Может мы торопимся?

      В Призрачном городе никогда не наступало утро, а небо брезжило алым светом. В резиденции градоначальника только только начинали просыпаться его гости. Представители ордена Гусу Лань уже давно были на ногах и тихо сидели в комнате, что на эту ночь принадлежала Ванцзи. На широкой кровати тихо сопел Лань Ин, не готовый бодрствовать в такую рань. Даже в своём времени, он никогда не мог встать в положенные 5 утра.       Сичень чуть повернул голову в сторону кровати, слыша копошение, но А-Ин просто перевернулся на другой бок и продолжил тихо сопеть. — Всё ещё не верится во всё это — Произнёс Цижень, глянув на спящего юношу, который перекатился на другую сторону кровати и уткнулся лицом в подушку — Как я принял это в будущем? — Ты и не принял — С тоской произнёс Сичень, отпивая чай, тяжело выдыхая — Ты всегда был против. Лишь в одном ты уступил мне и Ванцзи. Ты разрешил внести Лань Ина в семейный реестр. После долгих споров с Ванцзи, конечно.       Лань Чжань внимательно слушал брата, не сводя взгляда с восхитительного юноши, что сейчас спал на его стороне кровати, дыша запахом, оставленным на подушке. От этого уши Второго нефрита слегка покраснели, но свой взор он не оторвал от этого зрелища. Сердце билось слишком быстро, словно хотело пробить рёбра. — Ванцзи, что ты обо всём этом думаешь? — Цижень посмотрел на племянника, что словно находился в своём собственном мире. — Я могу понять, почему моё будущее «Я» влюбилось в него — Ровно произнёс А-Чжань и наконец-то оторвал свой взор от юноши — Но в то же время я могу понять и тебя, дядя. Даже если это и обидно.       Сичень уже видел ростки любви во взгляде брата, что прорастали с невероятной скоростью. В прошлом ему понадобилось слишком много времени, что бы признаться самому себе в этих глубоких чувствах.       Юноша на кровати медленно сел и потёр сонные глаза, чуть приоткрывая их и смотря на собравшихся, в комнате, людей. — Доброе утро, Лань Ин — Произнёс Сичень, слегка улыбнувшись.       А-Ин кивнул и зевнул, прикрывая рот, вылезая из кровати и унося своё тело в купальню, что бы привести себя в порядок.

***

      Ближе к часу змеи все заклинатели и бессмертные собрались в зале, готовые продолжать чтение. Подростки снова сбились в стайку, обсуждая вчерашний вечер, поглядывая в сторону главного героя повествования, что тихо переговаривался с Лань Циженем, привалившись к плечу Второго нефрита. — Ладно, раз уж все в сборе, давайте приступать — С улыбкой произнёс Се Лянь, хлопнув в ладоши и посмотрев на Сань Лана.       Хуа Чен пожал плечами и махнул рукой на Карася, обозначая, что книга у него. Хэ Сюань открыл её и нашёл нужную страницу, чуть прокашлявшись. Он вообще читать не хотел, но у Собирателя цветов был дар убеждения (угроза увеличить и так неоплатный долг) и по этому Черновод сейчас не ел, а сидел с книгой в руках.

Глава 3. Нападение. Часть первая.

— О, я в этой главе встречусь с редисочками! — Счастливо воскликнул Усянь, который до безумия скучал по своим детям и племяннику.       Хуа Чен и Се Лянь переглянулись. В будущем дети остались живы, а протащить живых людей в прошлое было куда легче, чем души. Демон и небожитель кивнули друг другу и по смотрели на Хэ Сюаня. — Ну что? — Слегка раздражённо спросил Черновод, готовый к любому безумию от этих двоих. — Мы с гэгэ отойдём не на долго, так что пока не читай — Произнёс градоначальник и вместе с Се Лянем отправился прочь из зала, под недоумевающие взгляды нескольких людей.       Заклинатели пожали плечами и продолжили общаться. Мадам Юй разговаривала с Госпожой Цзинь, кидая неприязненные взгляды на мальчишку, что посмел покинуть орден и выйти замуж. Ей было не важно, что это произошло в будущем. После всего что он натворил, он не мог просто покинуть их орден.       Прошло несколько часов, прежде чем Хуа Чен и Се Лянь вернулись, с прицепом в виде несколько юношей. — А-Ньян! — Один из мальчишек сорвался с места и налетел на главного ученика Цзян, а следом за ним на Вэй Ина напрыгнули и два других. — Дядя, ты жив — С дрожью в голосе произнёс мальчик в золотом, крепко обнимая А-Ина — Что произошло? Почему это произошло?       Лань Ин с слезами на глазах обнимал свои редисочки, на сколько хватало его рук, и тихо всхлипывал. Святые небожители, как же он боялся, что с его детьми что-то произошло. Как же он боялся, что демоны добрались и до них. — Сычжуй, Цзиньи, что с орденами? — Спросил Сичень, внимательно осматривая юношей. — От Гусу ничего не осталось — Тихо произнёс А-Юань и поднял взгляд на главу ордена — Как и от многих других. Мы слишком поздно узнали о нападении и когда с Цзиньи добрались домой… Уже всё было уничтожено и все мертвы. Мы единственные кто остались. — Они сейчас живут у меня в Ланьлине — Сказал Жулань и наконец-то отлип от дяди — А Юньмэном сейчас управляет главный ученик дяди Цзяна. С Цинхэ Не всё в норме. На сколько это возможно. Дядя Не помогает Цзяз Жусину и часто мотается из Нечистой Юдоли в Юньмэн и Ланьлин. — Спасибо, что рассказал, Жулань, — С благодарностью произнёс Сичень. — Не за что, дядя Лань, — Цзинь Лин кивнул и троица наконец-то обратила внимание на остальных присутствующих — Ой… — Юноши, не желаете представиться? — Спросил Вэнь Жохань, который самым первым отошёл от шока.       Юноши поднялись с пола и поправили одежды, осматривая всех собравшихся. Да уж. Было так странно видеть столько мёртвых людей, снова живыми. — Приносим свои извинения за то, свидетелями чего, вы сейчас стали — Мирно произнёс один из Ланей — Моё имя Лань Сычжуй, в быту Лань Юань, Первый наследник ордена Гусу Лань. — Я Лань Цзиньи, в быту Лань Юэ, — С более озорной улыбкой произнёс юноша — Второй наследник ордена Гусу Лань. — Цзинь Лин, в быту Цзинь Жулань — Поклонился он и остановил свой взгляд на родителях, а потом на бабушке — Глава ордена Ланьлин Цзинь.       Цзинь Джи хотела возмутиться тем, что какой-то бастард её мужа стал главой Ордена, но после того, как она внимательнее осмотрела юношу, весь её гнев испарился. Он был похож на её сына, это правда, но так же в нём присутствовали черты Янли. — Могу я поинтересоваться, а кто ваши родители, раз вы наследники и глава великих орденов — Спросил Фенмянь, разглядывая мальчишек. — Моими родителями являются Цзинь Цзысюань и Цзян Янли — С улыбкой, что так похожа на улыбку Янли, ответил Жулань, присев рядом с дядей Веем.       Сычжуй и Цзиньи переглянулись и неловко улыбнулись. Они любили своих родителей, пускай Цзиньи был усыновлён слегка позже, чем Сычжуй, но объяснить их невообразимое родовое древо было невозможно. Хотя это было на много легче, чем описать родовое древо Ордена Цзинь. Они всё ещё помнят, как Жулань матерился, когда вступил в права главы ордена. — Наши родные родители погибли когда мы были совсем маленькими — Произнёс Цзиньи, неловко потеребив свой хвост.       Янли распахнула глаза в понимании. Она знала этот жест. Точно так же делал А-Сянь, когда волновался. — Нашими приёмными родителями являются Лань Ванцзи и Лань Усянь — Наконец-то произнёс Сычжуй и посмотрел на младшую версию своего отца, мирно ему улыбнувшись.       