Часть 42

— Кто знает, в курсе ли хозяин уже о нас или нет. Поэтому держи деньги. Пойдёшь купишь одежду, что-нибудь удобное для «путешествия». Только учти — сбежишь, и я лично отправлю тебя посылкой в полицию, — пригрозила я. — Понял, — Русый поднял руки вверх, будто сдаётся. Через пару минут он уже вышел из магазинчика у заправки с горой тряпья. Мы все переоделись, и теперь были не так заметны. На мне серая футболка, чёрные шорты, которые держались лишь благодаря ремню, гольфы, кеды и кепка. Волосы я хотела спрятать под кепку, но их оказалось слишком много. Пришлось действовать. Сжала зубы, выдохнула — и когтями неровно срезала золотые пряди. Теперь они чуть ниже плеч. Сердце сжалось от этого поступка: я так долго их отращивала… но выбора не было. Когда я закончила, накатила дурнота, даже вырвало. Внутри всё сжималось. Последнее время я почти не ела из-за стресса, и организм сдавал. Но показывать слабость я не собиралась. Теперь волосы можно было скрыть под кепкой полностью. В отражении витрины я выглядела худощавым парнем. И это только сыграло нам на руку. — Смотрите-ка, кто наконец переоделся, — ухмыльнулся Русый, скрестив руки. — Имеешь что-то против? — я шагнула ближе, голос сорвался в угрозу. Одно лишнее слово — и он поймёт, что полиция для него не самое страшное. — Да нет, что ты, — Русый быстро отмахнулся, но тут же оглянулся, проверяя, нет ли рядом патруля. — По поводу транспорта… можем на автобусе. Давай зайцем, на крыше. — Так нельзя, — тихо заметил Мидория, переминаясь с ноги на ногу. — Нужно заплатить. — Мы с тобой в розыске, ты забыл? Если нас сдаст кто-то, считай, всё кончено, — Русый резко ускорился к автобусу. — Быстрее! У нас нет времени, — подтолкнула я Мидорию. Мы вскочили на крышу уходящего автобуса. Сердце билось так, будто выскочит. — Ну вот, решили всё-таки бесплатно прокатиться, — Русый хмыкнул. — Герои, а ничем от меня не отличаетесь. — Кто сказал, — я выхватила из рюкзака Мидории мелочь. — Вот, шесть евро. Мидория прицелился с помощью причуды закинул монеты в автомат для покупки билетов. — Я заплатил за нас троих, — сказал он показывая палец вверх. Русый почти захохотал: — То есть вас смущала только оплата? А сидеть на крыше — нормально? — Ну а почему бы и нет, — пожала я плечами. К ночи, с конечной остановки, мы добрались до конюшни посреди степи. Пока парни спорили о том, как двигаться дальше, я вышла наружу. Ночь встретила меня звоном сверчков. Я глубоко вдохнула и почувствовала, как тяжесть падает на плечи. Когда это я стала той, кто раздаёт приказы? Я вспомнила академию, свои первые дни — девчонка, которая считала себя выше всех, хоть и умела только превращаться в кошку. А теперь… Я веду их. Я отвечаю за них. Я устала. Безумно. Но останавливаться нельзя. — Нужно поскорее закончить с этим, — прошептала я в темноту и вернулась внутрь конюшни. Проснулась я посреди ночи от звука чего-то громко разбившегося неподалёку. Сердце тут же ухнуло вниз и забилось быстрее. Я нащупала рюкзак рядом, схватила его и сорвалась с места. По-любому Мидория во что-то вляпался, — пронеслось в голове. Добежав, я увидела, как злодей замахнулся на Изуку. Думать было некогда. Я рванула вперёд, когти вспыхнули силой. — Лапа ярости! — крикнула я. Взрывная волна смела врагов, и я зашипела: — Уходим! — Чего?! — ошарашенно выдал Русый. — Держись крепко, — бросил Мидория, прижимая меня одной рукой к груди. Когда туман разрушения рассеялся, мы уже исчезли с поля боя. Мы нашли невзрачную пещеру в горе и устроились там. Русый забегал, паниковал: — Я поищу какие-то травы, подожди. — Рана не глубокая, хотя телефону не повезло. Прости, достанешь аптечку? — попросил Изуку. — Ага, — Русый полез в рюкзак. Я мрачно сжала руки, и то и дело смотрела на Дэку с просьбой об объяснении произошедшего. Сам он был ранен в плече совсем немного, но телефону пришел смертельный приговор. Мидория только сказал — Этот злодей был сильный. Нам нужно уходить отсюда как можно скорее. — Да? Мне казалось, я ясно выразилась ещё в начале. Так что это вообще было? — мой сарказм сменился злостью. — Мы… ну, не спалось, решили осмотреться. А потом нас окружили. Я не хотел тебя будить, ты выглядела уставшей, — начал лепетать Изуку. Я всмотрелась ему в глаза и фыркнула: — Врёшь. В следующий раз побью тебя вместе с ними. Русый, молча занятый