Часть 2

— Чтобы больше такого не было. Алина, ты слышишь меня?       Наташа ходила туда — сюда в домашнем халате, пока Алина застегивала сапоги и поправляла школьную форму. Простенькое черное платье с белым фартуком.       Вчера сестра пришла следом за ней, не вытерпев часа разборок с теми, кто помог Алине сбежать из общежития. Крики разнеслись по всей общаге, и Алине было неловко перед парнями из сто третьей квартиры. Они безо всяких сомнений спустили ее вниз по связанным между собой простыням, поддержав юношеский бунт и желание сбежать на дискотеку. Алина намеревалась зайти к ним, чтобы извиниться за предоставленные проблемы в виде ее разъяренной старшей сестры.       Нина Сергеевна — комендантка, которая старожила проходную, была поражена не меньше, чем Наташа, увидев Алину, которая появилась с другой стороны входа. Решение Алины пройти через главный вход оказалось ошибочным, но в тот момент она не была в настроении строить планы, чтобы незамеченной проникнуть в общежитие. Ей пришлось столкнуться с гневом пожилой женщины. — После школы сразу в общагу. — Трещала Наташа без умолку. — У меня ночная смена в больнице. Остаёшься одна. И без глупостей. — Не переживай. Со мной все будет хорошо. — Заверила Алина, закончив одеваться. — Я буду в комнате. Нужно математику подтянуть.       Наташа крепко обняла младшую и поцеловала в макушку. На танцы она больше не попадёт. Подруг родители не пускают, и комендантка теперь как сокол будет следить за ней. Алина обняла сестру в ответ. И Наташу ей не хотелось больше тревожить. — Я же переживаю за тебя, Алинка. — Уже мягче произнесла Наташа, опустив кисти на плечи младшей. — Тебе остался последний год в школе. Поедешь в Москву же поступать. — Я тоже за тебя переживаю, когда с тобой рядом этот бандит. — Не смогла промолчать Алина, поднимая школьную сумку с пола.       От упоминания уличных пацанов Алину перекосило, а Наташа закатила глаза. В моменты, когда у сестры блестят глаза при упоминании Вовы Адидаса, Алина чувствует себя старшей. — Вова хороший. — Настаивала Наташа. — Хорошо закрывать глаза на поступки, которые он совершает и потом гордо рассказывает. — Алина. — Наташа вздохнула. — Иди в школу. Опоздаешь.       Морозное солнечное утро приветствовало Алину тусклыми лучами, когда она быстро добралась до школы, встретившись по дороге с двумя подругами — Юлей и Динарой. Алина подцепила подруг под локти, и они неторопливо шли к школьным воротам, наблюдая, за суматохой вокруг. Дети торопились побыстрее зайти в теплую школу, толпясь в проходе. Девочки поднимались медленно, пропуская всех спешащих. Мимо проходящие взрослые торопились больше, чем школьники. Кто — то опаздывал, кто — то поскользнулся на льду. Все они стремились скорее окунуться в тепло и уют аудитории, которые уберегут от морозного ужаса, царившего на дворе.       Школьная раздевалка была полна суеты и шума. Дети, толпившись друг к другу, старались занять самые удобные места. В центре внимания были те, кто бросал куртки в самом начале, чтобы схватив ее на ходу, броситься в погоню по улице. Алина, ее подруги и ещё несколько школьников решили не смешиваться с этой суматохой и вместо этого ждали в коридоре, пока толпа развеется во все стороны. И вот, когда гардеробная опустела, они вошли. — Вчера я была на дискотеке, — призналась Алина, повесив куртку на крючок.       Две девушки, неожиданно позволив себе замереть в восторге, оживились. — И как там? — спросила Юля с блестящими глазами, вслушиваясь в приключение Алины. — Была ли громкая музыка? Много мальчиков? И что насчет медленных танцев? — Тебя Наташа отпустила? — Брызнула Динара, расслабленно разглаживая фартук на своей юбке.       