Помни о ближнем.

Дазай стоял в кабинете босса и ждал указаний. — Необходимо избавиться от организации. Тебе и Акутагавам. Верлен не может по некоторым причинам, поэтому и Гин на тебе. — Ясно. Я могу идти? — взял папку с информацией. — Да-да, иди. Осаму, оказавшись за пределами кабинета, начал просматривать документы и вздохнул. Он постучался, как только дошёл до комнаты Гин и Рюноске. — Здравствуйте.? — открыл ему невыспавшийся и потрепанный подросток. — Привет. Собирайтесь, оба. Сейчас пойдем на миссию. Через пятнадцать минут все уже были готовы и шли к месту назначения. — База организации находится в лесу. Мы притворимся, что в походе. Всё для этого я уже подготовил. Дальше действуем по ситуации, и слушаем, что я говорю. Если есть или будут вопросы — задавайте, — Дазай раздал обоим по походному рюкзаку. — Почему нельзя сразу от них избавиться? — с плохо скрываевым недовольством спросил Рюноске. — Что тебе о них известно и как ты это себе представляешь? — Акутагава на это промолчал. Через некоторое время они были на месте. Дазай поставил палатку и кивком головы в сторону показал, что идёт осматривать территорию, так что марш в укрытие. Дети так и сделали. В то же время в стенах организации прошли небольшие переговоры. — Командир! Тут три подростка в походе. Один грибы собирает, другие в палатке, — подчиненный мониторил камеры. — Неважно. Если узнают хоть что-то — избавимся от них. Это всё? — Так точно! По плану Дазая палатку поставили на ближайшем безопасном расстоянии, чтобы их не заподозрили. Вскоре Осаму вернулся к ребятам, они ели что-то из рюкзака. — Не голодные? Отлично. Если хотите в туалет, то идите сейчас. — Мы не маленькие, — возмутился Акутагава. Осаму закатил глаза. — Я спрашиваю не поэтому. — А поче… Осаму присел на корточки и отодвинул ткань. — А потому, что сейчас мы идём на разведку и я не хочу слушать урчание живота или видеть лицо человека, который хочет туда. — Только на разведку?.. — Да. Дазай чуть откопал землю, там показалась труба. — «Слегка перестроил их секретный проход, ничего сложного.» Разведка прошла успешно, никто ничего не заподозрил, все вернулись в палатку. Был уже вечер. Дазай вновь ушел, в этот раз по ягоды, а Акутагава тем временем обратился к Гин. — Я запомнил более выгодные проходы, местоположение базы. И знаю, как пробраться туда незаметно. — Что ты предагаешь? — Избавиться от них самостоятельно. — Но Дазай-сан прав, нам ничего толком о них неизвестно. После десятиминутной беседы Гин всё же согласилась. Они тихо вышли из палатки и начали незаметно пробираться. Вот только кое-чего они не учли. — Так-так-так, что это мы устроили? Дазай опустил корзину ягод на землю и поднял обоих за шкирку. — Ну, мы… — в один голос начали оправдываться подростки. — В палатке поговорим. Схватил обоих за ухо, и не забыв про корзину, повёл внутрь. Минуту спустя. Дазай скрестил руки на груди. Перед ним на коленях, опустив голову, сидели Акутагавы. — Ну и? Рюноске попытался объясниться. Настроение учителя не улучшилось. — Скажите спасибо, что я успел вас поймать. Устрой вы переполох — не факт, что вообще выжили бы. С такой стороны, Рюноске, кажется, не рассматривал. Он на мгновение представил их с Гин труп и сожмурив глаза, мотнул головой. Дазай смотрел по-прежнему спокойно и строго. — Вы столько находитесь в Мафии, детишки, но до сих пор не научились думать? Кажется, мне придётся вас к этому подтолкнуть. А задание подождет. Пойдите сюда. Дазай всё это время сидел перед ними на походном стуле. Рюноске и Гин выполнили указание. — Сейчас я высеку вас ремнём, чтобы вы больше никогда не думали действовать настолько глупо. Рюноске, ложись ко мне на колени. Гин, подойди к краю палатки и встань к нам спиною. Потом поменяетесь. Акутагава тут же выполнил приказ, опасаясь разозлить наставника еще больше. Его сестра, как и было сказано повернулась и отошла, с трудом сдерживая подкативший к горлу комок. Но плакать было рано. Выудив из штанов свой черный ремень, который надолго запомнится этим детям, Дазай сложил предмет пополам и опробовал на раскрытой ладони. От звука оба ребёнка дернулись. Дазай оставил это без замечаний и задумался о том, сколько силы вложить. Нужно сделать всё так, чтобы при дальнейшем выполнении миссии последствия наказания не помешали. Плюс к этому, выносливостью выросшие в трущобах дети не отличались. Определившись, Осаму положил руку на спину ученика и надавил. Штаны тому снял только до трусов, что сделает позже и со вторым провинившимся. Посыпались быстрые удары, каждый пятый с оттягом. Рюноске дрыгал ногами и сдерживать слезы. Тонкая ткань не спасала. Гин дергалась от каждого стежка, словно наказывали её саму. Вскоре они поменялись. И оба были уверены, что их чувства ни капли не отличались. Разве что стоять выпоротым в углу было больнее и стыднее. Осаму поставил Рюноске на ноги и велел отойти в своеобразный угол. На дрожащих ногах он сделал это. Признаться честно, Акутагава старший думал, что не выдержит. Но не ударов, нет. Больше всего его затронули сдавленные всхлипы сестры и свист ремня. Он готов поклясться, что выдержал бы в десять, нет, в сто раз больше, только бы били его, а не её. Словно прочитав мысли детей, Дазай сделал замечание, не прерывая порку. — Я бы не согласился наказывать только одного из вас. Если вы не поняли, то это тоже часть вашего наказания. Своеобразный урок: последствия ваших действий скажутся не только на вас самих. Гин, будто подражая брату, старалась не переходить на крик. Но даже если Дазай порол одинаково, реакция отличалась. Девочка пыталась удержаться в одной позе и не дрыгаться. Оба получили по 25 ударов. Жопа болела, у обоих слезились глаза. — Я надеюсь, вы всё поняли. Скоро ночь, тогда с организацией и разберёмся. А сейчас отдыхайте. Наказанным детям только и оставалось лечь на животы и заснуть. Оставшаяся миссия прошла успешно и сейчас все спокойно собирали походные рюкзаки. Дазай заметил зажатость и смущенность со стороны Акутагав в его сторону, но предпочёл ничего по этому поводу не говорить. Нормально сидеть они не смогут несколько дней точно, а боль какая-никакая продержится неделю. Когда дети всё собрали, то подошли к Дазаю. — Простите нас! — они поклонились. — Э? Да ладно вам. — Мы правда больше не будем, — синхронно заплакали и обняли. — Ну вы чего?.. — окончательно растерялся парень. В голове у него вертелось: «Окей гугл, что делать, если дети плачут». Все трое спокойно вернулись в ПМ. У ребят были чуть покрасневшие глаза и лица от слез, чего проходившие мимо работники не замечали или старались не замечать. Дазай на прощание шлепнул их по попе, как напоминание, чуть позже отчитался по миссии перед Мори без некоторых подробностей и наконец вернулся домой.