перевязкой, закончил и мы все устроились у костра. Атмосфера повисла тяжёлая. Изуку уставился в карту, я думала о том, что делать дальше, а Русый вдруг заговорил: — Почему ты прикрыл меня? — Я не могу бросить человека в беде. Должен был, — серьёзно ответил Мидория. — И это стоило того? — не унимался тот. — Стоило. Я краем глаза наблюдала. Упрямство Изуку иногда выводило, но он реально такой. Спасает даже тех, кто его ненавидит. — В моём городе герои не приходили. Там денег не заработаешь… — Русый усмехнулся, но взгляд его упал. — Но, похоже, есть такие, как ты. На голову Изуку приземлилась маленькая птичка. — Это Пино. Я — Роди Соул. А вас как зовут? — Мидория Изуку. Геройское имя Деку. Оба посмотрели на меня. Я пожала плечами: — Хакамата Химари. Герой-кошка — Миу. — Легко запомнить, Деку, Миу, — Роди даже улыбнулся. — Да, мне тоже нравится, — поддержал Изуку. — Всё, нам нужно поспать, — отрезала я, чувствуя, как усталость накрывает с головой. Проснулась уже от звука мотора. Машина. Я выскочила к выходу пещеры — там стояли Роди и старая развалюха. — Ой, разбудил? — виновато улыбнулся он. — Откуда машина? — Мидория потер глаза. — Одолжили, — ухмыльнулся Роди. — Одолжили… смешно, — я фыркнула и села внутрь. — Мы даже оставили записку, что заплатим потом, — попытался оправдаться он. — От имени ассоциации героев? — хмыкнула я, на что тот только заулыбался. Мы выехали, машина тряслась на ухабах, но хоть быстрее, чем пешком. — Слушай, Деку… — Роди посмотрел на Изуку серьёзно. — Когда мы разгадаем загадку кейса, я ведь смогу вернуться домой? — Конечно. У тебя же брат, верно? — И сестра, — чуть улыбнулся он. — Мама умерла, отец… пропал. Я нахмурилась и спросила: — Пропал? — Слышали про Хумарайз? — спросил он. — Террористическая организация, — вставила я. Он кивнул. — После того как узнали, что отец в ней состоит, нас бросили все. Школа, дом — всё ушло. Я смотрела на него. Этот парень пытается быть сильным, но внутри он разваливается. Он достал медальон, показал фото. — Вот мой младший брат и сестра. — Ого, милые, — искренне сказал Мидория. Я заметила, что сама смотрю теплее, чем хотела бы. — В будущем она станет красавицей, — Роди снова улыбнулся. — На дорогу смотри, — предупредила я, ткнув вперёд. Солнце медленно вставало, туман стелился по лесу. Голубая ржавая машина тащилась по дороге, вокруг пестрели поля цветов. — Красиво… — вырвалось у меня. — В Отэоне стараются хранить гармонию с природой. Даже на границах, — сказал Роди, удерживая руль. После поля с цветами, нам пришлось перебраться через речку. Машина буксовала, потому Соул остался за рулём, а мы с Мидорией подталкивали. Вода била по колёсам, и в какой-то момент Изуку не удержался и упал в поток реки. — Твоя одежда вся мокрая. Снимай, повесим сушиться — высохнет быстро, — сказал Роди, указывая на багажник. — Но тут же… — Изуку покраснел, переводя взгляд с него на меня. Я закатила глаза: — Боже, нашёл тоже повод для смущения. Я же тебя в плавках видела, забыл? — Тогда ладно… — он выдохнул, немного расслабившись. Однако я сменила тон, также резко, на серьёзный: — Только при Кацуки о таком даже не заикайся. Ради собственной же безопасности. — Ага! — Мидория дёрнулся, явно представив реакцию Каччана. Одежду развесили на нитку поверх машины, и мы поехали дальше. — Кто такой Кацуки? — спросил Роди, бросив на меня любопытный взгляд. — Наш одноклассник, — ответил Изуку. Роди лишь кивнул: — Понял. Ладно, скоро должна быть заправка. Если не хотите пешком топать, нужно заправиться. — Через семнадцать километров, — сверилась я с картой. — Полчаса максимум. Когда впереди показалась красная вывеска заправки, Изуку радостно заметил: — Одежда высохла! — и начал прямо в машине натягивать на себя футболку, балансируя на сиденье. — Я заплачу за бензин и куплю что-нибудь поесть. Соул, идёшь со мной. Если что — отвлечёшь продавца, — сказала я, проверяя в зеркале, что волосы нигде не выбиваются. Мы зашли внутрь. По телевизору как назло начали крутить новости о разыскиваемых. То есть о нас. — Добрый день, мисс, — специально грубовато, по-мужски произнесла я. — Нам три банана, пожалуйста. Продавщица взяла товар, но её взгляд прилип к экрану и… к Изуку возле машины. — А ещё вон ту воду! И булочки! Три штуки! — Роди заговорил так быстро, что я чуть не расхохоталась. — А