Сопереживание и Ошеломление

Спустившись в гостиную, застал семейство Нива в полном составе. Они что-то обсуждали и Кайто даже догадывался что, вернее кого. Легко догадаться, что предметом обсуждения был один из гостей. младший мужчина, очевидно, отец красноволосого – кстати, у всех нормального цвета шевелюры, и в кого он такой? – которого так никто и не представил, но да ладно, возмущённо вопрошал, почему Хикари до сих пор находится у них дома, речь ведь шла только о «переночевать». Мать семейства вяло отговаривалась тем, что нельзя же выгнать гостей за порог с рассветом, её отец просто угрюмо молчал. – Доброго утра. – поприветствовав всех, парень сразу перешёл к главному: – Уважаемые, вам следует пересмотреть своё отношение к этому несчастному ребёнку, который и так изо всех сил старается не быть как его предки и прочие родственники. – А сам-то? И не ребёнок, вроде как? – принялся язвить заведённый самим собой мужчина. – Может, я и кажусь вам ребёнком, но… частенько бывает, что именно детскому непредвзятому взгляду открывается больше. Устами младенца глаголет истина, может, слышали? Отриньте стереотипы и своё закоснелое мнение! Взгляните на него не как на врага-Хикари, а как на простого человека. Уверяю, вы увидите такое, что потом вам будет очень стыдно за своё поведение. В нём нет ничего от тех Хикари, которых вы так ненавидите. – И ты думаешь, что мы сейчас расчувствуемся и побежим с ним обниматься? И простим всё, что они натворили? – спустя десяток секунд тишины насмешливо вопросил мужчина. – Хикари – всегда Хикари! – я на это даже не надеюсь. – устало вздохнул Кайто. как горохом об стену. – Вы, по-моему, даже не слышали что я только что говорил. Он не сделал ничего плохого. С теми людьми его роднит исключительно фамилия… – ещё раз вздохнул и уже жёстче добавил: – Постарайтесь за завтраком быть хоть немного вежливее вчерашнего. Хотя бы из уважения к своему сыну, пригласившему его к столу. Пусть Кайто и не слышал этого лично, но, зная младшего Нива – это либо уже произошло, либо произойдёт вот-вот. Пусть морально подготовятся. После его слов поднялся ожидаемый гвалт, оба мужчины в категорической форме отказывались от сидеть за одним столом с ненавистным Хикари, но женщина всех заткнула. Сразу видно, кто здесь глава семьи. И, пожалуй, им даже повезло, что это так. Нет, Сатоши слишком мягок и уважителен, чтобы мстить за подобное отношение, тем более считает его заслуженным… А вот парню очень хотелось сделать этим людям какую-нибудь крупную гадость. – Вы оба! Будете сидеть и есть! И будете вежливы с нашим гостем! – рявкнула мать семейства в завершение обсуждения. И притом таким стальным тоном, что даже не имеющий отношения к происходящему Кайто, чьё мнение поддержали, невольно поёжился. – Мальчик прав, это уже не нарушение правил гостеприимства, а кое-что похуже. Мы – Нива и не можем просто устранить неугодного свидетеля. Что, если этот Хикари где-то кому-то обмолвится, какой приём ему оказали в нашем доме? Хотите покрыть наше имя позором? – если бы Кайто спросили, он бы сказал, что этого не будет никогда и даже под пыткой Сатоши не скажет ничего, что могло бы навредить его красноволосому другу и его семье. Но его не спрашивали, а в качестве мотивации для мужчин это сработало достаточно хорошо. – Но Хикари… – ещё пытался что-то мямлить муженёк главы рода, но та не дала ему даже договорить: – Уважаемый род, если ты забыл. У них деньги, у них связи. Хочешь, чтобы у Дайске были проблемы по жизни из-за того, что мы не проявили терпимость? – парень слушал и удивлялся. Это же насколько должна быть сильна ненависть, что они об этом раньше не вспоминали… – Нет, всё. – махнула она рукой на своих мужчин. – я всё сказала. И оденьтесь поприличнее! – снова