Глава 7. Кошки-мышки

Пока большая часть Хогвартса досматривала последние сны, Кэт выбралась из замка на пробежку. Солнце пробивалось сквозь облака, окрашивая горизонт в розовые и золотистые тона. Прохладный свежий воздух пропитался ароматом влажной земли и запахом леса. Как пролить кровь? Вопрос не из лёгких. Люди часто царапаются, режутся по чистой случайности, иногда получают травмы или их ранят. Проще всего было бы устроить сцену, слово за слово, и вот на очередной резкий ответ, Малфою прилетает кулаком в нос или рассекает губу. Вроде и случайность, мол, сам виноват, за языком не следит, а в результате и кровь достали, и ситуация уже обыденность, исходя из вчерашнего представления, что устроил Харрис. Может, белобрысый и получал по заслугам, но для Тео это уже слишком. Да и вообще, всё вчерашнее — слишком. Харрис осознанно или нет ставил палки в колёса. Причём всем. Мракоборцам и Гарри с их планом, Кэт и отцу с их шатким положением. И всё как назло зависело от Малфоя и его терпения. Вчера вечером Кэт рассказала, как выбралась с территории поместья. Вряд ли Малфои сняли защитный барьер. Но и здесь возникли сложности. Окно на конюшне, через которое ей удалось сбежать, располагалось высоко и было маленьким. Как бы Гарри не пытался пролезть через раму форточки, что она трансфигурировала из стула, дабы он отрепетировал свой побег, парень был очевидно крупнее собаки. Расширить проход магией тоже не вариант. Чары барьера могут запросто среагировать на изменение. Гермиона обещала что-нибудь придумать. Для Кэт с Джинни было задание: добыть немного крови, пока она и Гарри в Министерстве. Времени в обрез, всего два дня. В субботу Малфой, очевидно, отправится домой, и тогда всё в разы осложнится. Обогнув замок, Кэт добежала до лодочного домика. По глади озера стелился утренний туман, наливаясь золотом солнечных лучей. От физической активности и влаги даже в рашгарде становилось жарко. Шаркая кроссовками по мокрой гальке, Кэт шла вдоль берега, переводя дух. «Не влипай в мутные истории», — просил отец. Идея раздобыть загадочную книгу, которой может и не существует вовсе, как раз подходила под типаж таких историй. Кэт оправдывала своё участие идеями о том, что если книга есть это послужит отличным противовесом бредням мамаши Курта, да и Мракоборцы наконец-то нападут на нужный след, а Министр перестанет заниматься откровенной ерундой, устраивая допросы своих подчинённых. Довольно благородные помыслы. Но будучи с собой откровенной, Грэнж понимала — ей попросту скучно. Сидение на одном месте давалось с трудом, сколько себя помнила. Наверное, поэтому она так пристрастилась к спорту — есть куда выпускать энергию. Дурмстранг отличался не только строгой дисциплиной, но и большим количеством спортивных секций, этим он и нравился. Несмотря на отторжение всего магловского, политика школы была довольно двойственна, но проста: если ты особенный только потому, что в твоих венах течёт магия — ты плохой волшебник. Различные единоборства, плавание, бег, дуэли и многое другое, на любой вкус, даже ножи метать могли научить, лишь бы ты не был бесполезен без палочки. Школа воспитывала не только отменных колдунов, смыслящих в тёмной магии, но и хороших спортсменов, желая достигнуть совершенства во всём, и тем самым подчёркивала превосходство над обычными маглами. Хогвартсу этого явно недоставало, из спорта только квиддич, к которому Кэт не питала особой страсти, пара-тройка творческих кружков да походы в Хогсмид. Был дуэльный клуб, и тот закрылся. В Дурмстранге раз в три недели нет-нет да проведут какое-нибудь соревнование, и там уж было на что посмотреть. Одни дуэли и рукопашная борьба чего стоят, а что вытворяли старшекурсники на полосе препятствий — такое только в кино покажут. А здесь тишь да гладь. Скучно: ходить на уроки, делать домашнее задание, рисовать или читать очередной роман, не имея при этом за душой тайных помыслов. Приходилось выдумывать. Сбежать ночью в лес, обойти все тайные ходы и закоулки замка или наловить полдюжины докси и запустить их в кабинет Филча, а на уроках быть тише воды ниже травы — вот что веселило. Секреты, о которых знаешь только ты и твой подельник. Но сообщника больше нет, война сделала своё дело. Кэт остановилась недалеко от деревянного причала. Тихий плеск воды смешивался с чириканьем стайки крапивников, устроившихся в кусте шиповника. Мысли вновь сделали круг. К горлу подкатывала мерзкая кислота, а в груди скреблись чьи-то острые когти. «Даже если Он умрёт, ничего не закончится…» Конечно, не закончится, ведь нам разгребать последствия, не тебе. Подобрав холодный, гладкий камень, Грэнж резким движением запустила его в воду. С легким шлепком он коснулся поверхности, отскочил, словно лягушка, оставляя за собой круг, и с булькающим звуком пошёл на дно. Простить... Серьёзно?! За что интересно? За гнусное предательство или за то, что бросила одну в этой поганой школе?! Следующая галька была со злостью отправлена в полёт и просто шлёпнулась о воду. — Чего же ты возилась со мной все эти годы, раз так быстро переметнулась на другую сторону? — поток мыслей перешёл в язвительное бормотание. Глаза сверлили деревянный причал. Хотелось его сжечь. — «Я в порядке, Кэтти». «Не переживай, всё хорошо» — передразнивала она слова Луизы, сказанные, когда Грэнж, как дура, прискакала зимой в Запретный лес. — Конечно, с тобой всё было в порядке. Благодаря мерзкому клейму. Свои-то уж точно не тронут. Да? Чувствуешь иронию? — Кэт скривилась. Никто ей не ответит. Причал, берег озера совершенно безлюдны. Она схватила увесистый булыжник и с разбега, что есть силы, швырнула его в озеро. Пролетев метров десять, камень с брызгами и шумом рухнул в воду, руша спокойствие и портя идеальную гладь озера. Крапивники громко зачирикали, удирая с куста, поднимая трель и жужжа маленькими крыльями. Как бы она ни старалась забивать мысли насущными вещами, всё рано или поздно сводилось к Луизе. После похорон чувство утраты и скорби топили в себе весь гнев, обиду и факт того, что бывшая подруга стала Пожирательницей Смерти. Но со временем голова прояснилась, эмоции притихли. Наверно, именно сегодня стоит признать, что точка невозврата настала. Луиза — предатель. Оправданий нет. Приехав сюда, в первый день ещё хотелось их найти, но сейчас Кэт понимала, что чертовски устала для этого. Вот так, даже не попытавшись. А что это изменит? Да ничего. Мёртвых не воскресить, время вспять не повернуть. Уже надоело себя мучить. Надоело блуждать по кругу. Лучше забыть, жить дальше, и гори всё синим пламенем. Хватит. Запищали наручные часы, знаменуя о том, что пробежка закончена и пора возвращаться в