Часть 24

— Прошу прощения за опоздание, мелкотня. Когда сталкиваетесь со злодеями, знайте их цели. Убить, сбежать или ранить. Они мыслят просто. А мы должны схватить, спасти и обезвредить. Запомните этот урок. Он сделал паузу и посмотрел каждому из них в глаза. — Ключ к победе — это способность сломить волю противника. Не мышцы. Волю. Киришима выпрямился. Его кулаки всё ещё слабо дрожали от прошедшего боя. — Спасибо за помощь! — сказал он, но во взгляде явно читалось удивление. В толпе зашевелились. Люди, недавно ещё дрожащие от страха, теперь смотрели на молодых героев с восхищением. — Это вам спасибо, — усмехнулся пожилой мужчина, оглядывая ребят. — Вы были невероятны. Теперь мы — ваши фанаты. — Вы оба так старались защитить нас от лезвий… — Большинство бы убежало! — воскликнул кто-то, пряча дрожащую улыбку. — Хороший у вас дебют, — сказал Жирножвач, мягко хмыкнув. — У меня в первый раз всё было совсем не так. — Нам повезло поймать такого сильного противника с первых дней, — вставила Химари, вытирая кровь с виска. К ним подошли двое подростков — парень и девушка, примерно их возраста. В голосе парня сквозила любопытная нотка: — Эй, ты в красном... Как тебя зовут? — И вы, девушка, — добавила робко его подруга, — как нам вас называть?.. — Она кокетливо подмигнула, будто в шутку. — Я — Красный Бунтарь! — Киришима расправил плечи, едва сдерживая радость. — Миу всегда придёт на помощь! — с лёгкой улыбкой представилась Химари. — Навсегда запомню ваши имена! — отозвалась девушка. И вдруг замерла, будто что-то вспомнив. — Подождите… Ты же… Ты — дочь Бест Джинса? — Это она?! — шепнул кто-то из толпы. — Спасибо вам, ребята… И твоему отцу тоже, Миу! — добавил мужчина постарше, голос его дрожал от эмоций. Химари слегка покраснела, но кивнула с благодарной улыбкой. В этот момент к ней ближе шагнула та самая девушка, та, что спросила имя. Она чуть нервничала, но говорила уверенно: — Меня зовут Наоко Ямада… И я… Я хочу следовать за тобой, Миу. Химари удивилась, на мгновение замерев. Но в груди вспыхнуло неожиданное чувство — не гордости, нет. Ответственности. — Ты такая сильная и отважная… — добавила Наоко, взгляд её был полон восхищения. — Спасибо, Наоко, — сказала Химари с теплотой. — Миу, тебе нужно в больницу. Это был Жирножвач. Его голос был мягким, но настойчивым. — Могу я дождаться отчёта полиции и поехать потом? — спросила она, обернувшись. — Хорошо. Но не задерживайся, — кивнул он. — Его причуда усилилась? — подошёл офицер, заглядывая в журнал. — Эти наркотики запрещены в Японии, — начал объяснять Жирножвач. — Насколько я знаю, они слабо действуют на азиатов. Но на представителей Северной Америки могут действовать до двух часов. — Офигеть, вы так много знаете! — восхищённо сказал Киришима. — Я раньше работал в полиции. Ловил таких пачками, — просто ответил Жирножвач. Один из полицейских подошёл с коробкой в руках. — Жирный, мы нашли обломки пушки. Он успел её сломать, но она не обычная. Проведём анализ и сообщим. — Принято. Спасибо за работу, — кивнул Жирножвач. Киришима склонился к Амаджики, лицо его выражало тревогу. — Семпай, вы в порядке? — Позор… — пробормотал Амаджики, не поднимая глаз. — Потому что не можешь использовать причуду? — Химари склонилась к нему. — Для любого героя это ужасно. — И еще ты, Миу, заметила пулю раньше меня… А ты защитил, — добавил Тамаки с сожалением. — Лучше скажи спасибо, чем прости, — тихо сказала Химари. — А то я начну думать, что поступила неправильно. — Ты