Пролог

      Фиолетовые всполохи кружили вокруг фейри, поднимаясь и опадая, освещая его красивое, но излишне серьёзное лицо. Мелкая капля пота скатилась по лбу незнакомца, пробежав меж нахмуренных бровей.       Не час и не два фейри сидел так, не двигаясь, не издавая ни звука, не реагируя ни на гомон, доносившийся из лагеря, ни на шум водопада вблизи. Каменная статуя или живое существо? Истину выдавала только изредка вздымающаяся в дыхании грудь.       Пустота, жадная до силы, голодная до власти, отзывалась в каждой клеточке тела незнакомца. Она пела, требуя впустить её, дать ей свободы, накормить её отчаянием, гневом, болью. Этих чувств в нём в избытке. Он даст Пустоте напиться. Пусть захлёбывается, утопая в Его ненависти.       Незнакомец сжал кулак до побелевших костяшек. Рассечённая рука саднила, но фейри привык к боли. Он позволил своей тёплой алой крови окропить тёмные камни.       Мужчина криво улыбнулся и распахнул светлые глаза.       Фиолетовые всполохи исчезли, забившись под его бледную кожу, скрываясь в самых далёких уголках его сущности.       — Господин, — обратился воин с густой рыжей бородой. — Лорд Нейлингара ответил.       — Что? — сухо спросил незнакомец.       Ответ его мало волновал. В непреклонности местного лорда сомневаться не приходилось.       — Он отказался нас принять, — солдат только подтвердил догадки фейри.       — Лорд Таврил и его семья, — задумчиво протянул незнакомец. — До чего же печальна участь моралистов в мире, пропахшем гнильцой.       — Господин?       Фейри тяжело вздохнул, обратив взор на горизонт.       «Солнце восходит».       — Чтобы одни воссияли, другие должны навеки раствориться в тени, — ледяным тоном произнес Господин, не отводя взгляда от восхода. — Отправьте лорду подарок. Он давно его ждал.       ***       Север: вечный камень преткновения. Если что случалось, Ноэль, зачастую, обнаруживал, что проблема именно там. Серебряные лорды и их вечные дрязги. Грызня за власть у стен Рилии. Обычно все споры на Севере заканчивались непродолжительной территориальной войной. Менялись границы, устаревали карты, но претензии друг к другу не имели конца.       Едва услышав про Нейлингар, Ноэль закатил глаза.       Фейрит с задумчивым выражением лица мерил шагами комнату, иногда останавливаясь, но продолжая сохранять тревожное молчание.       — Север, север, — протянул полукровка, с наигранной грустью почесав за ухом рукоятью кинжала. — Опять. Север.       — Да уж, — качнул головой Фейрит. — Твоя правда: расслабиться они нам не дают.       В этот раз территориальные споры почти достигли Рилии.       Официально Аверрон не имел прав вести дела с Северными Землями и распространять там свое влияние. Узнай об этом король Эзрин, Фейрит не отделался бы простым предупреждением.       Но Нейлингар и его лорд оказали Фейриту немалую услугу в далеком прошлом, положив начало долгой и крепкой дружбе.       Никого из лордов Севера Фейрит не ценил так высоко, поэтому получив от Нейлингара письмо, Око всерьёз обеспокоился.       Лорд Таврил никогда прежде не просил помощи. До сего дня.       Сам Фейрит, по понятным причинам, не мог отправиться в Нейлингар, не вызвав подозрений и не ухудшив своё положение. Из всех возможных вариантов рассматривался один.       Причину отправки письма следовало разузнать из тени.       — Решу, — кивнул Ноэль. — Не стоит напрягаться.       «В таком возрасте опасно», — мысленно усмехнулся Ноэль, но Фейрит будто прочитал это во взгляде шёпота.       — И даже не думай острить про возраст.       — Что подумано, то подумано, — пожал плечами парень. — А ведь раньше и ваши остроты были острее.       — Ноэль, — предупреждающе процедил Фейрит.       Парень примирительно поднял руки.       — Отправлюсь сейчас же, — поспешил заверить Ноэль. — Нейлингар мне знаком. Не потеряюсь… никого «лишнего» мимо не пропущу. Поздороваюсь. Чаем напою.       — Главное, чтобы они тебя не напоили.       — Вы меня недооцениваете, Око, — усмехнулся Ноэль. — Клянусь пропитой честью, что они выпьют мой чай раньше, чем успеют заметить меня самого.       Фейрит одобрительно кивнул.       Ноэль театрально поклонился, снимая невидимую шляпу.       — Не скучайте.       Полукровка развернулся и уверенной походкой двинулся к выходу.       — Ноэль!       Шёпот обернулся.       — Не умирай, — неожиданно попросил Фейрит.       Парень замер, растерявшись на мгновение, но вскоре беззаботно усмехнулся.       — Не оплакивайте раньше времени.       Скрипнула тяжелая деревянная дверь, и вскоре силуэт полукровки растворился посреди ночного мрака.       Нейлингар       Главный зал Нейлингара не изобиловал роскошью. Пока многие лорды строили себе замки из золота, воображая себя Солнцем Рилии, но в пределах Северных Земель, Таврил предпочитал заготавливать еду на суровую зиму, трудясь наравне с обычными жителями, не брезговал пить воду из общего колодца и есть кашу на воде, если доходы малы. Весомая часть средств уходила на охрану города. Нейлингар часто преследовали неудачи: то затяжные дожди, то нескончаемая засуха, то воры и убийцы у границ. Однако сколько бы страданий не выпало на долю его народа, лорд с готовностью разделял их все, снискав любовь простых фейри и клеймо иноверца и попирателя традиций со стороны властных кругов. Его именовали «неудобным» лордом.       Нейлингар занимал стратегически важное место. Именно здесь пролегал один из самых очевидных и простых путей к Айсбергу — столице Северных Земель. Таврила не пытался подкупить разве что ленивый. Выгадать для себя условия прохода через эти земли считалось настоящей удачей. Но неудобный лорд не заключал сделок и не вмешивался в политику, стремясь держаться в отдалении от интриг и раздела территорий.       В ушах звенело.       Таврил замер в кресле, склонив голову вправо и устремив опустевший взгляд в стену перед собой.       Битый час советница сетовала на недальновидность действий своего лорда, но голос ее звучал глухо, будто из-под воды.       — Он просто так не оставит эту идею, мой лорд, — продолжала Фионэя. — Не остановится. Мы не выстоим одни против всех.       Таврил благоразумно сохранял молчание.       Дверь распахнулась со скрипом и так резко, что лорд невольно вздрогнул. Ужасное предчувствие резануло по сердцу.       — Мой лорд, — произнес слуга в серых одеждах. Руки его тряслись, удерживая деревянный ящик. — Прислали… из Рентерона.       — Что? — Таврил, покачиваясь, встал.       — Голову, — лорд рухнул обратно в кресло, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик. Он знал, знал, что так будет, но между долгом и кровью… выбрал долг. Слуга вместе с ящиком опустился на пол, вжимаясь в ковер. Голос мужчины ощутимо дрожал, когда тот произносил окончание страшной фразы, убивая последнюю надежду своего хозяина, — вашего сына.