В отличие от мечтательной Юли, Динара была серьёзна. Она часто отговаривала их от странных затей. Алина знала о том, что Динара послужила её глазами в мир. Когда все девчонки сходят с ума по хулиганам, она даёт им отпор. — Нет, Наташа меня не отпускала. Я сбежала из общежития. — Алина улыбнулась, убирая прядь за ухо. — Там так здорово, девчонки. Музыка, танцы и…       Алина замолчала, вспомнив вчерашнюю стычку. Пустая улица и она в окружении трех группировщиков. Один из которых помешал её побегу. — И? — Любопытно протянули обе. — И хорошо, что нам запрещают туда ходить. — Подытожила Алина, услышав разочарование. — Там много парней из банд, драки и беззаконие. — Я слышала, что там и вчера драка была. — Поделилась слухами Динара. — Кто-то из «Универсама» и «Разъезда».       Алина не разбиралась в уличных группировках, но в этом мире полном опасностей, ей было ясно, что такие стычки далеко не редкость. Она могла только представить, каким образом происходят эти драки, и это вызывало в ней неопределенное чувство тревоги.       Алина смотрела на Динару, удивляясь ее знаниям о каждом уголке города, о каждой возможной организованной преступной группировке. Одна Юля мечтала стать девушкой бандита, пробивая себе путь в опасный мир криминала. Но Алина проще видела будущее своей подруги.       Она постоянно отговаривала Юлю от таких мыслей, предостерегая ее от вступления в опасное партнерство. Но подруга была человеком с мечтательной натурой, утверждая, что все может быть хорошо и никто не посмеет коснуться ее. Она просто верила в свою неприкосновенность.       «Свою не тронем», — повторила Алина в уме слова вчерашнего парня.       Но Алина другого мнения. Она подозревала, что это лишь иллюзия безопасности, созданная в воображении. Они обсуждали это далеко в ночь, делясь взглядами и сомнениями, и в их разговоре всегда было присутствие страха. — Когда ты успела узнать? — Поинтересовалась Алина, надеясь сменить тему. — Пока шла до Юли, встретила Сабиру из параллельного класса. А она вчера там была. — Динара, ты прямо как радио, — подделала Юля, смеясь.       Динара с привычно хмурым для неё выражением лица одарила Юлю тяжёлым взглядом. В такие моменты казалось, что она старше их на несколько лет.       Показав язык, Юля сорвалась из поля зрения своих подруг, крепко прижимая к груди свой старый кожаный портфель. Алина, наблюдая за этим забавным поведением, улыбнулась. Их дружба началась еще в пятом классе, и они надеются, что она продержится на протяжении всей жизни. Ведь они такие разные, но с легкостью понимают друг друга. Динара закатила глаза на ребячество Юли и потянулась за свой сумкой, которая висела на соседнем крючке.       Внезапно прорвался пронзительный крик Юли, и Алина с Динарой моментально бросились к ней, чтобы узнать, что произошло. Приблизившись, они заметили, что Юля сжимает ладони у рта, а ее глаза округлились от ужаса. Среди множества курток, в конце первого ряда завязалась дака. — Деньги гони. — Прокричал незнакомый парень, прижимая другого к стенке. — У меня нет денег. — Испуганно ответил он, понимая, что попал в неприятную ситуацию. — Если найду, пропишу в фанеру еще раз. — Пригрозил бьющий, пытаясь запугать мальчишку.       Алина и Динара сразу же встали перед подругой, чтобы защитить ее от угрожающего образа, который разложился перед их глазами. Пухлый парень, не обращая внимания на возникающую бурю эмоций у девушек, в компании ещё двоих зажимали мальчика у стенки. Они жестоко обходили младшеклассника, который отчаянно пытался прикрыть нос ладонью, пальцы которой были испачканы кровью. Вопящая боль от удара не позволяла мальчику отвести глаза от своих мучителей, но всё же его взгляд нацелился прямо на Алину, жаждущую помочь.       Снова кто — то из группировок устраивает хаос. Как же раздражала их безнаказанность. — Юля иди в класс. Мы догоним.       Алина отдала подруге сумку, где лежали и её сбережения на хлеб. Юля кивнула и, сжав сумку в руках быстро убежала из раздевалки. Мальчик вскрикнул от ботинка, попавшего ему в живот, и немедленно получил удар по губам. Он рухнул на пол, громко кашляя и прижимая руку к животу. — Эй, хватит уже! У него нет денег. Оставьте его в покое. — Крикнула Алина, первой привлекая внимание. — Стал совсем смелый Искандер. — Дерзко добавила Динара. — Давно в милиции не был?       