А у Ванцзи сбоил мозг, выдавая ошибку. У него и этого невообразимо прекрасного юноши были дети? Они не просто были связаны брачными узами. Они в самом деле были семьёй. С детьми. С детьми. Детьми. ДЕТЬМИ. — Редисочка, ты сломал Лань Чжаня — Пробормотал Лань Ин, поглаживая Ванцзи по плечу, пытаясь привести его в норму. — Прости, А-Ньян, — Неловко произнёс Сычжуй и сел рядом с родителями.       Цзиньи нахмурил носик, понимая, что места рядом с Лань Ином заняты дядей и Жуланем. Сичень слегка улыбнулся и сдвинулся в сторону, оставляя место для А-Юэ, куда парнишка тут же приземлился, положив голову на плечо главного ученика Юньмэн Цзян. — Теперь-то мы можем начать? — Хэ Сюань хотел просто пойти и поесть, а не всё это.       Не дав заклинателям прийти в себя от шокирующих новостей, Черновод начал читать.       Вэй Усянь хотел умыться, чтобы взглянуть на свое новое лицо без косметики, но не смог найти в комнате ни капли воды: ни для мытья, ни для питья.       Единственная похожая на таз емкость явно служила туалетом, а не для гигиенических процедур.       Он толкнул дверь, но она оказалась закрытой на щеколду, скорее всего, чтобы пресечь его своевольные шатания по улице. — Вот же сволочи — Прошипел Жулань, злясь на то, как поступали с его дядей родственники — Не удивительно, что после такой жизни он вызвал тебя, Дядя Ин. — Он сейчас здесь — С лёгкой улыбкой сказал Лань Ин и легонько толкнул племянника плечом в плечо — Я вас познакомлю.       Жулань просиял и плотнее прижался плечом к плечу дяди, сидя между ним и дядей Ванцзи.       Цзян Чен всё ещё прибывал в шоке. Его сестра всё же вышла замуж за этого индюка? И у них даже был такой милый сын? Интересно, а он подарил племяннику щеночка? И почему Жулань вообще в таком возрасте глава Ордена? В голове юноши было слишком много вопросов.       И все это совсем не наполняло сердце Вэй У Сяня радостью и ликованием от перерождения! — А-Ньян, если бы ты был счастлив в такой ситуации, я бы удивился — Прошептал Цзиньи и ярко улыбнулся, видя как надулся Лань Ин.       Юй Цзыюань злилась. Очень злилась. Как это отродье посмел завести счастливую семью, когда он разрушил её семью? Цзян Фенмянь посмотрел на жену и тяжело вздохнул. Казалось, что она не замечала, что проблема была вовсе не в А-Сяне, а в ней самой.       Цзин Джи была просто счастлива, что её сын открыл глаза и увидел, как же прекрасна была Янли. Женщина по смотрела на сына и улыбнулась. Да, сейчас он был в шоке.       Он подумал, что можно скоротать ожидание в позе лотоса и обвыкнуться в своем новом доме. Так он и поступил, и время пролетело как один миг. — Ты сел медитировать? — Цзян Чен был удивлён, ведь знал, что Шисюна невозможно было заставить медитировать. — На самом деле я спокойно могу сесть медитировать, но просто не люблю, когда надо мной вьются коршуном, Цзян Чен, — Вэй Ин улыбнулся брату и нежно подёргал прядку волос Жуланя.       Жохань же и Вэнь Цин внимательно рассматривали Лань Сычжуя. Было в нём что-то от Вэней. Черты лица? Разрез глаз? Что-то было знакомое.       Когда он открыл глаза, солнце пробивалось сквозь щели окон и двери. И хотя он уже мог стоять и ходить, голова его все равно кружилась.       Вэнь Цин вырвалась из своих размышлений и внимательно по смотрела на Усяня, слегка прищурившись. Это симптомы сотрясения мозга, хотя казалось, что сотрясать там нечего. — Не смотри на меня так, Цин-Цзе, я был в норме и это было не сотрясение.       Вэнь Цин удивлённо хлопнула глазами. Как он понял, о чём она думала?       Вэй У Сянь был озадачен: «Мо Сюань Юй не обладал значительными духовными силами, так почему же я все еще никак не могу совладать с его телом? В чем может быть причина?»       Тут из его живота раздалось урчание, и он, наконец, понял, что дело вовсе не в духовных силах. Все оказалось гораздо проще: это тело не было тренировано в инедии, и то, что он чувствовал, было бурно разыгравшимся аппетитом. И если он сейчас же не начнет поиски пищи, то рискует оказаться первым в истории злым духом, который умер с голода, едва успев переродиться. — Ох, это ещё хуже — Прошептала Янли, вспоминая маленького мальчика, что только появился в Пристани Лотоса.       Он был меньше своих сверстников и более худым. Постоянно прятал еду и сметал всё до последней крошки, даже если ему не нравилась та пища, что подавали слуги. — Шицзе, не волнуйся, со мной всё хорошо — С улыбкой сказал Лань Ин, по смотрев на старшую сестру — Да и совсем скоро я оттуда укачусь на милом ослике! — Яблочко — Обречённо простонал Цзиньи и спрятал лицо в ладонях, тяжело выдыхая.       Вэй У Сянь уже было занес ногу для удара и приготовился вышибить дверь, как вдруг послышались шаги. Кто-то пнул дверь с той стороны и проворчал: — Время обеда!       Хэ Сюань раздражённо выдохнул. Как тот, кто умер от голода, он довольно агрессивно был настроен к тем, кто морил других людей голодом. Просто такого он не мог терпеть. Демон отложил книгу в сторону и взял чарку с вином со своего столика, залпом выпивая её. — Карась принял это довольно близко к сердцу — Прошептал Сань Лан на ухо Се Ляня, обнимая его по крепче — Помнишь, как он откармливал А-Ина, когда тот только прибыл в Призрачный город?       Се Лянь кивнул и приподнял губы в лёгкой улыбке. Да, такое было трудно забыть. Во-первых, Хэ Сюань прекрасно знал кто такой Вэй Ин, ведь часто наблюдал через воды за Пристанью Лотоса. А во-вторых… Будем честны, юноша тогда выглядел не очень хорошо.       Но дверь оставалась заперта. Тогда Вэй У Сянь склонил голову и увидел внизу еще одну дверь, уменьшенную копию первой. Эта-то дверца и была открыта, а перед ней стоял поднос с едой.       Слуга снаружи прокричал еще раз: — Топай сюда, чего ждешь! И выстави потом все за дверь! — Как с собакой обращаются — Пробурчал Жулань и крепче обнял старшего дядю. — Ай-ай-ай, — Прошипел Усянь, когда племянник сжал его в стальных объятиях — А-Лин, ты мне сейчас рёбра переломаешь… — Ой, прости, Дядя Ин — Пробормотал Жулань и ослабил свою хватку.       Сычжуй покачал головой и по смотрел на молодую версию отца, замечая как тот кидает взгляды на А-Ньян. Старшего из сыновей, радовало, что их любовь не исчезла даже с переносом душ во времени.       Дверца была немного меньше, чем те, что предназначены для собак, — человек при всем желании не смог был протиснуться в нее, но для миски было в самый раз. На подносе стояли две плошки, одна из них с рисом, выглядящим крайне неаппетитно.       Вэй У Сянь печально поковырялся палочками в рисе и вздохнул. — Ешь, что дают, паршивец, — Прошипела Юй Цзыюань, с ненавистью смотря на юношу.       Вэй Ин вздохнул и поправил чёлку, покачав головой. Надо будет в перерыве поговорить с дядей Цзяном. Может ему в самом деле покинуть орден и тогда эта женщина перестанет его хоть немного ненавидеть? Хотя это вряд ли.       Семья Цзян кинули взгляд на Госпожу Юй и обречённо переглянулись. Серьёзно, нужно что-то делать с этим.       