как, Миу? — обеспокоенно спросил Киришима увидив что Хакамата пошатнулась. Она слабо улыбнулась: — Лучше, чем вы можете представить… На самом деле в глазах темнело, но она не позволяла себе отключиться. — Идём, отвезу вас к врачу, — сказал Жирножвач, подхватывая её под руку. Больница. — Рана не такая глубокая, — заключил врач, проверяя снимки. — Но болеть будет серьёзно, особенно во время заживления. Постарайся хотя бы временно избегать тренировок и активных нагрузок. Особенно на руку. Химари кивнула, сдержанно. Внутри неприятно сжалось: тренировки — её новый способ дышать. Когда я вернулась в общежитие, боль стала напоминать о себе не намёками, а громко и нагло. Бросив сумку в комнате, я не раздумывая пошла к знакомой двери. Постучала — почти без стука, скорее просто приложив пальцы к дереву. Дверь открыл Бакуго. Волосы растрёпаны, взгляд — привычно раздражённый, но без злости. Он не удивился её появлению. — Прости, — начала Химари, чувствуя лёгкое смущение. — Я понимаю, что мы уже все спланировали и снова пропустила занятие… Просто подумала, может, можно будет перенести на завтра? Или рано утром… Он фыркнул и отступил внутрь. — Дерьмоволосый уже всё выложил про вашу стажировку. — Голос звучал привычно колючим. — Но если будешь продолжать в том же духе — самоустраняйся. Без меня. Он не смотрел на неё, просто прошёл к столу и бросил взгляд на разложенные тетради. — Заходи. Учим. Вот это – выучи. Вот это — конспект. С десяти до одиннадцати – занятия. Не опаздывать. Не ныть. Он был строгим, но честным. Всегда говорил прямо, без прикрас — и именно это, на самом деле, помогало лучше, чем чьи-либо уговоры. Они просидели над учебниками почти час. Тишину нарушали только указания Бакуго и редкие выдохи Химари, когда боль в плече не давала сосредоточиться. Всё тело ныло, но я старалась не показывать. Поблагодарив, я вернулась к себе. Стоило коснуться кровати, как плечо вспыхнуло болью. Тупая, давящая, глухая. Лежа на боку, я почувствовала, как по коже скользит горячая волна — то ли жар, то ли слёзы. Утро встретило меня слабостью и лёгкой тошнотой. За ночь почти не спала — каждый поворот приносил новые вспышки боли. Но жаловаться было некогда. Собравшись, я встретилась с Киришимой у входа. Он, как обычно, улыбался ободряюще, но в глазах была тревога — он заметил её бледность, но не стал спрашивать. На улице мы наткнулись на знакомые лица — Мидория, Очако и Асуи. Все выглядели удивлённо — и не только от встречи. — О, Мидория! — первым заговорил Киришима. — Тоже идёшь в офис? Вот так совпадение! — Ага. Долго не вызывали, но наконец-то дали знак. Правда, сказали приходить без костюма, — ответил тот, пожимая плечами. — Вы тоже сегодня выходите? — удивилась Очако, переводя взгляд с одного на другого. — Как и мы, — добавила Асуи. — Отлично. Тогда пошли вместе, — быстро сказала Химари, стараясь не заострять внимание на своём состоянии. По пути к станции их неожиданно догнал один из героев. Он остановился рядом, глядя на них с лёгкой улыбкой. — На станцию идёте? Давайте провожу. Безопасность — превыше всего. — Спасибо вам большое! — обрадовалась Очако. — Удивительно, как много героев сегодня в одном месте, — заметила Химари, оглядываясь. — Подождите… — нахмурился Мидория. — Киришима, Хакамата… разве вы не должны были ехать в Кансай? — Нам назначили собрание в другом месте, — спокойно ответила Химари. — Нам тоже, — кивнула Очако. Один поезд, Одно направление, Один поворот. Когда прибыли на место, перед нами раскинулось здание, к