замок. — Кэт, за едой не наблюдают, а едят, — не отрываясь от газеты, сказала Джинни. — Ты слишком паришься, бросим ему заклинание подножки и всё. Шлёпнется и разобьёт себе что-нибудь, делов-то. За завтраком Грэнж предложила идею с конфликтом, но та была сразу отвергнута из-за теоретически возможных последствий в виде разбирательств у директора. Предложение с добавлением в еду Кровопролитных конфет Джинни встретила уже с меньшим скептицизмом, но старое доброе заклинание подножки звучало и впрямь менее заморочено. В Большом зале царил небывалый ранее цветной беспорядок. Ученики разных факультетов были разбросаны по всем трём столам. Вот кучка пуффендуйцев весело что-то обсуждает с ребятами из Когтеврана, а гриффиндорская шайка уже подсаживается за стол к жёлто-чёрным. Только стол Слизерина был по-прежнему зелёным. — Вот жуть… — округлила глаза Джинни и положила на стол газету. — Смотри. На четвёртой странице «Ежедневного Пророка» красовалась статья с громким названием: «ЖЕСТОКАЯ СМЕРТЬ В УЭЛЬСЕ» «В ночь второго сентября был убит пожилой волшебник Альфред Робинсон, проживавший в лесу Гвидир на территории Уэльса. Пострадавшего обнаружила его дочь, что решила навестить отца. Окровавленное тело мужчины было найдено в двадцати футах от дома. Причиной смерти послужили многочисленные раны от когтей. Службы мракоборцев утверждают, что мистер Робинсон стал жертвой нападения дикого животного. Но так ли это на самом деле? Нашему корреспонденту Рите Скиттер удалось выяснить, что в прошлом мистер Робинсон был выдающимся дуэлянтом и ярым противником Тёмного лорда, сражавшимся с его сторонниками в Первую Магическую Войну. Мог ли опытный маг стать жертвой обыкновенного животного? Возможно ли, что это на самом деле дело рук сбежавших Пожирателей Смерти?...» Дальше шли размышления Скиттер (а именно она являлась автором статьи) о том, как же плохо работает аврорат. Рядом со статьёй размещалась колдография с изображением ветхого дома в окружении деревьев, в кадр попали несколько мракоборцев и лежащее на земле тело Робинсона. Издалека оно больше напоминало подранный мешок с соломой. — Ей бы хоть что написать, лишь бы Пожирателей приплести да имя былое восстановить, — недовольно поморщилась Кэт. После суда над Малфоями, Скиттер пару ласковых черкнула и о семейке Грэнж, ссылаясь на слова многоуважаемой миссис Харрис. — Ну да, старик жил в глуши, там много всякого водится, — чуть ли не водя носом по странице бормотала Джинни, хмуря брови и пытаясь рассмотреть тело убитого. — Не ходите, детки, в лес, а то серый волк вас всех и съест, — в ритм своего зловещего стишка покачала головой рыжая и стрельнула многозначительный взгляд в Кэт. — Сколько раз ходила, до сих пор не съели, — тоже покачав головой, негромко передразнила она. Об анимагии и походах в Запретный лес Джинни и Гермиона узнали на шестом курсе, когда Кэт сдружилась с ними настолько, что её трудно объяснимое отсутствие по вечерам стало уж слишком заметным. Гарри узнал чуть позже, а Рон — было непонятно, в курсе он или нет, с ним из этой компании она общалась не так хорошо. Грейнджер, и сама имея за плечами опыт посещения данного места, конечно, была недовольна таким нарушением устава школы, но смирилась довольно быстро. Естественно, о масштабах всех злоключений никто не знал. — Страшилки читаете? — рядом с Джинни материализовался Дин. Добродушная улыбка на смуглом лице, на груди значок старосты факультета. — Лучше зацени это, — он гордо протянул Уизли журнал с яркими колдографиями, на которых быстро мелькали игроки на мётлах. — Холихедские гарпии выйдут против Уимбурнских ос уже этой зимой! Рыжая сразу выхватила у него журнал и начала жадно поглощать глазами текст статьи. Речь пошла о квиддиче, и Кэт, понимая, что на этом её полномочия заканчиваются, принялась доедать завтрак. — Клаасс! Матч в Эксмуре…вот бы билеты достать, — заворожённо шептала Джинни, дочитывая. К несчастью бекон уже остыл. — Да-а. Скорее всего, их сразу же раскупят, — его тон вдруг стал торопливым. — Но я знаю парня, который достаёт билеты до того, как они поступают в продажу. Он продаёт, когда официальных уже нет, — Тут он замялся, — Ну… Не ВИП места, конечно, но… Это, если хочешь, я в принципе и сам собирался у него покупать… В общем, если надумаешь, могу и тебе достать. Вместе веселее будет… Кэт подавилась чаем из кубка, закашлялась. Она не хотела смеяться, правда, само как-то вырвалось. Джинни пнула её под столом, а Дин сразу стал выглядеть растерянно и одарил таким обиженным взглядом, что стало стыдно. — Чай не туда пошёл, извините, — прочищая горло и сохраняя спокойное, даже равнодушное лицо, Грэнж потянулась за яблоком. — Звучит здорово, я подумаю, — с вежливой улыбкой ответила Джинни, возвращая журнал. Промямлив что-то вроде «Ага, ну, я пойду», староста удалился к шайке, в которой сидели Симус, Пикс и уж сильно бледный Курт. Выдержав пару секунд гробового молчания, Джинни сдавленно засмеялась, прикрывая рукой рот. — А парень к успеху идёт, — губы растянулись в ухмылке. — Смотри как старается. — Нет, с Дином точно всё, — помотала головой Джинн. — Да и в принципе, к чёрту отношения. — Так вы с Гарри…? — Нет, не вместе, — отрезала она и подпёрла кулаком щёку. — И это обоюдно. Мы остались хорошими друзьями и я этому рада. Обсуждать не хочу. Кэт подняла ладони в капитулирующем жесте. Нет так нет. Тема закрыта. Внезапно столешница дрогнула, раздался звон посуды. Белый как мел Харрис выскочил из-за стола и, чуть ли не спотыкаясь, пулей вылетел из Большого зала. На немой вопрос Дин лишь растерянно пожал плечами. Кэт почувствовала лёгкий пинок под столом и вернула своё внимание Джинни. Та крайне сосредоточенно смотрела перед собой и прятала под столом руку с волшебной палочкой. Среди роя голосов, царящего в Большом зале, до слуха начало долетать хихиканье Паркинсон. Она шла на выход под руку с довольным на вид Малфоем и что-то ему шептала, за ними следовали Нотт и Забини. Компания прошла мимо. Джинни шепнула: «Локомотор Виббли». Заклинание подножки хорошо тем, что оно практически невидимо. Только если уловить момент, можно заметить лёгкое и быстрое колыхание воздуха в направлении жертвы. Кэт его точно заметила и определённо видела, как меткий выстрел младшей Уизли попал прямо в начищенные туфли Малфоя. И ничего. Только Забини заспотыкался и обронил пару сдавленных ругательств. — Вот гад, — проворчала рыжая. Она попыталась снова перед совместным уроком чар и после, и за обедом, но всё бестолку. Заклинания рикошетили от него в рядом проходящих людей. Одно чуть не задело профессора Стебль, та шустро пробегала мимо с довольно внушительным горшком мухоловок. Гриффиндорки слонялись за Малфоем по школе как тень, прячась по углам. Джинни всё не хотела признавать, что его зачарованные туфли не пробить, какой бы силы заклинание она не посылала. В итоге увлеклась и напрочь забыла повесить листовку об отборочных по квиддичу. Они должны пройти утром в это воскресенье. Пришлось второпях бежать к доске объявлений. — Ладно, воспользуемся твоим планом. Скормим ему Кровопролитные конфеты, — негодуя, сдалась она, когда перед уроком ЗОТИ заклинание в очередной раз отрикошетило. Оно попало в бархатные лодочки Лаванды, и та чуть не поцеловала пол. Признаться, зрелище доставило Кэт удовольствие.       