Старейшина И Лин, наконец, вернулся в мир смертных, но встретили его здесь пинком и руганью, не говоря уже об объедках на обед. Где же кровавая баня? Беспощадная резня? Полное уничтожение, наконец! — И кто бы тебе это позволил, А-Сянь, — С озорной улыбкой спросила Янли, смотря на младшего брата и детей. — Вопрос не в том кто бы ему позволил, Дева Цзян, — С лёгким смешком ответил Сичень и поправил рукава ханьфу — Вопрос в том, а кто бы ему это запретил. — Вам всем невероятно повезло, что А-Ин не держал ни на кого зла — Сказал Се Лянь и удобнее устроился на груди мужа.       И в самом деле им невероятно повезло. Да и кто бы ему поверил? В этом теле он был как птица без перьев, тигр на равнине, водяной дракон на мелководье, — утративший все свое превосходство и приниженный теми, кто слабее его. — Как красиво сказано — Протянул Хуайсан, обмахиваясь веером — Вей-Сюн, ты всегда так красив в высказываниях. — Спасибо, Хуайсан, я рад, что ты оценил — Ответил Лань Ин и погладил сына и племянника по волосам.       Тут слуга снаружи опять заговорил, но на этот раз со смехом: — А-Дин! Идем сюда!       В отдалении зазвучал мелодичный девичий голос: — А-Тун! Ты опять принес еду тому дурачку?       А-Тун в ответ цокнул языком: — Зачем бы еще я пришел в этот жуткий двор!       Голос А-Дин раздался ближе, как будто бы она стояла прямо перед дверью: — Ты, лентяй, кормить его раз в день — вот и вся твоя работа! А ты все ноешь, что это «жутко». Посмотри на меня! У меня вот даже на улицу выйти времени нет.       А-Тун продолжал канючить: — Я не только кормлю его, у меня и других дел полно! И зачем тебе на улицу?! Все наоборот закрываются в своих домах, опасаясь ходячих мертвецов!       Вэй У Сянь присел на корточки перед дверью, ел рис и слушал.       Цижень хотел сказать, что-то про правила, но промолчал под взглядами племянников. Да и не особо-то он злился. Да, было видно, что Усянь более свободен духом, но того вырастили в Пристани Лотоса, где всё было пропитано свободой. Если загнать птицу в клетку, она просто погибнет, желая свободы.       Оказалось, что деревня Мо с недавних пор перестала быть мирной. Как видно из названия, ходячие мертвецы — это мертвецы, которые могли передвигаться. Они относились к типу низкоуровневых преображенных трупов, имели помутневшие глаза и обычно были медлительны, если, конечно, усопший не таил злобу. Такие мертвецы не были чересчур опасны, но доставить неприятности обычному человеку вполне могли, особенно если вспомнить об их тошнотворном зловонии.       Однако для Вэй У Сяня подобные трупы были самыми послушными марионетками, и когда он услышал упоминание о них, то даже немножко впал в ностальгию. — Дядя Ин, может ты не будешь ностальгировать по трупам? — Спросил Жулань и приподнял бровь, вызывая смешки у братьев. — Ты просто ни чего не понимаешь, А-Лин, я столько времени провёл с трупами, что они невольно стали самой приятной компанией — Захихикал А-Ин и выбрался из объятий племянника и сына, переползая по ближе к Лань Чжаню — Хотя ты оставался лучшей компанией на все времена, Лань эр-гэгэ.       Шёпот на ухо заставил Ванцзи замереть, а его сердцебиение чуть сбиться. — Бесстыдник — Прошептал Ванцзи и отвернул голову в сторону.       Глаза зелени из будущего прямо так и говорили: «Снова они за своё.»       Тем временем А-Тун не упустил случая покрасоваться перед девушкой: — Если ты все же хочешь выйти на улицу, то возьми с собой меня, чтобы я мог тебя защитить.       Но А-Дин ответила: — Ты? Защитить? Хватит хвастать. Ты уверен, что сможешь справиться с этими существами?       А-Тун обиженно парировал: — Если я не смогу справиться с ними, то и другие не смогут. — А самомнения этому слуге не занимать — Хохотнул Жохань, расслабленно потягивая вино и внимательно слушая чтение Черновода — А-Цин, почему я резко вспомнил о своём младшем сыне?       Вэнь Цин фыркнула и неприязненно скривилась. Она терпеть не могла Вэнь Чао. Тот был тем ещё напыщенным придурком и всегда задирал её милого младшего брата. — Потому что он идиот, Глава Вэнь, — Отозвался Вэй Ин и ухмыльнулся — Серьёзно, что он, что Гуаньшань, что… Как там его звали… Цзысюань, как зовут твоего сводного брата? — Цзысюнь? — Цзысюань нахмурил брови, не понимая к чему ведёт Усянь. — Точно! Вот эта троица просто омерзительна! — Вэй Ин упал на спину рядом с Ванцзи и заложил руки за голову.       Девушка засмеялась: — С чего ты это взял? Вот что я тебе скажу — сегодня несколько заклинателей приехали в поместье Мо. Мне сказали, они из очень именитого Ордена! Мадам разговаривает с ними в главном зале, а целый город пришел посмотреть. Разве ты не слышишь шум? Так что некогда мне тут с тобой болтать. Дел по горло. — Так раз у неё дел по горло, чего она стоит и с этим А-Туном болтает? — Раздражённо спросил Цзян Чен и хмыкнул — Ужасные люди. — На самом деле, что бы узнать что-то о человеке, в первую очередь по смотри на его слугу — Протянул Хуайсан и прикрыл лицо веером.       Вэй У Сянь внимательно прислушался. И действительно, с востока доносился слабый гул толпы. Он немного помедлил, затем встал и пнул дверь. Она жалобно затрещала под его напором. — Вперёд, Вэй-Сюн! — Воскликнул Хуайсан и улыбнулся лучшему другу. — Долго ты что-то сидел спокойно — Хмыкнул Ваньинь, поглядывая на брата. — Собирал информацию, Чен-Чен, — Вэй Ин приподнялся и подмигнул своему Шиди. — Кто это тут тебе Чен-Чен?!       Воркование двух слуг, А-Дин и А-Туна, нарушила распахнувшаяся настежь дверь, и они испуганно закричали. Вэй У Сянь отбросил в сторону свою миску и вышел на улицу, щурясь от яркого солнца. — Какого это было снова ощутить солнышко? — Поинтересовался Се Лянь. — Приятное ощущение… Словно воскрес.       Эта фраза заставила нескольких людей пустить смешки.       Он поднес руку ко лбу и на секунду закрыл глаза. А-Тун, который только что визжал громче, чем А-Дин, наконец, разглядел его поближе и понял, что это был всего лишь Мо Сюань Юй — бесправный племянник мадам Мо, которого любой мог унизить. Смелость сразу же вернулась к нему. Он испугался, что потерял лицо в глазах А-Дин, и захотел как-то исправить ситуацию, поэтому приосанился и замахал руками, словно прогоняя пса: — Кыш-кыш! Пошел прочь! Почему ты вообще вышел?!       А-Тун обращался с ним хуже, чем с уличным попрошайкой, или даже хуже, чем с назойливой мухой. Нужно признать, все слуги семьи Мо почти всегда относились к нему точно так же, потому что Мо Сюань Юй никогда не протестовал. Но Вэй У Сянь отвесил А-Туну легкого пинка, повалив его на землю, и засмеялся: — Как смело со стороны мальчишки на побегушках вот так унижать других!       С этими словами он направился на шум с восточной стороны. Уже довольно приличная толпа народу собралась в Восточном зале и вокруг него. Едва Вэй У Сянь ступил во двор, как услышал голос женщины, говорящей несколько громче, чем остальные: — Кое-кто из молодого поколения нашей семьи тоже когда-то был заклинателем… — Эта женщина серьёзно? — Минцзюэ хлопнул глазами и покачал головой — В самом деле, чего я ожидал, глядя на то, как ведут себя слуги? — Заперла племянника в каком-то сарае, а потом хвастается им — Хмыкнул Жохань, подпирая голову рукой.       