лязгнул металлом её голос. Кайто аж восхитился той трёпке, что задала, казалось бы слабая женщина двоим мужикам. И те подчинились! И разошлись явно переодеваться, тогда как она сама вернулась к столу, за которым сидел парень . – Это правда? Ты говорил правду, что он… – понятно, что хотела знать. А голос-то какой!.. Неужели хоть до кого-то дошло? – До последнего слова. – подтвердил. – Видели бы вы, как его коробило, с каким омерзением и сожалением он говорил о деяниях своих родичей. Это просто измученный жизнью ребёнок, а не тот большой и страшный злой-презлой враг, с которым вы воюете. Того врага больше нет. А станет ли им Сатоши – зависит от вас, точнее от вашего сына. Если он не облажается, этот Хикари никогда и ни за что против вас не пойдёт. И не будет союзника вернее. Если не настроите его против себя.– ещё раз подчеркнул. Ну наконец-то! Хоть кто-то слушает! Хоть на одного из членов этой семейки возымело действие всё сказанное ранее. Пусть сейчас это лишь отголосок материнского инстинкта и немного расчёт, это лишь начало пути, ступенька, первый шаг. Всё можно изменить и отношение в том числе. Вчера эта женщина просто не увидела в госте живого человека, лишь угрозу её дому и семье, потому и не вспомнила обо всех последствиях, которые сама же озвучила немногим ранее. Зато теперь начала видеть. И это хорошо, это… – Кайто! – позвал младший Нива. Видно, что старался не паниковать, но случилось что-то серьёзное. По крайней мере, по его мнению. Одной интонации хватило, а развернувшись, увидел и самого красноволосого. Испуганного и напряжённого, но опять же, старающегося этого не показывать. Актёр из него, конечно… Но это явно что-то серьёзное, раз настолько хорошо видно. А раз хотел не показать, что дело явно в Хикари. Понимает, как его родственники отнесутся к странностям с этим человеком. Всё это промелькнуло в голове за доли секунды, в следующий миг Кайто уже подорвался навстречу, увлекая за собой паренька. – Я сделал как ты сказал, а он… – Он – что?! – жёстко вопросила женщина, шагая вслед за ними. Вопреки стараниям парня, мать семейства всё же услышала слова сына. С неё мигом сдуло всё сочувствие и начавшее было проклёвываться понимание. Явно вспомнила, что Хикари – это всё-таки Хикари и угроза, даже если мелкий и несчастный. Включился инстинкт защиты гнезда и потомства – или как там оно называлось в умных книжках? – она была готова встречать опасность. – Он поблагодарил, кивнул и замер. – принялся растерянно отчитываться младший Нива, заслышав нотки повеления и требования всё рассказать в голосе родительницы. Да у неё тут все по струнке ходят… – Сжал кулаки, вытянулся в струнку и так и остался стоять. Кайто… – тем не менее обращался к парню. – Что ты сделал? – женщине явно требовалось больше информации. – Успокойтесь всё! Никому не предпринимать поспешных действий! – чуть повысил голос Кайто, останавливаясь посередине лестницы. Остальным тоже пришлось затормозить. Он тоже умел делать «командирский тон», когда нужно. – Я знаю, что с ним и всё улажу. – и отдельно для матери семейства, с нажимом: – Это неопасно. Было видно, что та колеблется, верить ли чужаку, но в итоге кивает и отправляет сына вниз. Одаривает тяжёлым взглядом и спускается сама. Что-то вроде «Соврёшь или ошибёшься – закопаю», – было в её глазах. Но Кайто и так не собирался ошибаться. Тем более, что происходящее с сиреневолосым предельно очевидно. Пока Нива не скрылись, шёл спокойным шагом, ещё и так показывая свою уверенность, но стоило тем скрыться – опрометью бросился наверх. Если подозрение верно – а оно скорее всего верно, не «колданул» же парнишка с перепугу и от новых впечатлений – то время дорого. Залетев в комнату, понял, что не ошибся. – Сатоши! – на