Вместо того чтобы избегать, начала открываться и проводить с ними больше времени. Адам, несмотря на свою стеснительность и замкнутость, оказался невероятным другом. Его спокойствие и поддержка стали для меня настоящим утешением. Он всегда был рядом, готовый выслушать и поддержать, что помогло мне справиться со многими проблемами. Постепенно начала видеть в них не просто однокурсников, а настоящих друзей, которые были рядом в трудные моменты. Они стали для меня самыми близкими людьми. Я научилась доверять им. В конце концов, их дружба стала для меня важной частью жизни.       Несмотря на нашу близость, никогда не раскрывала им правду о себе. Они, как и все остальные, считали, что я из Подземного города. Продолжая скрывать своё настоящее происхождение, всегда знала, что это может изменить их мнение обо мне и поставить под угрозу ту связь, которую мы выстроили. Остается только надеяться, что они поймут меня, поймут причины, если когда-нибудь это выйдет наружу, ведь как говорят "кота в мешке не утаишь".       Когда Эрвин Смит приехал вербовать нас в разведку, я была первой, кто вызвался. Моё желание стать частью разведкорпуса было сильным, но нас не отправили защищать стену Мария из-за нашей неопытности. Вместо этого нам поручили менее опасное, но не менее важное задание — работать на снабжении и социальные работы с выжившими, помогая восстанавливать разрушенные жизни и поддерживать порядок. Тогда по глупости я очень расстроилась, что нас не пустили бить титанов.

847 год.

      Когда мне исполнилось 18 лет, я продолжала исполнять свои обязанности с полной отдачей. Адам ушёл в военную полицию, а Сэм, как и обещала, пошла со мной в разведку.       — Кто-то же должен твою задницу прикрывать! Только посмотри, какие тут красавчики! Может, наконец, и ты... — без усталости трещала подруга.       Её постоянный оптимизм и шутки, несмотря на то, что были частью её характера, начинали меня раздражать. В то время как я погружалась в мысли о предстоящих трудностях и необходимости тщательно подготовиться, её весёлый и беспечный подход казался мне лишним и даже идиотским. Сэмми пыталась поднять настроение и поддержать, но все это лишь действовало на нервы. Мы обе знали, что разведка — это серьёзная и опасная работа, и хотя она старалась разрядить атмосферу, её постоянные комментарии казались мне несвоевременными.       Тем не менее, несмотря на мои чувства, я знала, что Сэм делает все это лишь для того, что бы не сойти с ума от предстоящих миссий, прошедших миссий, текущих миссий... В конце концов, мы обе понимали, что нам предстоит много работы и испытаний, и что поддержка друг друга — это то, что поможет нам справиться со всеми трудностями. Да и к этому времени мы сдружились на столько, что люди вокруг уже перестали понимать природу нашей дружбы, хотя ответ был на поверхности. Пройдите вместе тонну дерьма и вот вы уже весьма близкие люди на ровнее с родственной связью.       А вот с Адамом всё сложилось совсем иначе. Он тоже хотел вступить в разведку вместе с нами, но когда я отклонила его чувства, всё пошло не по плану...       Адам, высокий, широкоплечий, красивый, умный и весёлый, был настоящей мечтой для многих. В какой то момент из застенчивого и угрюмого подростка, он превратился в очень привлекательного мужчину с весьма красивой улыбкой. Но, к сожалению, после того как отказала ему, всё изменилось.       