Вэй Ин фыркнул, играясь с лентой Ванцзи, поглядывая на то, как краснеют его ушки. Какой-же его муж милашка. Даже во взрослом возрасте тот так же смущался, а сейчас его румянец даже шею затрагивает. Ну не милота ли?       Должно быть, это была мадам Мо, которая не оставила своей мечты хоть как-то сблизиться с кланом заклинателей. Вэй У Сянь не стал ждать, пока она закончит, а быстро протиснулся через толпу вперед и ухмыльнулся: — О, да это же вы обо мне, вот он я, бегу-бегу! — Да начнётся представление — Торжественно провозгласил Цзян Чен, вскинув руки. — Да ладно тебе, А-Чен, нужно же А-Сяню как-то понять, что делать с этой семьёй — Мирно произнесла Цзян Янли и погладила младшего брата по волосам — А-Сянь никогда бы не напал первым.       Цзян Чен что-то тихо пробурчал и приник плечом к плечу сестры, потеревшись о него щекой, как кот, просящий ласки. Пускай порой у них с Усянем и были расхождения во мнениях, но в одном они были очень схожи. Они оба до безумия любили свою старшую сестру, готовые свернуть горы ради неё. — Шицзе права — Усянь сел на подушке и снял ленту с волос, чуть ероша чёлку, отдавая свою ленту Сычжую, что устроился за спиной родителя — Сюаньюй не оставил ни какого упоминания о своём желании и я не знал чего он хотел. Для начала мне хотя бы проверить надо было.       Вэнь Нин подёргал сестру за рукав и тихо прошептал. — С-сестра… О-он… Д-добрый… — Если хочешь, поговори с ним в перерыве — С нежной улыбкой сказала Вень Цин, погладив брата по волосам.       Пышущая здоровьем женщина средних лет в дорогой одежде сидела в зале. Это была мадам Мо. Рядом с ней сидел ее муж, а напротив них — несколько юношей в белых облачениях. С появлением растрепанного чудака с макияжем в толпе воцарилось гробовое молчание, но Вэй У Сянь продолжил бесстыдно и весело болтать, будто бы не замечая напряженной атмосферы вокруг: — Меня кто-то звал? Вот он я, тот самый заклинатель! — Клоун — Прошипела Юй Цзыюань, покручивая Цзыдянь на пальце, с злостью смотря на Вэй Ина.       Фенмянь снова тяжело вздохнул и отпил вино из чарки, стараясь абстрагироваться от этого мира. Он точно поговорит с женой во время перерыва.       На его лице было столько пудры, что при улыбке она начала осыпаться. Один из заклинателей, тот, что помоложе, фыркнул, едва сдерживая смех. Но он тут же взял себя в руки и вновь сделал серьезное лицо, стоило другому юноше, вероятно лидеру группы, бросить на него неодобрительный взгляд. Вэй У Сянь проследил, откуда шел смешок, и внимательно осмотрел юношей. К его удивлению, слуги, хоть и были невежественны, не преувеличивали, и заклинатели действительно оказались из «именитого клана».       Юноши эти, одетые в белоснежные облачения с ниспадающими рукавами и поясами, мягко очерчивающими талию, сейчас могли бы называться икемен, и, несомненно, были усладой для глаз. Лишь взглянув на их одежды, любой бы понял, что перед ним ученики Ордена Гу Су Лань. А по белым лобным лентам с палец толщиной с вышитыми на них плывущими облаками можно было определить, что они состояли в кровном родстве с кланом Лань.       Девизом Ордена Гу Су Лань была фраза «будь праведен», а плывущие облака — его отличительным узором. Те, кто носил лобную ленту с вышитыми плывущими облаками, были учениками клана. Те же, кто носил ее без узора, были приглашенными или обычными учениками, или же заклинателями других фамилий, но входящими в состав Ордена. У Вэй У Сяня аж в зубах засвербело, когда он увидел эти одежды. В своей прошлой жизни он часто называл их «траурным облачением» и ни за что бы ни с чем не перепутал. — Лань Ин! — Громыхнул Цижень, внимательно посмотрев на юношу, что даже выпрямился сильнее — «Траурное облачение»? — Слишком много белого — Пробормотал А-Ин и тяжело вздохнул, пока старший сын собирал его волосы в столь знакомую причёску, что принадлежала Старейшине Илин в его первой жизни — В нашем с Сичень-гэ времени, мы слегка переделали облачение адептов нашего клана. И вы дали согласие на это, дядя. И сразу предупрежу, что я ещё не редко буду отзываться об ордене довольно… Неприглядно. В свою защиту могу сказать, что больше я так не думаю.       Цижень внимательно слушал вполне спокойную речь юноши, что объяснял свои слова и действия. И то, как он произносил словосочетание «наш клан», что-то согревало внутри Циженя. Учитель погладил бородку и кивнул. — Сичень, непристало адепту нашего ордена ходить без ленты — Тихо, так что бы услышал только племянник, произнёс Старейшина Лань. — Дядя, давай оставим это дело в руках Ванцзи — Так же тихо ответил Сичень и погладил Цзиньи по волосам, пока тот беззастенчиво подслушивал.       Мадам Мо уже давно не видела своего племянника, и прошло немало времени, пока она догадалась, кто был этот ярко накрашенный мужчина. Она воспылала яростью, но решила не терять самообладания и беспокоить себя какой-то ерундой, и, понизив голос, сказала своему мужу: — Кто его выпустил? Выведи его отсюда!       Муж мадам Мо незамедлительно улыбнулся, чтобы ее успокоить, и подошел к Вэй У Сяню с досадливым взглядом, готовясь выволочь того из зала. Однако Вэй У Сянь внезапно плюхнулся на землю, намертво вцепившись в пол всеми руками и ногами, и даже несколько слуг, прибежавших на помощь господам, не смогли поднять его. От их бесплодных попыток лицо мадам Мо становилось все темнее и темнее, а ее муж все сильнее и сильнее потел. Он выругался: — Ты, чертов псих! Если сейчас же не вернешься обратно, будешь наказан!       И хотя все в деревне знали, что в семье Мо был молодой господин, слетевший с катушек, Мо Сюань Юй уже несколько лет сидел в своей темной комнате, боясь выходить наружу. И теперь, увидев, как диковинны были и его внешность, и его поступки, люди зашептались с удвоенной силой, надеясь на хорошее представление. Вэй У Сянь сказал: — Хотите, чтобы я ушел? Да запросто! Но пусть сначала он вернет мне украденное! — и тут он указал на Мо Цзыюаня.       Мо Цзы Юань никак не ожидал, что, хорошенько получив от него вчера, этот никчемный дурачок осмелится прийти сюда и доставить неприятности. Он побелел от гнева: — Что за чушь ты несешь?! Когда это я крал твои вещи?! Зачем мне это нужно?!       Вэй У Сянь ответил: -Все верно, ты не крал у меня, ты меня ограбил! — А есть разница? — Поинтересовался Цзысюань, чуть нервно теребя свой хвост. — Естественно есть! — Хмыкнул Жулань и протянул Сычжую ленту, что он забрал у брата пока тот возился с волосами дяди — Крадут по тихому, а грабят в открытую. — Да, к примеру… У меня из мастерской кто-то очень незаметно спёр талисман — Сказал Вэй Ин и улыбнулся — Это кража… А если бы эти редиски в открытую ворвались в мастерскую и забрали талисман — это был бы грабёж. — Дядя Ин, ну мы же извинились, да и было это сколько лет назад! — А-Лин недовольно надулся, тем самым очень походя на Цзян Чена — И как ты вообще всё ещё это помнишь? У тебя же ужасная память. — Учитель помнит все наши правила, так что я бы не сказал, что его память так ужасна — Протянул Цзиньи, стараясь стащить ленту у младшего брата, но Жулань активно не отдавал её.       