Дверь в кабинет распахнулась, и ученики вошли в класс. От зловещего вкуса Снега не осталось и следа. Шторы на высоких окнах полностью открыты, позволяя солнечному свету заливать комнату. Пахло свежо и приятно. Жуткие картины, показывавшие людей в мучениях, сменились на изображения таинственных существ, причём очень красиво написанных. Появилось несколько плакатов с формулами заклинаний. Вдоль стен добавилось стеллажей с книгами, муляжами черепов и несколькими приборами. Кэт узнала только вредноскоп.       Парты расставлены буквой «П» за каждой по два стула, один спереди другой сзади, что напоминало импровизированный банкетный стол. По центру, оперевшись на парту стоял сам Чарльз Джонсон. Бежевый костюм тройка, лёгкая улыбка на сухом, выбритом лице. Он явно не брезговал магловской одеждой. — Добрый день, — в ответ класс его сухо поприветствовал. Все учителя ЗОТИ, которых успела застать Кэт, были, мягко говоря, своеобразными. — Сегодня у нас с вами практическое занятие. Начнём с лёгкого. Назовите основные способы выполнения магических действий. Вверх взлетело несколько рук. — Мисс Браун. — Вербальная и невербальная с применением палочки и беспалочковая, сэр. Кэт и Джинни многозначительно переглянулись. Им показалось или в её «сэр» промелькнула нотка флирта? Да и с каких пор Лаванда начала выдавать исчерпывающие ответы? Видимо, старостат на неё дурно влияет.        — Верно, — Джонсон оторвался от парты, взмахнул палочкой, и стопка тонких книг на учительском столе поднялась в воздух. — В течение всего обучения вас учили пользоваться магией при помощи палочек, — книги начали разлетаться по классу, ложась по одной на парту. — Я же хочу немного поэкспериментировать. На протяжении этого года несколько практических занятий будет отведено на изучение беспалочковой магии. Начнём с сегодняшнего. По классу сразу начали пробегать одобрительные шепотки. Что ж, возможно, Джонсон будет не так уж плох в роли преподавателя. — Вы все, я надеюсь, хорошо овладели манящими чарами. В этот раз вам предстоит воспользоваться ими без помощи палочек, — он начал расхаживать перед толпой. Тон спокойный и уверенный. — Заклинание простое, но крайне полезное. Его использование не раз спасало многим мракоборцам жизнь. Если вас обезоружили или вы обронили палочку, с его помощью всегда есть шанс её вернуть. Есть ли среди вас те, кто уже пробовал беспалочковую магию?       Все начали переглядываться. Неожиданно на краю, в кучке слизеринцев, вверх поднялась рука. Это был Нотт. С таким видом, словно делал Джонсону одолжение. Вслед за ним подняла и Кэт, но не так уверенно. Многие, в основном, удивленно глазели на слизеринца, оно и к лучшему. — Очень хорошо, — тихо проговорил профессор, острым взглядом выцепив парня из толпы, и громче добавил: — И как успехи, мистер Нотт? Последний молча вытянул руку, и с ближайшей парты к нему в ладонь прилетела книга. Он играючи повертел её, рассматривая как диковинку. Кривая ухмылка, взгляд пьяный, словно накуренный. А может, и правда успел где-то косяк скурить. Нотт щёлкнул пальцами, и над указательным возник язычок пламени, словно в зажигалке. Все вытянули шеи, смотря, как он подпаливает твёрдый корешок. Сразу запахло горелым картоном. Джонсону бы остановить это представление, но аврор лишь внимательно наблюдал. Новоиспечённый пироман ещё немного поигрался, а затем крутанул книгу в руках, и та исчезла. — Во даёт! — изумлённо прошептала Джинни над ухом. Кэт была удивлена не меньше. Последнее заклинание — это «Эванеско», его даже на СОВ сдают, а накуренный Нотт так просто, без палочки им пользуется, и теперь улыбается с видом первоклашки, получившего первую пятёрку. — Браво, мистер Нотт, очень похвально, — к удивлению для всех, сказал Джонсон без грамма сарказма. — Мисс Грэнж, что у вас в запасе? — «Акцио» и «Протего», профессор, — немного сбитая с толку таким резким переключением внимания, ответила Кэт. — Отличный набор, — он одобрительно кивнул, понимая, что демонстрации не будет. — Рад, что поджигать или взрывать вы нас не планируете. Фраза прозвучала как попытка разрядить обстановку, за ней последовала пара смешков, но они потонули в вакууме, воцарившемся в голове. По спине пробежала липкая дрожь, ладони похолодели. На мгновение перед глазами промелькнула воронка, а в ней месиво из человеческой плоти и крови. Удушающий, густой металлический запах, он пропитал всё вокруг. Не может быть, чтобы он знал. Там никого не было. Никто не мог этого видеть, по крайней мере вблизи. Не мог ведь? — Эй, пошли, — лёгкий толчёк Джинни вернул в настоящее. Оцепенение схлынуло так же резко, как и появилось. — Делимся на команды. Ты чем слушаешь?       Джонсон разбил класс на двое. По паре человек за партой. Первые заняли места во внешнем круге, вторые — во внутреннем. Суть практического задания — призвать к себе книгу без помощи палочки. Вначале по одному, а затем вместе, как в перетягивании каната. Внутренний круг движется, внешний остаётся на месте. Кэт попала во внешний, и первым партнёром была Джинни. — Произносите заклинание. Так вам будет проще. Визуализируйте формулу, — наставлял Джонсон, расхаживая по классу. — Магия находится в самом волшебнике, а не в палочке. Она лишь указывает ей выход, поэтому и заклинания даются проще. Ваша задача — самим направить энергию и управлять ей. — Да как ты это делаешь? — морщась от напряжения, бубнила Джинни, вертя ладонь перед книгой, стараясь сдвинуть её с места. — Акцио, книга! Ну давай же. Акцио! — безуспешно. — Ты волшебница, почувствуй в себе магию, — Кэт подражала таинственному и драматичному тону Трелони. — Представь, как она течёт по венам, как выходит наружу. — У меня сейчас глаза наружу выйдут, — она смотрела на книгу так, словно пыталась поджечь.       