Часть 6

Мужчина пошел следом за Сури, к мотоциклу, и уселся спереди. Сегодня она сзади и шлем ещё ей сует. Уже ему сказали, что ездить без защиты нельзя. — Едем куда? Так уж и быть отвезу куда хочешь, хоть и сейчас меня взбесила конкретно. — Да не, домой можно, хотя… есть одно местечко. Девушка продиктовала адрес. Квартал красных фонарей, зачем туда юной школьнице? Неужто решила подзаработать деньжат? Когда мужчина припарковался, он повернул голову на девушку: — Это что за хуйня, Сури? Ему ещё не хватало попасться на глаза органам опеки. Куда он ангелка ещё привез? — Ну, все, спасибо, что подвез! Дома буду к комендантскому часу! Она чмокает его в щеку, а после довольной походкой направляется внутрь, игнорируя его вопрос. Он же застывает в шоке. Девицы разгуливают, пьяницы, средь бела дня. Чон заходит вместе с ней и тянет снова за руку. Скоро оторвет такими темпами. — Что ты здесь забыла, ангелок? — почти прорычал тот, игнорируя шлюх в сетках на груди. Девушка только было хотела одернуть руку и возмутиться, как послышался женский прокуренный голос. — Ли Сури! Снова сбежала из приюта негодница? Статная дама с пышными формами, разодетая в кимоно почти нараспах, встречает их. Ну словно сошедшая с картины гейша. Несмотря на довольно небольшой возраст Сундок являлась хозяйкой этого места и самой лучшей и дорогой женщиной заведения, хотя ей и было слегка за сорок. — Кто этот мужчина? Он к тебе пристает? — Тётушка! — Не зови ты меня так! — она посмеялась, — Прямо смущаешь перед гостями! Идем, не крутись тут, идем… Та разворачивается на месте и «плывет» в ту сторону откуда пришла. Девушка вырывает руку и идет за ней, не намереваясь отвечать Чонгуку на его вопрос. Она ущипнула какого-то мужчину по пути, игриво подмигнула и вот уже скрылась за поворотом. «Отец» конечно же шел за дамой и за девушкой. Ему же нужно посмотреть, что здесь происходит и что здесь делает его «дочь». — Сури, ответ, живо. — О не волнуйтесь господин, ей здесь совершенно ничего не угрожает. Мы только немного побеседуем и все. Женщина вошла в свой кабинет и подошла к миске с конфетами. Несколько чупа-чупсов тут же оказываются у девчушки в руках. — Милая, хочешь навестить Мию, пока здесь? Та кивнула. — А господин пока останется тут. — Мия, это не мужик какой-нибудь? — злобно смотрит он на Ли и на ее тётушку. — Выкинешь что-нибудь, придется запереть дома. Я жду. Девушка махнула на него рукой и радостная испарилась из кабинета. — Не злитесь на нее, у нее всегда был непростой характер. Вы ведь ее новый опекун? Не смотрите на меня так, директор их детского дома здесь частый гость. Он уже успел похвастаться, — произносит женщина с улыбкой. — Хотите чаю? Чон кивнул ей, а после выдвинулся вперёд, ставя локти на колени. — Успокойте меня тем, что она здесь не работает. — Нет, она здесь не работает. — Женщина снова посмеялась. Через пять минут на столе уже стояли чашечки и чайник, а также миска с печеньем. — Что вы знаете о Сури? Подразумеваю, у вас были свои цели в том, чтобы взять взрослого ребенка, но мне больно даже предположить, что вы можете сделать что-то порочащее с этим несносным ребенком. Чонгук хмыкнул носом и потянулся к чашке. Женщина не выглядит глупой, а значит сама все понять должна. Ему больше интересно о ее жизни. О жизни Сури. — Мать ее правда умерла или другая причина сдачи в детдом существует? — Правда умерла, но все не так просто… — женщина делает глоток. Похоже, эта тема не очень приятна ей. — Мы с Дживон, сколько себя помню, жили здесь. Двух сироток приютила одна статная дама. Всему обучила, дала крышу и еду. Мы были довольны этим, больше не приходилось попрошайничать. Мать Сури была мечтателем, она танцевала для гостей, училась рисовать, даже умудрилась влюбиться в одного богатого господина. Он сделал ей ребенка и… больше не пришел. Она ждала и надеялась, что он придет и заберет ее, но этого не произошло. Шли годы, малышка росла здесь… Когда достигла зрелости, в возрасте тринадцати лет, старшая обучила ее тому, как делать мужчине приятное, не задевая своей чести. Та все ждала, пока цветок распустится окончательно, чтобы взять за это побольше денег… Но Дживон умерла. Заболела чем-то, лечиться отказалась, все до копейки отдавала дочери… Хотела, чтобы та отучилась, нашла работу и вышла из этого порочного круга. Дама Чо, бывшая владелица, относилась к нам как к дочерям. Отправила малышку, провела похороны и сама слегла. Передала дела мне… Я забрала бы ее себе, но мне едва ли позволили оставить свою дочь. Растить двоих мне было бы очень сложно. Чонгук немногословен. Молчал и слушал, внимая каждое слово. Теперь понятно, с чего ангелок такой ангелок. Ему бы просто было бы восхитительно житься если та не будет показывать никаких фокусов и выпадов, которые сведут его с ума. Отцом он ей не станет, но хотелось бы чтобы было элементарное послушание. — Значит о жизни ее не болтать. Уяснил и понял… — делает он глоток. — Убедительная просьба… Слушать вряд ли станет, но может, хоть прислушается. Не нужна ей такая жизнь. Пусть не бросает учебу. Замуж ее надо удачно выдать. Может, она и не моя дочь, но все-таки родная кровь, не хотелось бы для нее плохой участи. — Здесь я с вами согласен. Все будет в порядке и даже лучше. Замуж выдадим вместе с вами, дадим образование. Раз вы родной ей человек, то и ваша участь не была бы лишней. Не думаю, что она мужика с улицы будет слушать. — Меня она точно слушать не станет. Обижается до сих пор… — она посмеялась. — Третья комната по коридору наверху… Она там. Мужчина поблагодарил женщину за чай, поднялся с диванчика и вышел из комнаты. Он огляделся по сторонам, а после прошел к лестнице, где курят дамочки. Его глухие удары ногами по деревянному полу раздавались по всем этажам. Тут тихо, играет тихо музыка, стоны где-то слышатся. Наверное, рабочее время. Стук в двери: — Ты выходишь? Две девушки сидели на футоне, разглядывая журналы. Мия была чуть младше, на вид около тринадцати. Сури поднимает взгляд на Чона, вторая чуть шугано. — Спокойно, это за мной. Ну, бывай, сестрица! Потрепав младшую по волосам, Ли поднимается с места и идет к «папе». — Все косточки перемыли? — Ротик на замок и на выход, — мужчина махнул девочке и вывел Сури через порог в коридор. Он молча вел ее к лестнице, а после на первый этаж. — Иди говори пока и поедем за шмотками. Трусы тебе что ли купить закрытые, чтобы никто не пялился? — Да можно не прощаться! Наверняка у нее много дел, — отмахнуась девушка: — И чего это я виновата, что у людей глаза не на том месте? Почему страдать мне? Пусть себя контролируют!