Часть 23

- Филечка.. - сдавленно прошептала она, безуспешно пытаясь бороться со слезами - они солёными дорожками потекли по её щекам. Алла спрятала лицо на его груди, стараясь не всхлипывать. Сказанные им слова сейчас словно перевернули её душу, обнажая еще больше то, что годами она пыталась запрятать как можно глубже. Она боялась даже поверить в то, что услышнное является правдой, что он действительно так сказал. Как он так может? Как он вообще может называть ее родной теперь?! Она же чужая ему, как она считала.. После того, как Алла уничтожала его долгие годы, самозабвенно разрушала их брак, который был предопределен небесами, их отношения, обесценивая и отрицая все светлое, что было между ними, отрекаясь от их любви?! А он.. Она недостойна его, твердила она себе с недавних пор после своей "переоценки" прожитого. - Аллочка, ты плачешь? - взволнованно спросил Филипп, не видя, но почувствовав ее слезы. Алла помотала головой, но не удержалась и всхлипнула. - Солнышко.. - прошептал он, поглаживая ее по спине. Нежность к ней вырывалась у него сама собой. Она не пропала никуда за все эти годы, только лишь обросла защитной броней жесткости, холодности и напускного безразличия. - Спасибо..- только это она смогла произнести. Теперь она постоянно его благодарила. За все. Даже за любую мелочь, которую он говорил или делал. Но сейчас.. сейчас это была вовсе не мелочь. А невероятные слова и поступки взрослого мужчины, умеющего любить как никто другой. - Посмотри на меня.. - попросил он. Алла подняла на него заплаканные глаза, полные благодарности к нему и ненависти к себе. И тут же опустила их. Она моргнула, и снова слезы капнули из глаз. - Как ты так можешь?.. - Ты сама знаешь ответ, - Филипп трепетно провел пальцами по ее щекам, утирая ей слезы. - Не плачь.. Не плачь, сердечко же снова разболится. Все будет хорошо. Сама знает ответ?.. Потому что он любит?.. Он не сказал ей сейчас этого напрямую, но не раз говорил до этого, что "не смог разлюбить". Да а какое еще может быть объяснение его поступкам по отношению к ней, его согласию на продолжение общения, несмотря ни на что? Кроме сильнейшей любви, никакого.. Как он вообще может до сих пор ее так любить?! Все будет хорошо.. Когда? Как они придут к этому? И как он себе представляет это хорошо? Пока она боялась у него это спрашивать.. Только кивнула ему, ничего не говоря, и глубоко вздохнула, постепенно успокаиваясь. - Присядем? - спросил Филипп, заметив, что ей уже становится тяжело стоять. Алла снова кивнула, и они устроились на ее кровати. Он помог ей сесть и сам сел рядом, приобняв ее. Они сидели почти вплотную друг к другу, соприкасаясь ногами. Алла опустила голову на его плечо, её дыхание потихоньку выравнивалось. Несколько минут они молчали, думая каждый о своём, но в то же время об одном и том же. Филиппу стало значительно легче, когда он убедился в её искренности. Ощутимо спало то напряжение, которое неизменно присутствовало раньше при общении с ней. Сейчас он впервые за долгие годы почувствовал, что расслаблен, находясь рядом с Аллой. Разжалась та пружина внутри, которая автоматически натягивалась чуть ли не на максимум, стоило ему только набрать её номер и услышать гудки в трубке, стоило ему только оказаться в одном месте с ней. Даже раньше - эта пружина натягивалась уже тогда, когда у него включался режим "активного ожидания" их встречи или просто разговора по телефону. Ожидание было двояким: с одной стороны, Филипп всегда с трепетом ждал наступления того момента, когда он услышит родной хрипловатый голос, пусть и не с родными уже интонациями, и ему было тогда не так неважно, что она скажет; когда он увидит её, пусть и с другим под руку, пусть и демонстрирующую ему свое счастье не с ним. Лишь бы она была рядом.. Для него это все же было главным, несмотря на то, что к этому волнительному ожиданию, с другой стороны, всегда