У Финнигана это получилось. Через две парты от них, раздался хлопок, книга сделала сальто и повалил дым, а лицо Симуса испачкалось в саже. — Уже результат, мистер Финниган. Направляйте магию мягче, — взмахом палочки Джонсон вернул книге первозданный вид и рассеял дым. — Меняемся. Уизли ушла, на её место села Патил, затем Пикс. Кэт раз за разом успешно выполняла упражнение, из её партнёров успехов добился только Дин — книга сдвинулась на пару сантиметров. Метод аврова оказался весьма полезным, чем дальше продвигался круг, тем чаще слышались радостные выкрики, означавшие, что очередному ученику удалось хоть как-то подчинить себе экземпляр «Алисы в стране чудес». Вновь прозвучала команда перехода, и перед ней оказался Нотт. Воздух сразу наполнился жжёной травой со сладковатым привкусом — запах марихуаны. Был у неё знакомый из маглов, который иногда баловался травкой. Видимо, магическая аристократия тоже на это падка. Стараясь не обращать внимание на то, что Тео растекается по стулу и моргает каждым глазом по очереди, Кэт магией притянула к себе книгу, затем вернула её на середину парты. — Сколько у тебя времени на это ушло? — неожиданно заговорил Нотт. Слова он произносил медленнее, чем это обычно делают. Интересно, до Джонсона ещё не дошло, в каком состоянии один из его подопечных явился на занятие? — Месяц, может, чуть больше, — сообразив, что он имеет в виду овладение заклинанием, честно ответила она. Как ни как сидение взаперти даёт уйму свободного времени. Нотт оторвался от спинки стула, поставил правый локоть на парту, и книга послушно прыгнула ему в ладонь. На мизинце и безымянном у него виднелись те же отметины, что и на лице.       — Мееесяц, — протянул, рисуя глазами круг и останавливая их на книге, рассматривал словно видел впервые. Мерлин, и когда уже будет переход. Накуренный Нотт зрелище конечно забавное, но чёрт знает, что он может выкинуть.       Она с ним за всё время совместной учёбы парой предложений перекинулась, не больше. Но в целом он казался нейтральной фигурой, не задиристым, в отличие от своего дружка, довольно тихим в окружении чужих. Но таким было представление до войны. Стычка с Харрисом дала понять, что Тео не так уж и безобиден.       — У меня неделя, — самодовольно изрёк он и затуманенный, карий взгляд перепрыгнул на Кэт.       Брови удивлённо взлетели вверх. Неделя?! Чтобы научится такому и так быстро, нужен не просто талант, а… Да Кэт даже не знала что. Может врёт? — На Эванеско чуть больше, — всё так же медленно, казалось, он говорит сам с собой. — Заставить что-то исчезнуть сложнее, чем кажется. «Заставить исчезнуть» — это намёк? Кэт сглотнула вязкую слюну. После взрыва Лоумена изуродовало так, что вряд ли тело можно опознать. Наверное, Пожиратели считают его пропавшим без вести. Нет, не может быть, чтобы Нотт был в курсе. Спокойно, не нужно себя накручивать. Он просто обкурен, глаза блестят, волосы взъерошены, на губах глуповатая улыбка. Только внутри по прежнему неспокойно.       — Попробуй отобрать, — Тео потряс книгой, как мячиком перед собакой.       Тяжело вздохнув, она подняла ладонь.       — Акцио. Его пальцы разжались, но книга зависла в воздухе, лишь немного проплыв в сторону Кэт. Ощущение, словно застряла в чём-то очень вязком и клейком. Улыбка слизеринца растягивалась всё шире от наблюдения за её напряжённым лицом, уже начинающем краснеть от натуги. Несчастный экземпляр «Алисы в стране чудес» никак не хотел поддаваться, вернее, не хотел поддаваться Нотт. — Очень хорошо, — сказал проходивший мимо Джонсон. — Переходим. Оба «отпустили» книгу, и та шлёпнулась на парту. Довольный собою Тео, слегка пошатываясь, встал и, бросив тихий смешок, пошел к следующему столу. А Джонсон будто специально отправился к противоположной стороне, не видя, как подопечный, садясь за парту к Лаванде, не успел до конца остановиться, и его по инерции повело в бок, и парень чуть не нырнул вниз. Кэт не питала страсти к стукачеству, да и от Нотта не веяло агрессией. Травой и кайфом — да, но не тем, что можно причислить к опасному поведению. Но лучше бы новому учителю ЗОТИ отправить его к Помфри для вытрезвления. Ненавязчивый запах дорогого парфюма с примесью мятного чая заставил повернуть голову на нового партнёра. Правая рука на парте, указательный палец с серебряным кольцом отбивает медленный, раздражённый ритм. В глаза бросается капризный, выражающий недовольство рот. Ах да, его высочество заставили ждать и не обратили внимание сразу. — Начинай, — безучастно сказала она. Малфой лениво перевёл взгляд на книгу, приподнял ладонь, и ничего не произошло. Даже заклинание не потрудился произнести. Небрежно пожал плечами, мол, это всё, и большего не жди, словно это она заставляла его отрабатывать упражнение. Кэт мельком видела его прошлые попытки, они выглядели примерно так же. Либо он принципиально не хотел выполнять задание Джонсона, либо, попробовав пару раз и не добившись результата, просто забил. После произнесённого «Акцио» простенькая голубая обложка с золотым названием послушно прыгнула в руки. Среди общего жужжания голосов чётко выделился раздражённый возглас Паркинсон. Она сидела во внешнем круге и через раз, когда дело доходило до перетягивания, её книгу подбрасывало вверх. Нередко она улетала в стену или соседей по бокам. — Давай на счёт три, — Кэт положила книгу на середину.       Высокомерный, снисходительный взгляд, еле уловимый царский кивок — в переводе на человеческий — «Да». Интересно, Малфой в курсе, для чего ему язык? Мог бы и удостоить брезгливым «Ладно».       — Раз, два, три, Акцио.       Неожиданно, возникло то же вязкое сопротивление. Книга подрагивала, слегка ползая от одной к другому. Его ладонь как и в первый раз лишь приподнята.       Видя замешательство, на лице Малфоя начала расцветать издевательская улыбка. Серые глаза смотрели с превосходством, в упор, так словно знали что-то. Может она и Джинни были неосторожны и их шалости не остались незамеченными, а может маленький обман с заклинанием лишь попытка потешится. Его навык удивлял ровно так же как и настораживал. Чёрт знает чему научились эти двое на службе у Волан-де-морта.       Держа локоть на столешнице, Малфой поднял ладонь перпендикулярно парте. Книга послушно и плавно взлетела. Кэт лишь могла следовать его примеру, чтобы удерживать магию в потоке. «Алиса в стране чудес» посередине, на уровне глаз, но от этого не легче. Не позволять брать над собой верх трудно, а сопротивление увеличивалось, вынуждая прилагать больше сил и концентрации.       Его голос прорезал молчание.       — Как нос? Не болит? — тон нарочито заботливый, саркастичный.       Она растерялась и перевела фокус внимания с книги на него. Зря. В серых глазах сверкнули бесенята. Длинные пальцы шевельнулись. Сопротивление резко ослабло и стало выталкивающим. Твёрдый переплёт полетел прямо в лицо. Грэнж успела закрыть голову, подставив предплечье. Острый угол, через ткань рубашки, врезался в кожу.       