Сострадание и Изменение

В процессе подавления шедевров «второй величины» – уже не пограничных, но продолжающих оставаться опасными – была проверена способность Кайто как иномирца разрушать упорядоченные структуры местной магии. Всё же даже Хикари в своих творениях их упорядочивали определённым образом, пусть и не от разума, а от чувств. Получилось… что-то. Дождались, когда нечто начнёт всплывать к поверхности рисунка и парень приложил руку вместо пера. Нива-кун стоял рядом, держа оное перо наготове – на случай, если что-то пойдёт не так. Однако, ничего не произошло. От прикосновения Кайто рябь на поверхности рисунка тут же исчезла, нечто, желающее проявиться в этом мире всплывать перестало. Тем не менее, ни у кого не было полной уверенности в том, что это сработало не хуже запечатывания от Дарка. По-хорошему, тумбочку, над которой проводился эксперимент, стоило показать старшим Нива, чтобы те подтвердили или опровергли, да и вообще сказали, осталась ли там магия, способная навредить. Но тумбочка оказалась тяжёлой. Потому предмет мебели оставили там, где он был и не стали никуда тащить. Для верности ещё и пером прогладили – чтобы наверняка ничего не вылезло. Они вполне могут повторить всё то же самое ещё раз, сразу перед семейством Нива, так что нет смысла таскаться с тяжёлой, к тому же ещё и неудобной тумбочкой. Проще сделать ещё раз. К тому же так семейство красноволосого сможет наблюдать весь процесс от начала и до конца – может, это им тоже для чего-то пригодится. – Извините. – начал окончательно пришедший в себя Сатоши, когда в достаточной мере отошёл от произошедшего. Смотрел ни них обоих попеременно, не желая упустить отклик. – Простите, что подверг вас опасности. А ещё вы смотрели как я… – его передёрнуло, а лицо на миг исказило болью. – Это плохо кончается. – закончил так и вздохнул. Перевёл взгляд на младшего Нива: – А ещё ты, Дайске… – тот попытался сделать недоумевающее лицо, но актёрские таланты парнишке отказали и всю глубину фальши было видно очень хорошо. Впрочем, в дополнительных доказательствах Хикари не нуждался. – Поздно, я видел твою спину. – качнул головой на эти жалкие потуги. – Пока я тут был в, можно сказать, бессознательном состоянии, ты снова пострадал. И снова по моей вине. Красноволосый и правда старался держаться к другу лицом, но состояние его спины всё равно заметили. Хотя, конечно, и заметили, и поняли – кому как не носителю Крада, пусть и бывшему, знать «симптомы»? Может, ему и одной снятой рубашки хватило, чтобы всё понять, всё же щеголять голым торсом довольно стеснительный паренёк без причины не стал бы. Или сам вид длинных чёрных перьев уже дал понять о произошедшем? Может, Сатоши понял всё ещё в тот миг, когда одно из перьев оказалось перед его застывшим взглядом? Да и стон слышал… Но даже если так, думал он совершенно не о том. – Это мелочь… – хотел было поспорить Нива-кун. – А вот и нет! – с жаром заверил Хикари. – Не из-за тебя, а ради тебя, Сатоши. – поправил акценты Кайто, вмешиваясь в начинающуюся перепалку. – Это большая разница. И поверь мне, сейчас твой друг хотел бы услышать от тебя благодарность, а не сожаления. Он не жалеет о том, что сделал, ведь это помогло тебе. И ты не жалей. Просто скажи спасибо и порадуйся, что всё хорошо кончилось. – Спасибо. – послушно произнёс сиреневолосый и даже немного улыбнулся, но было видно, что тревогу за друга до конца не отпустил. Но хотя бы винить себя перестал… почти. – Ты прав, это не мелочь. – смягчился Дайске. – Но всё равно не настолько важно… Нет, не так. Это важнее. Ты – важнее. – поправился. – У меня есть та мазь, я буду в полном порядке спустя какое-то время. Зато теперь могу быть уверен, что и ты тоже. Это важнее. Понял? – Да. Спасибо. – ещё раз поблагодарил тот и так глянул на красноволосого, что… – Так и поступают друзья. – подытожил парень, с умилением и радостью наблюдая за тем, как крепнут узы между ребятами. – Если бы я мог что-то для тебя сделать, Сатоши, то тоже сделал бы. Даже если было бы больно. – сказал, как