Мадам Мо молчала, а ее сын в ярости уже было поднял ногу, готовясь пнуть Вэй У Сяня. Но в этот самый момент один из юношей в белой одежде, тот, что постарше, сделал незаметное движение пальцем, и нога Мо Цзы Юаня упала на землю, едва ли вскользь задев Вэй У Сяня. Однако тот все равно прокатился по полу, как будто его и вправду пнули, и распахнул свои одеяния на груди, демонстрируя всем отпечаток ноги, что оставил на нем Мо Цзы Юань вчера. — Сычжуй! — Цзиньи звонко вскрикнул и вскинул руку, указывая на брата — Я так и знал, что ты что-то сделал! — Цзиньи, не шуми — Мягко пожурил среднего брата А-Юань, забирая ленточку у Жуланя и заканчивая причёску А-Ньян.       Цижень тяжело вздохнул. Это точно не родные дети Ванцзи и Усяня. Один спокойный и уравновешенный, а второй громкий и активный. В голове не укладывается подобное.       Все подумали, что Мо Сюань Юй никак не мог пнуть себя сам. И кто еще, кроме Мо Цзы Юаня, всегда высокомерного и безрассудного, мог бы сделать это? Как бы то ни было, семья Мо всегда слишком беспощадно относилась к своему кровному родичу. Было ясно как дважды два что, вернувшись от отца, Мо Сюань Юй не был настолько сумасшедшим, так что это явно влияние семьи Мо. Да уж, представление выходило занимательным, гораздо интереснее, чем какие-то там заклинатели! — Тц, обывателям лишь бы хлеба и зрелищ подавай — Недовольно произнёс Минцзюэ, что не раз сталкивался с подобным и кто бы только знал, как его это раздражает. — Тут я соглашусь с главой Не — Произнёс Жохань, что вызвало скрип зубов Минцзюэ — И это не только обыватели. Часто и заклинателям подавай по больше страданий, да по меньше жалоб.       До этого момента мадам Мо молчала: не желала обращать внимания на больного человека и поэтому приказала вывести его вон. Но теперь она точно знала — Мо Сюань Юй пришел не просто так. Его голова была ясна как никогда, и он делает все нарочно, чтобы опозорить ее семью. Она была одновременно шокирована и разгневана: — Ты ведь весь этот концерт затеял специально, не так ли?       Вэй У Сянь ответил прямо: — Он украл мои вещи, и я здесь, чтобы получить их назад. Это считается за концерт?       Цзян Чен и Не Хуайсан переглянулись и тяжело вздохнули. Они столько лет знают Усяня и тот был мастером закатывать концерты. Да такие, что порой и не придерёшься! И не поймёшь, что это был за концерт. И к чему это вообще было.       Юй Цзыюань снова молчаливо проклинала мальчишку, сжимая руку в кулак. Как только вернутся в пристань, сразу же отлупит его Цзыдянем. А то видите ли Черновод его защищает. Как какой-то демон имеет право указывать ей?! Госпоже Пристани Лотоса!       Хэ Сюань оторвался от книги и кинул не впечатлённый взгляд на Цзыюань, приподнимая бровь. Забрать Цзыдянь что-ли? Для профилактики.       Конечно, когда вокруг столько любопытных глаз, жадных до сплетен, мадам Мо не могла ни ударить его, ни вышвырнуть вон. Она кипела от гнева, но все, что она могла себе позволить — это попытаться примирить обе стороны: — Воровство? Кража? Какие неуважительные слова. Мы все — одна семья. Он просто взял их, чтобы посмотреть. А-Юань — твой младший брат. Ты же старший, ты должен делиться своими игрушками. Он обязательно тебе все вернет.       Юноши из клана Лань безмолвно уставились друг на друга. Они росли в клане заклинателей, утопающем в роскоши, и, возможно, даже никогда не видели подобных ситуаций и не слышали подобной логики. Вэй У Сянь истерически захохотал про себя и простер руку: — Что ж, тогда пусть он вернет их сейчас.       Он понимал, что Мо Цзы Юань не мог ничего ему вернуть, поскольку он давно уже либо все выкинул, либо разломал. А даже если бы и мог, его гордость не позволила бы ему это сделать. Вместо этого Мо Цзы Юань стал совсем пунцовым от гнева и завопил: — Мама!       Взгляд же его выражал: — Ты действительно позволишь ему обращаться со мной вот так?! — И его хотели отправить в заклинатели? — Прорычал Не Минцзюэ, которого неимоверно раздражали такие люди, что не могли постоять за себя.       И нет, он не лицемерил. Его брат, как бы странно это не звучало для остальных, был вполне себе в состоянии постоять за себя. Не физически, а словесно. Так что Минцзюэ не лицемерил. — Да, глава Не, мы тоже были немного… Озадачены — Сказал Цзиньи и потрепал свой хвост, хмуря брови — Он был… Не самым приятным человеком. — Говори прямо — Фыркнул А-Лин и подпёр голову рукой, упираясь локтем в колено — Он был идиотом. — Нам правила этого не позволяют, А-Лин, — С вежливой улыбкой сказал Сычжуй.       Юниоры прошлого тихо захихикали, слушая разговоры ребят из будущего. Это новое поколение было довольно забавным.       Мать сердито взглянула на него, будто прося не усугублять ситуацию. Тем временем Вэй У Сянь продолжил: — Знаете, а ведь дело вовсе не в том, что он украл мои вещи, а в том, что он украл их посреди ночи. Все знают, что я предпочитаю мужчин. Прокрасться ко мне в комнату под покровом ночи… Могут поползти слухи.       Мадам Юй зашипела от негодования. Как этот мальчишка смеет права так позорить её орден? — А в чём я был не прав? — Вэй Ин прямо посмотрел на мадам Юй и приподнял бровь — Сюаньюй был довольно молодым и привлекательным юношей. Все знали, что он обрезанный рукав. А этот «молодой господин» прокрадывался к нему под покровом ночи в комнату. Я не берусь утверждать правда ли он домогался, до Сюаньюя, но так же я не берусь опровергать это.       Мадам Юй была взбешена тем, как этот паршивец с ней разговаривает и уже хотела вскочить, как прямо перед её носом ударился хлыст, что был так похож на цзыдянь. Она медленно повернула голову в сторону его обладателя и наткнулась на взор золотых глаз. — Тишина — Приказал Хэ Сюань и вернулся к чтению.       Хуа Чен тихо засмеялся и крепче обнял гэгэ, наклоняясь к его уху: — Карась зол.       Се Лянь захихикал и кивнул. За столько лет он так и не привык к тому, какие прозвища Хуа Чен даёт своему другу.       Мадам Мо схватила воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег, а отдышавшись, прокричала: — О чем это таком ты говоришь, не стыдясь целой деревни! А-Юань — твой двоюродный брат!       Вэй У Сяню не было равных, когда дело доходило до безумств. В прошлом, когда он хотел натворить что-нибудь действительно эдакое, ему приходилось помнить о своем положении в обществе. Но сейчас он был уже провозглашенным деревенским дурачком, так что, он мог делать все, что угодно и как угодно. Он вытянул шею и дерзко парировал: — Это он не смог держать себя в руках, хоть он и мой двоюродный брат! Ну и кто тут не стыдится никого? Если ему и безразлична своя репутация, то пусть хотя бы не порочит мою невинность! Я, знаете ли, еще надеюсь найти себе достойного мужчину! — Погоди! — Цзян Чен вскинул голову на брата и хлопнул глазами — Ты вытворял все свои проказы с оглядкой на орден? — Естественно! — Лань Ин улыбнулся и потрепал хвост, так как это делал Цзиньи — А ты что думал? Я, конечно, считался самым бесстыдным человеком нашего поколения, но я никогда не забывал о своём положении и следил за тем, что бы мои действия не вредили ордену. — Достойного мужчину ты всё же нашёл — Неожиданно прошептал Ванцзи на ухо Вэй Ина, из-за чего юноша слегка вздрогнул. — Не говори такие слова так неожиданно — Пробурчал А-Ин, слегка толкнув возлюбленного плечом в плечо, вызывая смешки со стороны Цзиньи и Сиченя, что подслушивали, хотя правилами было запрещено.       