Шелестя страницами книга упала под парту. Дыхание на пару мгновений сбилось. Малфой выглядел довольным своей выходкой.       — С носом всё отлично, — голос ровный, спокойный, она с трудом старалась сохранить на лице равнодушие. А так хотелось скривить губы, нахмурится, но поддаться провокациям было бы глупо.       Кэт магией призвала книгу обратно. Возможно, это выглядело слегка показушно. — Я бы поспорил, — словно речь идёт о вещах, в которых разбирается только он. Серый взгляд придирчиво прошёлся по её волосам. Ядовитый язык цокнул. Кто-нибудь, снизьте градус высокомерия. — И существование этой чёлки тоже спорный вопрос. Порыв поправить причёску был сразу же подавлен. Ладно, теперь Малфой выбешивал. Она чувствовала, как дёргается глаз. — К чему этот разговор? — чётко и медленно, но грубости в голосе сдержать не смогла. Он слегка наклонил голову вбок, лицо стало более безэмоциональным, а взгляд колким. Так смотрят, когда оценивают возможности человека или пытаются прочитать. Атмосфера за партой чувствовалась липко и неприятно, будто возвращая в сырой подвал Малфой-менора. Она за решеткой, испачканная в грязи и покрытая ссадинами, а он чист и свободен. Стало стыдно, хотя и непонятно за что. Нет у неё на лице ни ран, ни грязи, а он теперь осуждённый и отбывает своё наказание в Хогвартсе. Это ей положено так на него смотреть, как на нечто жалкое и неинтересное. — Серые мыши обычно по норкам сидят, — походило на угрозу или предупреждение. Слава Моргане, прозвучала команда Джонсона. Малфой ушёл, оставив после себя чувство, словно из тела выпили все силы. Как бы ни были ценны советы Гермионы о том, что не стоит воспринимать оскорбления всерьёз или вестись на выходки таких людей, как Малфой, всё же — неприятно. Неприятно, когда пытаются поддеть или швыряют в лицо книгой. Если Кэт — мышь, то Малфой — крысиный король в кошачьей пасти.       С урока ЗОТИ Джинни вышла довольной. Под конец, книги уже охотней ползли к ней, а Гриффиндор заработал двадцать пять очков, Слизерин на пять меньше. Кэт чувствовала усталость. Хорошо хоть в расписании уроков больше не было, можно отдохнуть в гостиной на мягком диване и наконец-то сменить школьную форму на обычную одежду. Краем уха она слышала, что Харрис теперь в больничном крыле с отравлением. Джимми Пикс во всю трещал о кознях Малфоя и Нотта. Так это или нет, ей без разницы, главное, чтобы новых стычек не было. Джинни отыскала завалившуюся в чемодане «Кровопролитную конфету». Кэт растолкла её в ступке до состояния порошка. Они заранее пришли в Большой зал. На столах только пустая позолоченная посуда и ни одной живой или мёртвой души — идеальный момент для преступления. — Уверена, что он именно тут сидит? — шепнула Джинни, воровато оглядываясь. — Уверена, — тоже шёпотом. Хотя зачем? Они ведь одни. Слизеринская шайка с пятого курса не меняла своей рассадки. Три места от середины стола в направлении учительского, затем Дафна, Пэнси, Луиза и, наконец, место Малфоя, напротив Блейз и Нотт. Открыв бумажный свёрток, Кэт насыпала немного порошка в кубок Малфоя. — Похоже на пыль. Пить из него он не станет, — Уизли придирчиво осмотрела позолоченное дно, а потом достала палочку. Один взмах, и оно стало идеально чистым. Не обращая внимания на вопрос в глазах Кэт, Джинни взяла у неё свёрток и применила дезиллюминационные чары, бумага стала практически прозрачной, как и её содержимое. Она потрясла невидимым свёртком над кубком. — Теперь не заметит, — довольно улыбаясь, заключила Джинни. Если задуматься, так можно отравить кого угодно. Кэт ощущала себя героиней детективного романа, только вместо расследования она и её подельница собирались совершить кровавое «убийство». Дабы не наводить на себя подозрение, они вышли из Большого зала и вернулись, когда он начал наполняться учениками. На столах уже во всю благоухал ужин. Жареная картошка, бараньи отбивные, пара салатов, пудинг — после такого слизеринскому хорьку точно захочется пить. Напряжённо поедая свои порции, Грэнж и Джинни ожидали, когда войдёт их жертва. Палочки уже наготове, дабы притянуть к себе пару капель аристократичной крови. Рядом Патил и Лаванда шушукались, обсуждая свежие сплетни, Почти Безголовый Ник парил над головами, болтая с Толстым монахом. Наконец-то в дверях показался Блейз, за ним Дафна под руку с Паркинсон. Кэт невольно оценила её чёрный сарафан, что красиво подчеркивал фигуру. Рядом с Малфоем шёл Тео, о чём разговор не слышно, но щенячьи глаза Нотта выдавали просьбу. — Нет-нет-нет, — в мольбе зашептала Кэт. Паркинсон заняла место Луизы, а Нотт, чтоб его, сел рядом с ней на место Малфоя. — Годрик, да вы серьёзно? — сокрушалась Джинни. План был хорош, только вот сработал не на того. Они разочарованно наблюдали, как Тео крутит хвостом перед Паркинсон, лыбится и ластится, словно кот, явно отвлекая её от болтовни с Гринграсс. Потом обольстительно отпивает из кубка, на что объект его стараний лишь закатывает глаза. Как и было предначертано, у него из носа обильно хлынула кровь. Испуганный взвизг Пэнси, растерянный Нотт, неловко пытающийся остановить красный водопад. В общем — полный провал. Весь день потрачен на членовредительство и безрезультатно. Малфой явно таскал с собой счастливую кроличью лапку или зловещий амулет, перекидывающий несчастья на других. Вернувшиеся после ужина Гермиона и Гарри тоже были не рады таким новостям. У них оставался один день, и либо вся затея с книгой погорит в самом начале, либо наследника Абракса придётся подрезать собственноручно.

***

Пятничным утром у Слизерина намечались отборочные по квиддичу. Вот уж где можно ссадин набить. Гарри решил попытать удачу и тайком их посетить. От начала завтрака прошло уже полчаса, а он всё никак не возвращался. — Ты уверена, что замок можно открыть только таким способом? — они стояли в вестибюле у мраморной лестницы. Джинни нервно постукивала ногой. — Может, пока не поздно, сварим растворяющее зелье и расплавим замок? — Это гоблинская магия, — у Гермионы плохо получалось скрывать раздражение. Видимо, сегодня все не в духе. — Я не знаю, что произойдёт, если его растворить, расплавить или взорвать. У меня и так информации не больше сикля. А ты предлагаешь ещё и пальцем в небо тыкать. — Ладно-ладно, что орать-то сразу, — обиженно нахмурилась Джинни. Гермиона, видимо, хотела ещё повысказываться, но сделала глубокий вдох-выдох и уже спокойно ответила: — Извини, я просто на нервах. План и так никудышный, а тут ещё и в самом начале не везёт. В главных дверях наконец-то показался Гарри. Чёрные волосы, как