Глава 26. Двойная проблема (ч.1)

      — Эй, меховой мешок! — Соник едва успевает среагировать, когда робот-двойник его самого нападает с кулаками. К тому времени, когда он сбрасывает с себя оцепенение от первой встречи, металлический кулак сталкивается с его мордой — и ёжик отлетает назад, больно ударяясь о стену.       — Ух… что…? — он тяжело вздыхает. — Это… это что, моя копия?       Выражение лица робота меняется: один его глаз дёргается, когда он делает рывок и хватает серого ёжика. Кажется, робот очень обижен этим вопросом.       — Копия? Ой, как грубо! — от этого робота у Соника мурашки по коже. Он не только сделан по его образу и подобию, но даже звучит совсем как он. — Это ранит меня от самой титановой головы до зада промышленного образца! — робот подбрасывает Соника, и тот с громким ударом сталкивается с потолком. А когда он падает, его выпинывают из коридора, и только чудом он успевает зацепиться за край площадки.       — Я — Хаос Соник, — представляется робот. Серый ёжик смотрит на него так яростно, как только может. И так понятно, что бой будет в одни ворота… Едва ли он может стоять на ногах. О настоящем бое речи и быть не может.       Соник слышит приближающиеся к нему металлические шаги, и как робот пафосно произносит совершенно эгоистичную речь. Что-то о том, что он обаятельнее настоящего Соника и не косячит, в отличии от него. Ауч. Режет без ножа, а всё равно больно. Ну, только метафорически. Потому что физически болит всё тело.       — Может, я и косячу, и косячу много… но, по крайней мере, я всегда всё исправляю, — парирует Соник, собираясь с силами, чтобы хотя бы попытаться дать отпор. — Интересно, можешь ли ты сказать то же самое о себе? — Соник смотрит на Накса и Ребел. — Вы двое идите, я вас догоню, — приказывает, и двое, хоть и нерешительно, но вбегают внутрь.       Хаос резко поворачивает голову, намереваясь погнаться за ними. Соник этого допустить никак не может. Он чувствует себя отвратительно слабо, но если эти двое смогут получить осколки или даже освободить Гипера, Оушена и Спайка, то оно того стоит. Используя столько энергии, сколько он только может собрать, Соник оказывается перед Хаосом.       — Что, не можешь победить меня достаточно быстро, чтобы схватить их? А я только было подумал, что ты и правда лучше меня, — Соник самодовольно ухмыляется и убегает к краю. Он точно знает, что делает. Надо разозлить этого робота, поиграть с его непомерно огромным эго. — Ты, видимо, всегда только лаешь да не кусаешь, да?       Хаос мгновенно вскидывает голову и пристально смотрит на него.       — О-о, ты та-а-ак пожалеешь об этом.       Соник только усмехается, дерзко подмигивает и уносится прочь так быстро, как только может. Хаос преследует его.       Соник изо всех сил пытается отмахнуться от слабости и холода, пробежавшего по спине. Он игнорирует язвительные замечания и попытки Хаоса подразнить его. Он слишком устал, чтобы злиться. И если он позволит себе отвлечься, то только всё испортит. Когда Соник замечает, что Хаос догоняет его и бежит уже совсем рядом, он заставляет себя бежать ещё быстрее.       Во время бега вокруг него формируется призматическая аура. Ему приходится чуть-чуть замедлиться. Он не может рисковать, иначе его выкинет из этого мира, но в то же время нельзя слишком сильно замедляться. Если только он не хочет, чтобы ему надрали зад.       — Со-ик! — сквозь дымку усталости до него долетает голос Шэдоу, и Соник оглядывается. Он видит силуэт тёмного ежа, находящегося сейчас в Пустоте. — Соник, что ты делаешь?! Я же сказал тебе, не перенапрягайся, если только…       — Если только не возникнет чрезвычайная ситуация… знаю… — ему удаётся выдохнуть эти слова. Его собственный голос звучит слабее, чем хотелось бы. — Сейчас как раз такая ситуация. У меня на хвосте роботизированная копия меня, и… и я не могу с ним сражаться… — он признаёт это вслух, и будто терпит сокрушительное поражение. Но ведь это правда, он не может сражаться. Чёрт, вот бы Шэдоу был здесь… Типа, на самом деле, буквально. Как бы он ни хотел этого признавать… но Шэдоу мог бы сразиться с этим роботом. И победить. В конце концов, Шэдоу довольно грозный противник.       — Ты должен был получить осколки, — напоминает Шэдоу. Теперь он не звучит совсем уж гневно.       — Не переживай об этом… У Руж и Наклза этого мира… всё под контролем… — Соник едва не спотыкается о собственные ноги, когда делает резкий и внезапный поворот в попытке сбросить Хаоса с хвоста. Не сработало.       — Держись… Думаю, я знаю, как помочь тебе. Хоть раз будь достаточно раздражающе упрямым, чтобы не дать себя убить, — говорит Шэдоу, глядя, кажется, на что-то в пустоте. Соник может только криво улыбнуться.       — Не могу ничего обещать…