Обидчики, повернувшись, на мгновение потеряли интерес к своей жертве. Однако вскоре они снова обратили на нее внимание. Алина решила сделать отчаянную ставку на то, что в присутствии посторонних они остановятся. — Снова вы? Че, правил так и не запомнили? — Наехал на них Искандер. — Идите, пока целы, старшеклассницы.       Не первый раз, Алина и Динара мешают ему закончить дело. Но в этой жизни все меняется, и Искандер уже был не тем слабаком, толстым парнем, что всегда старался избегать конфликтов. Сильный, уверенный и, кажется, бесстрашный, он распустил свой хвост, как молодой петух, готовый разорвать всех вокруг на куски.       Алина взглянула на Искандера с отсутствующим взглядом, словно презирая его жалкую попытку запугать. Она давно привыкла к его грубому поведению и пренебрежению к другим. Несмотря на это, каждый раз она не могла оставаться равнодушной к униженным и обиженным, которых Искандер постоянно издевался.       Поговаривали, что Искандер сам проходил через ад, когда ещё был слабым и беззащитным. Этот опыт должен был сделать его сильнее, но вместо этого он стал похож на эгоистичного монстра, который испытывает наслаждение от малейшей своей власти над другими.       Искандер подошел ещё ближе к Алине, с такой уверенностью в походке, будто считал её менее достойной. Он был заблудившимся маленьким ребенком, и его осознание этой истины просто разъедало его душу. Очевидно, что в своем стремлении к власти, он потерял самое главное — свою человечность.       Алина снова ощутила гнев, но она понимала, что вступать в схватку с Искандером было тщетно. Она выбрала другой путь. Возможно, однажды он поймет, что настоящая сила не заключается в унижении других, а в том, чтобы защищать и поддерживать тех, кого можно считать своими. — Школа нейтральная территория, — продолжала Алина, не теряя присутствия духа. — За ней разбирайтесь с кем угодно.       Лысый, присмотревшись к девчонке, что — то шепнул на ухо пухлому товарищу, на что тот тоже на неё посмотрел. У Алины бегут мурашки по спине, но присутствие Динары рядом приободряло. — Да, знаю я. После школы снова встретимся. — Кинул через плечо стонущему парню.       Девушки проследили за тем, как Искандер с дружками покинули раздевалку, помогли мальчишке подняться и повели к суровой, но заботливой медсестре. Курносый мальчик благодарил так, как только мог, стоило Алине усадить его на кушетку в белом кабинете. Улыбнувшись, она вышла в пустующий коридор и взглянула на школьную форму. Белый фартук, когда-то безупречно чистый, был обагрен кровью и уже требовался стирке. Наташа будет ругаться. Динара с не менее мрачным видом осмотрела себя, тихо выругавшись под нос.       Произнося проклятия в адрес всех этих безжалостных группировок, Алина, в конце концов, отправилась на свой уже опаздывающий урок, но с чувством облегчения в сердце. Ее невероятная отзывчивость и самоотверженность — что-то, что заслуживало каждого внимания и уважения. — Встретимся в столовой.       Разойдясь с Динарой в разные коридоры, Алина поспешила к кабинету математики, куда уже знатно опаздывала.       И оказывается, она не одна. На входе в кабинет она столкнулась с парнем, и от его появления на ее щеках несмело заблистала легкая покрасневшая кожа. Дима, цветущий брюнет, давно нравился ей. Он был высоким, спортивным, комсомольцем. И в учебе справлялся неплохо. Когда Дима заметил Алину, он улыбнулся, но его улыбка затухла, стоило обратить внимание на кровавые разводы. — Все в порядке? — Спросил он, озадачено. — Да. Просто помогла кое — кому дойти до медсестры, — быстро ответила Алина, чтобы успокоить его. — Снова бандиты вымогали деньги у младшеклассников? — Догадался Дима, а Алина лишь молча кивнула. — В следующий раз позови кого — нибудь. Мало ли. Они же не видят разницы. — И пока я буду звать на помощь, они изобьют бедного мальчика, отберут деньги и уйдут. — Парировала Алина, сложив руки на груди. — Я предпочту рискнуть. Хотя бы оставить ему деньги.       