Перед тем как он ушёл, мы изрядно поругались. Хотя для нас это было что-то из обыденных вещей, которые происходили время от времени. Наши ссоры были яркими и эмоциональными, и это приводило к тому, что какое-то время просто не разговаривали. Но тогда была особенный случай. Адам был расстроен и, казалось, не мог справиться с ситуацией. Его переживания выливались в раздражение и негативные высказывания. Наши конфликты усугубили его разочарование, и, в итоге, он просто развернулся и ушёл, оставив меня в замешательстве. Я не понимала его мотивов, не понимала смысла этого поступка, ведь не видела всей картин целиком. Но несмотря на все это, этот конфликт и его болезненная реакция стали для меня тяжёлым уроком. Я старалась справиться с этим и двигаться вперёд, несмотря на оставшуюся обиду и негативные эмоции. Мы и раньше ругались и не разговаривали, но никогда такое долгое время и по итогу все таки решили поговорить и помириться. Сам разговор вышел можно сказать эмоциональным, но не в плохом смысле. И все было прекрасно, пока мы снова не поругались, потом помирились, снова поругались, и снова помирились... Этот круг никогда не прервать.       Где-то в это время узнала о существовании элитного отряда, который вызвал у меня небывалый интерес. Этот отряд был известен своей высокой подготовкой и сложными задачами, и я сильно стремилась стать его частью. Решив, что сделаю всё возможное, чтобы попасть туда, начала прикладывать максимальные усилия. Мои тренировки стали ещё более интенсивными, посвящала каждую свободную минуту совершенствованию своих навыков, становясь всё более выносливой. На вылазках рисковала на пределе возможностей, стараясь убивать как можно больше титанов. Моё стремление к совершенству и желание показать себя в лучшем свете росли с каждым днём. Число уничтоженных титанов постепенно приближалось к сотне, и каждая успешная операция и каждое ликвид стали своего рода терапией, помогая мне справляться с внутренними демонами и давали мне ощущение цели и смысла. Элитный отряд стал моей целью и я была готова идти к нему любой ценой.       А по ночам меня всё равно мучали кошмары. Просыпалась от парализующего страха и долго приходила в себя по классике. Поэтому я чаще всего предпочитала спать с открытыми окнами, не обращая внимания на погодные условия на улице. Это помогало мне сохранять хоть какую-то нормализацию своих сновидений и давало надежду на то, что кошмары со временем станут менее интенсивными. Но этого не происходило...

850 год. Битва за Трост.

      К двадцати одному году моя репутация уже сложилась как у «безрассудной, неуправляемой и агрессивной» личности. Я приняла этот мир как свой дом и почти перестала вспоминать события из аниме, которые когда-то определяли мои поступки.       С каждым годом всё больше и больше привыкала к новым условиям, но события прошлой жизни никак не хотели отпускать, хотя старалась оставаться в настоящем моменте и не вспоминать о них. Мои взгляды на жизнь, часто формировавшиеся под воздействием пережитого опыта, иногда становились причиной недопонимания с окружающими. Время от времени, старые страхи и эмоциональные травмы всё ещё влияли на моё поведение.       Когда наш отряд прибыл в Трост, весь город был поглощён ужасом. Титаны заполонили улицы, уничтожая всё на своём пути. Земля дрожала под ногами, и, несмотря на всю подготовку, паника захватила меня. Они сотрясали здания, превращая их в груды обломков. Их огромные руки хватали и разрывали всё, что попадалось под их. Вокруг царил гул обрушивающихся стен и крики ужаса. Ни гарнизон, ни военная полиция не справлялись и несли уже ужасные жертвы. Многие из них застыли, как каменные, перед лицо кого кровавого месива, что происходило.       Прямо перед нами титан съел одного из солдат гарнизона, разорвав на части. Более ужасного зрелища я не видела в своей жизни. Титан просто перекусил его на части и выбросил остаток куда-то в груду обломков. После битвы найдут лишь ошметки и вряд ли смогут определить кто это. Мы боролись отчаянно, но количество врагов и разрушений было слишком велико. Множество раненых гражданских искали укрытие, но дороги были заблокированы обломками. Медики, что были сразу за стеной Роза, пытались помочь, но количество жертв было слишком велико. Самые отчаянные из них, кто владел упм, старались оказывать помощь раненным солдатам сразу на поле боя. Город был в панике. Крики и стоны смешивались с ревом титанов. Я видела, как наши солдаты падали, сражаясь. Кровь и пот смешивались с пылью, отчаянные попытки отступить были тщетны перед лицом неумолимого врага.       