Часть 5

Через пять минут Хосок уже стоял в коридоре. Черная толстовка, брюки, зачесывает волосы назад, рассматривая себя в зеркало. — Потерялась она там, в пространстве что ли… Девушка надела футболку и черные джинсы. На ногах как обычно ботинки, в руке маленький рюкзак, где лежит ее телефон и прочая женская фигня. Сонг выходит из комнаты и проходит в коридор: — Ты от зеркала может отлипнешь и мы поедем? — Тц… Он фыркнул, а после пошел на выход. Дорога в торговый центр заняла около десяти минут. Хосок поставил машину на парковку, дождался «дочь» и направился с ней тратить деньжата. — С чего начнем? Одежда, сумочки, побрякушки? Техника? Вот здесь ей стало неудобно. Ещё кто-то на нее тратиться будет. Так для вида возьмёт пару футболок, и на этом закончит. Двое прошли в женский магазин. Девушка взяла себе две футболки черного цвета только с разными принтами. — На, иди оплачивай, — свет она ему одежду на вешалке. — И все? Не… нахер. Тащились в такую даль! Могла заказать их в интернете. Идем. Тот отдал футболки консультанту, а после пошел по рядам с вешалками. — Так… Вот это… И это… И вот это… — Он приставлял к девушке вещь за вещью и скидывал женщине, что едва ли поспевала за ними. — Зачем мне столько вещей, если я ношу школьную форме больше времени, чем обычную одежду? — она касается его руки, останавливая. — Угомонись. Этого больше, чем достаточно. Кан забирает вещи и идет в примерочную. Даже не примеряя, она просто выбирает то, что ей больше нравится и выходит через пять минут в мужчине. — Все. Я справилась. — Вот, не облезла же, верно? Теперь куда? — спрашивает Чон, проходя к кассе. — Домой, — пожимает она плечами. — Мне ничего не нужно. Пока. Девушка смотрит на то, как тот расплачивается и мило беседует с кассиром, что на него чуть ли слюни не пускает. Чон кокетливо улыбнулся на прощание и пошел на выход. — За красивую улыбочку получил скидочку… — посмеялся Чон сам себе. — Как насчет устроить что-то вроде вечеринки по поводу переезда? Вроде как событие, нет? — Ненавижу вечеринки. Пустая трата денег и времени. Напиться можно и дома, заняться сексом тоже, а не в кабинке туалета. Так что, не вижу в этом необходимости. И больше не траться на меня, ладно? — Я подумаю над этим… Но нет или да он не сказал, просто пошел дальше, как ни в чем не бывало. Домой они вернулись так же быстро. Стоило ли вообще куда- то ехать? Кан с облегчением выдохнула, когда они стояли на пороге квартиры. На нее тратят деньги! Уму непостижимо! Ее прямо трясло, то ли от радости, то ли от какого-то другого странного чувства. Зашла в комнату и увалилась на кровать лицом в подушку. «Так быть не должно. Он не должен этого делать.» Неделя тишины и спокойствия закончилась даже слишком быстро. — Да я тебе глаза на жопу натяну! — кричит Ли, набрасываясь на одноклассника. И нет, она подралась даже не с девушками, которые почуяли конкуренцию, изрисовали ее парту и шкафчик, а с парнем, который поимел наглости залезть ей под юбку своими нечестивыми глазами. Хочешь смотреть — плати, а так не катит. Да еще и насмехнулся над ее котиком на сумке. Кто вообще не любит котиков? Стоит бедный парнишка потрепанный весь в кабинете директора, и девушка, что ехидно улыбается. Директор негодует Такое у него впервые, смотрит на Чонгука и даже не знает, как начать. — Даже не знаю, как начать… Вы вроде приличный мужчина, в школе учились хорошо, взял вашу дочь по старой памяти, но… У меня слов нет, она словно выходец из Кканпае (латинизация корейского слова, которое обычно переводится как «гангстер» или «головорез». Термин обычно используется для обозначения членов неорганизованных уличных банд.) — Ваш ученик повел себя не очень красиво для мужчины. Не кажется ли вам, что заглядывать под юбку к юной девушке, это слегка извращено для святилища науки? — Чонгук не смотрел на ребят, только на директора. Там ещё на страже порядка Сонг ходит и уже даже придумала наказание для паренька, что обидел ее подругу. — Нормализуйте правила поведения в учреждении, и тогда хрупкие девочки не будут обижать крепких мальчиков, — он так унизил парня, что стоял как в дерьмо опущенный. — С вашего позволения мы пойдем. Она показала парню язык, и довольная пошла за своим «отцом». «Неужто даже не отругает? Ой, его ангелок его расстроил. Как печально!» — весело размышляла девушка про себя. Выйдя на улицу, тот дёрнул ее за руку и завел за угол, прижимая спиной к стене. — Я мог бы тебя наказать, но я не твой отец. Просто прошу, больше так не делай. Мне не нужны эти походы в школу, меня это выводит из себя. Все ясно? Есть вопросы? — А чего это папочка так злится? — она хитро щурится и потирается коленом, — у папочки недотрах? Шлюшку домой не привести, пока девочка рядом крутится, да? Она явно испытывает его терпение, приподнимается на носочки и касается его ушка, нежно шепча: — Не волнуйся папочка, доченька будет очень послушной! — выскальзывает из расстояния между ними и идет в сторону парковки, — В конце концов, он начал первым! Чон нахмурился и рыкнул, поправляя на себе ремень. По его мнению, это у нее недотрах, но раз такое дело пошло, то тот примет ее игру, а после хорошенько ее накажет. И хватит называть его папочкой!