Дима присвистнул и негромко похлопал в ладоши. Смелости или глупости девушки, не понятно. Но, что — то одно он точно оценил.       Было что-то необычное в ее глазах — искра бунта и решимости, которая вдохновляла его. Ее слова переживали силой, которая заставляла его задуматься о своей собственной храбрости. Она не боялась идти против течения, и в этот момент он тоже ощущал себя сильнее. — Слушай… — Каримов, Алина, вы, почему ещё не в кабинете? — Громкий голос учительницы прервал парня на полу — слове, заставляя его быстро открыть дверь и галантно пропустить Алину первой.       Не теряясь, Алина заскочила в кабинет, шустро пройдя к своей парте. Главное, чтобы учительница не увидела грязную форму. — А почему меня по фамилии? — Возмутился Дима, пропуская и учительницу вперёд себя. Он улыбнулся, зная, что шутка оценится. — Потому что особенный для меня. Как и многие другие.       Уроки текли медленно и монотонно, словно течение бесконечной реки. Каждый день Алина сидела за партой, отчаянно пытаясь записывать информацию и одновременно сосредоточиться на более важных моментах. Однако, чувство утомления и скуки накатывало на нее, заставляя ее сердце взывать к свободе и разнообразию.       Учеба не слишком легко давалась Алине. Каждый день приходилось засиживаться по ночам, изучая тот или иной предмет в надежде усвоить его оптимально. Иногда это требовало от нее массы усилий и выносливости. Знания приобретались с трудом, будто камень, который нужно долго и медленно отсекать, чтобы он превратился в сияющий алмаз.       Но самая большая трудность заключалась в том, что Алина жила в общежитии с взрослыми людьми. Это создавало еще больше давления и эмоционального напряжения. Не каждому подвластно находиться в окружении людей, которые то и дело заходят в комнату с более заманчивыми предложениями, чем сидеть за книгами.       И вот, когда Алина сконцентрировалась, чтобы решить уравнение, на ее колени прилетел скомканный листочек. Она мгновенно определила, что он был послан Димой, который уже давно привлечь ее внимание в абсолютной тишине.       С небольшой улыбкой на лице, Алина подняла глаза и встретила взгляд Димы, который в ожидании замер. Парень был очевидно взволнован и испытывал желание, чтобы она прочитала его записку. Алина, как можно тише положила ручку на парту и, подгадав момент, когда учительница отвернётся, раскрыла комок бумаги. — Каримов, быстро к доске. Отвлекаться меньше будешь на Рудакову.       Алина почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо от удивления и нервного ожидания возможного развития ситуации. Вокруг послышались смешки одноклассников. Но, Алина была заинтригована другим. Что могло быть на том листочке такого важного и интересного, чтобы Дима решил сделать такую рискованную попытку привлечь внимание девушки? Виновато почесав затылок, Дима поднялся с места и поплелся к доске, причитая о том, что не понимает тему. Алина открыла записку, на которой мелким, корявым почерком было написано лишь одно предложение       «Пойдём в кино завтра».       Алина почувствовала, что учеба совсем перестала ее интересовать. Ее мысли овладели предстоящим киносеансом, она размышляла о том, какое платье лучше надеть, как правильно накраситься. Ради своего желания пойти в кино с парнем, Алина была готова пойти на любые ухищрения, чтобы убедить свою сестру отпустить ее.       «Пойдём, если сможешь добиться разрешения у сестры», — написала она, ощущая нарастающую волну собственного возбуждения. Интересно, получится ли у него уговорить Наташу?       Алина бросила бумагу обратно. — Рудакова, тоже к доске. И подготовь объяснения по поводу грязной формы.       Школьный день монотонно подошёл к концу. Уставшие школьники выходили на свежий воздух, волоча сумку почти, что по снегу. Алина успевает повязать платок на голове, как из — за угла выходит Дима одетый в длинное пальто и кепку с козырьком. — Пойдём, провожу тебя, — сказал Дима, лучезарно улыбаясь и забирая у Алины сумку.       