14. Мой последний портрет

      Казалось, всё наладилось. Более месяца Глеб и Вика проживали вместе, строя совместное счастливое будущее. Глеб продолжал давать концерты, писать музыку; Вика стала профессиональным дизайном и помогала Глебу создать и продать мерч «Три дня дождя». Парень отказался от наркотиков, сократил потребление алкоголя. Их совместная жизнь была похожа на пастельную картинку: уютные вечера с чаем и фильмами, нежные объятия по утрам, смех, наполняющий маленькую квартирку. Месяц пролетел как один день, и Глеб уже не представлял своей жизни без Вики. Он видел в ней ту самую, единственную, с которой хотел состариться, держась за руки на берегу моря.       Жизнь стала налаживаться, и Глеб молился, чтобы так осталось навесгда.       Но Бог не услышал его молитвы.       Нежные цвета пастели их совместной жизни жестоко сменилась кровавым красным.       Возвращаясь из студии звукозаписи поздно вечером, Вика позвонила парень и попросила по пути зайти в магазин и купить продуктов. Такая мелочная просьба ничуть не смутила Глеба, особенно когда круглосуточный магазин находится неподалеку от дома.       Закутавшись нужными продуктами, Глеб отправился домой. Проходя темный переулок с тяжёлым пакетом в руках, вдруг Глеб услышал звук приближающихся колес автомобиля позади. Парень не придал этому значения, ведь кто угодно мог ехать домой или по своим делам в такой поздний час. Шум колес остановился где-то неподалеку, Глеб продолжил идти.       Дальше всё происходило быстро. Быстрые шаги создали. Чьи-то сильные руки на шее. Удар в живот. Пакет упал на асфальт, рассыпав продукты по всей дороге. Ещё удар. Глеб упал на колени, не в силах сдержать боль. Неизвестные продолжали наносить удары по лицу и телу, пока парень полностью не упал на холодный асфальт и не скорчился от боли. Словно стая голодных волков они набросились на него и избили до полусмерти.       Парень снова лежал в луже собственной крови, не в силах поднятья. Последнее, что он запомнил — холодные, полные ненависти глаза, в которых Глеб узнал бывшего парня Виктории.       Ещё несколько минут Глеб лежал на холодном асфальте, пока боль в теле не утихла. Оперевшись на руки, Глеб выплюнул изо рта сгусток крови, смог подняться на ноги. Боль в левом боку не отступала, но лежать истекая кровью было нельзя. «Меня дома ждут», — подумал Глеб, пытаясь найти телефон в кармане своей черной куртки. — Спиздили, суки, — парень дёрнул щекой, осознавая всю безнадежность своего положения.       Едва перебирая ногами, Глеб добрался до дома. Сил зайти в подъезд не осталось: ноющая боль в боку выматывала, сознание помутнело. Парень сел на ступени, достал из кармана мятую пачку сигарет, закурил. Не хотелось появляться в таком виде перед Викой, волноваться будет. Глеб дотронулся пальцами до своего носа, — кровь. Он вытер её о рукав своей куртки. Посидел ещё немного, сделал последнюю затяжку. Найдя в себе силы подняться, Глеб набрал нужные цифры домофона, но никто ему не отвечал. Он попробовал ещё раз. Тишина. — Спит что ли? — подумал Глеб вслух.       Парень молился только об одном: лишь бы эти отморозки не забрали его ключи. К счастью, ключи оказались на месте.       Дойдя до своей квартиры, Глеб обнаружил, что дверь оказалась не заперта. Он прошёл внутрь, включил свет. Что-то смутило Глеба с первых секунд, но он никак не мог понять что именно. — Ви? — громко спросил Глеб, рассчитывая на ответ.       Тишина. Тогда Глеб прошёл в спальню. Везде чистота кровать заправлена, почти всё как обычно. Но парень обнаружил на кровати небольшой свёрток бумаги. Развернув его он увидел портрет знакомой ему девушки. Она улыбалась ему, но Глеб почему-то видел в её глазах непередаваемую боль и отчаянье.       Парень перевернул лист бумаги. Аккуратными буквами было выведено несколько фраз: «Прости меня за очередную ложь, но тебе нужно жить дальше без меня. Оставь меня. Проснись».

***

      Глеб проснулся на больничной койке. За окном медленно падали хлопья снега, небо было затянуто серыми облаками.       На стуле рядом с кроватью сидел Кирилл. На его плечах был наброшен сверху белых медицинский халат. Мисан выглядел довольно уставшим и измотанным. Увидев как Глеб открыл глаза, Кирилл подскочил с места и закричал: — Он проснулся! Слышите? Проснулся!       В палату тут же влетело несколько медиков. Мед сестры стали настраивать катке приборы, врач осматривал слабое тело музыканта. Кирилл стоял позади всех, взволнованный и возбуждённый. — Как Вы себя чувствуете? — спросил главный врач в маске. — Что происходит? — этот вопрос волновал Глеба больше всего. И это был единственный вопрос на который у него хватило сил. — Вы пролезали в коме несколько месяцев. Передоз алкоголя и психотропных веществ.       Глеб только сейчас осознал, что крепко держит что-то в руке. Это был тот самый рисунок девушки. — А Вика? Где она? — спросил Глеб. Все присутствующие посмотрели на него в недоумении. — Она умерла три года назад в пожаре, ты не помнишь? — ответил Кирилл.       Парень замер. Всё вокруг будто бы затянулось дымкой, это больше не имело смысла. Вика и вправду умерла полгода назад, а всё остальное было лишь сном, иллюзией, обманом. Он сам всё это придумал себе. Её нет.       Её последний портрет, чудом найденный в пепле после пожара. Глеб не выдержал, хотел уйти вместе с ней, убить себя полностью в своей зависимости. Не получилось. Она не дала. Заставила проснуться, жить дальше. «Я бы всё отдал, чтобы жить с тобой в этом мире, или в другом», — подумал Глеб на следующей неделе после выписки из больницы, стоя на крыше многоэтажки и сжимая её портрет в руке.