Мо Цзыюань испустил боевой клич, схватил стул и начал размахивать им в воздухе, собираясь швырнуть им в двоюродного братца. Вэй Усянь, поняв, что ему, наконец, удалось вывести Мо Цзыюаня из себя, откатился в сторону и вскочил на ноги, едва успев избежать запущенного в него стула, с грохотом развалившегося при ударе о землю. Праздные зеваки, только что злорадно глазевшие на посрамление семьи Мо, тут же разбежались. — Всегда убегают, когда чуют опасность — Фыркнул Хуа Чен и подтянулся на софе, удобнее обнимая своё божество — Сколько бы веков не прошло, но кое что не меняется. — Общественное мнение весьма переменчиво — С глубокой обидой в голосе, произнёс Вэй Усянь.       Сичень почувствовал укол совести в груди и отпустил голову. Они ещё ни разу не разговаривали с Усянем об осаде горы Луаньцзан. Хуань знал, что Лань Ин не злится на него, но глубоко внутри тот явно всё ещё был обижен.       Вэй У Сянь бросился к группе юношей из Ордена Гусу Лань, что изумленно наблюдали за происходящим, и завопил, что есть мочи: — Вы это видели? Видели?! Мало того, что он украл мои вещи, так теперь еще и покалечить меня хочет! Каков подлец! — Мы тогда были весьма удивленны происходящим — Сычжуй поправил свои одежды и сел в благопристойную позу — А-Ньян тогда устроил настоящее представление. — Жаль, что мы тогда не были друзьями — Проскулил А-Лин, слегка тряся Цзиньи за плечи — Я бы точно напросился тогда с вами. — Ага и попал бы в проблемы с мозаикой — Хмыкнул Вэй Ин, поглядывая на племянника — Ты и без этого магнит для проблем, Жулань.       Цзинь Лин надулся и сложил руки на груди, показав дяде язык. Цзян Чен же пытался понять, почему его племянник перенял характер Усяня. Но тут же он помотал головой. Лучше уж Усянь, чем этот павлин.       Цзысюань чувствовал, что кто-то говорит о нём гадости и его взгляд вперился в Цзян Ваньиня.       Мо Цзыюань бросился за ним вдогонку и уже почти схватил его, когда лидер юношей торопливо остановил его: — Пожалуйста, молодой господин, словами можно добиться большего, чем кулаками. — А-Юань, иногда наступают моменты, когда тебя никто не слушает, что бы ты не говорил — Сказал Вэй Ин, щёлкнув сына пол лбу — Так что слова не всегда помогают.       Цзиньи кивнул и наклонился вперёд, смотря на брата, улыбаясь ему. — Ты же помнишь, как она потом на нас напустилась и явно не хотела нас слушать, так что А-Ньян прав. — Ты поумнел что-ли? — Цзинь Лин получил в ответ игнорирование и поймал улыбку мамы, улыбаясь ей в ответ.       Мадам Мо увидела, что юноша явно собирался защитить ее племянника, и предусмотрительно натянула на лицо улыбку: — Он сын моей младшей сестры. И у него не все в порядке с головой. Все в деревне Мо знают, что он помешанный и говорит всякие глупости. Его слова не стоит воспринимать всерьез. Так что, пожалуйста…       Не дав ей закончить, Вэй У Сянь опасливо выглянул из-за спины юноши и свирепо произнес: — Это почему же мои слова не стоит воспринимать всерьез?! Только попробуй еще раз украсть мои вещи! Стащишь еще хоть что-нибудь, и я тебе руку отрежу! — А-Сянь, А-Сянь, сколько раз я тебе говорила, что нужно следить за тем, кому и что ты говоришь — Произнесла Янли, покачивая головой. — Я знаю, Шицзе, но у меня не всегда получается вовремя замолчать — С тяжёлым вздохом сказал Усянь. — Да, иногда ты не затыкаешься, а иногда из тебя и клещами слова не вытащить — Тихо фыркнул Хуйасан, обмахиваясь веером, что когда-то подарил ему Усянь.       Это был не просто веер. Это был тешань.       После этих слов, хотя его отец и держал его крепко, Мо Цзыюань был близок к тому, чтобы вновь взорваться. Вэй Усянь поспешно выскочил на улицу, а юноша закрыл собой проход за ним и ловко сменил тему разговора: — Что ж… Значит, мы займем на ночь Западный двор. И помните, что я сказал: с наступлением темноты закройте все окна, не выходите на улицу, и тем паче, не приближайтесь ко двору.       Жохань задумчиво смотрел на юношей из будущего. Вернее на одного из сыновей Усяня. Всё же что-то казалось ему знакомым в этом лице. Голос Не Минцзюэ вырвал главу Вэнь из мыслей. — Изменился способ ночных охот? — Поинтересовался мужчина, смотря на представителей будущего. — Вы всё узнаете, Глава Не, — Произнёс Усянь, улыбнувшись.       Мадам Мо, трясясь от гнева, выдавила из себя: — Да, да… Спасибо!       Ее сын не мог поверить своим глазам: — Мама! Этот чокнутый опозорил меня перед целой деревней, и ему это сойдет с рук? Ты же сама говорила, что он всего лишь… — Помолчи! Не можешь подождать до дома?! — приказала она.       Мо Цзы Юаня никогда раньше так не позорили и не выставляли полным дураком, а покровительственные слова его матери только подлили масла в огонь. Ненависть переполнила его, и он подумал: — Сегодня этот сумасшедший получит свое сполна!       Сичень покачал головой. Вот есть же в мире такие глупцы с ненавистью в сердце. Хотя далеко ходить не надо. Гуаньяо был таким. Вот только тот скрывал свою ненависть за фальшивой улыбкой. — Сичень-гэ, не думай, а то голова вскипит — Протянул Лань Ин, вырывая Хуаня из самоуничижительных мыслей.       Вэй У Сянь вдоволь навеселился, изображая умалишенного, и покинув Восточный двор, пошел прогуляться по деревне Мо. И хотя многие шугались его, он начал получать настоящее удовольствие от того, что все считали его сумасшедшим. Вэй У Сянь даже привел в порядок свой макияж, напоминающий призрак висельника, и почти передумал смывать его. Закончив приглаживать волосы, он посмотрел на свои запястья. Похоже, порезы совсем не заживали. Это означало, что просто позлить Мо Цзы Юаня было недостаточно для исполнения желания Мо Сюань Юя и снятия проклятия.       Неужели ему и вправду придется стереть с лица земли всю семью Мо?..       Честно говоря, это не было такой уж сложной задачей. — Задача не сложная, но я не большой любитель всего такого — Протянул Вэй Ин и привалился к плечу Ванцзи — Мне хватило уже крови на руках.       Эта фраза была столь незначительная, но она очень явно показывала, что в будущем произошло что-то ужасное.       Вэй У Сянь вышел к Западному двору семьи Мо. Здесь ученики Ордена Гу Су Лань стояли на крышах и стенах, с серьезным видом тихо переговариваясь между собой.       