Глава 38

...Мощно взмахнув крылом и накренившись на правый бок, белоснежная чайка заложила вираж и начала пикировать на корабль, заходящий в порт Королевской Гавани. Выбрав направление со стороны солнца, птица обеспечила себе незаметность до момента сближения на дистанцию уверенного поражения, после чего перешла на скольжение параллельно поверхности воды и напряглась. "И-и-и.. есть попадание", - довольно закричав, взмахами крыльев поднимая себя выше и выше, Никто искренне наслаждался ощущением свободы полёта, буквально ласкающегося к перьям ветра, ну и злорадства от совершённой мелкой пакости. Кто-нибудь мог бы сказать, что сбрасывать на головы ни в чём неповинных моряков из Долины собственные экскременты - это низкий, грязный, недостойный обученного в Чёрно-Белом доме безликого поступок. Он же ответит, что и рад был бы быть выше, но в таком случае меткость сильно хромает, да и природные условия слишком сильно сказываются на "снаряде". "И вообще: я тренируюсь. Как ещё мне сражаться с Королём Ночи, если не используя все свои преимущества? Тело чайки отлично подходит для развития навыка полётов, что поможет лучше освоиться в драконьем облике... когда у меня появится подходящая жертва. Атаковать же цель можно не только выдыхая пламя, но и нося в лапах бочки с алхимическим огнём, например. Вот и получается, что эти люди вносят свой вклад в победу над Иными, при этом неся совершенно незначительный ущерб своей гордости", - мысленно надумав столь мудрые и дальновидные идеи, верховный лорд Запада ещё раз стремительно облетел порт, острым взглядом выискивая что-либо интересное или полезное, но гавань жила своей привычной жизнью. Досадливо огласив пространство ещё одним криком, Никто поспешил скрыться от взглядов возможных свидетелей, после чего перекинулся в ворона. Гарри, получивший свободу от воли хозяина, вернувшегося в собственное тело, тоже решил не задерживаться и устремился в сторону Красного Замка. Лишь матрос судна, подходящего к одному из причалов, рядом с которым на палубу плюхнулся "подарок" от наглой чайки, грязно ругаясь грозил проклятой птице расправой. Исходя же из его слов, в коих мелькали упоминания интимной связи пернатой твари с морскими ежами и прочими жителями глубин (вплоть до гигантских кальмаров), у слушателя могли возникнуть подозрения в его собственных нетрадиционных представлениях любви. ... "Чувствовали ли Таргариены хотя бы десятую долю того наслаждения, которое дарует свободный полёт? Если "да", то высокомерие драконьих всадников вполне можно понять. Сложно не чувствовать себя выше остальных, когда они копошатся где-то внизу, а ты не только можешь попасть куда угодно в кратчайшие сроки, но и обладаешь властью превратить их всех в истлевающие угольки. И в свете этого то, что они потеряли своё главное сокровище, после чего не приложили всех возможных усилий для получения достойной альтернативы... вызывает раздражение", - вспоминая то, что ему пришлось совершить, чтобы обрести собственную силу, Сандор считал себя в полном праве испытывать гордость. ...Будь он чистокровным Таргариеном столетней давности, ну или хотя бы молодой версией Безумного Короля, то мог бы заключить брачный союз со Старками, в жилах коих течёт кровь варгов. Благодаря этому дару, даже если бы драконьи яйца не проклюнулись, можно было бы попробовать приручить виверн, обитающих на одном диком, а также смертельно опасном клочке суши, куда не каждый авантюрист сунется даже за мешок золота. "Либо яйцо, либо сама виверна... даже молодая и слабая, могли бы вернуть Драконов в небо. Огнём они, конечно, плеваться не умеют, но зато стремительно летают, выдыхают едкую кислоту, криком вселяют ужас в сердце добычи. Замена настоящим огненным ящерам, разумеется, слабая, но имейся такой питомец у Рейгара - никакой Роберт не был бы для него противником", - мысли сами собой перескочили на подготовку экспедиционного флота, что отправится в дикие земли за самой ценной добычей, которую только может пожелать стремящийся к силе безликий. ...Сам он не мог покинуть Королевскую Гавань до возвращения Роберта, а потому оставалось только планировать маршрут своего путешествия, чтобы не упустить ни единой возможности увеличить собственный потенциал. И даже понимание, что Короля Ночи вряд ли получится победить в одиночку, раз уж даже Трёхглазый Ворон создаёт армию, коей человечество не видело уже много веков, не было способно затушить голодный огонёк в груди. К счастью, Сандор и раньше не жаловался на самоконтроль, ну а после обучения в Чёрно-Белом доме этот его навык и вовсе вышел на иной уровень. В результате этого его желание большего личного могущества никогда не сияло ярче чем огонь одинокой свечи. Пока же секреты различных сект, в большинстве своём обитающих на землях Эссоса оставались недоступны, следовало как можно сильнее укрепить свои позиции в Вестеросе. Золотые Плащи уже получили дополнительное финансирование, а благодаря некоторым манипуляциям - на должности капитанов оказались продвинуты лояльные люди, убрать коих с их новых мест, при этом не рассорившись с достаточно знатными семьями, практически невозможно. Хотя, Старый Сокол, определённо, попробует это сделать. Вторым этапом стало облагораживание борделей, чем занялись верные Тайвину люди, получившие приказ подмять под себя данную сферу бизнеса, чтобы никакой Самый Маленький Палец в будущем не получил данный инструмент в свои руки. Параллельно, под знаменем королевы, в честь рождения благословлённой Семерыми принцессы начал отстраиваться квартал мастеров, коим будут выделены добротные дома с лавками, помещениями для жилья и работы (за каждое место соревновалось не менее десяти человек, прошедших первичный отбор). Само же открытие планировалось на время после возвращения короля из Лиса. "Если он там не задержится на несколько лет, чтобы продегустировать все винные запасы и публичные дома", - промелькнула в голове саркастичная мысль. ...