Она откликнулась взаимной улыбкой, ощущая лёгкую смущённость и трепет внутри себя. Алина обернулась к подругам, с которыми собиралась идти домой. Не красиво получится. Динара одним взглядом показала, что завтра ждет подробный рассказ, а Юля помахала на прощание. Про то, что произошло в раздевалке ей расскажет Динара.       Под лучами яркого солнца двое школьников направлялись по узкой тропинке, оживленно беседуя о школе и прочих будничных делах. — А потом она заставила меня переписывать каждое слово, — пробормотал Дима, вспоминая прошедший урок русского языка. — Это просто кошмар. У меня до сих пор пальцы в мозолях, словно после долгого писательского марафона.       Алина сожалеюще посмотрела на своего друга. Она знала, что Диме сложно даётся русский язык со всеми его правилами, и красивым написанием букв. Такое задание для него, безусловно, было куда более трудным и изнурительным, нежели для остальных учеников. — Да, учительница может быть очень требовательной, — произнесла Алина, вспоминая собственный случай, когда ей пришлось многократно править сочинение. — Но ты отлично справился. — Она просто зверь.       Алина засмеялась, когда увидела гримасу на лице Димы. Очевидно, ей было весело, поэтому парень продолжил рассказывать шутки. Проходя мимо коробки, которая не пустовала из — за собирающейся там группировки, Алина старалась не обращать на них внимания. Но грубый голос, что раздавался от туда командным тоном, напомнил о вчерашнем вечере. Она всё же оглянулась. Турбо четко проговаривал слова, что можно было прочитать по губам. Старая телогрейка была не застегнута, а под низом виднелась черная кофта. Не опрятно. Он яростно отчитывал какого — то парня в пальто, жестикулируя рукой, вторую держал в кармане. Ярость, злость, агрессия. Алина отвернулась, желая быстрее пройти проклятую коробку. — Не беспокойся, я тебя защищу, — сказал Дима, заметив напряжение в глазах Алины, и подошел поближе. — Надеюсь, мне не придется защищать тебя, — ответила Алина, остерегаясь за своего друга.       Алина неоднократно слушала рассказы о том, как они, Вова и его компашка, беспощадно и безжалостно расправляются с теми, кто осмеливается не подчиниться их правилам, не примкнуть к их группировке. Они могли докопаться до самых мелочей, превращая каждую ситуацию в повод для беспощадной драки. Ведь для них были только две категории людей — пацаны, настоящие мужчины, и чушпаны, те, кто не составил достойной конкуренции и не смог пройти их испытание. В мире Вовы и его компании не было места для посредственности и слабости, и это было таким, каким он сам считал должным.        Оставалось немного, чтобы скрыться от взора группировщиков. — Рудакова, притормози.       Громкий возглас догнал торопившихся школьников, когда они уже прошли коробку. Алина остановилась, прикрыв глаза. Как же он надоел. Дима остаётся рядом, смотреть на приближающегося универсамовского с враждебным настроем. — Мимо и не здороваешься. Не прилично. — Начинает с упрёка Турбо, остановившись напротив Алины.       Свежий запах сигарет мгновенно перекрыл морозную свежесть. Турбо заслонил яркий солнечный свет. Алина оказалась в его тени. — Мы не друзья, чтобы я с тобой здоровалась. Я даже имени твоего не знаю. — Алина сложила руки на груди. — Что тебе нужно?        Никаких эмоций. Злило и интриговало. Турбо взглянул из подлобья на Диму. Смехом обдаёт его красный галстук комсомольца и снова смотрит на Алину. Хороших значит любит. Законопослушных.       Алина была готова вцепиться с Турбо в драке. Сколько можно портить ей жизнь? — Сумку оставь. Сам вали. — Бросил Турбо, посмотрев на застывшего Диму. — Че то не понятно сказал? — Может лучше тебе вернуться к своему стаду? — Так же дерзко ответил Дима, загораживая Алину собой.       