Хотя Орден Гу Су Лань сыграл немаловажную роль при осаде горы Луаньцзан, Вэй У Сянь понимал, что тогда эти ученики либо еще не были рождены, либо были совсем младенцами. Не было причин держать на них зла, так что Вэй У Сянь решил подождать и узнать, что же они собираются делать. — Ты слишком добр, Маленький Призрак — Протянул Хуа Чен и покачал головой, не понимая, как этот ребёнок не озлобился на весь мир и не стал демоном после смерти, жаждя отмщения. — Поддерживаю — Проговорил Хэ Сюяань, прочищая горло от долгого чтения — Учитывая то, как ты умер… Я честно удивлён, что ты просто призраком слонялся по владениям Хуа Чена. — Я мог бы отомстить, но не видел в этом смысла — С вздохом произнёс Вэй Ин и положил голову на плечо Лань Чжаня — Да и устал я тогда от всего вокруг и просто хотел отдохнуть, чем я и занимался 13 лет. Отдыхал.       Ванцзи незаметно коснулся запястья Вэй Ина, поддерживая его, получая в ответ тихую благодарность.       Через некоторое время он почувствовал, что что-то тут было нечисто.       Почему флаги, развевающиеся на крышах и стенах, казались ему такими знакомыми?       Стяг такого типа назывался «Флаг, привлекающий духов». Если его возьмет живой человек, то он будет привлекать всех духов, злобных призраков, ходячих мертвецов или иные темные создания в определенном радиусе, и вся эта нечисть начнет атаковать беднягу. Именно из-за того, что человек с флагом становился живой мишенью, другое его название было «Флаг-мишень». Его можно было установить и на дом, но в нем обязательно должны были находиться живые люди. И тогда целью нечисти становились все они. А из-за того, что такие флаги притягивали темную энергию со всей округи, подобную завихрениям черного ветра, их также называли «Флаги Черного Ветра». Судя по всему, выходило, что установив их в Западном дворе в определенном порядке и строго-настрого запретив кому бы то ни было приближаться к нему, ученики Ордена Гу Су Лань планировали заманить сюда всех ходячих мертвецов и уничтожить их одним махом. — Хм, это довольно полезное изобретение — Произнёс Цижень, поглаживая свою бородку. — Согласен, это бы упростило ночные охоты, но это звучит, как нечто опасное — Ответил Фенмянь. — Любое изобретение опасно — Фыркнул Жохань и слегка наклонился вперёд, ухмыляясь, смотря на Главу Цзян — Или тебе напомнить, как ты в Гусу с Чанцзе спалили свою комнату взрывным талисманом?       Вэй Ин, Цзян Чен И Янли с интересом посмотрели на главу Ордена Цзян, желая услышать подробнее. — Не ты ли потом в этот же день был скинут в холодный источник? — В ответ кинул Фенмянь, смотря на друга, приподнимая бровь.       Жохань фыркнул и отпил вино. Именно так он и познакомился с Лотосовым соцветием. Цзян Фенмянь, Вэй Чанцзе и Цансэ Санжень. Два брата и их лучшая подруга. — Не помню такого — Через несколько секунд ответил Жохань — Я уже не молод, память подводит.       Что до того, что они казались знакомыми… Да как они могли быть не знакомы? Ведь создателем «Флагов, привлекающих духов» был никто иной, как Старейшина И Лин!       Похоже, несмотря на то, что среди заклинателей было принято его ненавидеть, все же многие его изобретения продолжали использоваться. — Лицемерием воняет — Буркнул Цзинь Цзысюань, почему то так и ощущая в этой истории огромный след своего отца. — Ещё каким, Цзысюань, — С лёгкой улыбкой ответил Вэй Ин, услышав павлинчика — Такой удушающий флёр лицемерия со стороны всего мира заклинателей, что аж тошно.       Лань Чжань успокаивающе погладил своего будущего мужа по запястью. Ему и самому не нравилось то, что происходит в этом возможном будущем.       Ученик на крыше увидел, как он шатался неподалеку, и сказал: — Пожалуйста, идите домой. Здесь не место для вас. — А-Юань, ты такой милый — Проворковал Усянь и неожиданно словно почуял запах уксуса, тихо прошептав — А-Чжань, не пей уксус.       Ванцзи вздрогнул и отвернул голову в сторону, пламенея ушами.       Несмотря на то, что его прогнали, сделано это было из доброты, и тон голоса был совершенно иной, нежели чем когда его шпыняли слуги семьи Мо. И тогда Вэй У Сянь, улучив момент, быстро взобрался на крышу и схватил один из флагов. — До сих пор не понимаю зачем тебе понадобился флаг — Буркнул Цзиньи, ероша свой хвост. — Сейчас поймёшь, А-Юэ, — С нежной улыбкой сказал Вэй Ин, кинув взгляд на второго сына.       Опомнившись от неожиданности, ученик спрыгнул за ним, пытаясь догнать: — Не двигайтесь! Вам не стоит его брать.       Вэй У Сянь, с растрепанными волосами и болтающимися в разные стороны руками, похожий на настоящего душевнобольного, убегал от него и голосил на всю улицу: — Не отдам! Не отдам! Мое! Мое!       Но ученик в несколько шагов догнал его и схватил за руку: — Если не отдашь, то я тебя ударю!       Юниоры прошлого были в шоке, смотря на Цзиньи. Это точно был Лань? Они никогда ещё не встречали такого странного Ланя. — Представляю вашему вниманию самый не ланистый Лань в мире — С смешком сказал Цзинь Лин.       Цзиньи шутовски прихорашивался, откидывая волосы за спину, озорно улыбаясь. Казалось, что тот был родным сыном Вэй Ина, а не приёмным, на столько они были похожи в своих повадках и характере. Вэй Усянь вцепился во флаг мертвой хваткой, не желая отпускать свою добычу. Лидер юношей, заканчивающий последние приготовления, услышал их перепалку и мягко спрыгнул с крыши: — Цзиньи, уймись. Не шуми и просто возьми у него флаг.       Лань Цзиньи ответил: — Сычжуй, я не собирался бить его на самом деле! Но смотри, он нарушил нам весь порядок установки флагов! — Вот именно! Мы так старались, а А-Ньян нам всю постановку нарушил — Цзиньи скуксился и сложил руки на груди       Вэй Ин слегка улыбнулся, смотря на сына и покачал головой. Вот что делать с этим ребёнком. Давно же уже не 15, но всё такой же.       Пока Лань Цзин И и Вэй У Сянь боролись за флаг, последний успел как следует его разглядеть. Узоры были нарисованы верно, и заклинания были точными. Никаких ошибок не было, а значит, все должно было пройти гладко. Однако флагоносцу недоставало опыта, так что стяг привлекал злых существ и ходячих мертвецов только в радиусе пяти ли. Хотя этого было достаточно, все-таки деревня Мо была довольна мала. — УА! — Цзиньи вскочил с пола и налетел с объятиями на Лань Усяня, крепко его обнимая — А-Ньян! Так ты просто волновался за нас! Прости за всё, что я наговорил тебе в тот день!       Усянь нежно обнял приёмного сына под понимающий взгляд Сиченя и запах уксуса Ванцзи: — Ты извиняешься только за тот раз?       Цзян Чен немного завидовал будущим Юниорам в этот момент. Порой он хотел так же обнять старшего, пускай и на пару месяцев, брата и спрятаться в его объятиях от всего мира. От колких слов матери. От пренебрежения отца. Услышать спокойное «А-Чен» и почувствовать друг друга настоящей семьёй. — А-Чен, — Янли взяла младшего брата за руку и нежно сжала её в своей нежной ладони.       Она понимала мысли Ваньиня. В детстве она надеялась, что родители помирятся и мама примет А-Сяня. Годы шли. Всё становилось только хуже. И лишь они трое оставались друг у друга.       Лань Сычжуй улыбнулся ему: — Молодой господин Мо, уже темнеет, и совсем скоро мы начнем охоту на ходячих мертвецов. Ночью здесь будет очень опасно, поэтому, пожалуйста, вернитесь в свою комнату для вашего же блага.       