всегда, растрёпаны, гриффиндорский галстук разболтался, лицо красное от бега. — Ну как? — тут же подскочила к нему Гермиона. — Ничего, — пытался восстановить дыхание он. — Даже синяков не набил. Я заколдовал бладжер, чтобы он летал за Малфоем. Хорька, конечно, загонял, но сбить не получилось, увёртливый гад. Гермиона потёрла рукой лицо, вымученно мыча и, видимо, проклиная всё вокруг. — Грейнджер, спокойней, у нас ещё весь день впереди, — попыталась ободрить её Кэт. Не особо помогло. — Джинни, нам надо отобрать хорошую команду, — к ещё большему негодованию Гермионы переключился Поттер. — Они взяли Нотта на место загонщика, не хочу признавать, но удар у него меткий. И ещё, Забини теперь охотник. Летает быстро, бросок хороший, но на виражах осторожничает, так что прими к сведенью. С Укхартом и Вэйси ты уже играла. Вратаря я не знаю, но он так, середнячок… Гарри замолчал, в вестибюль вошла слизеринская сборная. Зелёные мантии с широкими рукавами, доходящими до локтя. Чёрные наручи, защищающие предплечья, и мётлы, на которых золотом поблёскивала надпись «Нимбус 2001». Метла Малфоя отличалась: черенок с острыми, резкими линиями цвета слоновой кости, прутья тёмно-серые с переходом в светлый ближе к заостренному концу, сидение металлическое с тёмной обивкой. — Этот гад себе ещё и Гарпию прикупил, — негодующе проворчала Джинни. — Надеюсь, ума ему хватило зачаровать только одни ботинки. Тут она выхватила палочку и запустила заклинание подножки. Оно вышло таким мощным, что вибрацию воздуха можно было сразу уловить. В этот момент к Малфою со спины подскочил Блейз, и выстрел Джинни угодил прямо ему под ноги. Мулата тут же сбило. Метла полетела в сторону, а Забини со всего своего высокого роста лицом прямо в пол. Чваркающий, хрустящий звук сломанного носа, казалось, прогремел на весь вестибюль. Кэт с Гермионой поморщились, Джинни испуганно пискнула и спряталась за Гарри. Раздались протяжные, болезненные стоны под вздохи проходящих мимо учеников. — Ой-ёй, как же я так, — шептала она, мельком оглядываясь, не заметил ли кто её причастность. Блейза начали поднимать его друзья, а стоны превратились в предсмертные мольбы: «Свя… святой Салазар, моё лицо-о-о…» Что там с его лицом, Кэт не видела, но красные брызги крови на каменном полу говорили о многом. Кап… Кап… Упало ещё несколько увесистых капель. Запах… Его начало разносить по вестибюлю. Металлический, солоноватый, он ощущался на языке, подгоняя к горлу чувство тошноты. — Уходим, быстрее, — тихо подгоняла всех Гермиона. Первым в расписании стояла трансфигурация. На шестом курсе все факультеты посещали уроки вперемешку в зависимости от выбранных предметов. Теперь два курса слились в один, и для учителей проще проводить сдвоенные занятия. Уроки Макгонагалл Гриффиндор посещал вместе с Когтевраном. Не сказать, что это сильно отвлекало Кэт… Ладно, это очень отвлекало. Теперь вместе с ней учился Лео Грин. Высокий, русые волосы собраны в милый хвостик, точёное, красивое лицо, как с обложек магловских журналов. Кэт находила в нём сходство с Бредом Питом. Их главным, но не менее прекрасным отличием являлись практически чёрные, бездонные глаза. Он был одним из самых популярных парней школы, если не самым. Лео нравился многим девушкам, и Кэт не исключение. Она сохла по нему весь пятый, да и шестой курс. И не удивительно, староста Когтеврана, а теперь префект школы, одет всегда с иголочки, добр и воспитан. Раньше она грезила возможностью завязать с ним хотя бы дружбу. Они вместе ходили в художественный кружок к профессору Синистре. Но тогда Кэт была слишком застенчива и максимум, на что способна, это одолжить ластик. А сейчас, благодаря объединению, они учатся в одном классе и есть общие предметы. Несмотря на лекцию Макгонагалл о полиморфизме, мысли периодически крутились вокруг Лео. Они были заняты не идеями, как с ним заговорить, а скорее стоит ли. Война стёрла подростковую влюблённость практически в первый месяц, заполнив собой всё. Сейчас в сухом остатке была лишь симпатия как к красивому и милому человеку. Но если она уже начала задумываться о вещах, подобных любви, возможно, настало время для реабилитации. Запах чужой крови всё ещё будоражит воспоминания, мысли о Луизе запретны, сон неспокойный, периодически приходят кошмары. Если продолжать тонуть в липком, грязном болоте войны, то рано или поздно сойдёшь с ума. Может и стоит как-нибудь завязать с ним разговор. Вторым уроком шли зелья со Слизерином. Два самых нелюбимых слова и вместе. Кошмар. Все толпились возле кабинета, Кэт планировала сесть на заднюю парту и просто пережить эти полтора часа. Дверь открылась, и сперва показался живот Слизнорта, а потом он сам, с радостной улыбкой из-под пышных усов. Ученики один за другим начали заполнять класс. Пахло сыростью и прохладой. Полки на стенах заставлены маринованными животными в стеклянных банках. На партах ножи, доски для резки и колбы с горелками. — У нас практическая, — неожиданно схватила её Джинни, быстро шепча: — Сядь с Малфоем. «Чего, блять?!» Кэт убили оба её предложения. Про практическую она напрочь забыла, а от просьбы смотрела на Уизли как на умалишённую. — С кем сесть!? Ты головой ударилась? — Не тормози, Грэнж. Забини в больничном крыле. Сегодня работаем в парах, — они шли медленнее остальных, и Кэт уже успели пару раз пихнуть, пока Джинни мёртвой хваткой держала её за плечо, продолжая шептать, — Малфой кроме него ни с кем не работает. Я сяду с Симусом, а ты успей занять место с ним. Сделай так, чтобы он порезался. — Да почему я?! — беспомощность, вот что она чувствовала. — Нас он терпеть не может, а тебя особо не замечает. Давай. И ушла так же быстро, как и подлетела, оставив после себя по меньшей мере шок. Кэт наблюдала, как все садятся по двое. Не чувствуя ног, плелась к самому зловещему месту в подземелье — парте Драко Малфоя. Он выкладывал из дорогой на вид сумки учебник и весы, не обращая внимания на общую возню. Нет, она не хотела с ним сидеть, тем более весь урок. На мгновение зажглась надежда, что место займёт Нотт, но тот сел к Пэнси. Малфой гадкий, высокомерный и наглый, от таких блевать тянет. Тело само собой повернуло к свободной парте за ним. Кэт поймала приказной взгляд Джинни с соседнего ряда, но задницу намертво приклеило к стулу. Нет, она не станет этого делать. — Ну-те-с, ну-те-с, — проговорил Слизнорт, вертясь у доски спиной к классу. — Все разбейтесь по парам. Достаньте весы, наборы для приготовления зелья и не забудьте учебники «Расширенный курс зельеварения». Уизли, будь она неладна, убийственно пронзала светло-карими глазами и одними губами говорила: «Да-ва-й!» Белобрысый затылок Малфоя впереди, и