Алина встревоженно смотрела на Турбо, внимательно наблюдая за выражением лица. Ей не понравились те огни, которые мерцали в его серо-голубых глазах, и упорно сжатые в ровную линию губы. Она была готова в любой момент выбежать из-за спины Димы и предотвратить возможную драку. Просто тишина, наполнявшая простор, давила на нее, так же как и жуткие голодные взгляды окружающих универсамовских парней. — Это ты зря. — Угрожающе бросил Турбо, сплюнув под ноги. — Ты чушпан, тебе не положено говорить без разрешения. — Мне не интересны ваши группировки и их правила.       Дима сжал ладони в кулак, повторив за Турбо. Универсамовскому хочется врезать комсомольцу. Посмотреть, что она предпримет. На миг, Алина успевает встать между парнями, предотвращая драку. Турбо посмотрел на неё сверху вниз. Успела принять правильное решение. — Если ничего не нужно, уходи.       Алина произносила слова с решительностью, которая проникала в самые глубины сердца. Турбо же медленно опускал руку, ощущая, как напряжение нарастает. Внутри него бушевали нервы, вызывая желание уйти в сторонку и выкурить сигарету, чтобы успокоиться. Но он не смог сделать это, ведь перед ним стояла эта хрупкая девушка, готовая оборвать его на куски, если он только посмеет коснуться этого отвратительного типа. — Лучше тебе не выходить вечером на улицу. Увижу, мало не покажется.       С утра Искандер, теперь Турбо. Слишком много группировщиков за день. Они что, будут просто слушать то, как он угрожает? Поддавшись порыву своей отважной души, Алина наклонилась к земле, подцепила липкий снег, и быстро скомкав его, метнула в спину уходящего хулигана. Снежок точно попал в цель — в спину Турбо.       Турбо моментально развернулся, пытаясь понять, кто всё же осмелился это сделать. Если комсомолец, то они разберутся здесь и сейчас. Но, в тот момент, когда он оглянулся, Алина посмотрела с уверенным взглядом победителя, отряхнула перчатки от снега, и решительно направилась домой.       Жаль, что снежок попал не в голову. Но знак протеста остался за ней.       Турбо возвращался в коробку в приподнятом настроением. Зима, его верный друг, стоял рядом, докуривая очередную сигарету и ждущий его. Валера, молодой и энергичный, усевшись на ограждение, взволнованно потирал руки, предчувствуя что-то увлекательное. Скорлупа энергично гоняли мячик по заснеженной площадке, под пристальным надзором старших. — Девчонка в тебя снежком кинула. — Поддел Зима, выдыхая колечко дыма.– Я все видел. Опасного Турбо ранили снежком.       Изображая конвульсии, Зима подавился собственным вдохом, громко закашливаясь. — Только не сдохни так глупо. — Попросил Турбо, прищурив глаз. — Какое совпадение, что после вчерашнего, она прошла именно здесь. — Не переставал Зима.       Турбо никогда не верил в совпадения. Он считал, что все происходит по какой-то причине, что ничто не происходит просто так. И вот сегодня, ему почему-то попалась незнакомка из ДК. И что самое интересное, она еще и ходила с комсомольцем. Видимо, сама тоже была сторонником комсомольской организации. Турбо не мог скрыть своего желания задеть ее за вчерашнюю дерзость. Он не знал, что именно его раздражало, но понимал, что что-то внутри него требовало борьбы. Он еще никогда не испытывал такого сильного желания, чтобы кто-то пожалел, что задержал его на минуту. В этот момент Турбо понял, что судьба дает ему шанс сделать что-то радикально и непредсказуемое. — О, твоя бестия с дискотеки идёт. — Просигнализировал Зима, удаляясь к другой стороне катка. — Ничего не имею против, но удалюсь.       Это не доставляло никаких проблем Валере — пусть уходит. Совместное время провождение приносило обоим удобство. Девушка не мешала, всегда слушалась его, а взамен получала иллюзию защиты от его авторитета. Было глупо думать, что с хулиганом ей безопаснее. Она была уже рядом, и когда Турбо повернулся, он неожиданно встретился с тёплыми губами темноволосой девушки. Лиана была рядом, но он всё ещё чувствовал пронизывающий холод снежка, ударившего его по спине.