Командование не оставило нам выбора: стена Роза должна была остаться целой. Наше задание было ясным – любой ценой предотвратить прорыв. Мы получили полную свободу действий, и я почувствовала это как удар молнии. Каждый момент был полон решимости и напряжения. Мои движения были четкими, каждое действие – выверенное до мелочей, ведь не было времени обдумывать и продумывать. Осталось лишь действовать в моменте. Каждый шаг был запятнан страхом и мукой, но в этих часах я чувствовала, как границы моей собственной смелости и пределов становятся неясными.       Мы отстояли стену Роза, но ужасы этой битвы оставили неизгладимый след на каждом углу, в каждой трещине на обломках. В каждом руине было отражение страха, на фоне которого мы стремились сохранить свою решимость. Разрушенные здания, мёртвые тела и пустые улицы — всё это напоминало о том, что Трост потерян. Тишина после схватки была тяжелой и гнетущей, она напоминала о страшных последствиях войны. Тени титанов продолжали преследовать нас, оставляя неизгладимый след в памяти о том ужасе, который мы пережили. Бой окончен, но город, теперь полон разрушений и тени прошлого, остался в моём сознании. Впереди была только тишина, и, несмотря на победу, я знала, что мы за нее заплатили.       В один из моментов битвы спасла парня из кадетского корпуса, когда титан атаковал его. Я не раздумывая срезала кусок от титана и ухватила его, спасая от удара.       — Спасибо, красавица, но следующий раз я спасу тебя, — сказал он с улыбкой, когда я помогла ему встать. Он был довольно симпатичным. Возможно, с годами он станет ещё более привлекательным… Наверное.       Только на следующий день, после окончания битвы, поняла, что спасла Жана из 104-го кадетского корпуса. Эта новость меня удивила. Я снова начала задумываться о том, как мое пребывание в этом мире может повлиять на события. Ведь теперь вступаю на скользкую дорожку, начиная взаимодействовать с персонажами, чьи судьбы были известны мне только через экраны и страницы. Каждое моё действие может оказывать влияние на ход событий. Спасение Жана стало для меня первым напоминанием о том, что я не просто наблюдатель, а активный участник происходящего. Но опять же, на сколько история со страниц манги тут реально? Есть ли отличия? Возможен ли другой ход истории?

Через неделю битвы за Трост. Настоящее время.

      Эта ночь отличалась удивительным спокойствием, словно сама вселенная решила дать мне передышку. Кошмары, которые последнее время стали моими постоянными спутниками, исчезли. Когда раннее утро появилось из-за горизонта, первые лучи солнца нежно пробились сквозь окно. Их тёплые прикосновения мягко будили меня, словно утренний привет, обещая день, который, возможно, принесёт с собой что-то хорошее. Я немного нахмурилась — вставать не хотелось, особенно после столь приятной ночи. Мне бы хотелось ещё немного понежиться в уютной постели, хотя и знала, что уже проспала всё, что только можно. Но время не ждёт, и, как бы мне ни хотелось остаться в этом мгновении покоя, надо было возвращаться к реальности. Я встала с постели, вяло натянула форму и попыталась собраться. Но когда дошло до ремней снаряжения, проснуться оказалось непросто.       — Чёрт возьми, когда же я наконец проснусь? — пробормотала, запутавшись в ремнях, которые не поддавались и только усложняли задачу. Из-за того что дернула не за тот конец, с грохотом упала на пол. Я стукнула по полу кулаком, ощущая, как моё терпение начинает иссякать.       — Да чет б черти драли того, кто эту срань придумал! — вырвалось у меня сквозь зубы, когда я, разозлённая и расстроенная, пыталась встать. Вновь принявшись за сборы, заставила себя сосредоточиться на предстоящем дне. Наконец-то справившись с упрямыми ремнями, которые, казалось, были одержимы целью запутать меня как можно сильнее, бросила тоскующий взгляд на свою постель, которая уже манила меня своим уютом. Одернула форму, прицепила последние пряжки и, потерев затылок после удара, направилась к двери.       — Блять, Лина! Сколько можно спать? — Сэм выглядела усталой, её дыхание было тяжёлым, и она жадно глотала воздух. Она догнала меня в тот момент, когда уже приближалась к выходу из нашей казармы. Облокотившись о дверной проём, она пыталась восстановить дыхание.       Сэм была ярким контрастом к моему состоянию. Её длинные светлые волосы были собраны в высокий хвост, а глаза цвета горчичного меда сверкали решимостью. Она была моей единственной родной душой в этом мире — человеком с добрым сердцем и весёлым нравом, который всегда мог поднять настроение. Хотя она и была отличным солдатом, её слабое место — конфликты. В таких ситуациях сразу терялась и не могла адекватно реагировать. Однако если её разозлить, могла всё разрушить. Её эмоции были непредсказуемыми, и я уже потеряла счет, сколько же раз она уже влюбилась. Эта смесь силы и уязвимости делала её необычной и запоминающейся личностью.       — Извини, я просто наслаждалась тем, что могу немного отдохнуть. Но я готова идти. Пойдём, нам нужно успеть на тренировку. — Я, всё ещё слегка рассеянная, взглянула на неё и усмехнулась.       — Там приехал Эрвин с этим… Как его? Леви. Что им надо непонятно. Но они на тренировочном поле. Пиздуй туда, — все так же задыхаясь, сказала девушка.       — Блять! — я сорвалась с места и сразу двинулась на тренировочную площадку.       На поле действительно находились гости. Они стояли неподалёку и внимательно следили за происходящим. Появление таких людей, как Эрвин и Леви, предвещало что-то важное. Пришло время проявить себя. Ещё до достижения самой площадки клинки уже были вытащены, и воздух наполнился звуками УПМ. Большинство макетов титанов были уже разрублены, но желание довести дело до конца было сильным. Обломки разлетались в разные стороны, один из них упал прямо перед капитаном Аккерманом. Увлечённость процессом не оставила места для извинений. Я усмехнулась и увеличила скорость до предела. Поднявшись в воздух, резкая перегруппировка позволила быстро устремиться вниз. В этот момент голова макета титана была отсечена, а в последнюю секунду снова использован крюк УПМ для изменения направления и предотвращения столкновения с другими обломками. Всё происходило с удивительной точностью и контролем, действия становились всё более слаженными и уверенными.       Приземлившись на одно колено прямо перед Эрвином Смитом и Леви Аккерманом, я встала на полный рост и отдала им честь:       — Солдат Лина Хилл. Отдать свои сердца за человечество!       — Здравствуйте, мисс Хилл. Я слышал о ваших достижениях. Да, я вас помню. Не часто люди на вербовке сразу же идут в разведку, — улыбнулся главнокомандующий.       Обернувшись к Леви, заметила, что капитан просто стоял, скрестив руки и сверля взглядом, который мог бы пробить насквозь.       "Так вот каково это быть перед ним. Думает, его взгляд меня испугает? Да у нас тут настоящий цундере."       — Капитан Аккерман, я хочу вступить в ваш отряд, — спокойно произнесла я, встречая его взгляд. На тренировочной площадке воцарилось молчание. Мои слова вызвали шок — известно, что Леви лично выбирает своих бойцов, и такая просьба от меня была неожиданной. Ответа не последовало.       — Это было решено ещё вчера, — вмешался Эрвин, явно развеселённый ситуацией. Лицо его оставалось серьёзным, но в глазах играл намёк на улыбку. — Нам нужна Саманта Никерсон.