окрик тот не отозвался и вообще никак не откликнулся, так и оставшись стоять памятником самому себе. Всё, как и говорил младший Нива… Какое же ошарашенное у него лицо. Этот ступор, он… выглядит как сжатая пружина, которую просто необходимо отпустить. И высвободить из сдерживающих оков как можно быстрее, ведь паренёк, похоже, ещё и не дышит. – Очнись! – требование сопроводил пощёчиной. Несильно, только чтобы ощутил удар. И – о чудо! – это сработало! Сиреневолосый пошатнулся и обмяк, ссутулившись и почти завалившись, когда его подхватили. Вцепившись в рукав, задрожал. Хриплое дыхание и судорожные подёргивания как бы намекали… – Не реви. – строго потребовал Кайто. в любое другое время сам бы сказал, что нужно дать выход эмоциям, если просятся, но сейчас они находились не в том месте и не в то время. – Не реви. – повторил, поглаживая по голове. Вовремя вспомнил, что спину лучше не трогать. – Тебя ещё ждёт завтрак у Нива. – Да, ты прав. Я не могу предстать перед ними в таком виде. – с остаточной хрипотцой в голосе отозвался паренёк, переставая дрожать. Вот и хорошо. а ещё нельзя чтобы красноволосый увидел его таким. Сатоши же потом изведётся весь, что напугал друга и будет считать себя виноватым… или стоп, это же отличная мысль! Но чуть похоже, а сейчас… – Ну, ну, хватит уже. – говорил просто чтобы говорить что-то успокаивающим голосом. Парнишку мелко-мелко потряхивало, а изданный им звук не походил ни на что. На всхлип вроде бы тоже, но кто его знает. – Заканчивай, Сатоши. А то я подумаю, что тебе больно. – добавил, не переставая поглаживать сиреневую макушку. – Мне… не больно. – отозвался чуть подрагивающим голосом. – Кто не носил в себе Крада… не сопротивлялся ему, тот не знает что такое боль. – к концу предложения как раз успокоился. Даже дрожать перестал. Вот теперь самое время. – Вот и что ты тут устроил? – мягко пожурил, ласково потрепав по шевелюре, из которой так и не вынул руку. – Что это такое было, м? – ничего на это не ответил паренёк, притихнув и всё так же утыкаясь лицом в плечо парня. Не хочет, чтобы его видели в неподобающем виде. Гордый. И одновременно такой чувствительный. Удивительно. И как так получилось? А ещё этот его ступор… нет, Кайто, конечно, знал, что у особо творческих людей бывает подобное, но чтобы настолько!.. Кажется, это называлось впечатлительностью. Повышенная восприимчивость, позволяющая творить шедевры – в хорошем смысле, а не как понимают здесь – в то же время делала таких людей уязвимыми к всяческого рода потрясениям. – Ты что, так обрадовался, что впал в этот вот ступор? – кивок был чётко ощутим. – Тебе придётся научиться по-другому справляться с подобными вещами, Сатоши. Без таких вот ступоров. – ответом было невнятное бурчание в плечо. Единственное, что разобрал, было «Нива». Вот и удачный момент для того самого. – Он испугался за тебя, Сатоши. Ты его напугал. А друзей пугать нельзя. – наставительно втолковывал, продолжая гладить доверчиво жмущегося паренька по голове. Пытался засунуть в эту самую голову прописные истины и правильные установки. Ну, для кого-то такие вещи были неочевидны. Для кого-то, кто прежде не имел друзей… Но внушения нужно делать постепенно. Что-то уже есть, а остальное позже. – Давай, приводи себя в порядок и спускайся к завтраку. Твой друг продолжает беспокоиться о тебе, пока ты тут… – Я понял! – воскликнул он, мгновенно «отлипая» и сразу поворачиваясь спиной. – Надеюсь, понял правильно. – кивок. Только сиреневая макушка дёрнулась. – Жду тебя внизу. – Я быстро. – с этими словами он скрылся в ванной. Так забавно, бочком, невольно вызывая улыбку. Покинув комнату и начав спускаться, Кайто передумал и остановился на середине лестницы. Лучше дождаться, чтобы явиться вместе. Поддержка, а