В то, что лисинийцы смогут отбиться от королевской армии, либо же убить самого старшего Оленя Лев Запада не верил: слишком много защитников окружали Баратеона; слишком сильно Воин покровительствовал своему чемпиону; слишком много золота наёмники могли получить переметнувшись на сторону Семи Королевств. "Даже один отряд, охраняющий стены города, способен переломить результат сражения просто пропустив нападающих", - вспомнились главе дома Ланнистер слова, которыми он напутствовал своего "сына". Джейме, конечно, болезненно относился ко всему, что касалось чести и гордости, пусть и скрывал это за ехидными высказываниями, но женитьба пошла ему на пользу. Так что, даже если он сам не попытается провернуть ход с подкупом, то хотя бы других останавливать не станет (а таких людей в его окружении достаточно). "Лис падёт. Изменить это могут только Вольные Города, до этого момента смирно наблюдавшие за завоеваниями Залива Работорговцев. Но станут ли они это делать? Скорее всего - нет. В конце концов у Семи Королевств есть формальный повод, так как Лис вмешался в войну на стороне железнорождённых. Договориться же о том, чтобы единым фронтом выступить против Вестероса... Не успеют", - констатировал безликий, прокрутив в голове все последние донесения, полученные от завербованных за Узким Морем агентов. ... Открыв глаза в своём теле и потратив несколько мгновений, чтобы привыкнуть снова быть человеком (хотя, как сказали бы многие - человечности в нём осталось не так уж много), хранитель Запада поднялся с кровати и направился в уборную. Справив нужду, умывшись в чистой, кипячёной воде - он при помощи слуг подготовился к тренировке и спустился во двор Красного Замка, чтобы размять мышцы и позвенеть железом. В конце концов - этот навык тоже требовал постоянного оттачивания, чтобы в самый важный момент не упустить свой шанс. "Хлеба и зрелищ народу... через край; сила приносит свободу - побеждай", - при виде собравшейся вокруг ристалища толпы (к которой он причислил и людей, выглядывающих из окон и стоящих на террасах), мысленно воспроизвёл слова песни из прошлой жизни Тайвин. ...Забавным ему показалось то, что сейчас эти строки он мог использовать как личный девиз, вместо уже успевшего приесться "Услышь мой рёв" Ланнистеров. К сожалению безликого, все самые лучшие мечники королевства либо отправились на войну, либо же служили в Белых Плащах и прямо в это время исполняли свои обязанности по охране принца, королевы, принцессы. Пришлось удовольствоваться схваткой с менее умелыми, не столь титулованными рыцарями, многие из коих робели перед лицом Льва Запада. Впрочем, даже это можно было использовать себе во благо, в особенности если после победы не за счёт скорости и силы, а благодаря мастерству фехтования, несколькими скупыми фразами дать дельный совет для дальнейших тренировок. "Пользоваться им или нет - уже не моя проблема. Зрители, в особенности те, кто что-то понимают во владении оружием, запомнят сам факт...", - не слишком-то легко было балансировать на грани ланнистерских высокомерия и гордыни, и доброжелательного обхождения с противниками, но Никто с этим пока справлялся (во всяком случае - по Красному Замку ещё не ходили слухи о необычном поведении Тайвина). Чтобы усложнить себе задачу, хранитель Запада старался совершать движения с максимально возможным замедлением. Приходилось использовать лёгкий самогипноз, дабы не превосходить молодых рыцарей, пожелавших бросить вызов отцу королевы, завоевавшему славу едва ли не равного Баристану Отважному мечника. Впрочем, учитывая отсутствие серьёзных благословений и опыта, шансов у них практически не имелось. ...Лишь когда с тела стекал третий пот, безликий отдал затупленный меч одному из оруженосцев и в сопровождении пары охранников, а также Стила, лениво лежавшего в тени всё время тренировки, решил вернуться в собственные покои. Впереди его ожидала очередная встреча со Стеффоном, где планировалось рассказать о проекте перестройки части районов Королевской Гавани, чтобы на месте старых лачуг появились многоквартирные дома. По пути ему не встретился никто значимый, зато в комнате ожидала девушка в платье в цветах дома Аррен, буквально полыхающая розовым стыдом. В руках она держала глиняный кувшин примерно на пять литров, а её взгляд был устремлён в пол, будто бы ничего более интересного ей в жизни видеть не доводилось. "Стражу нужно заменить. Додумались - впускать постороннего в мои комнаты, когда меня самого здесь нет", - с недовольством подумал мужчина, приглаживая шерсть на голове недовольно зарычавшего пса. - Зачем ты здесь? - вопрос прозвучал резко и холодно, от чего плечи девушки (довольно симпатичной) дёрнулись, что, впрочем, ничуть не тронуло Льва Запада. - Лорд Ланнистер, меня просили передать вам послание, - дрожащим голосом пролепетала гостья, а затем - с неожиданной силой метнула кувшин. - Мне жаль...