Часть 6.

Рот Энже приоткрылся от удивления, когда она увидела взгляд Колика, полный надежд. Впервые услышала от него подобное, не знала, что и ответить. Тряхнув головой, обдумала дальнейшие действия. — Я потанцевать хотела... — Танцуй, кто запрещает? — Одной? — Мне составить тебе компанию? И снова словили мертвую тишину, ловя глазами краснеющие щеки друг друга. Дабы облегчить напряженную обстановку, парень сказал: — Ладно, поехали на дискотеку твою, не буду мучить. Теперь уже ее рука обхватила его, так же на секунду останавливаясь, а после отпуская ее. Облизнув свои сухие губы, прохрипел: — Поедем или нет? Ничего не ответила, отрицательно качая головой. Подойдя ближе, заглянул в ее зеленые глаза, видя в них смешанные эмоции. Одна рука обхватила ее ладонь, а вторая витала в воздухе, не зная, куда себя деть. Когда расстояние между ними сократилось, а ресницы нервно задрожали, горячим дыханием у самого лица он произнес: — Здесь у нас нет музыки... и как предлагаешь танцевать? — Так ты напой, а я подхвачу... Из уст вырывались какие - то непонятные фразы, которые подхватывала брюнетка, а тела уже во всю двигались в танце. Крепкая ладонь лежала на талии у девушки, а вторая по - прежнему так же сильно обхватывала женскую ладонь, периодически прижимая ее к своей груди. Двигались навстречу, не сводя друг с друга глаз. Пальцы Энже так же крепко обхватывали плечо Ромы, сдавливая кофту. Ситуация начинала разворачиваться в другую сторону, когда тот коснулся лицом ее лба, тяжело вздыхая в пухлые губы. Обстановка дурманила рассудок больше, чем любой алкоголь. Точно опьяненная, зачем - то так же коснулась лицом его лица, и так же сбито выдохнула. Склоняли головы в разные стороны, легкими касаниями ощущая тепло лиц друг друга. Молчали, уже не напевая песню, а танцевать так и продолжали. Кончики носов соприкоснулись, и только тогда они остановились. Карие глаза парня, казалось, изучили пухлые женские губы вдоль и поперек, так же, как и она его. Громкий кашель у входной двери резко остановил их, и те в спешке отдалились друг от друга. Ухмылка на лице Желтого сияла ярче любого бриллианта. — Помешал? — Так, а мы тебя как раз и ждали. Мы едем на дискотеку. Энже поправила свои волосы, намеренно отводила взгляд, направляясь на улицу. Вытянув вперед руку, брат остановил ее и сказал: — Кощея там нет, даже не надейся. — Какой Кощей? Потанцевать я хочу... — Не натанцевалась? — Нет... Впервые Желтый видел свою сестру такой. От уверенности и безумия не осталось и следа, а щеки так и заливал багровый румянец. И Колик выглядел точно так же, прожигая сверкающими глазами потолок. Желтый понял: он здесь лишний. И, закрыв дверь, оставил вновь их наедине. Энже стояла лицом к выходу, держась за ручку двери, думая уйти или остаться. Сжав кулаки, все же открыла дверь и ушла. Сунув руки в карманы джинс, Колик посмотрел в сторону окна, видя, как та садится в машину к брату. И снова это Кощей, и снова это был он, подумал парень, сбивая кулаком кружки со стола. Сидя в машине, она прокручивала в голове то, что там совершенно не укладывалось. И ехать ей никуда вовсе не хотелось, настроение было какое - то другое. Смотря в окно, видела влюбленные пары, воркующие по углам районов. Приоткрыв рот, пыталась сложить в своей голове два плюс два. А когда доехали до входа в дом культуры, тяжело вздохнула, прислоняя пальцы к подбородку, ощущая на себе его запах, которым пропиталась не только одежда, но и вся ее кожа. Обрывки фраз пролетали вихрем по подсознанию, которые решил прервать брат: — Идешь? Не ответила, отрицательно кивнула головой, продолжая сидеть на месте. — Понятно. Осмотрев родную сестру, Желтый громко вздохнул и вышел из машины. Так и просидела в авто всю ночь, смотря в одну точку и не понимая произошедшего. А как? А почему? А что произошло? А как так внезапно все резко изменилось? Голова гудела, точно с ума сходила. Переведя взгляд в сторону помещения, увидела Кощея, обнимающего какую - то девушку. И, казалось, хуже быть уже не может, а оказалось, могло. Закуривая сигарету, что - то активно шептал незнакомке на ухо, улыбаясь. Стало так мерзко, что захотелось блевать. Открыв дверь машины, Энже так и сделала, ощущая в желудке неприятные ощущения. Кашляя, чувствовала как загибается. И не заметила как напротив оказался он, придерживая ее волосы. — Ты че разошлась - то, мать? Перебрала? Выдернув свои волосы, девушка бросила на него злобный взгляд и скрипя зубами сказала: — Блять, съеби отсюда, а. — Ты снова не в духе? Как будешь там - зови. — Иди с новой подружкой своей время проводи. — Ой, а чего это мы? Ревнуем? — Ты меня плохо услышал, блять? Так я объясню тебе получше. Выйдя из машины, Энже принялась наносить удар за ударом по лицу Кощея, видя, как заливается темно - красным его лицо. Слезы сами потекли из ее глаз, а кулаки так и продолжали проходиться по его лицу, пока тот в один момент не перехватил их, сдавливая до боли. — Остынь, Энже! — Я ненавижу тебя, Кощей! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Чтоб ты сдох! Сдох! Начиналась паническая атака, остановить которую он был не в силах. Схватив в охапку, завел ее за машину, прислоняясь лицом к лицу. Чувствовал как трясется вся, как успокоиться не может. — Энже моя, мой злобный волчонок, ты чего? Расстроил я тебя? Извини, пожалуйста. Не хотел я тебя до такого состояния доводить, дурак. — Уходи! Убирайся из моей жизни! — Энже, я люблю тебя. Не уйду я никуда, с ума сошла? Что за вещи такие говоришь? Разве могу тебя бросить? — Уходи... Зарыдала так горько, что сердце едва не разрывалось от боли. Стуча кулаками по его груди, пыталась вырваться из объятий, после чего сдалась, кладя голову ему на плечо, а ноги устало подкосились. Положив на женскую голову ладонь, прижал ее к себе так крепко, как только мог. Любил ее, правда любил: по - своему и местами жестоко, но любил, делал это как мог. Сам от себя уставал, а поделать с этим ничего не мог. Всегда таким был, и она таким его полюбила. Мокрые капли покрыли верх его одежды, и стало холодно. Трясся весь, но бросать ее и не думал. Обхватив ладонями ее лицо, произнес: — Я отвезу тебя домой, волчонок мой. Смахнув слезы с ее лица, слабо улыбнулся. — Нельзя тебе в наш район... — А я все равно поеду, и лично уложу тебя спать. — Она никуда не поедет с тобой. Внезапный голос Колика, что стоял поодаль заставил их обернуться.