которому стекались десятки героев. Известные. Опытные. Некоторые — легенды. — Что здесь происходит?.. — шёпотом спросила Химари, но ответ нашёлся сам собой, когда на подходе появилась Рюкю. Также известная как Герой-дракон, герой №9. — Задание важное. Всё скоро узнаете, — ответила она. Внутри атмосфера была напряжённой. Герои переговаривались шёпотом, кто-то уже что-то печатал на планшетах, а кто-то стоял в стороне, в полной тишине. — Учитель Айзава? — изумилась Очако, заметив знакомое лицо. — Вы тоже здесь? — Вызвали. Ситуация серьёзная, — коротко ответил он, как всегда сухо. Через пару минут появился Ночноглаз. Он оглядел зал, и когда все стихли, начал: — Благодаря информации, которую вы передали, расследование сдвинулось с мёртвой точки. Сегодня мы соберём всё, что известно о группировке "Восемь заветов смерти", и решим, как действовать дальше. — «Заветы смерти»?.. — переспросил Киришима, с трудом сводя пазл в голове. — Кто они вообще такие? — Признаться, и сам знаю немного, — тихо ответил Жирножвач, сложив руки на груди. — Потому мы здесь. Но вы, ребята, похоже, оказались в этом деле глубже, чем думаете. — Всё началось после инцидента с группировкой «Бешеные псы», — вступила в разговор Бабблгерл, стоя рядом с Ночноглазом. — Они будто сошли с ума. Украли деньги у собственных, а потом… взорвались изнутри. Буквально. — Полиция назвала это несчастным случаем, — добавил Ночноглаз, глядя вглубь зала. — Но у нас были подозрения. Мы начали копать. И вышли на «Заветы». С экрана за его спиной появилось мутное фото: группа людей в масках, сидящие за длинным столом. Их лица скрыты, но один силуэт выделялся. Он говорил, и застывший кадр словно передавал его мимику — ледяную решимость. — Это их лидер, — сказал голос рядом. Вошёл новый герой — высокий, в чёрном костюме. — А теперь, посмотрите вот это. Кадр сменился. Теперь на экране – двое. Один из них был Твайс, из Лиги Злодеев. Он передавал лидеру Заветов – сумку. Судя по подписи внизу – сделка прошла три дня назад. — Чёрт... — прошептала Асуи. — Вот почему ты позвал и нас, и Цукаучи, — кивнул Гран Торино. Его голос был напряжённым. — Это уже не просто внутреннее дело. Это касается Лиги Злодеев. — А где сам Цукаучи? — раздался чей-то голос из глубины зала. — На новом месте происшествия. Поступила свежая информация. Он выехал первым, — коротко пояснил Гран Торино. Гран Торино тяжело вздохнул и повернулся к Мидории. — Пацан… Похоже, ты уже не просто стажёр. Ты вляпался в нечто по-настоящему большое. — Я не считаю это проблемой, — чётко ответил Мидория. Его взгляд не дрогнул, несмотря на гнетущую атмосферу. Химари бросила на него взгляд. Сильный и упрямый. Но… ведь он совсем недавно был на грани. — Мы сразу запросили помощь через ГС, — продолжила Бабблгерл. — Геройская Сеть? — удивлённо переспросил Киришима. — Это внутренняя система связи для про-героев, — пояснила Химари. Она чувствовала, как будто перед экзаменатором, — Через неё можно просматривать отчёты, передавать запросы, подбирать героев с нужными причудами. Что-то вроде оперативного штаба онлайн. Некоторые кивнули. Другие — скептически хмыкнули. — И при чём тут дети? — холодно произнёс РокЛок. Его взгляд скользнул по ним, не скрывая недовольства. — Простите, но они не должны быть здесь. Они ничего не знают. И вообще — рано им в такие дела соваться. Химари резко привстала. Взгляд её вспыхнул, губы дрогнули от возмущения — но руку вдруг мягко потянули вниз. Киришима, сидевший рядом, едва заметно