ещё так смотреть на последних заявившихся будут на двоих, а не на одного, уже чуть лучше… Юный Хикари справился и правда быстро, и двух минут не прошло, как показался на лестнице. И выглядел как обычно. И даже уже нацепил свою маску принца в изгнании. Ни следа переживаний. Такой же, как и всегда. – Сатоши, то, что я говорил… без фанатизма, ладно? – уточнил на всякий случай. С этой творческой личности сталось бы удариться в крайности. Просто попытка предотвратить возможные «перегибы». – Я всё правильно понял. Спасибо за заботу, Кайто. – и его улыбка была ещё более живой, чем прежде. Похоже, высвобождение чувств давало свои плоды, ему явно становилось лучше. – И пойдём скорее, там за меня друг волнуется. – и такое выражение лица у него было на этих словах… неописуемое. Воодушевление, нежность, счастье… и ещё много всего. – Представляешь, он назвал меня другом. – поделился наконец произошедшим. Причём с эдаким хорошим удивлением, будто до сих пор не мог поверить. – Назвал п о имени, разрешил обращаться к себе так же… Никогда не думал… – Это всё, конечно, прекрасно, но… ты же помнишь… – напомнил ещё разок. – Помню. Я так больше не буду. – снова улыбнулся, после чего вздохнул и «заморозился» обратно, надевая свой покерфейс. Всё верно, там его ожидают враждебные взгляды и вообще недружелюбная атмосфера, а такое выражение лица – оно только для своих, для друзей. Для человека, который поверг его в ступор и подарил такого размера счастье, что оно «просвечивало» даже через безразличие, надетой на лицо маски. Но вот он справился с собой, внутреннее сияние притухло ещё сильнее и только после этого мы сошли с лестницы. Ещё несколько шагов – и они уже в той части кухни, которая столовая. Но это сияние… оно осталось видно тому, кому предназначалось. Красноволосый сразу выдохнул с облегчением, как увидел. Послание дошло до адресата. – Прости, что заставил переживать обо мне, Дайске-кун. Сейчас я уже в порядке. – произнёс сразу после приветствия всем собравшимся, зримо наслаждаясь возможностью звать друга по имени. А потом улыбнулся и добавил: – Я так больше не буду. – Да, не будь так больше, пожалуйста. – несколько растеряно произнёс младший Нива, с восхищением разглядывая обновлённую улыбку друга. – Хорошо, друг мой. – с торжественностью, с какой-то даже долей церемониальности провозгласил – иначе и не скажешь – сиреневолосый. И склонил голову так, что это больше походило на поклон, чем на кивок. Кайто с довольной улыбкой наблюдал за этой милой сценкой. В особенности его радовало то, что Сатоши больше не робеет, разговаривая с тем, кто ему нравится. И даже, кажется, шутит. Если это было шуткой. – Идите уже есть все. – первой очнулась от удивлённого ступора мать семейства. Они с мужчинами стояли в другой стороне столовой и чуток «подвисли» от того, что довелось лицезреть. И звучал её голос только ворчливо, в духе «Вас уже все ждут», без чего-либо вроде напряжения или опаски. Убедилась, что юный Хикари неопасен и буянить не собирается? Вот и замечательно. Главное, что никак не выказала несогласия с тем, что её сын подружился с врагом рода. Явно недовольные мужчины промолчали и так же молча принялись рассаживаться. – Присаживайтесь, гости дорогие! – уделила особое внимание им с Сатоши. Вот теперь походила на радушную хозяйку, а как раньше. и мужчины, сидящие по обе стороны от неё, выглядели на порядок приличнее. Пусть оделись не как на приём в высшем обществе, попроще, но уже и не в домашнем. Да и сдержанности на лицах побольше, а неприязни поменьше, что тоже немаловажно. – Спасибо. – поблагодарил парень, усаживаясь на указанное место. То же самое сделали и двое обладателей примечательного цвета волос. Кажется, всё идёт хорошо. Теперь бы не сглазить!