Сложности начинаются с малого

      Сичень прошёл к одиноко стоящему дому на окраине Облачных Глубин и тяжело вздохнул, поднимая руку и стучась в дверь. Лишь тишина была ему ответом. Старший Нефрит глубоко вздохнул и снова постучался в дверь. Стук был всё ещё вежливым и вполне спокойным. Правда долго он таким вряд ли будет. В отличии от своего замечательного младшего брата, Хуань не отличался таким уж терпением. Это Ванцзи мог ждать чуда 13 лет, Первый Нефрит таким благословением был обделён. А ещё он был очень упрям. В этом они с братом были похожи. Как и их дядя. Может именно его воспитание и заложило основы упрямства в обоих Нефритах? Хуань не хотел сейчас об этом думать. Он снова занёс руку и постучал в дверь, но в этот раз сильнее. " — Если он не откроет дверь, я просто её выбью.»       Хуаню даже не было стыдно за свои мысли. Их отец уже больше 20 лет варится в своём уединении. И если 16 лет назад он ещё и выходил пару раз из своего дома, навещая свою супругу, то вот уже сколько лет он не видел отца. Сичень даже не помнил, как выглядел его второй родитель. Ему было всего 4, когда он в последний раз лицезрел лик своего Отца. — Отец, если ты не откроешь дверь, я буду вынужден выбить её — спокойно сказал Будущий глава ордена и заскрипел зубами, когда за дверью не послышалось ни каких изменения — Отец, не вынуждай меня…       Наконец-то из-за двери раздался звук шагов и она отворилась, впуская Старшего Нефрита во внутрь. Сичень заложил руку за спину и прошёл в дом, осматривая его.       В принципе не было ничего не обычного. Кровать, шкаф, тумба, подставка под гуцинь, на котором играл отец. Ну и конечно же сам отец.       Высокий мужчина средних лет с длинными чёрными волосами, которые доставали ему до пояса, а глаза были насыщенно синего цвета, словно сияя от внутренней силы. Его отец был невероятно силён и это было заметно заметно даже по его ауре, которая его окружала. Одежды мужчины были полностью белыми и даже лента не имела на себе узора в виде облаков.       Не смотря на всю силу, что таил в себе этот совсем не знакомый Сиченю человек, который должен был считаться его родителем, он считал его жалким. Да, он мог понять горе человека, потерявшего свою любовь, он наблюдал за таким человеком 13 лет подряд, но он не мог понять того, что человек, который дал жизнь двум детям полностью забыл о них. Лань Ханг был для Сиченя самым жалким человеком. — А-Хуань? — неуверенно произнёс мужчина, смотря на юношу в одеждах их ордена. — Я рад, что ты смог узнать меня отец — спокойно сказал Сичень и прошёл к низкому столику, садясь на мягкую подушку — Я пришёл к тебе по делу.       Лань Ханг прошёл к столику и сел напротив старшего сына, недоумённо смотря на него, стараясь понять почему сын нарушил его уединение. — Отец, я из будущего — прямо сказал Первый Нефрит — Можешь не верить, если так желает твоё сердце, но это правда. Одно существо помогло мне вернуться назад по реке времени и изменить будущее. В моём времени орден пал после нападения демонов и все погибли. Дядя, Ванцзи, адепты, старейшины. Все они мертвы. — Зачем ты рассказываешь мне это? — мужчина не особо понимал почему старший сын решил прийти и рассказать ему об этом.       Сичень посмотрел на отца очень выразительным взглядом и приподнял чётко очерченную бровь, словно задаваясь вопросом, что не так с этим человеком. — Отец, ты не расслышал? — спросил А-Хуань, положив руки на стол — Твой брат, твой младший сын, все адепты твоего ордена погибли… Неужели тебе всё равно?       Лань Ханг тяжело выдохнул, разливая чай по чашкам и делая глоток, чувствуя как обжигает горло и успокаивается душа. Может он и верил своему сыну, но раз в будущем произошло что-то такое, значит их клан разозлил небожителей и навлёк на себя их кару. — Если наш орден был уничтожен, значит такова была кара небес, А-Хуань — спокойно произнёс мужчина, не отводя взгляд от лица, которое было ему так не знакомо.       Сичень в шоке распахнул глаза, внимательно смотря на отца, надеясь, что ему просто послышалось. Но время шло, а смысл фразы не менялся. Первый нефрит не мог понять: смеяться ему или плакать. Он надеялся, что в этом времени он сможет положиться на отца. Сможет спасти его жизнь. Открыться и подарить брату родительскую фигуру. Сейчас он начал сомневаться в этом.Ему казалось, что даже в будущем, когда брату назначили наказание дисциплинарным кнутом, отец бы согласился, что это правильное наказание. Даже дядя тогда был против, а он всегда ратовал за правила.       Хуань встал из-за стола и поправил свою одежду, смотря на человека, в котором разочаровался сегодня лишь сильнее. — Приношу свои извинения, что потревожил ваше уединение, господин Лань — холодно произнёс Сичень, поклонившись отцу и развернувшись, покидая это место.

***

      Сичень с тяжёлым вздохом опустился за стол в своём доме и потёр виски. Он не знал, что делать и как справиться с тем, что будет происходить дальше. Как предотвратить войну? Или же как уменьшить потери? Как сохранить жизни Цзян Фенмяня и Госпожи Юй? Как не дать А-Ину пойти по трудному и опасному пути тьмы, где его не ждало ни чего кроме боли? Как спасти Дафань Вэнь?       Вопросы множились, готовые скинуть Сиченя в пучину отчаяния и страха повторения ошибок. За свою жизнь он и так совершил их слишком много. Он доверился Гуаньяо. Он не послушал брата, когда тот практически умолял спасти Вэней и А-Ина. Он не смог противостоять старейшинам и те наказали его милого младшего брата. — Сичень — голос дяди вырвал молодого юношу из размышлений — Ванцзи сказал, что ты приболел, всё в порядке?       Хуань поднял голову с отчаянием в глазах смотря на дядю и тяжело вздохнул, опуская глаза в пол, задушенно всхлипывая. Он был совершенно потерян и выбит из колеи всем происходящим. Только сегодня они с Лань Ином планировали празднование дня рождения Сычжуя. Сейчас же вся его семья мертва, а он сам в прошлом.       Цижень слегка удивился, смотря на племянника и нежно приобнял его, поглаживая по голове. Он не знал, что случилось и почему Сичень выглядит так разбито, но он желал для своих племянников лишь счастья и не хотел видеть эту боль в глазах. — Сичень, я не знаю, что происходит, но помни, что я рядом и готов поддержать и выслушать, главное не замыкайся в себе.       А-Хуань слабо кивнул и поднял голову, смотря в родные глаза человека, который заменил им с Ванцзи родителей. Который был всегда на их стороне. Если не считать того, что он долго не принимал Лань Ина. — Дядя, я должен тебе кое-что рассказать…