Часть 12

      Опять потекли дни. Я уже накупила приданого малышам. Коляску пока не стала — у меня было очень много помощников, которые с радостью притащат то, что мне нужно для двоих детей. И не только. Я решила так: после родов первый месяц посижу дома, потом буду решать, что и как. Никто же не знает, какой характер у мелких будет? И я, и Сашка — мы оба такие… ну, неспокойные. В кого бы детям быть, как не в нас? Даже пол не давали рассмотреть на УЗИ, ни тот, ни другой! Но главное — чтобы с ними было все в порядке. Примерно в середине седьмого месяца моей беременности я как обычно вышла на работу. Был вторник, октябрь выдался на удивление сухим и относительно теплым. Я не спеша шла в ресторан — мой рабочий день начинался в двенадцать, а не с утра. Как обычно, переоделась, навела марафет и принялась мониторить обстановку. И тут ко мне подошел официант Гоша. — Виктория Аркадьевна, там клиент недовольный. — он показал направление рукой. — Подойдите? — Чем именно недовольный? — Ему не нравится дизайн интерьеров. — Так может, ему книгу жалоб? — Нет, просит арт-директора. — Ладно, подойду!       И я пошла, причем по дороге меня обуревали некие тревожные предчувствия… Не подвела чуйка! Пипец! За столом, вальяжно откинувшись на спинку мягкого кресла, сидел… Воропаев! Собственной рыжей персоной! — Добрый день! — тем не менее, я вежливо улыбнулась, стоя перед ним. Какой-никакой, а клиент. — Как вам наш ресторан?       Он не удивился, увидев мой живот. Вообще не удивился. Неужели следил за мной? — Ну здравствуй, Виктория. Вижу, устроилась ты неплохо. — Не жалуюсь. Мне сказали, что тебе не понравился наш дизайн? — Нет, не понравился. Ремонт не планировали? — Пока нет. — Зря. Отпугиваете клиентов! — И чем же?       Паразита не смущало, что я беременная перед ним стою. И словно прочитав мои мысли, он спохватился: — Присаживайся. Разговор будет долгий. — Как скажешь, — я села напротив. — Так что именно тебе не нравится в дизайне? — Арт-директор. — Не вписываюсь в интерьер? — усмехнулась. — Или ты из тех, кому беременные портят аппетит? — Беременные в целом нет. Но ты — да! — То есть претензии конкретно ко мне? — Да. — Хорошо, я передам владельцам ресторана твое пожелание исключить меня из интерьера. Заказ делать будешь? — А что бы ты предложила? — Я могу тебе предложить только книгу жалоб. Но вот у тебя на столе есть меню. — Меню — это хорошо. Как у вас обстоят дела с мясом? Давно не ел телятины. А ты пробовала? — Я пробовала все, что есть в этом ресторане. Можешь смело заказывать, вкусно. — А ты со мной пообедаешь? — Нет, я на работе. И не хочу тебе портить аппетит.       Гоша подошел по моему знаку. — Гоша, наш гость готов сделать заказ. Всего хорошего.       Если Сашка и хотел что-то еще сказать, то я такой возможности ему не дала. Гордо ушла, не глядя на него, хотя внутри все клокотало от гнева. Вот же урод! И тут мне покоя не дает! Не удивился тому, что я беременна. Неужели он знает? Да откуда бы? Вот же… Воропаев! — Вик, чего хотел? — ко мне подошла Лина, администратор. — Знакомый. Считает, что я не должна работать здесь. — Это с какой стати? — А у него цель такая — выжить меня отовсюду, где я устроюсь. Он и на прошлой работе меня уволить пытался. — А чего так? Не поделили что? — Да такой человек просто, Лин. Не бери в голову. Мне через два дня в декрет. Если начнет волну гнать, так и пораньше уйду. — Он, между прочим, так на тебя смотрел! — Д, я его уже давно раздражаю… — Вика! Не об этом речь! Да он сожрать тебя глазами хотел! — Обойдется! Хватит с него и телятины…       Лина рассмеялась, а я пошла в помещение кухни.       