думал. Но правда в том, что он надолго здесь не задержится. Рано или поздно вернётся в свой мир, а этот сиреневолосый паренёк останется здесь, с теми связями, которые сумеет создать. Его дело – помочь, направить… и отвлечь прямо сейчас, ведь у него сейчас такой вид, будто собирается то ли разрыдаться, то ли броситься на шею младшему Нива. Что одно, что другое, было крайне нежелательно. – Кстати, мы ведь выяснили, почему мне тогда поплохело! – самое время сменить тему. – И в чём же причина? – осторожно спросил парнишка. Его взгляд изменился сразу, как только речь зашла об этом. – Как я говорил ещё тогда, в этом нет твоей вины. Ты совершенно не при чём. – поспешил сказать главное парень. Не хотелось, чтобы в этих глазах снова появлялось всё то, что сопровождало приступы самобичевания их хозяина. А сейчас то самое, что собьёт всех с толку, выбьет из колеи и вообще лишит возможности думать то, что эти двое думали раньше: – Это всё он. – невежливо ткнул пальцем в красноволосого. – Я?! – изумился тот не меньше своего друга. Зато больше никто не думает о прежней теме, да… – Именно ты. – довольно подтвердил Кайто. А ведь и правда, не успели это обсудить. Не дошёл ход. Были слишком заняты тем, что спасали одного в некоторых местах слишком самоотверженного Хикари от внутреннего взрыва. Не до того было. Значит, сейчас узнают сразу оба. – Правда, не ты сам, а скорее твоё отсутствие поблизости… – как понимал сам, так и объяснил этот странный механизм зависимости собственного самочувствия от наличия в обозримом пространстве или просто географической близости одного красноволосого парнишки. – То есть, чтобы тебе не становилось плохо, я постоянно должен быть рядом? – уточнил тот. – Не постоянно, но хотя бы раз в несколько часов. – добавил подробностей парень. Вроде бы так и получалось из того, что удалось узнать. – Но это всё ещё не исследовано, нужно больше опытов и статистики. – Я рад, что вы нашли причину и ты будешь в порядке, Кайто. – произнёс сиреневолосый с таким выражением лица, что оставить это без внимания было попросту невозможно. – Так, Сатоши, не вздумай. – пригрозил этому порой действительно излишне самоотверженному пареньку. Он мог больше ничего не говорить, и так на лице всё написано. Повернувшись к младшему Нива, твёрдо заявил: – Я его больше не оставлю! А ты – не оставишь меня, если не желаешь мне мучительной смерти, а ты не желаешь, так что… – не спрашивал и не предлагал, а говорил как о свершившемся факте: – Мы остаёмся на ночёвку. – и подмигнул, чтобы всё это выглядело хоть немного менее жёстко, чем получилось. – Я… отпрошусь. – что-то и для себя поняв, пообещал Дайске. Может, и хотел ответить что-то другое, но увидел как заранее вспыхнули радостью глаза Хикари – и закончил так. Осознал, значит, что тому это действительно необходимо. – Да и доложиться о результатах надо… Я звонить! – с этими словами он убежал в коридор, где видел телефон. Интересно, что подумает, обнаружив свой телефон, обведённый в телефонной книге? А может, и не откроет, помня наизусть. – Его не отпустят. Я опасен. – почти сразу потух всего на пару мгновений сиявший от счастья Сатоши. Не мог не огорчиться, но заранее делал он это зря. – Отпустят, вот увидишь. – заверил Кайто с полной уверенностью. Он видел решимость в глазах убежавшего паренька – удивительно жёсткую и непреклонную. – И, думаю, сегодня тебе ещё доведётся увидеть кого-то из старших Нива. – в ответ парнишка что-то проворчал, отказавшись пояснять. Выглядел хмурым. – Да и сейчас ты совершенно неопасен. Насколько, кстати? – лучше пусть об этом думает. – Сила восстанавливается постоянно, даже сейчас пополняется, но рисовать мне будет нужно не раньше завтрашнего утра. – вздохнул с долей обречённости. Всё же он и правда считает это своим проклятием. – А до того, как из меня начнут рваться «пограничные шедевры», – это определение ему явно понравилось. – Ещё трое суток. И да, не полуголым же он будет бежать домой за мазью, значит, принесут… – а это уже о том, что им ещё предстоит