присоединялось неприятное предчувствие, что обязательно произойдёт что-то, что причинит ему очередную боль, что заденет его и испортит ему настроение так, что снова ему придётся себя собирать по кусочкам потом, делая вид, что все в порядке. Предчувствия его почти никогда не обманывали. И, несмотря на то, что Филипп говорил, что "этой женщине можно все", он отдавал огромное количество сил каждый раз при общении с ней последние годы, получая при этом очередные издевки, переходившие порой все границы, причём осознанно сам шёл на этот мазохизм, лишь бы лишний раз увидеть, услышать, побыть рядом. Но любое терпение имеет свойство заканчиваться.. Эти долгие четыре года он не переставал любить, но любил на расстоянии. Так, как они общались, общаться было уже просто невозможно, выше его сил. Да и ей, как он считал, как она его убеждала, он был не нужен. "Больно, когда ты не нужен человеку, в котором нуждаешься.." А теперь.. Словно все перевернулось с ног на голову. Тогда, когда Филипп давно уже перестал ждать и надеяться на что-то хорошее относительно Аллы и их отношений, думая, что их история уже закончена. Филипп вздохнул и посмотрел на Аллу, притихшую в его руках. Она сидела не двигаясь, так и не убрав голову с его плеча. Вдруг он ощутил то, чего сам от себя пока никак не ожидал, - благодарность к ней. - Спасибо тебе, Аллочка, - тут же сказал он, чуть крепче обняв её. - За что? - пораженно спросила Алла. - Меня вообще не за что благодарить.. Только наоборот.. - тихо добавила она. - За то, что переосмыслила.. За твою смелость сказать мне об этом. За твою искренность. Это дорогого стоит, Алла. - Это.. Не стоит благодарности.. Я давно должна была все это сделать.. И.. Вообще изначально не должна была так ужасно себя вести и так поступать с тобой.. Даже если мы расстались.. - Алла робко положила ладонь на его бедро, почти как раньше, но теперь боясь, что он уберёт её. Но он не убирал и внимательно слушал то, что она говорила. - Я не думала тогда головой.. Не знаю, что с моими мозгами было.. Но.. На этой фразе Филипп вздрогнул. Тут же вспомнилось другое: "«Всю жизнь не любила такой тип людей, такой тип поступков, мне вообще все в нем не нравилось и сейчас не нравится. Не знаю, что с моими мозгами было». - Так все-таки ты думала не головой, когда за меня замуж выходила или когда потом всеми возможными способами меня уничтожала? - не смог не перебить он. - Конечно, потом.. - едва слышно ответила Алла, внутренне испугавшись, что он сейчас не поверит ей, уйдёт.. - Я бы так хотела.. Отмотать время назад.. И ничего не делать, что я делала.. Не предавать тебя, не издеваться.. Не отрекаться от любви.. Правда.. Поверь.. - Я.. верю тебе. Прости. Мне часто вспоминаются твои фразы, на автомате всплывают перед глазами. Когда ты говорила абсолютно другое. Ничего не могу с этим сделать. - Я все понимаю.. Тебе не за что извиняться передо мной.. - Алла, мне нужно ещё кое-что у тебя спросить. Сейчас, - через какое-то время произнёс Филипп, ничего не ответив на её предыдущее высказывание. - Я знаю, что сегодня у тебя был очень напряжённый день, ты много переживала и переживаешь.. И не только сегодня.. Но мне нужно знать.. - Конечно, спрашивай.. Все, что хочешь.. И считаешь нужным.. - Алла заметно напряглась, внутренне сжалась в ожидании его вопроса. Им обоим было очень тяжело вновь сближаться, но они все равно тянулись друг к другу. И сейчас, несмотря на непростой разговор, не отстранялись друг от друга. Алла старалась делать все возможное, чтобы хоть немного исцелить его, чтобы он не просто существовал, а снова начал жить.. Ей было мучительно принимать его годами копившуюся боль, ощущать её на себе, но она больше не бежала от себя и своих чувств, а наоборот, позволила им, долго до этого сдерживаемым, наконец, вырваться наружу и захлестнуть её с головой. Она как-то поставила себя на его место и попыталась