сейчас проще свернуть ему шею, чем подойти и сесть. Дракл с вами, ладно! Что она, в самом деле, как кошка трусливая. Кэт схватила рюкзак и, пока шум класса не угас, на негнущихся ногах прошла два шага вперёд. — Можно с тобой сесть? — вышло не особо вежливо. Он повернул голову. Брови подняты вверх, смотрит как на дуру. — Нет, — и отвернулся. Вот и всё, конец представления. Она мельком обернулась на Джинни, та выпучила глаза, всё ещё приказывая. Гермиона и Гарри удивлённо поглядывали. Ой, да к чёрту! Кэт бросила сумку рядом с партой Малфоя и просто села на стул. От его взгляда даже в виске закололо. Делая вид, что не замечает, положила учебник на парту, больше у неё с собой ничего не было. — Ты английский понимать разучилась? Я же сказал, нет, — будь возможность, он бы прокричал это, а пока походило на змеиное шипение. — Ты считать не умеешь? Нас двое осталось. Переживёшь как-нибудь, — ей бы самой это пережить. А что он по факту сделает? Да ничего. Максимум оскорбит пару раз. Справедливости ради, у хорька всегда были отличные результаты по зельям, а значит, у Кэт есть шанс получить хорошую оценку. — О, замечательно, — оглядел класс Слизнорт. — Так-с, дамы и господа, сегодня я предлагаю вам приготовить весьма любопытное зельеце. Если быть точным, зелье Мопсуса. Кто уже слышал о нём? Рука Гермионы тут же взлетела вверх, и Слизнорт довольно кивнул. — Это зелье даёт волшебнику провидческие способности, но лишь на некоторое время. Вопреки расхожему мнению, это не то же самое, что прорицание, — она сделала особый акцент на данном факте. — В большинстве своём будущее переменчиво. Зелье даёт возможность увидеть варианты событий. Три или четыре наиболее возможных в ближайший час. Чем дальше волшебник пытается заглянуть в будущее, тем больше вариантов он видит.       — Совершенно верно, мисс Грейнджер. Пять очков в пользу Гриффиндора…       Слева донеслось раздражённое цоканье Малфоя. Десять галеонов на то, что он закатил глаза.       — …Не постесняюсь сказать — зелье довольно сложное, — продолжал Слизнорт. — Хоть и готовится быстро, оно требует чрезвычайной точности. Позвольте добавить ещё пару слов о его свойствах. Многие хотят знать будущее, но, — он поднял пухлый указательный палец, — как и сказала мисс Грейнджер, чем дальше мы заглядываем, тем больше вариантов мы видим. Если, выпив это зелье, вы попытаетесь узнать, что же ждёт вас через год, вы попросту сойдёте с ума. Слишком много переменных в уравнении нашей жизни.       — А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спросила Астория Гринграсс. В отличие от сестры, она более явно выражала эмоции, и сейчас в ней читался живой интерес.       — Трижды в своей жизни, — с хитрой улыбкой ответил Слизнорт. — Больно хотелось… кхм… угадать результаты матча по квиддичу. Дважды мне это удалось, — он мечтательно покрутил ус. «Наверняка, чтобы сделать удачную ставку», — подумала Кэт. — Ну что ж, — продолжил Слизнорт, внезапно переходя на деловитый тон, — раньше вы уже варили сложные зелья. Так что я надеюсь на хороший результат. У нас осталось больше часа, и этого времени должно хватить на приготовление зелья Мопсуса. Тем, кому удастся сотворить рабочий вариант, я позволю унести с собой по три капли. Этого достаточно, чтобы заглянуть в будущее на ближайший час. Начали! Кэт без особого энтузиазма открыла учебник. Малфой пихнул ей котёл. — На три четверти. Живей, — он быстро просматривал рецепт. Она молча взяла котёл и пошла к фонтану с двумя каменными горгульями, из пастей которых текла вода. Там уже стояла очередь из учеников, среди них рыжие прямые волосы выделялись, как красная тряпка для быка. — Я придушу тебя, Уизли. Честное слово, — сквозь зубы сдавленно возмущалась Кэт. — Счёт за моральный ущерб вышлешь Поттеру. Он теперь нам всем должен, — легко ответила она. За партой Малфой уже не сидел, а стоял. Рука ловко орудовала ножом, нарезая корни фиалок. На её половине стола красовалась приплюснутая банка с кишащими в ней жирными и склизкими флоббер червями. Грэнж поставила наполненный котёл на зажженную горелку. — Собери слизь. Половина пробирки, — не глядя, он одной рукой протянул ей склянку, а второй закинул корни фиалок в воду. Малфой решил свалить всю грязную работу на неё. Ладно, ради хорошей оценки можно и червей помучить. Она закатала рукава рубашки до локтей. Уже и забылось, насколько они вонючие. Упитанный червяк, из которого Грэнж выдавливала не слизь, а, казалось, саму жизнь, вяло трепыхался, благоухая кислой, сгнившей капустой. Дальше Малфой всучил ступку с глазами жуков, которые лично отсчитал. Пахло гнилым мясом. Взгляд скользнул к середине стола, оттуда к рукам слизеринца. Длинные пальцы на рукоятке ножа. Движения крепкого, но аккуратного запястья выверены и отточены. Левой рукой он аккуратно придерживал зелёные с белым пушком стебли сонной травы. Они сочно хрустели под лезвием, через вонь из ступки Кэт могла уловить запах их сока. Свежий, кисловатый, лесной. Сразу захотелось на улицу. Сморгнув наваждение, она как бы случайно толкнула его правый локоть. Лезвие сбилось с ритма и соскользнуло вперёд. Мимо. Он успел убрать руку. Неловкое «ой» было встречено чрезвычайно недовольным взглядом. Зелье в котле медленно бурлило, меняя оттенки от зелёного до голубого с каждым новым ингредиентом. Малфой следил за рецептом, периодически помешивая варево, и старательно делал вид, что один здесь. Вспоминал о Грэнж только когда подсовывал очередной дурно пахнущий ингредиент, который требовалось растолочь, нарезать или прокипятить в пробирке. Кэт ещё несколько раз пыталась толкнуть его локоть, отчего Малфой сжимал зубы так, что на челюсти ходили желваки, а в последний раз вообще сдвинулся к краю. Казалось, к концу урока он её прирежет. Слизнорт периодически заглядывал в их котёл, довольно бормоча: «Очень хорошо». У остальных дела шли по-разному: Джинни руководила Симусом, не давая зелью превратиться в коктейль Молотова, но лицо у неё хмурое, Гарри и Гермиона работали в команде, за Паркинсон практически всё делал Нотт, а от котлов ещё двух пар со Слизерина тянуло странным запахом. — Можно мне хоть что-то, что не воняет, как дохлая крыса? — не выдержала Грэнж, когда перед носом оказалась вязкая смердящая слизь в склянке. Малфой лишь на мгновение отвлёкся от подсчёта и закидывания чёрных сухих ягод в пробирку с синей жидкостью. Ответа не последовало. Он аккуратно взболтал пробирку. Рассматривал содержимое и не обращал никакого внимания на Кэт. Это игнорирование раздражало. Твёрдая линия подбородка, поджатые губы. Жемчужно-белая чёлка едва касалась тёмных, задумчиво сведенных бровей. Хотелось щёлкнуть по ней