увидеть кого-то из старшего поколения Нива. – Вот и отлично. – отозвался Кайто на первую часть высказывания парнишки, похлопав его по плечу. – Значит, остаток сегодня мы можем посвятить твоей истории. Мне было бы очень интересно её узнать, целиком. – эдак с намёком. – Не думаю, что это хорошая мысль. – отвёл взгляд сиреневолосый. – Не хочу, чтобы ты меня жалел. Или Дайске. – За него говорить не могу, но о себе скажу точно: жалости на моём лице ты не увидишь, обещаю. Я ведь мастер покерфейса! Умею сохранять требуемое выражение в любых обстоятельствах. – заверил, заодно поясняя незнакомому с определением покерфейса пареньку. – Но ты к этому немного не так относишься. Разве это плохо, когда о тебе переживают, когда сочувствуют и беспокоятся? Разве не хуже, когда окружающим всё равно? – небольшой отсылкой на его прошлое. – Может, ты и прав. – задумался юный Хикари. – Я просто не хочу обременять вас переживаниями обо мне. – Позволь нам самим решать, чем обременять себя в отношении тебя, ладно? – мягко поправил. – Это каждый решает для себя сам… Так что, расскажешь? – Расскажу. – как-то очень уж легко он согласился, поддевшись на уговоры. Видно, и самому хотелось, раз такого крохотного давления хватило. Но сначала хочу узнать о Дарке, как он там. Нет, понимаю, что более-менее, раз сумел отправить перья, о которых его просили, но… – Но всё равно беспокоишься о нём и о друге. – закончил парень, получив благодарный кивок. – И о Дайске я тоже беспокоюсь. – вздохнул, снова уводя взгляд в пол. – Он смотрел, как я рисую… – Я вернулся! – громко поставил всех в известность Нива. Судя по радости, крупными буквами написанной на лице – его опустили. – Так, раз уж ты пришёл, скажи-ка нам сразу, что думает Дарк по поводу случившегося. – сразу взял в оборот красноволосого парень, умудрившись совместить сразу оба вопроса. На недоумение того добавил: – Сатоши беспокоится, что наблюдение за созданием пограничных шедевров могло оказать на тебя какое-то влияние. Дарк должен что-то в этом понимать. – А… – паренёк кивнул и прислушался к сущности внутри себя, которая, по всей видимости, уже отвечала на заданный вопрос. – Дарк говорит, что для меня это неопасно. Он прикрыл от этого влияния, взяв его на себя, а ему-то уж точно неопасно. – Хорошо. – кивнул Сатоши, но на его лице не было полной уверенности. Вот же беспокойная натура!.. Кайто взял с той самой тумбочки одно из двух оставшихся перьев и приложил ко лбу младшего Нива. Тот так забавно удивился, что и сиреневолосый не удержался от улыбки. – Вот теперь всё точно в порядке. Если что-то и было, то теперь точно прошло. – заверил всех присутствующих парень. – Конечно, в порядке. – присоединился «оглаженный пером». – Потом меня ещё и мои проверят, не переживай. – после этого Сатоши наконец успокоился. Облегчённая улыбка почти сразу перешла в усмешку, ведь он решил не скрывать своих чувств. Потому в этот миг по нему крупным шрифтом читалось: «Разумеется, ты ведь был в логове опаснейшего желающего всем зла Хикари». Но заверить в обратном его не успели. – Дайске! Сынок! – раздалось отдалённое из коридора. Очень знакомым голосом. Сама мать семейства почтила своим присутствием дом Хикари… Кайто поймал себя на мысли, что снова начинает злиться на это семейство, ещё и непонятно за что. – Я здесь, мам! Иди сюда! – отозвался красноволосый, выглянув в коридор. В то же время Сатоши попытался принять свой обычный для посторонних вид принца в изгнании, но получилось у него плохо. Остаточная бледность и слабость – то, что он даже не попытался встать служило достаточным показателем – сильно мешали выглядеть как обычно. – Как ты тут?.. – буквально влетела в двери она и вцепилась в сына, но тут же запнулась и на миг на её лице промелькнул страх. При виде обрисованных буквально всех поверхностей в комнате. Впрочем, справилась она с собой быстро, но что-то осталось. Например, то, что она задвинула Дайске за спину и принялась более тщательно осматривать каждую из расписанных поверхностей. – Перья Дарка справились