ещё… вы так молодо выглядите! Вам лет двадцать? Нет, двадцать пять? Я вцепилась в пакет с продуктами и, едва мы вышли, обрушилась на него: — Всё из-за тебя! Зачем нам эти булки?! И это твоё «вы так молодо выглядите» — выглядело подозрительнее некуда! — Ты же сама сказала — отвлеки. Вот и отвлёк. Сделал работу. Так что не кипишись, — спокойно пожал плечами Роди. Я фыркнула, но промолчала. В машине Изуку снова склонился над картой: — Дальше только через горы. Через контроль мы не пройдём. — Значит, всё на твоей силе, Изуку, — пробормотала я. Когда подъехали к перевалу, ливень обрушился стеной. Гром, молнии, скользкие камни. Изуку, упершись, тянул машину лозами. Одно неверное движение — и мы катимся вниз. Наконец машина выбралась на ровную площадку. И мы втроём рухнули на сиденья. — Я думал, что умру, — простонал Роди. — Нужно продолжать. Хорошо поработал, Мидория, — сказала я и протянула им булочки. — Спасибо, — выдохнул он. — Сама тоже поешь, — сказал Роди, когда заметил, что я отвернулась. — Не хочу, — буркнула я. — Не ври. Мы не ели сутки. Нужны силы, — нахмурился он. — Он прав, — добавил Изуку, глядя на меня с тревогой. — Без еды ты не сможешь использовать причуду. — Поэтому не сопротивляйся, — Роди нагло засунул кусок булки мне в рот. Я чуть не подавилась. — Останови машину! — выдохнула я, чувствуя, как всё внутри сжимается. Роди резко затормозил. Я вылетела наружу и побежала в сторону поля. Тело выгнуло, и меня вырвало. — Боже… — пробормотал Роди, отвернувшись. — Эй, ты в порядке? — Изуку подбежал с бутылкой воды, коснувшись моего плеча. Я отвернулась, вытирая рот: — Всё нормально. Просто усталость. Я сделала несколько глотков. Роди тоже подошёл, смотря то на нас, то на дорогу. — У нас не так много времени. Как только почувствуешь себя лучше, едем, — напомнил он. Я глубоко вдохнула, собрала силы и ответила: — Я знаю, дайте мне минуту. *** — Да уж, Деку, твоя причуда реально полезная, — Роди закреплял повязку на плече Изуку. — А у тебя ведь тоже есть причуда? Какая? — я наклонилась ближе, пытаясь поймать его взгляд. Он замер, лицо будто застыло. — Я… не хочу рассказывать, — тихо сказал он. — Прости, — первым вмешался Изуку, явно понимая, что у Роди свои причины. — Вы ведь не будете смеяться? — он покосился то на меня, то на него. — Не будем! — Деку торжественно вскинул ладонь. — Тогда… не смейся, — предупредил Роди, уставившись на него. — Точно не буду! — кивнул Изуку, с нетерпением ожидая. Роди глубоко вдохнул. — Моя причуда… — начал он, смущённо запинаясь, и наконец решился: — … *** — Много полиции, — Мидория поднял бинокль, глядя на границу. Полицейские тщательно проверяли машины и багаж. Я сузила глаза. — Без боя туда не пройти. Значит, идём через горы. — Я указала рукой на отвесные склоны. — Залезай, нужно торопиться, — Изуку протянул мне руку, предлагая сесть ему на спину. — Деку, а ещё Миу? — Роди нервно озирался, напряжение читалось в каждом его движении. — Я и сама справлюсь, — уверенно отрезала я, глядя вдаль. — Во всяком случае, держи, — Роди протянул кейс, будто это было что-то хрупкое. — Роди… — Изуку нахмурился. — Тебе будет тяжело тащить меня, с твоей раной. Я останусь здесь, — он устало улыбнулся. — В машине закончился бензин. Мы не бросим тебя одного, — голос Мидории прозвучал твёрдо. — Я быстро бегаю. Проживу на ягодах. Раскройте секрет кейса и вернитесь. Я надеюсь на вас, герои, — сказал он, всё так же улыбаясь. — Хорошо, — кивнула я, собираясь взять кейс. Но тут раздался гул от вертолёта. Сердце сжалось. Через секунду звук услышали и парни. Опасность стала явной. — Это они, — выдохнул Мидория. С неба в нас полетели уже знакомые магические стрелы. На этот раз они били сильнее, разрушительнее и быстрее. Изуку подхватил Роди и рванул вверх по склону. Я обернулась. Та, что стреляла, смотрела прямо на нас. Её глаза словно кричали: «Я больше не ошибусь». Но в них не было тьмы — что-то другое, странное, будто чужое отчаяние. Стрела снова полетела в Мидорию, но он увернулся, его сила спасла их с Соулом. Я облегчённо выдохнула, но тут в меня полетел следующий выстрел. На наконечнике был шарик, который за считанные секунды начал раздуваться в огромные размеры. Земля под моими ногами пошла трещинами, камни посыпались вниз. И люди стали замечать шум, головы поднялись к нам. Чёрт. Мы на виду.