Глава 40

В сером мире на сером небе светило серое солнце, на сером поле росла серая трава, а также возвышался трон из белоснежных корней, в переплетении которых сидел цветной человек с серебряными волосами и единственным ярко-красным глазом, контрастирующим с окружающим пространством. Подперев голову ладонью левой руки, локоть коей стоял на подлокотнике, в тонких пальцах правой кисти он держал золотой бокал с золотистым же вином, отражающем блики ненастоящего солнца. - Мы собрались здесь сегодня, чтобы почтить память лорда Клигана: он был плохим сыном, отвратительным братом, да и в общем-то - мерзким человеком, - заговорил мужчина заунывным голосом, затем смахнул с щеки кровавую слезу и трагично добавил: - Мне так будет его не хватать. - Очень смешно, - Никто похлопал в ладоши, чувствуя глухое раздражение. - Если ты не собираешься быть серьёзным - я просыпаюсь. У меня и без этих глупостей есть, чем себя занять. - Лежанием на постели в позе умирающей звезды? Ладно-ладно! Только не сердись, - криво усмехнувшись, Бринден отпил из бокала, поморщился и отшвырнул его прочь, заставив растаять прямо в воздухе не достигнув земли. - А вообще, друг мой, я был абсолютно серьёзен. Когда проснёшься - попробуй превратиться в Сандора: тебя ждёт неприятное открытие. Ведь "Пёс", в отличие даже от Тайвина, никогда не был твоей маской. "Это... неприятная новость. Впрочем, я всё равно почти не пользовался этим лицом", - в глубине души попыталось всколыхнуться нечто тоскливое, заставившее вспомнить о когда-то брошенной сестре, но безликий быстро подавил меланхолию. ...Чем, пусть и косвенно, доказал слова про то, что являлся отвратительным братом. - Ты ведь связался со мной не только для того, чтобы сообщить эту критически важную новость? - уточнил убийца, тут же продолжив: - У меня и вправду не так уж много времени до момента, когда нынешнее тело отдаст душу Неведомому. - Разумеется - нет, - подавшись вперёд, Риверс поставил локти на колени и сцепил пальцы рук перед грудью, недовольно прищурив единственный здоровый глаз. - Пусть меня и угнетает новость, что мой союзник без моей помощи - беспечный и беспомощный самоуверенный ребёнок, но я собираюсь продолжить наше взаимовыгодное сотрудничество. Утром в порт войдёт корабль с Севера, в трюме которого находятся три единорога - двое жеребцов и кобыла. Ты можешь отправиться на судно в теле ворона, чтобы создать связь варга с любым из них, после чего останется перенести свою душу в новый сосуд. О свидетелях не волнуйся: скагосцы будут молчать даже если их начнут резать раскалёнными ножницами, ту же операцию проводя на их семьях у них на глазах. Тебе останется вернуться в свои комфортабельные покои... прежде чем пропажу больного обнаружат стражники и прислуга. - Ты знал о покушении? - нахмурившись, ровным тоном спросил Никто. - Знал, - откинувшись на спинку своего трона, Трёхглазый Ворон закинул ногу на ногу. - Надеюсь, ты не собираешься обвинять меня в том, что я не прибежал к тебе с отчётом как собачка, несущая в зубах тапочки хозяину? - ...Нет, - ответил безликий, в очередной раз проглотив рвущиеся на язык слова негодования. - Вот и отлично, - приняв царственную позу, Бринден заговорил жёстким, требовательным тоном: - Я не собираюсь подтирать тебе сопли, Гарри, и не позволю относиться к моей доброте как к чему-то само-собой разумеющемуся. За мою помощь тебе придётся заплатить... пусть и не сегодня. А сейчас - можешь проснуться. У тебя есть два часа, чтобы добраться до порта и найти корабль с изображением чардрева на парусе, обрести новое тело и вернуться в комнату. Всё это время МОИ люди будут сдерживать желающих проверить твоё здоровье. ... "Это было неприятно", - отметил про себя Тайвин, открыв единственный глаз лёжа на широкой постели в просторных покоях, куда лучи рассветного солнца едва проникали через приоткрытые ставни. ...Слова Риверса не были совсем уж несправедливы, но и за истину в последней инстанции их принял бы только доверчивый глупец, каковым безликий себя не считал. Вероятно, являйся он более горячим (ха-ха), то отреагировал бы на уколы значительно острее, а также мог взбрыкнуть и отказаться от присланного подарка, сделанного явно не без умысла. "Звери могут быть обработаны как магией самого Бриндена, так и детей леса. И даже если на первый взгляд в них нет ничего особенного - ловушка может быть заключена внутри", - превратиться в овощ по щелчку пальцев старого древовидца глава дома Ланнистер не желал, но в ближайшие годы, а то и десятилетия, ему подобное не грозило (до победы над Королём Ночи - точно). Тайвин подозревал, что покушение если и не было организовано с помощью Трёхглазого Ворона, то он точно планировал использовать его себе на пользу. Ведь в случае обычного предупреждения - он был бы куда менее благодарен, нежели за помощь с исправлением того неприглядного положения, в коем находился из-за совершённых ошибок. "Я могу отказаться использовать предоставленных единорогов, но тогда придётся искать другое животное или человека, не имеющего защиты божественных покровителей. При этом нельзя быть уверенным, что именно выбранный мной зверь или бродяга не был обработан Трёхглазым изначально. В конце концов его способности, позволяющие видеть будущее в Вестеросе, делают мои трепыхания не более чем забавным представлением в реальном времени. А если итог известен заранее, то стоит ли отказываться от более качественного тела? Если здешние единороги, конечно, вообще имеют что-то общее со своими магическими собратьями", - придя к таким выводам, Никто посмотрел на крепко спящую сиделку, затем - похрапывающего прислонившись к стене стражника и раздражённо дёрнул уголком рта. ...