покачал головой, умоляюще глядя на неё. Она выдохнула и села. Но за неё ответил Жирножвач. — Прекрати, — бросил он резко, не повышая голоса, но каждая буква звучала как металл. — Мои ребята – не просто дети. Эти парни и кошечка уже показали больше мужества, чем половина новобранцев на моей памяти. Они знают больше, чем вы думаете. — Знаем, да?.. — пробормотал Киришима себе под нос. — Кстати, — вдруг сменил тему Жирножвач. — Меня зовут Жирножвач. Для тех, кто не знал. Рад знакомству. Он улыбнулся, доставая из кармана мешочек с конфетами. Прошёлся между рядами, предлагая всем желающим. — Милый, хоть и круглый, — не удержалась Очако, хихикнув. — Держи, тебе два, — подмигнул ей Жирножвач. В зале чуть потеплело — ровно на секунду. Но Ночноглаз сразу вернул всех к делу: — «Восемь заветов» зарабатывают на наркотиках. И совсем недавно мы узнали о новом веществе. Оно временно стирает причуду. Вот почему я запросил помощь тех, кто имел дело с такими случаями раньше. — Я. — Поднялся Жирножвач. Его лицо посерьёзнело. — В день дебюта Миу и Красного Бунтаря вещество было применено на Пожирателе Солнца. Оно стерло его причуду на несколько минут. — Ч-что?! — Мирио подскочил, чуть не опрокинув стул. — Тамаки, ты в порядке? — Уже да, — спокойно ответил Амаджики, слегка поднимая руку. — Видишь? Вернулось. Вот, даже копыто снова есть. — Ты ел говядину на завтрак? — усмехнулся Мирио, хотя в голосе всё ещё звучало беспокойство. — Значит, эффект временный, — подытожил РокЛок, потирая подбородок. — Повреждение всё-таки было, — заметил Айзава, подняв взгляд. — Я изучал вещество. Оно отличается от моей причуды. Я блокирую связь с фактором причуды. А это – повреждает его напрямую. — Врачи успели восстановить, — кивнул Жирножвач. — Но был риск. — Вы изучили пулю? — спросил Ночноглаз. — Да. — герой кивнул. — Пушка разломана. Запасных пуль — не найдено. Но благодаря Миу, что услышала звук и предупредила, и Красный Бунтарь, что отразил выстрел, мы смогли взять образец. — Киришима, это было смело, — восхищённо шепнула Очако чтоб не предотвращать важный разговор. — Без Хакаматы не справился бы, — также шепотом ответил он, искоса взглянув на девушку. Химари чуть склонила голову, улыбнувшись сдержанно: — Спасибо… — Проведя анализ, мы увидели кое-что очень мерзкое. Основой для пуль служила человеческая кровь. Зал словно на секунду перестал дышать. Я почувствовала, как холодный липкий ужас поднимается от живота к горлу. — Человеческая... кровь?.. — прошептала Очако, словно усомнившись в собственной слуховой памяти. — Звучит как история из ужастиков, — вырвалось у меня, и я сама вздрогнула от своих слов. — Но это и правда ужасно. — Её получили из человека, — уточнила Рюкю, нахмурившись. — Это причуда, которая уничтожает другие причуды. Сзади кто-то негромко спросил: — Как это связано с Заветами Смерти? Жирножвач посмотрел в ту сторону, откуда доносился вопрос, и спокойно пояснил: — Мы поймали одного из их распространителей. Наркотики, которые он использовал, очень специфические. Я долго выходил на тех, кто снабжает их оптом. И, похоже, нашёл источник. Пока нет доказательств, что сами Заветы распространяют их напрямую… но посредники — их люди. Ночноглаз вмешался, уточняя: — Командир Рюкю недавно столкнулась с группой, которая находится под контролем одной из структур Заветов. — Верно, один из двух гигантов тогда был под действием усиливающего наркотика, — обобщила Рюкю. Кто-то из героев хмыкнул с недоверием: — Вы очень хотите назначить Заветы