Вэй У Сянь окинул его взглядом. Юноша был статен, изящен и благороден. Слабая улыбка играла на его губах. Вэй У Сянь молчаливо одобрил его. Расстановка флагов была скрупулезной и тщательно выверенной, а манеры его уважительны — все говорило о большом потенциале, сокрытом в юноше. Неудивительно, что подобный ученик воспитывался именно в таком клане строгих устоев, как Лань.       Вэй Ин, не выпуская приёмного сына из объятий, наклонился ближе к Ванцзи, тихо зашептав: — Угадай, кто воспитывал А-Юаня всё то время, что отдыхал.       Ванцзи слегка повернул голову и незаметно указал на себя, вопросительно приподнимая бровь, получая в ответ две одинаково широкие улыбки от Цзиньи и Усяня. — А Цзиньи кто воспитывал? — Так же тихо поинтересовался Лань Чжань, не веря, что с его воспитанием мог вырасти кто-то так похожий на А-Ина. — Тоже ты — Тихонечко прошептал А-Юань, подсев ближе к родителям и брату, образуя своеобразный кружок — Мы с А-Юэ росли вместе и воспитывал ты нас одинаково… Не знаю, как так получилось, что он перенял характер А-Ньян.       Сторонние наблюдатели, кто всё время следил за Ланями, невольно восхитились тому, как по домашнему выглядела эта четвёрка. Даже казалось, что вместе с Сиченем и Усянем в прошлое перенёсся и Ванцзи, так гармонично он вписывался в семейную идиллию.       Лань Сычжуй снова заговорил: — Флаг…       Не дав ему закончить, Вэй Усянь бросил стяг на землю и выпалил: — Это всего лишь дурацкий флаг! Я смогу нарисовать гораздо лучше, чем этот! — И не врёт же! — Хохотнул Минцзюэ, опрокидывая в себя чарку с вином — Кто ещё может нарисовать флаг лучше, чем его создатель? — Создатель, но в другом теле? — С смешком спросил Жохань, чокнувшись чарками с Минцзюэ, что вызвало удивлённые взгляды у многих присутствующих.       Все знали, как Глава Не ненавидел Вэнь Жоханя, а сейчас они сидят, пьют и, кажется, даже о чём-то тихо переговариваются. В самый сильный шок впал, как раз таки Хуайсан, который по сотни раз на дню выслушивал от брата тонну нелестных реплик в адрес всего Цишань Вэнь, а сейчас, эти двое выглядели, как лучшие друзья.       Едва бросив флаг, Вэй Усянь рванул с места и был таков. Юноши, наблюдавшие за всей этой кутерьмой, едва не попадали с крыш от смеха, услышав его нелепые слова. Лань Цзиньи тоже зафыркал и подобрал Флаг, привлекающий духов: — Вот ведь чокнутый! — Лань Цзиньи — Сичень внимательно посмотрел на пристыженного племянника и слегка улыбнулся — В следующий раз попытайся быть сдержанней. — Хорошо, Бобо, — Слегка покраснев от стыда, произнёс Цзиньи.       Вэй Усянь еще немного бесцельно побродил по деревне и вернулся в маленький дворик, где располагалась лачуга Мо Сюаньюя.       Не обращая никакого внимания на сломанный замок и бардак на полу, он выбрал более-менее чистое место и опять сел в позу лотоса.       Но еще до наступления рассвета какой-то шум снаружи прервал его медитацию.       Хэ Сюань закрыл книгу и отложил её в сторону, тяжело выдыхая. Он ненавидел читать так много в слух и больше всего он ненавидел то, что его постоянно прерывали. Почему нельзя просто подождать, когда он закончит и уже потом обсудить всё?       Хуа Чен встал с софы и подошёл к Усяню, хитро ухмыляясь, приложив руку к его голове, ныряя в его память. На руке демона сформировался белоснежный шарик, который тут же улетел в сторону книги. — Что ты сделал? — Усянь убрал руку старшего друга от своей головы и с прищуром на него посмотрел.       Демон же ничего не ответил и вернулся назад к своему Гэгэ, устраивая его у себя на груди, щелкая пальцами. Комната погрузилась в темноту, а книга вылетела на центр зала, раскрываясь и засветившись. — Я посчитал, что основные истории не такие интересные, как твои воспоминания, так что наслаждайся — Глаз Собирателя цветов игриво блеснул и всё внимание устремилось на проекцию.       Туман мягко стелился по кроличьей поляне, на которой мирно сидели два человека, тихо разговаривая. Оба были облачены в нежно голубые ханьфу с вышитыми облаками, а их лбы украшали лобные ленты. — Ох, я со стороны выгляжу так странно — Протянул Вэй Ин, смотря на проекцию — Всё ещё не могу привыкнуть к этому. — Я, когда впервые тебя увидел в этих одеяниях, ещё несколько часов не мог и слова вымолвить — Пробормотал Цзинь Лин.       Один из мужчин лениво покручивал между пальцами продольную флейту, пока другой что-то наигрывал на гуцине, перебирая струны между изящными пальцами. — Когда нам надо отправляться туда? — Наконец-то разорвав молчание, спросил Лань Ванцзи. — Ох, а это хороший вопрос — Протянул Лань Усянь и закрепил флейту на положенном месте — Жулань не выставил ни каких сроков. Но может лучше завтра? — Ох, это тот момент — Протянул Жулань и недовольно посмотрел на дядю — Да-цзю , мне кажется, вы вообще не собирались приезжать! — А зачем? — Цзисюань поддался вперёд, желая узнать, что-то очень интересное, от чего его сын… СЫН?.. так недоволен. — Сейчас узнаешь, А-дье, — С лёгкой улыбкой ответил Жулань, точно зная, куда пропадёт во время перерыва.       Несколько дней назад в Цзиньи и Сычжуй улетели в башню Кои, что бы подготовиться к ночной охоте, в честь совершеннолетия Цзинь Лина, но мальчишкам запретили отправляться на неё без старших. На этом настояли Лань Усянь и Цзянь Ваньинь, которые прекрасно знали о пристрастии своего племянника влипать в любые неприятности, которые тот только видит. Даже если в этой группе и был самый сознательный адепт ордена Лань, доверять младшим охотиться в одиночку, они не собирались.       Сычжуй тихо засмеялся, прикрывая губы рукавом ханьфу. Это всё звучало бы разумно, если бы не одно большое «НО»: — И по этому из всех старших с нами отправили именно А-Ньян?       Такой лёгкий вопрос заставил всех подростков засмеяться. Уж они то знали, с какой лёгкостью Усянь влипает в неприятности. — Кто вообще решил, что отправлять его с вами будет хорошей идеей? — Спросил Цзян Чен, осматривая людей из будущего. — ТЫ! — Хором ответил четыре человека, в число которых входил Сичень. — Ты точно справишься один, А-Ин? — Нежно спросил Ванцзи, заглушая струны рукой и смотря на своего мужа с глубокими чувствами во взгляде. — А-Чен впервые попросил меня о чём-то с того нашего последнего разговора — С невыносимой тоской в голосе произнёс Усянь и прижался плечом к плечу мужа — Я справлюсь, А-Чжань. Ты же в меня веришь?       Ванцзи слегка наклонился, оставляя лёгкий поцелуй на губах Усяня и кивая: — Всегда верю в А-Ина.       Книга потухла и опустилась обратно на колени Се Ляня, который улыбался мягкой улыбкой. — На сегодня предлагаю закончить — Произнёс небожитель и встал с софы, держа книгу в руках — Продолжим завтра, а пока отдохните. Погуляйте. Познакомьтесь по ближе друг с другом.       Небожитель и демоны покинули комнату, а за ними медленно вышли и остальные, уже в коридоре разбиваясь на стайки. Усянь же ушёл куда-то с семьёй Цзян, что бы наконец-то решить все вопросы и разногласия.