Демонстрация того, что Риверс мог дотянуться до него в Королевской Гавани и во сне, и в реальном мире вызывала внутреннее напряжение. Однако же сделать с этим что-то прямо сейчас было невозможно, а потому не имело смысла и трепать себе нервы пустыми метаниями. Тело слушалось неохотно, отдаваясь болью в ожогах, оставленных на маске диким огнём, но безликий легко игнорировал эти мелкие неудобства. Скинув с себя тонкую простыню, используемую вместо одеяла, он принял сидячее положение и спустил ноги на укрытый ковром пол, после чего с приложением некоторых усилий поднялся в полный рост. Из-за всех этих движений подсохшая корка растрескалась и из вновь открывшихся ран выступила сукровица. "Мейстер неплох. Несмотря ни на что - своё дело знает отлично... Ну или же - достаточно хорошо", - хромающей походкой добравшись до окна, Ланнистер приоткрыл ставни чуть шире, не став распахивать их полностью, чтобы не разбудить своих нянек раньше срока. ...Впрочем, не верить обещанию Бриндена о том, что у него есть два часа (как бы Трёхглазый этого ни добился) поводов Лев Запада не имел. "С другой стороны - зачем усложнять работу и себе, и союзнику?", - усилием воли Никто перетёк в форму ворона, чтобы вспорхнуть на подоконник, а затем и прошмыгнуть между створками ставен. Короткое падение сменилось взлётом вверх благодаря взмаху крыльев, ощущающихся более родными чем когда-либо прежде. Впрочем, имелся и один неприятный факт: телом полностью приходилось управлять самому безликому, так как разум Гарри вовсе не ощущался даже на самой границе сознания. И, как подсказывала интуиция, после переселения в новое тело - питомец уже не вернётся. "Жаль. Хороший был ворон", - сделав небольшой круг над тем местом, куда выходило окно выделенных больному покоев, более не теряя ни минуты утекающего времени он поспешил в направлении порта. Солнце едва-едва показалось из-за горизонта, но у причалов уже толпилось немало народа от работников и до попрошаек-воришек, что будто бы персонажи какой-то игры из прошлой жизни возникали всякий раз, едва только игрок отвернётся в другую сторону. "В конце истории будет не слишком приятно узнать, что главным боссом был не Король Ночи, а сам Бринден Риверс, решивший использовать перерожденца для того, чтобы захватить мир в своё единоличное владение", - попытавшись придумать сценарий для той самой игры, саркастично констатировал чёрный ворон, успешно обнаруживший искомый парусник входящим в порт Королевской Гавани. ...Матросы, имеющие явные черты первых людей во внешности, без суеты и шума работали на палубе, готовясь причалить к одному из свободных мест. Гостя, спикировавшего с неба на парус быстро заметил седой старик, одетый в серую хламиду, босыми ногами стоящий на тщательно отдраенных досках. Взмахнув рукой явный варг пригласил идти за собой и первым стал спускаться по лестнице в трюм, ничуть не обратив внимания на то, что приземлившаяся позади птица обратилась в темнокожего голого верзилу. Никто, несколько отвыкший быть таким крупным и мускулистым, слегка неуверенной походкой последовал за проводником и вскоре оказался в полумраке грузового отсека корабля, где в специально сооружённых стойлах находились трое четвероногих и лохматых животных, одновременно и похожих, и не похожих на привычных лошадей. - Старые Боги шлют свои дары доброму господину, - прошамкал варг, поклонился и зашагал обратно наверх. - Никто не потревожит вас ближайший час. "Старик оставил голого чёрного мужчину с тремя не совсем лошадьми, двое из которых - жеребцы. Если бы в этом мире существовали видеокамеры, то я бы заподозрил подготовку к съёмке фильма для взрослых", - дёрнув головой, стремясь избавиться от откровенно дурацкой мысли, ощущающий сильнейшую слабость безликий приблизился к ближайшему жеребцу, что отличались от кобылы более длинными и острыми рогами. Единороги были не слишком высокими: Тайвину доводилось встречать лошадей, превосходящих их ростом на целую голову. Впрочем, эту свою неоднозначную черту они компенсировали более широкими телами, толстыми ногами, оканчивающимися раздвоенными копытами, острыми рогами и насторожёнными взглядами глаз, отражающих наличие пусть не равного человеческому, но живого разума. "Это и есть ловушка? Что же... отдаю Бриндену должное: он всё отлично рассчитал".