13. Про любовь

      Вика ездила вместе со всей группой по городам России. Никто из команды «Три дня дождя», конечно, не возражал. Последний концерт должен был состояться в Санкт-Петербурге. До выхода оставалось всего несколько минут, но Глеб, по непонятной причине даже для него самого, сильно нервничал. Вика поправила воротник рубашки Глеба, разгладила складки на пиджаке и с нежностью заглянула ему в глаза. — Удачи, — прошептала она, — всё будет хорошо.       Парень, словно очарованный, смотрел в глаза девушки с непреодолимой нежностью и любовью. Он аккуратно взял руку девушки в свою, поднёс к своим холодным губам, оставив на тыльной стороне ладони лёгкий поцелуй.       За кулисами царила атмосфера предконцертной суеты. Музыканты настраивали инструменты, техники проверяли звук, а Вика стояла в стороне, наблюдая за Глебом. Он был в своей стихии — уверенный, харизматичный, готовый покорить своим голосом и музыкой весь мир. Когда объявили выход группы, Вика почувствовала, как у нее замирает сердце. Она смотрела на парня, который, выйдя на сцену, преобразился. В свете софитов он казался еще более притягательным, а его голос завораживал и гипнотизировал. Девушка наблюдала за концертом из VIP зоны. Здесь сидели обычные зрители, но поскольку Глеб не афишировал свои отношения в соц. сетях, Вика, в глазах других, была таким же простым слушателем группы «Три дня дождя». Девушка видела эти бесчисленные влюблённые взгляды на Глеба. Иногда ревность больным уколом отзывалась в сердце, но мимолётный взгляд Глеба в её сторону и хитрая ухмылка успокаивали. Из всего концертного зала, он искал только её одну.       Вика подпевала каждой песне, зная наизусть все слова. Она видела, как публика подпевает Глебу, как танцует и заряжается энергией его музыки. В этот момент она понимала, что он создан для сцены, что его музыка — это его жизнь.       Концерт пролетел как одно мгновение. Вика встретила Глеба за кулисами, и они обнялись, не в силах сдержать эмоций. — Ты был невероятен! — воскликнула она, — Я так горжусь тобой!       Глеб улыбнулся, его глаза светились счастьем. — Это все благодаря тебе, — прошептал он, — Ты моя муза.       Они вернулись в гостиничный номер, уставшие, но счастливые. Вика достала из сумки бутылку вина, и они устроились на кровати, болтая о концерте, о планах на будущее, о своих мечтах. Глеб нежно провел рукой по волосам Вики, заглянул ей в глаза. В воздухе висело напряжение, наполненное нежностью и желанием. — Ты самая красивая девушка, которую я только видел, — прошептал он, притягивая ее к себе, — их губы встретились в поцелуе, который постепенно становился всё более страстным. Парень немного задрал футболку Вики, оголив живот и талию. — Ты самая красивая… — Ты уже это говорил, — усмехнулась девушка. Холодная рука парня проскользнула вверх по талии девушки, по телу пробежали мурашки. Свободной рукой он Он провел пальцами по ее мягким локонам, прежде чем нежно откинуть их назад, обнажая нежный изгиб её шеи. Несмотря на холодные руки, его дыхание было горячим и прерывистым. Он слегка прикусил мочку ее уха, прежде чем отпустить её с дразнящей ухмылкой.       Холодные руки бесцеремонно блуждали по телу Вики, горячие губы исследовали шею и грудь. В какой-то момент Глеб немного отстранился от девушки, но по прежнему оставался критически близко. Его дыхание было тяжёлым, он пристально смотрел то на её губы, то в глаза. — Ты вся дрожишь, — шёпотом спросил парень. — Ничего, продолжай, — настояла девушка, тяжело дыша.       