У шефа и владельца как раз выдалась свободная минутка, он болтал с Катей по телефону — она собиралась с утра в налоговую, видимо, звонила с отчетом. Но вскоре разговор был окончен. — Миша, там Воропаев сидит… — сказала я. Борщев округлил глаза. — Да ты что? Александр приехал? — Не поняла… Вы что, близко общаетесь? — А… что? — а глазки-то забегали! — Извини, пойду, поприветствую важного гостя! — и предатель смылся. Так вот почему Сашка не удивился моей беременности! Ему обо мне докладывали! В полном офигении я набрала Катю. Уж если и она в курсе… ну я тогда не знаю, кому вообще можно доверять! — Кать, привет. Можешь говорить? — Вика! Что-то случилось? У тебя странный голос. Ты там рожать не собралась? — А? Нет. Пока нет. Слушай, у нас в зале сидит Воропаев. И походу, это Миша его пригласил. Ты знала, что они общаются? — Ну да. А что? Стоп! Ну-ка, ну-ка? А чего ты так заволновалась? — подозрительно спросила она, и я поняла, что чуть не спалилась. — Да потому что он сказал Гоше, что недоволен дизайном нашего ресторана, велел позвать меня и порекомендовал мне уволиться, потому что я в интерьер не вписываюсь! Слушай, может, мне и правда уволиться? А что? Папа меня прокормит, да и декретные скоро будут. А вам зачем проблемы? Он ведь не успокоится, начнет волну гнать, а вы только раскрутились… — я тараторила без остановки, на одних эмоциях. Вообще это от беременности, но может еще и от того, что все-таки что-то от Виктории во мне осталось… — Вика, остановись! — Катя повысила голос, прерывая мой словесный понос. — Никто не будет тебя увольнять, поняла? Уверена, он это не всерьез! — Ладно, я подумаю… — Давай ты пока не будешь думать? Ну посиди где-то внутри, пока он не уйдет? Говоришь, Миша его пригласил? — Они точно часто общаются, вероятно, когда он в Москву летает! — Ты главное не волнуйся. Тебе рожать скоро! — Вот именно — мне рожать скоро, а тут такой стресс! — У тебя официальный декрет через два дня. Просто отдай мне свой чертов больничный и отдыхай. И Воропаев будет доволен, что ты не интерьере. — Да, точно! Спасибо, что напомнила! Ты ведь скоро будешь? — Да, я уже еду, вот, в метро спускаюсь. Дождись, не убегай, ладно? — Договорились. Спасибо! — Не за что!       После разговора с Катей стало немного легче. Катя не в курсе, не знает, что ее женишок стучит Сашке! А вот Борщев наверняка знает, что я беременна от Воропаева! Да блинский! Вот ведь… надо было выбирать другую стезю! Гад рыжий! А я уже подумала — всё, оборвались концы! Вот же как не вовремя-то! Что делать, что делать…       В итоге я забурилась в Катин кабинет и уселась на диванчик. Потом прилегла и сама не заметила, как задремала. Проснулась от того, что меня осторожно теребили за плечо: Катя вернулась. — Не стала тебя раньше будить. Ты как? — Нормально, — села, выпрямилась. — А сколько я спала? — Не знаю. Ты когда начала спать? — Да практически сразу после того, как поговорила с тобой. — Стало быть, два часа. — Вот! Тихий час закончился! — я потянулась. — Давай, приводи себя в порядок. Надо поговорить, — сказала Пушкарева.       Я сползала в служебный туалет, заодно умылась, поправила макияж. Вернулась в ее кабинет. — Готова к разговору! — Я поговорила с Мишей. И с Воропаевым тоже. — И? Что ему надо? — Он знает, что ты беременна от него, Вик. — Откуда, блин?! — вырвалось у меня. — Он тебе сам расскажет. Для меня вот тоже был сюрприз. Но я понимаю, почему ты не рассказала. — Ты что, его сюда притащила? — с подозрением посмотрела на нее. — Нет, он ждет тебя в зале. Не обижайся, но вам и правда лучше поговорить. — Угу. И желательно подальше отсюда, чтобы гостей не распугать… — пробормотала я. — Гостей не надо пугать нигде, — улыбнулась Катя. — Вика, ты что, боишься его? — Его-то? Нет. Но нервы он мне точно потреплет. Собственно уже начал. — Так может это потому, что он не знает моих мотивов? — Катя, какие мотивы? Я тебя умоляю! В прошлый раз, когда он думал, что я беременна, он хотел меня в Гондурас отправить! — Что?! Погоди, так ты… тогда… — Тогда женсовет с какого-то перепуга решил, что я беременна, ну я и подхватила идею, чтобы с Ромки бабла срубить, а то и женить его на себе. А Кира случайно Сашке в разговоре сболтнула по телефону, ну он и подорвался воду мутить. Так что в этом случае я, наученная горьким опытом, решила самостоятельно выбрать место проживания. Мне от него ничего не нужно было! Чего он приперся? — Вика, а если предположить, что он любит тебя?       