***

      Соник стонет, лёжа в мусорном контейнере, в который его бросили весьма бесцеремонно. Ему повезло, на подмогу подоспел Накс, которого, очевидно, к нему отправила Ребел. Двое против одного, у них почти одинаковые шансы на победу. Почти. Накс хорошо сражался, но его всё равно победили. А Соника, ну, буквально на помойку выбросили. И теперь он вынужден слушать эгоистичную болтовню о ребрендинге и расширении его популярности через футболки, музыку… Гайа, неужели Соник всегда был таким раздражающе болтливым? Если да, то он должен извиниться перед всеми.       Хотя вот… оказаться в ловушке мусорного контейнера не так уж и плохо. И болтовня не так уж сильно раздражает. Здесь темно… даже уютно. Может, он может хоть на секундочку закрыть глаза?       — Ай-ай-ай, как невежливо засыпать, пока кто-то говорит! Ну правда, разве твоя мама не научила тебя манерам? — Хаос дёргает его за лодыжку и вытаскивает из мусорки, только чтобы швырнуть о землю.       — Не было у меня мамы никогда, — пытается он возразить, хрипло кашляя.       — Я понимаю, почему. Разве хоть одно здравомыслящее существо захочет взять на себя ответственность за такого, как ты? — так, а вот это уже грубо. Соник изо всех сил пытается показать своё презрение к роботу, пока отползает от него. Но серого ежа снова хватают и швыряют о стену. Когда он падает на землю, то снова слышит голос Хаоса. — Серьёзно, она, должно быть, сдохла от стыда, как только ты появился на свет. Не могу её винить…       — Да ради Хаоса, ты когда-нибудь заткнёшься, грёбанная куча металлолома?! — Соник выкрикивает это громче и яростнее, чем мог себе представить. Затем следует долгая пауза, после которой Хаос наклоняет голову, а его глаза дёргаются.       — Ну что ж, хе-хе! — робот усмехается, прежде чем приблизиться к серому ёжику и схватить его за руку. — Если хочешь, чтобы я поскорее уже тебя убил… — Соник вскрикивает, когда его швыряют о землю, и Хаос оказывается сверху и обхватывает его шею руками. Крепко его держит и начинает душить. — Тебе следовало просто попросить…       Соник пытается освободиться, паника накрывает его с головой. Трясущимися ногами он пытается пнуть, толкнуть, ударить, да что угодно. А руками он тянется к роботизированным, душащим его. Это не помогает; он бьёт Хаоса по голове. Кажется, это бессмысленно.       — Если тебя это утешит, то, учитывая твоё состояние, ты сражался лучше, чем я ожидал, хе-хе-хе… Хотя, не то что бы это вообще можно было назвать битвой.       Соник только и может что открыть рот, пытаясь вдохнуть. Грудь тяжело вздымается, он так отчаянно нуждается в воздухе…       — Жаль, конечно, что ты не в лучшей форме, но-о-о победа есть победа, — продолжает Хаос. — И не волнуйся, как только я закончу с тобой, то убью и все-е-ех твоих друзей! А когда лис перестанет быть полезным Совету, то убью и его!       Чужой голос становится тише. Соник едва ли слышит, как робот говорит, что поступает даже милосердно. Но на самом деле серый ёжик больше не слушает. В глазах темнеет, и он предпринимает последнюю отчаянную, почти неистовую попытку освободиться из хватки Хаоса.       Возможно, ему это только кажется… но, ох, он мог бы поклясться, что где-то вдалеке как будто слышит знакомый голос, зовущий его по имени, но его тело сдаётся от нехватки кислорода.