со всем. – произнёс сиреневолосый, хоть его никто и не спрашивал. – Хикари, ты… – с непонятной интонацией отозвалась женщина, переведя взгляд на говорившего. – Ты как? – теперь в её глазах промелькнуло сочувствие. Кажется, один красноволосый паренёк рассказал больше необходимого – До следующего утра неопасен. – чуть усмехнулся тот, выдавая информацию, которая, по его мнению, и интересовала мать его друга. – Я не… – голос её подвёл. – Я не об этом. Чувствуешь себя как? – Как будто вам есть до этого дело. – устало прикрыл глаза, прекращая «держать лицо». Вот теперь выглядел по-настоящему. По-настоящему измучено. – Тебе не стоило доводить себя до такого состояния. Не делай так больше, ладно? – она говорила осторожно, а на лице читалось слишком много всего сразу, чтобы удалось разобрать что-то определённое. – Я не собирался допускать… Я бы никому не навредил. – с трудом сформулировал то, что можно было выразить куда проще. И мать семейства Нива поняла вложенный смысл. Удивилась и, похоже, впервые взглянула на юного Хикари другими глазами. Не как на потомка врага, а как на просто человека. Ребёнка, который старался в меру своих сил и разумения поступать правильно. – Всё равно. – в словах и взгляде женщины появилась жёсткость, будто она приняла какое-то решение. – Больше так не делай. А когда тебе снова понадобится, чтобы кто-то запечатал твои творения – обращайся. Сразу. Договорились? – звучало это в высшей мере требовательно. – Хорошо. – не имел ни малейшего желания спорить усталый парнишка. И в этот миг Кайто подумал, что требовать от того его историю сейчас было не слишком правильно. По всей видимости, он продолжал делать вид, что более-менее в порядке, тогда как на самом деле очень и очень устал. Перед ними двоими тоже держал лицо, чтобы не жалели, но лучшее, что можно сделать сейчас – это оставить его в покое, может, даже дать поспать. – Сатоши, если ты… – даже сказать толком ничего не успел, как тот каким-то образом понял и вскинулся: – Нет! – прозвучало с таким отчаянием, но парень тоже всё понял. Снова остаться один тот не хотел куда больше, чем чего бы то ни было ещё. – О чём вы говорите? – вклинился младший Нива. – В общем, так. – снова взял всё в свои руки Кайто. – Госпожа Нива, давайте мазь. Вы ведь пришли затем, чтобы её передать? Так вот, давайте. В том, что мы все в порядке вы уже убедились. – да, получалось жестковато, но Сатоши и правда очень устал, а при посторонних он чисто физически не может расслабиться. Та поняла намёк и отдала сыну знакомую баночку. – Мы с Дайске остаёмся. Как вы уже услышали, Сатоши ближайшее время совершенно точно неопасен, так что переживать вам не о чём. – Да, всё верно. – кивнула чуть опешившая от такого напора женщина. – Мне и правда уже пора. Берегите себя, вы все. – договорив, и правда ушла. Думается, не заблудится. – А теперь ты. – повернулся к сиреневолосому. Тот ответил сиренным или просто очень усталым взглядом. – Тебе просто необходимо поспать. Как добраться до твоей спальни? – пришлось спрашивать, так как дом был действительно огромен и Кайто, к стыду своему, запомнил не все коридоры и переходы, которыми они гуляли в ходе экскурсии. – Мы побудем с тобой. – сходу пресёк возражения, для которых тот уже набрал лёгкие в воздух. В итоге паренёк просто выдохнул и кивнул. – А когда проснёшься, поговорим. У меня тут появилась пара мыслей насчёт твоей силы и мирного её использования. – Как же я теперь усну? – чуть заметно улыбнулся юный Хикари. Раз шутит, значит, в порядке. Уснул он очень даже хорошо, стоило только добраться до той самой спальни. Так Кайто остался наедине с недоумевающим и явно переполненным вопросами младшим Нива. Что ж, заодно можно пояснить кое-что этому обладателю неестественного цвета шевелюры. Сатоши спит крепко – по крайней мере сейчас – негромкий разговор его не разбудит. А позже, как организм немного восстановится, он точно будет рад проснуться под звуки голосов друзей, заранее зная, что не один и его безмолвную просьбу не оставлять одного исполнили.