У меня вырвался нервный смешок. — Ага, Воропаев любит меня. С чувством юмора у тебя все в порядке, Пушкарева! — Ты же его совсем не знаешь! — Так в том и дело! То, что я уже знаю о нем, не сулит ничего хорошего! Нет, надеяться на то, что вдруг произойдет чудесное преображение, и он из хама и пошляка превратится в нежного и заботливого мужчину моей мечты, конечно можно… Но не факт! А проверять и рисковать с ребенком внутри желания не было никакого!       Да, ситуация складывалась отвратительная. Приперся. Чего он хочет? Заявить права на наследника? Значит, надо напрягать папу насчет адвоката. Да, папа поможет! Не позволю отобрать у меня моих малышей!       От этой мысли я преисполнилась решимости. Он хочет войны? Он ее получит! Тоже мне, борец с беременными женщинами! В интерьере я ему не нравлюсь! А он… а я его вообще видеть не хочу! Ни в каком интерьере! — Вика, не накручивай себя, а? — Катя, видимо, по моему лицу поняла, что мои мысли принимают деструктивный характер. — Просто спокойно поговорите — и все. Вообще Миша говорит, он интересовался тобой все это время, о твоем здоровье спрашивал… Значит, ты точно ему небезразлична! — Скорее всего, больше его интересовало, с кем я трахаюсь, чтоб потом обвинить меня в нетяжелом поведении! А то я Воропаева не знаю! — уже спокойнее пробурчала я. Ну как же не хотелось с ним говорить! И вообще видеть его не хотелось! Но однозначно придется… — Вика, давай ты все же постараешься успокоиться? — примирительно сказала Катя. — Работать сегодня не надо. Просто иди к нему, и поговорите нормально, хорошо? Можете даже тут. Вон, скоро кабинет освободится, хоть до двенадцати сидите! — До двенадцати? Да я и получаса не выдержу наедине с этим!..       Блин, я неадекватна, это факт. Чего я так переполошилась? Не иначе рожать прям скоро. Гормоны, будь они неладны! А всё из-за этого негодяя Воропаева! — Может он и негодяй, но ведет себя смирно, на людей не бросается…       Черт, я что, это вслух сказала? Я ухмыльнулась: — В отличие от меня, да? — Ты пока тоже. Иди к нему, а? — Ладно. Сейчас. Сумочка моя где? — Вот твоя сумочка, — Катя подала мне ее. Достала зеркальце, проверила, как выгляжу: вроде нормально. Пошла. По дороге встретился Миша. Я посмотрела на него, как Сталин на врага народа, Борщёв проникся. — Вик, да он ничего тебе не сделает! — вяло попытался оправдаться шеф. — А может, я ему? — хмуро отозвалась и пошла дальше. Вот влипла! — Тогда мы его не будем спасать, договорились? — И на том спасибо! Хоть какое-то моральное удовлетворение!       Шутливая перепалка немного подняла настроение. Вот только это как мертвому припарки! Потому что Воропаев мне его обязательно испортит. Всегда портит, даже если не старается! А сегодня он наверняка будет в ударе…       Вышла в зал и поплелась к его столику — он все еще сидел там. Неграциозно опустилась напротив и хмуро посмотрела на него. — О, ты уже освободилась? — заулыбался, гад. Чего лыбишься? Наговорил гадостей, и радуешься? Думаешь, я тут с тобой политесы разводить буду?! — Ага, досрочно… — хмуро сказала я, всем своим видом демонстрируя мое к нему презрение. Но ему, кажется, было вообще пофиг, что я чувствую! Впрочем, ничего необычного, типичный Воропаев… — Вот и отлично! — с энтузиазмом произнес он. — Так, мне Миша обещал свободный кабинет, чтоб никто не мешал и не подслушивал… — Кабинет свободен, — подскочил Гоша. Я смерила его тяжелым взглядом: еще один предатель! Хотя нет, он же не в курсе… — Пошли! — Воропаев вскочил и хотел было подойти ко