виновными. Но у вас нет серьёзных улик. — Есть кое-что получше, — отрезал Ночноглаз. — Причуда Чисаки. Она называется «реконструкция». Он способен разрушить и собрать заново всё, включая человеческие тела. У него есть дочь. Эри. Официальных записей о ней нет. Но когда Мирио и Мидория увидели её, всё тело ребёнка было замотано бинтами. Рядом Рюкю тихо выдохнула: — Неужели всё настолько… отвратительно? — В этом обществе любую дрянь можно воплотить в жизнь, — мрачно заметил Гран Торино. — О чём они вообще?.. — не поверил своим ушам Киришима. Я глотнула, голос прозвучал тише обычного: — Ей... ей очень страшно. И больно. — Вот почему я говорил, что детям здесь не место, — буркнул РокЛок, не скрывая презрения. — В общем, — начал он, сжимая кулаки, — Чисаки делает пули из тела своей дочери. Продаёт их. Возможно, это пока эксперимент, но если он доведёт разработку до конца и соберёт нужные ресурсы… Он сможет сделать всё, что угодно. — От одной этой мысли я схожу с ума! — вспыхнул Жирножвач. — Мы должны найти их логово! Атмосфера накалилась. Но тут РокЛок метнул взгляд в сторону Мидории и Мирио: — Если бы вы спасли девочку тогда, этого можно было бы избежать. Мидория поник, но Ночноглаз быстро вмешался: — Не вините их. Они старались. Мидория был готов нарушить приказ, Мирио — продумывал пути отступления. Они не виноваты. Двое ребят обменялись взглядами и в один голос сказали: — В следующий раз мы обязательно спасём Эри! — Именно. Это и есть наша цель, — подтвердил Ночноглаз, кивая. На секунду повисла тишина. Затем РокЛок снова заговорил: — Теперь они точно будут прятать её ещё лучше. Не думаю, что она сбежала случайно. Если мы рванём в лоб, и её там не окажется? — Он прав, — признала Рюкю. — Что скажешь, Ночноглаз? Тот задумался, на мгновение отвёл взгляд. — Это и есть наша главная проблема. Мы не знаем, насколько продвинулся его план. У нас один шанс. Мы уже определили все базы и группы, связанные с Заветами. Я прошу вас изучить их и сузить список. Я вдруг поняла. И вслух озвучила догадку: — Так вот почему вы позвали менее известных героев. — Что она имеет в виду? — кто-то из старших нахмурился. Другой герой вмешался: — Они связаны с местными районами. Их появление не вызовет подозрений. Жирножвач тяжело выдохнул: — Это слишком долго… Эри уже, наверно, все слёзы выплакала! — Всемогущего больше нет, — напомнил Ночноглаз, в его голосе было столько тяжести. — Мы должны подготовиться, спланировать и довести дело до конца. Гран Торино нахмурился: — А если всё это – уловка? Как с Пятном. Подсунуть оружие, чтобы мы ошиблись. — Паранойя, — фыркнул Жирножвач. — С такими теориями можно с ума сойти. — А почему бы тебе, Ночноглаз, не использовать свою причуду? — подал голос Айзава. — Посмотри в будущее. Это поможет. Ночноглаз нахмурился: — Я могу использовать её только раз в сутки. Вижу максимум час из жизни человека, как фильм. Это помогает, но только если план уже готов. Сейчас слишком много неизвестного. — Но даже смерть — это информация! — не сдавался РокЛок. — Её можно избежать! — Это так не работает. Я ещё ни разу не избежал увиденного, — твёрдо отрезал Ночноглаз. — Используй её на мне! Я справлюсь! — настаивал РокЛок. — Нет, — коротко ответил Ночноглаз. Рюкю вновь напомнила то, что все и так держали в голове: — Спасение девочки – приоритет. Всё остальное – вторично. Ночноглаз кивнул, обвёл всех взглядом. — Мы должны узнать, где она и спасти. Быстро, точно, без права на ошибку. Я рассчитываю на каждого из вас.