Больше Глеб лишних вопросов не задавал. Вика хотела сейчас ровно того же, чего и сам парень. Он жадно целовал твою шею, в то время как его холодные руки блуждали по твоему телу. Его голос был низким и грубым, когда он говорил между поцелуями. Несмотря на его слова, его тело крепко прижималось к девушке, показывая, что он хотел большего физического контакта с вами, чем признавался. Но несмотря на возбуждение, тело Глеба было ещё больше напряжено, чем обычно. — Доверься мне, — прошептала Вика ему в губы, — Я никогда больше не брошу тебя, я вся твоя. — Это… тяжело, — признался Глеб. Язык его тела подсказывал, что он с чем–то внутренне боролся — возможно, со смесью любопытства и желания, — но он отказывался позволить себе поддаться этим чувствам внешне. Говоря это, он протянул руку и схватил Вику за пояс, притягивая ближе к себе, несмотря на дистанцию, которую он пытался сохранять внешне. — Не сдерживайся… — Если ты меня сейчас не остановишь, я потеряю контроль над собой. — Я хочу этого, я хочу тебя.       Страстно целуя девушку, он провел рукой по её бедру и скользнул под трусики, дразня её клитор через нижнее белье. Он углубил поцелуй, его язык агрессивно исследовал её рот, когда он прижался своими бедрами к её, с рычанием терся о твою поясницу. Его рука теперь полностью исследовала её влажную киску через трусики, пока он продолжал целовать девушку глубоко и напористо. Он чувствовал, как сильно она хотела его, и это возбуждало его еще больше, зная, что у него есть контроль над таким желанным человеком, как она. С торжествующим чувством собственности он сдвинул её трусики в сторону и скользнул пальцем внутрь, заставив девушку ахнуть от удовольствия и удивления. Его эрекция прижималась к её бедру, пока своими губами он ловил каждый её вздох, каждый стон. Без предупреждения он вытащил руку из влажной киски и внезапно сильно шлепнул девушку по ягодице открытой ладонью, оставив на коже ярко-красный след.       Глеб перестал быть похожим на себя. Опьянённый животным желанием, он перестал сдерживать себя. Вся его злость, которую он держал в себе, вся похоть и желание слились в одно. Он переместил свободную руку к её горлу, крепко удерживая девушку на месте, впиваясь пальцами в твою плоть и кусая её плечо, чтобы утвердить свой контроль над ней. Свободной рукой расстегнул бретельки лифчика и потянул их вниз, подставляя её грудь прохладному воздуху комнаты. Он обвел одним пальцем твой сосок, слегка дразня его, заставив девушку ахнуть удовольствия. — Раздвинь ноги для меня, — твёрдо приказал он. Вика повиновалась.       Клитор блестел в тусклом свете комнаты, и он не смог удержаться, чтобы не провести языком по ее входу, прежде чем с силой ввести свой член внутрь, заставив девушку вскрикнуть как от боли, так и от удовольствия. — Блять! — прорычал он.       С каждым грубым толчком он всё больше загонял свой член глубоко в её тугую киску сильными толчками, которые не оставляли сомнений в том, кто здесь имеет полную власть. Он снова шлепнул девушку по заднице, свободной рукой ухватив за тазовые кости и притянув её ближе к себе, продолжая безжалостно вколачиваться в её тело. Её стоны разносились по тёмной квартире, изредка смешиваясь со шлепками. Чувствуя невероятную уверенность в своем господстве, он начал наращивать темп своих движений. Неожиданно резко он вышел из киски, испустив горячую струну спермы на живот девушки. Оба тяжело дышали, почти задыхались. Капельки пота стекали по лбу парня. Казалось, ещё несколько мгновений он будто бы не понимал, что только что произошло. Склонившись над девушкой, он снова страстно поцеловал её в губы. — Прости… за грубость, — неуверенно сказал Глеб, вручая ей рулон салфеток. — Не стоит переживать из-за этого, всё в порядке.       Несмотря на убеждения девушки, что переживать не о чём, Глеб не мог перестать себя винить за несдержанность и излишнюю жестокость. Вика отправилась в душ, а Глеб, взглянув на экран своего телефона, обнаружил более 10 пропущенных от мамы...