мне, чтобы помочь встать, но за него это сделал Гоша. Он же и проводил нас туда. Вообще в кабинете я не была еще даже. То есть была, но не ела. Так, проверяла, всё ли в порядке с интерьером. А вот и предоставили возможность. Гоша подвинул стул, я уселась. — Думаю, сейчас ты проголодалась. Не откажешься перекусить? — Гоша, мне как обычно, — вздохнула я, подняв глаза на официанта. — Сделаю! — кивнул он и уставился на Сашку. Тот покачал головой. — Мне двойной эспрессо. — Сию минуту! — вышколенный официант удалился, оставив нас наедине. — И что же ты обычно заказываешь? — И о чем ты хотел поговорить? — А ты не догадываешься? — А мне в лом играть в угадайку… — Ладно, тогда я прямо спрошу, и надеюсь, ты не уйдешь от ответа. — А давай ты вопрос — потом я вопрос? — Договорились. Я первый. Ты беременна от меня? — Да. Моя очередь. Как ты узнал о том, что я беременна? — Я мог бы сказать, что от Мишки, но это не так. Ты посеяла в туалете «Зималетто» направление на анализ крови с диагнозом «беременность 8-9 недель». Марина отобрала его у Тропинкиной. Почему ты мне не сказала? — Потому что не хотела, чтобы ты снова мучил глобус, выискивая, куда бы меня сплавить, чтобы я не опозорила твое честное имя. И вот, сплавилась сама. Не то чтобы я боялась, что у тебя действительно получится, просто хотелось спокойной жизни. Без конфликтов. Чем ты надавил на Мишу, чтобы он поставлял тебе сведения обо мне, не говоря об этом Кате? — Некорректно сформулирован вопрос! — он усмехнулся. — С Мишей мы действительно подружились. Я знал, что ты под надежным присмотром, что у тебя все в порядке со здоровьем, и правильно, как сейчас очевидно, понял, что меня ты видеть не желаешь. Оставалось только наблюдение, держать руку на пульсе. Не стоит злиться на Мишу, он хотел тебе добра. А решение не говорить Кате он принял сам, понимая, что вы подруги, и она не удержится от рассказа тебе. Когда тебе рожать? — В течение месяца-двух. В декрет выхожу послезавтра, но поскольку у меня двойня, роды могу начаться в любой день, даже сегодня. Почему ты приехал сейчас? — Двойня? Обалдеть… — он улыбнулся. — Этого Миша не знал. А приехал я потому, что вчера передал все дела в «Зималетто» Жданову и стал свободен, как птица. Захотелось тебя увидеть и наконец всё прояснить. Ты меня ненавидишь? — Нет. Просто нервничаю, потому что не знаю, чего от тебя ожидать. Уже догадалась, что тебе что-то от меня нужно, раз ты следил и даже приехал. Так могу я узнать, что именно? — Странный вопрос. Если я приехал — наверное, не для того, чтобы просто поругаться. Я хотел бы принимать участие в воспитании ребенка. То есть детей. Или ты принципиально против? — Я не против. Я все время боялась, что ты захочешь… отнять… — С ума сошла? — он недоуменно уставился на меня. — Вика, ты серьезно?! Нет, ты правда считаешь меня таким монстром? Я никогда не собирался этого делать! — Откуда мне было это знать? Ко мне ты относился всегда как к обслуживающему персоналу, ну или к девочке по вызову. Я была уверена, что сама по себе я тебе не интересна и что ты вообще забудешь о моем существовании, когда я пропаду из поля зрения. Но ты узнал о моей беременности, следил за мной, приехал именно тогда, когда роды совсем близко, значит, тебе интересен именно ребенок. Пойми, я не против того, чтобы ты действительно попробовал себя в роли отца ребенка, но отобрать не позволю! — Охренеть… — он выдохнул, глядя на меня потухшим взглядом. — Просто охренеть! Как мне убедить тебя в том, что я не собирался этого делать? — Не знаю. Я просто не доверяю тебе, в этом все дело. Да и ты имеешь полное право не доверять мне. Что тут можно сделать — пока не представляю.       Мы замолчали. Кажется, я уже успокоилась. Да и он растерял боевой задор. Даже жалко его стало: и правда, намалевала из мужика монстра. Не удосужилась узнать как следует. Может, и стоит дать ему шанс…