мысленно прокрутить всю его жизнь с 2001 года по настоящее время. Она чуть не задохнулась от нахлынувшей сильнейшей боли, она теперь буквально разъедала её изнутри. Как он все это время жил?! Как он вообще все это выдерживал?! И ещё столько лет был рядом и терпел все её выходки в его адрес, лишь бы поддерживать с ней связь, лишь бы быть рядом, неважно в качестве кого, хоть в роли придворного шута. Насколько же любящее у него сердце, раз он способен был вынести все её выходки, начиная вечными насмешками и унижениями и заканчивая изменой, разводом, её следующей свадьбой и, наконец, показательным вторым венчанием?! Её сердце разрывалось на части, когда она представляла себе, что чувствовал Филипп в эти моменты, каково ему было. Моменты, которые длились долгие годы, даже десятилетия. Два. Десятилетия. "Боже.. Какая же я.. Какая же я отвратительная!" - непрерывно ругала она сама себя теперь. Как она могла?! Она же знала, что он ей все простит, и словно испытывала его терпение, проверяя, на сколько еще его хватит, когда он наконец от неё отстанет. Эту вседозволенность она использовала напропалую, получая какое-то изощренное удовольствие от его страданий. Если бы даже они расстались.. Она ведь могла бы сначала разойтись с ним, а потом уже начинать другие отношения, а не изменять ему? Могла бы не отрицать всем очевидное прошлое в своих интервью, могла бы не задевать его побольнее? Могла бы свое "счастье" не выставлять напоказ перед ним? Могла, но, увы.. Слишком заигралась, даже сама того не осознавая. Осознание начало приходить не так давно. Но.. "лучше поздно, чем никогда.." - Ты что планируешь дальше? Когда собираешься уезжать обратно в Израиль? Что у вас происходит с.. - Филиппу было неприятно даже произносить это имя. - С Максом? - Мы.. Начали разводиться, - тихо призналась Алла, боясь сказать что-то не то, что может спровоцировать у него вполне справедливую злость, которую она.. боялась, хоть и в то же время хотела, чтобы он высказал, наконец, все то, что его гложет изнутри, чтобы он выговорился. Но с ней он делиться не хочет, она это поняла.. Хотя временами у него проскакивали какие-то фразы, когда он не мог сдержаться. Алла все понимала, нисколько не обижалась и даже радовалась, что он понемногу позволяет выйти наружу тому, что наболело, что разрушает его. - Я.. не собираюсь уезжать. Буду в Москве.. Дети тоже, надеюсь.. Но.. Это не так быстро решается.. - Ты любишь его? - Филипп задал вопрос в лоб, знал, что резко, но не мог иначе. Ему просто необходимо было услышать сейчас чёткий ответ. Эта недосказанность мучила его. До этого об отношениях Аллы с ее нынешним мужем они не говорили. Для Филиппа пазл пока не очень складывался: она живёт в его доме, искренне извиняется перед ним, всячески старается о нем заботиться и загладить свою вину, "исправиться", переживает за него и за их отношения, винит себя во всем, будучи при этом замужем за другим, за тем, к кому ушла от него же, при этом не раз до этого упоминая, что невероятно любит этого самого мужа. Сейчас же она со слезами на глазах искренне признается, что любила Филиппа и любит, только отрекалась от своей любви, бежала от неё и прятала её как можно глубже даже от себя самой. Говорит, что хочет общаться и хочет, чтобы ему стало легче на душе. И не только говорит, но и старается для этого что-то делать. Но в качестве кого она хочет, чтобы они общались? Снова в качестве "венчаннных друзей", а она так и будет замужем? Все вернётся на круги своя? Или же все-таки нет?.. Или же это начало их Новой истории? Для того, чтобы это понять, Филиппу жизненно был необходим её чёткий ответ. Услышав об их начавшемся бракоразводном процессе, он немного успокоился, но ему нужен был ответ ещё на один вопрос. - Нет.. - ответила на него Алла. - И никогда не любила.. - она вдруг замолчала, осознавая абсурдность происходящего и собственных фраз. Сейчас