Часть 25

- Филипп.. Тебе пора.. Иди к детям.. Поужинайте, проведите вместе остаток вечера.. Ты и так сколько времени на меня тратишь.. - сказала Алла через некоторое время, чуть приподнявшись с его груди. Точнее, заставила себя это сказать, потому что считала, что так нужно, несмотря на свое огромное желание провести с ним как можно больше времени и никуда не отпускать. Конечно, ей хотелось, чтобы Филипп сейчас остался с ней ещё хотя бы на час, на два.. Но она понимала, что не имеет права его задерживать, здравый смысл перевешивал её, как она считала, эгоизм. Ему не нужно снова концентрироваться только на ней, детям нужно его внимание. И ему самому наверняка хочется побыть одному. - Ты уверена?.. - Да.. Иди, Филечка, - Алла слабо улыбнулась ему. - Так будет лучше. - Хорошо. А ты что будешь делать? - Не знаю.. Неважно. - Алла.. Скажи. Мне важно. - Найду, чем заняться.. Или ничего не буду делать, - Алла заметно растерялась от его вопроса. - Только, пожалуйста, не кури много, прошу тебя. - Я.. Постараюсь. Филипп сел на кровати, осторожно разомкнув их объятия. Она замерла, когда он приблизился к ее лицу, сердце тут же забилось чаще.. Он оставил короткий невесомый поцелуй на её приоткрытых губах и поднялся с постели. - Если что, звони мне, ладно? Алла кивнула, но в её взгляде Филипп прочитал обратное - она точно ему не позвонит, и теперь не потому, что слишком гордая, а потому что не захочет его беспокоить. Он молча покачал головой и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. - Викусь, пойдём в столовую, там Алла ужин приготовила, - осторожно начал Филипп, заглянув к дочери. Алла-Виктория сидела за столом и что-то увлечённо пыталась нарисовать. - Нет, спасибо, я лучше на чипсах посижу, чем буду есть её еду. Пусть сама ест. А чего это в ней такая забота проснулась вдруг? - Викуль.. - Филипп присел на рядом стоящее кресло. - Она хочет, чтобы мы все поужинали. Она старалась. Для тебя в том числе. - И нужны мне её старания? - Ты же умная девочка, так ведь? - Ну допустим, - Алла-Виктория кивнула, насупившись. Предчувствовала надвигающийся серьёзный разговор. - Тогда послушай меня и постарайся понять, пожалуйста. Я люблю Аллу. Ты это знаешь. Люди часто совершают ошибки, о которых потом жалеют. Вот и сейчас она жалеет. Очень сильно. И очень переживает. - А ты помнишь, папуль, до чего она тебя довела? Как тебе было плохо даже вспоминать о ней! А сейчас ты приглашаешь её к нам домой как ни в чем не бывало! - А ты помнишь, как мы с тобой слушали песню "Жить"? Там есть ответ - "уметь любить, уметь прощать и до конца себя себя отдать". Нужно уметь извиняться, если ты был неправ, и нужно уметь прощать, если человек искренне сожалеет.. - Хорошая песня.. - задумчиво ответила Алла-Виктория. - А слова очень важные. Подумай об этом. Не будь с ней грубой. Постарайся её хотя бы понять. Она ведь тоже человек, и у неё есть чувства. - Я просто хочу, чтобы ты был счастлив и больше улыбался, а не страдал по ней. - Я становлюсь счастливее, когда она рядом. Прими её хотя бы как человека, которого люблю я и с которым мне хорошо. Она и с тобой ведь хочет общаться.. - А я не хочу. Пока.. Может быть. Понимаешь, папочка, я не могу сразу после одного разговора резко переключиться и начать с ней любезностями обмениваться. - Просто не отталкивай её. Мне приятно, что ты волнуешься за меня, но сейчас не стоит, поверь. Все хорошо. - Пап.. - она присела к нему на колени, как в детстве, обняв за шею. - Я тебя люблю. - И я тебя очень люблю, доченька, - он поцеловал её и крепко прижал к себе. - Если она тебе так важна.. Пусть живёт. Я не буду её трогать.. Но разговаривать с ней пока не хочу. - И за это спасибо.. Правда. Ужинать-то пойдём? На одних чипсах далеко не уедешь. Подсадил вас на них на свою голову. - Ну, можно ещё мак заказать. И пиццу. С грибами и колбаской. А? Давай закажем? - Алла-Виктория наконец рассмеялась. - Я вообще-то на диете, ты не забыла? На жёстком жозе я. - Пап! Ну я же тебе говорила, не жоз, а зож! Здоровый образ жизни. - Вот и ты меня учишь.. Надеюсь, запомню. - Запоминай! А вообще, ты же сам говорил, что себя иногда баловать надо. Ну что будет от пары кусочков пиццы? - Умеешь ты уговаривать, в меня пошла! Закажем, только завтра. А сегодня.. - Ладно-ладно. Надеюсь, там не скучный суп с кучей лука. - Алла прекрасно готовит! - Угу. - Я к Мартину ещё загляну, и пойдём. Он знает, что Алла у нас в гостях? - Знает, я сказала ему. - А он что? - Как всегда почти ни слова не сказал, - Алла-Виктория закатила глаза. - И в кого он такой? Вечно все в себе держит, слова из него не вытащишь. - Я поговорю с ним. - Сынок.. - Филипп замялся, формулируя речь. Здесь нужен был другой подход, нужно было с ним поговорить, как мужчина с мужчиной. Да и Мартин по характеру был другим. Сдержанным, молчаливым, тактичным. От него нельзя было ожидать какой-нибудь выходки или скандала. Но тем не менее внутри он явно много думал и наверняка переживал за отца. - Ты ведь знаешь, что Алла у нас в гостях? - Да, пап, знаю, - Мартин оторвался от компьютерной игры в футбол. - Извини, что я сам тебе этого не сказал. И.. Как ты относишься к этому? - Не знаю, дело твоё, - мальчик пожал плечами. - Но ты не против неё? - осторожно спрашивал Филипп. - Нет, наверное.. Ты ведь с ней дружишь.. - Я её люблю. - Любить это хорошо.. Только если не больно. Но ведь тебе было больно, пап. Я видел. Филипп считал, что плакать - не по-мужски, но сейчас у него слезы навернулись на глаза от того, насколько же любящие и чуткие у него дети. Они замечали его состояние, даже если он пытался делать вид, что все в порядке, переживали за него и не хотели, чтобы ему было плохо. - Любовь, сынок.. - глубоко вздохнув, произнёс Филипп. - Любовь это не всегда счастье и радость.. Любовь может приносить боль и страдание тоже.. - Понятно.. А сейчас? - А сейчас я стараюсь вновь стать счастливым. И Алла старается и очень переживает, что.. Вы не общались долго. - Ну, значит так надо было. - Да.. Спасибо, что понял меня. Для меня это очень важно. Спасибо, сынок.