ножницами и укоротить раза в два, может тогда Грэнж удостоится хотя бы взгляда великого зельевара. Не притворяйся, козёл, я в курсе, что ты меня слышал. — Я нарежу златоцветник. У Малфоя дёрнулся глаз, словно кто-то прошёлся ножом по стеклу. Кэт уже тянулась к стеблям, когда её оборвали. — Только попробуй всё испоганить, — он протягивал пробирку, взгляд колючий, неприятный. — Двадцать пять секунд над огнём, не больше. — Может лучше… — Бери. Не упрёк, приказ, самый настоящий. С каких пор это в нём? Она сглотнула. Тёплое стекло скользнуло в руку. Он забрал склянку со слизью. Кэт вложила пробирку в щипцы и поднесла к язычку пламени маленькой горелки. Один… Два… Жидкость сразу начала меняться, приобретая насыщенный тёмно-синий цвет. Семь… Восемь… Пошёл приятный запах. Смолисто-дымчатый — можжевельник. Одиннадцать… Двенадцать… Класс зельеварения начали заслонять запахи и ассоциации. Дым от костров — горит листва и сено на лугу. Ладан, как в церкви, там мерцают свечи. Знакомые сочетания, не хватает, наверное, полыни — лесная поляна ранним утром. Но вместе эти ароматы были в магазинчике зельев, а ещё… Да, точно, в этом классе, но давно. Она тогда отрабатывала наказание, за что уже не помнит. В комнате полумрак, старые котлы, которые нужно отмыть, а Снейп варит что-то у себя в каморке. Весь кабинет был пропитан ладаном, хвойной древесиной, дымом от костров и полынью. Сонливый, влажный запах. Ещё тогда хотелось пойти к его источнику, дурманящему и почему-то мягкому, как пуховая подушка. Мерлин! Сколько времени прошло?! Она торопливо заморгала, сбрасывая наваждение. Жидкость в пробирке бурлила. Кэт тут же убрала её от огня, взглядом натыкаясь на протянутую руку Малфоя. Одновременно он был занят вливанием в котёл слизи и смотрел в учебник. Вот зараза, она должна так булькать? Или Грэнж напортачила и передержала? Его ладонь казалась приглашением в кабинет дьявола. Только слизеринец начал оборачиваться, она тут же подсунула ему щипцы с пробиркой. Жидкость уже не бурлила. Недоверчивый взгляд переместился с внешне невозмутимой Кэт на склянку. Рассматривал так, словно контрольную проверял, и, кажется, ошибок не заметил. Она ощутила безысходность и машинально отодвинулась подальше. Не надо было отдавать. Мир словно замедлился. Вот от котла валит густой пар, в нём идёт рябь. Бледная рука Малфоя, унизанная серебряными кольцами, вносит в белую дымку щипцы с пробиркой. Она наклоняется, и пар стремительно влетает внутрь, заполняя собой пространство сосуда. Жидкость ещё не успевает вылиться. Громкий, звонкий хлопок, как выстрел, разносится по классу. Малфой чертыхается, отскакивает от котла. Кэт вздрагивает всем телом, кто-то взвизгивает. Звон щипцов, упавших на пол, и дробь разбитого стекла. — Ох, мисс Грэнж, — закряхтел Слизнорт. — Вы перегрели смесь. Проверьте, никого не задело… Ох, слава Мерлину… Обращаюсь ко всем, будьте крайне внимательны на этом этапе. Ровно двадцать пять секунд. В противном случае испарения вступают в бурную реакцию… Дальше она не слышала, смотрела только на Малфоя. Его руки опущены, грудная клетка вздымается. Голова повёрнута на неё, и всё внимание отдано только ей. Разница в росте у них не особо большая, но сейчас Кэт чувствовала себя такой непривычно крохотной… Мышью, мелким грызуном перед пастью огромной лисы. Волосы на затылке встали дыбом, ладони вспотели. Ещё никто и никогда не смотрел на неё с такой жестокостью — серой, ледяной. Секундной слабостью желание убежать разнеслось волной по телу. Впервые она ощутила перед ним страх. И всё это не из-за лопнувшей пробирки, нет. Глаза, они показывали то, чего никогда в нём не было до этих пор — знания — как замучить до желания смерти и убить, слыша мольбы о спасении. Они на едва уловимый миг вернули в битву за Хогвартс, где мука и гибель являлись неотъемлемой частью. Такой взгляд был у тех, кто сотворил войну. Хотелось что-то сказать, лишь бы сбросить оцепенение, но она смогла только открыть и закрыть рот. Потянуло кровью. Кап… Кап… Алые капли срывались с пальцев на его левой руке. Одна, две — разбились о пол. Три, четыре, пять — на секунду застыли, едва не коснувшись серого камня, и быстро исчезли. Звук голоса заставил вновь поднять глаза на Малфоя. Холодное, до жутких мурашек безразличное лицо. — Грэнж. Сядь, — твёрдый приказ, снова. Да что с ней такое? Повиновалась, села на стул. Словно вынырнула из толщи воды. Жужжание класса, бурлящее зелье, Слизнорт, сующий нос в чужие котлы. Страха будто и не было. Вновь голос Малфоя, недовольный, грубый, но обычный. — И больше ничего не трогай. Он часто заморгал, рассеянно бегая взглядом по столу — искал, за что бы взяться. Словно вернулся в своё прежнее состояние. Напугал лишь на пару мгновений, а теперь стал обычной версией себя. Обыденно достал из кармана мантии два пластыря и заклеил раны на пальцах. Странно, он всегда их с собой носит? Она не раз смотрела в глаза убийцы, и когда-то сама смерть распахивала свои объятья. С Малфоем очень похоже, но всё же иначе. Он не убийца, но, возможно, склонен к этому. С него на короткое время слезла шкура школьного задиры, показывая нутро Пожирателя Смерти. Оставшуюся часть урока Кэт просидела на стуле, даже не притрагиваясь к зелью. Лишь изредка бросала короткий взгляд на соседа. Проверяла, может ей показалось или внутри него действительно сидит нечто тёмное, жестокое, и оно готово вырваться наружу, как только ослабнет поводок. Наверно, теперь он плохо его держал. Зелье вышло идеальным, как и у Гермионы с Гарри. Слизнорт поставил «превосходно» всем троим, Кэт — «выше ожидаемого». Ей и этого хватило. Напортачила и просидела часть урока без дела, но обещанный маленький флакончик с тремя каплями получила. После урока Джинни потащила всех в безлюдный уголок. Вид у неё был крайне довольный. — Дамы и господа, сегодняшний лот — отменная, наисвежайшая слизеринская кровь, — победоносно и демонстративно она протянула в центр их кружка маленькую пробирку, на четверть наполненную красной жидкостью, — Этого хватит? — Да! — улыбалась Гермиона, забирая добычу, — Девочки, вы умницы! — Ох, ну что вы, я лишь гений мысли, — приложив ладонь к груди, театрально смутилась Уизли, — Спасибо Кэт и её таланту к зельям. Грэнж раскланялась, как перед публикой, Гарри захлопал. Кровь они достали, дальше всё зависело не от Кэт, а значит, в сознании освободилось место. На смену старому всегда приходит нечто новое. Там, крохотным зёрнышком зарождалась идея, она чувствовала это. Знакомый запах и обстановка пробудили, казалось, пустяковое воспоминание, которое по своей сущности должно было кануть в Лету. Зелье «Выход» когда-то готовилось в стенах замка.