она говорила абсолютно искренне, но теперь это выглядело как-то.. Нелепо? И слишком, наверное, парадоксально, чтобы в это можно было поверить. Аккурат слово в слово она повторила ту фразу, которую не так давно говорила о Филиппе. И это вызвало у него справедливую и ожидаемую усмешку. - Где-то я уже это слышал. Не о себе ли? Теперь мы с ним местами поменялись? - Нет.. - она отвечала спокойно, стараясь осторожно подбирать слова, хотя сейчас ей казалось, что слов, чтобы выразить все, что она чувствует, чтобы донести это до Филиппа, недостаточно. - Я всегда.. Любила тебя и люблю. С ним я.. Ошиблась.. Увлеклась.. Потом было уже поздно.. Все устаканилось.. Пошло по накатанной.. Я только недавно остановилась.. Переосмыслила все.. Пару месяцев, наверное.. До этого просто думала о тебе.. Часто.. Просто думала, как ты живёшь.. Что делаешь.. Как мне тебя не хватает.. А потом во мне что-то поменялось.. Я видеть другое стала.. У меня словно глаза открылись.. На все, что было.. Я задумалась о том, что чувствовал ты.. Чувствуешь.. Сколько я тебе причинила боли.. Ты не заслужил такого.. За твои ошибки в браке и моё одиночество, наши скандалы и твою ревность.. Это слишком жестокое наказание.. Слишком.. Прости меня.. - Алла выдохнула, когда закончила свою сбивчивую, но сказанную от души речь. Пусть, может быть, он не поверит, но, наконец, она поделилась с ним тем, что чувствует и что так долго она не могла решиться ему сказать. Филипп напрягся, но сумел сдержаться. Только рука, которая лежала на его же ноге, сжалась в кулак в самом начале её рассказа. Но не та, которая продолжала обнимать её за плечо. - Я.. Не знаю, что ещё сказать.. Это так ужасно все звучит, наверное.. Прости.. Я сейчас сказала тебе правду.. - Я знаю, - коротко ответил Филипп. Сказанное ей ещё нужно было переварить. Поверить в то, что это все, что сейчас произошло, не сон и не померещилось ему. Алла снова замолчала, прикрыв глаза. Сердце сейчас быстро стучало в груди и уже начинало ощутимо болеть. Она незаметно, как ей казалось, закусила губу, стараясь не показать ему эту боль, и прикрыла глаза. - Болит?.. - тут же спросил он. - Нет.. - прошептала Алла. Ей хотелось, чтобы он сейчас ушёл и не видел этого.. Не видел её проблем с сердцем, не замечал.. Она не хотела его жалости, не хотела, чтобы он общался с ней из-за этого. Самый сильный её страх - стать кому-то обузой - снова обострился.. - Я же вижу.. Ложись.. - Филипп помог ей прилечь на кровать и тут же пошёл за аптечкой. Дал ей нужные таблетки и стакан воды. Она выпила их и отвернулась, прикрыв лицо рукой, прошептав еле слышное "спасибо". - Аллочка.. Прости.. Это из-за меня.. Я перегнул.. - Нет! - тут же ответила Алла. - Ты ничего не сделал.. Ты ни в чем не виноват. Это просто я такая.. Старая и больная.. - Ну ты что такое говоришь? Откуда вообще такие мысли? - Это правда.. - Нет, Аллочка, это не правда. Правда - это то, что ты прекрасная женщина, которая неподвластна возрасту. А твоё сердечко мы будем беречь. - Будем беречь?.. - удивлённо переспросила Алла, не поверив своим ушам. - Да, - уверенно ответил Филипп, взяв её ладонь в свою. Алла больше ничего не сказала. Сердцебиение постепенно возвращалось в норму, боль уходила.. Оставалось только ни с чем не сравнимое ощущение прикосновения его руки к ее.. И постоянно теперь присутствующие душевные терзания и обвинения себя. - Тебе лучше?.. - через некоторое время обеспокоенно спросил Филипп, не отпуская её руку. - Да.. Прошло.. Только не нужно жалости, пожалуйста.. Не нужно из-за неё со мной общаться.. - Я общаюсь с тобой вовсе не из-за жалости. Ты ведь сама это понимаешь, - Филипп вдруг посмотрел на неё, такую маленькую, растерянную, бледную, стесняющуюся сейчас своей слабости, причём, по его мнению, абсолютно напрасно, и у него само собой вырвалось то, что долго он не мог произнести вслух: - А потому что я тебя люблю.