Часть 3

Ярослава вышла из дома, не переодевшись после дороги. Она пошла знакомой дорогой и вскоре оказалась у хоккейного поля, где проходили сборы. Заметив ярко-синюю куртку, она крикнула: «Маратик!» Услышав знакомый голос, Марат обернулся и увидел сестру, которую не видел два года. Обернулись и остальные ребята. — Ярослава! — крикнул в ответ Марат и побежал к ней. Он обнял её, повалил на снег и радостно смеялся. С головы девушки слетела шапка с гербом Советского Союза. — Ярослава, сестрица, вернулась! Живая! — повторял Марат. — Марат, слезь с неё, холодно же на снегу лежать, — сказал русоволосый мальчик лет 13–14. Он не был знаком с Ярославой, так как она не знала, кто и когда присоединился к ним. — Живая, конечно, Маратик, — сказала Яра. — А почему ты не пишешь? — Да я думал, что у вас там читают. — Кому ты нужен, кроме меня и Вовы, Маратка? Ну что, давайте рассказывайте, что у вас тут без меня происходило? Так Ярослава познакомилась с новыми для неё участниками группировки: Мишей Тилькиным (Ералаш), Альбертом Салиховым (Лампа) и другими. — А старших как зовут или они не могут сказать? — спросила девушка, глядя на двух парней. — Это… — начал было говорить Марат, но его перебили. — Зима, — произнёс парень в шапке, из-под которой смешно торчали уши. — Турбо, — это был парень с очень красивыми глазами. — Как жвачка? — Как жвачка, — улыбнулся Турбо. — Ну а настоящие имена у вас есть? — Вахит Зималетдинов. — Валерий Туркин. — Прикольно. Приятно с вами всеми познакомиться. Пойдёмте в качалку. А то холодно. Все сразу же согласились. В «спорт-зале» было много незнакомых ей парней и мужчин. — Это что такое? — спросила Яра у мальчика в пальто. — Их Кощей пришил к нам. — А Кощей это?.. Вова рассказывал ей о Кащее в письмах, когда приезжал домой, но она всё равно не могла понять, кто он на самом деле. — Кощей — это я, — из какой-то комнаты вышел мужчина лет 20–23 с тлеющей сигаретой в одной руке и бутылкой спиртного в другой. Ярославе не нравились такие «ароматы». — А ты кто будешь, куколка? — Во-первых, я тебе не куколка, для тебя — Суворова Ярослава Кирилловна, а во-вторых, ты кого сюда притащил? Это что за мужики тут? Ты из нашей группировки сделал непонятно что. — Ааа, так ты сестра нашего Адидаса. Ммм, припоминаю. Не изменилась, всё такая же… хорошенькая, — говорил Кащей, обходя её вокруг. — Ты чего, как брательник твой старший в Афгане была? — мужчина заметил на её форме несколько значков и какие-то ещё награды. — Была. — Ха, девка в Афгане. Ну умора. — Для кого как. — Я тут подумал, вот ты служила, значит, умеешь драться. Покажи-ка нам свои способности. У нас тут есть отличный боец. Демид, подойди. Из толпы вышел этот самый Демид. — Братуха твой не смог его победить. Кашки мало ел, походу. Посмотрим на что ты способна. Устроим такой лёгкий спарринг. Идёт? Кто-то из скорлупы попросил скорее сходить за Вовой. — Яр, давай не надо? Вова с меня три шкуры сдерет за такое, — шёпотом обратился к сестре Марат. — Маратик, не ссы. Всё будет от-лич-но. А за Вовчика не волнуйся, я потом с ним поговорю. Если надо будет. — Чего это вы там шепчетесь? — Да так, не твоё собачье дело, Кащеюшка. Хорош тянуть кота за хвост. Давайте начнём. Суворова отдала куртку и гимнастёрку брату и начала разминаться. Через пять минут оба бойца были готовы. Ярославе протянули перчатки, от которых она отказалась, сказав: — Не спасибо, бью голыми руками. Эффекта, как по мне, больше. В дополнение к словам она ещё и похрустела пальцами и шеей. — Поехали, — произнёс Кащей. Бой начался.