Часть 36. Лето 4. Предчувствие и возвращение домой

***

      Том Реддл спокойно читал в библиотеке Блэк-хауса. Северус и Гарри ушли — старик решил наведаться, и они предпочли не мешать планам старика. Он остался один. Хотя — не совсем. На втором этаже находились те, кого вытащили, в прямом смысле слова, из Азкабана. Дерзко. Англия — на ушах. Газеты полны гипотез. Ищут Его. Хотя он не принимал участия. Кресло министра качается, Аврорат метается. Люциус передаёт новости — сам не рискует появляться. Домовикам прибавилось работы.       С телом и душой всё, наконец, встало на свои места. Остался только поверенный рода. Удручало одно, он был без дома. Это ему сообщил - поверенный рода Мраксов. Но перстень на пальце имеется. Поэтому — они залегли на дно. Временно. — Лорд Мракс, они просыпаются, — послышался голос. Критчер поклонился. Том взглянул на него с лёгким удивлением. — Хорошо. Подготовьте лёгкие завтраки. Зелья? — Всё готово. — Отлично. Ну что ж… пойдём. Бывший Лорд Волан-де-Морт, Лорд Судеб, поправил пиджак и вышел из библиотеки.                   ***       — Мордред… где мы? Сириус Блэк открыл глаза первым. Потолок был… знакомым? Он моргнул, присмотрелся. Сон? Рука — не в тюремной робе. Пижама. На запястьях — ни намёка на блокировку магии. Хотя она ещё слабая.             — Непутёвый сын хозяюшки проснулся? Он повернул голову. Критчер. Но — моложе? Мысль о матери мелькнула и тут же окрепла. — Где мама? — Я здесь, сын мой. Голос был сбоку. Сириус поднялся, шатаясь, подошёл к стене. В кресле, в чёрном платье, с высоким узлом причёски, сидела мать и сжимала веер. — Мама?! — голос дрогнул. Он сглотнул, и в глазах выступили слёзы. — Прости… Колени ударились о пол. Он ушёл. Он предал. Он хотел свободы, а оказался в каменном мешке. И только там понял, что хотел домой. Что хотел обратно — даже к её крикам. Даже к боли. Он плакал. Без стыда. Вальбурга на портрете протянула руки, но не смогла обнять. — Брат? — голос, которого он не надеялся услышать. Он обернулся. — Регулус?.. Отец? Они были втроём. Один портрет — вся семья. — Позавтракай, и мы всё расскажем, — сказала мать. — Критчер! — Всё готово, хозяюшка. Сириуса усадили перед камином. На коленях — плед. Перед ним — миска каши и зелья. — Пей, Сириус, — тихо проговорила мать. — Не бойся. Ты дома. Эти два слова стоили ему больше, чем золото. Но… он же помнил, как Они пришли. В Азкабан. Кто? Всех ли? Сначала зелье. Выпил, скривился, стал есть. Каша была вкусной — слишком вкусной. Мысленно выстрелило: Гарри? Может, он? Вступил в наследство? Столько вопросов… А глаза уже слипались. Плед был тёплым. Домовик молча подоткнул уголок под плечо. *** — Ёжкин кот… Где мы? Антонин Долохов разлепил глаза. Комната была светлой, в ней стояли кровати. День? Утро? Он обнаружил, что в пижаме. — В комнате, Антонин. Русский подскочил, но тут же пошатнулся. Голова закружилась. — Повелитель?.. — прошептал, делая пару шагов. Упал в кресло. Перед ним стоял Том, теперь уже в теле. — Мордред, вы… вернули себе тело? Тот усмехнулся, холодно и чуть лениво. В комнате началось шевеление. Просыпались. — Где Белли? Лестрейндж огляделся. Не нашёл. Милое прозвище супруги, она злилась когда он ей это говорил при всех. А другие культурно смеялись. Домовики внесли еду и зелья. Все повернулись к Повелителю. Он махнул рукой: — Пейте. Ешьте. Тишина. Металл ложек. Шорох пледов. Запах еды. — Она в отдельной комнате, — наконец ответил Том,поднимая взгляд. Рудольфус поднялся, шатнуло. — Можно к ней, повелитель? — Она сейчас со Сметвиком. Думаю, стоит дождаться результатов, — сказал Том. Мужчины переглянулись. — Повелитель, а где мы? — подал голос МакНейр, отодвигая тарелку. Домовик тут же убрал её, как и другие. — В гостях. Хозяин любезно предоставил нам дом. — А кто он? — Лестрейндж прищурился. — Кого мы должны благодарить за наше спасение? В это время в комнате появился домовик. Он наклонился к Тому и шепнул: — Хозяин вернулся. Сейчас в столовой. — Хотите познакомиться с ним? — Том поднялся. — Он только что пришёл. Но сначала… переоденьтесь. Он вышел первым, оставив за собой бывших заключённых. Нужно было узнать, как прошёл вечер. Мальчик был странно тих. Ходил, словно опущенный в воду. Что-то случилось. Том изучал Гарри с момента их знакомства — его жесты, реакции, взгляды. Сейчас в нём жила тревога. Домовики, как по команде, поставили ширмы, принесли свежую одежду. Эти мужчины привыкли к уставу: если ты в благородном доме — соответствуй. Спустя некоторое время вся группа спустилась в столовую. Многие с удивлением узнавали интерьер. Шёпот. Воспоминания. Многие не были здесь. На третьем этаже открылась дверь. Спустился Сириус Блэк. — Блэк? Ты жив? — с ехидцей бросил Долохов, но взгляд выдал радость. Старый товарищ. — Жив, — коротко ответил Сириус. Они не обнимались. Просто пожали руки. Братья Лестрейнджи обменялись с ним знакомыми взглядами. Все носили шрамы, все были связаны Азкабаном. Кто-то даже тихо произнёс серию жестов — внутренний код: «Я остался. Я помню. Ты?» — Показывай дорогу, Блэк. Это же твой дом, — кто-то полушутя подтолкнул вперёд. Он повёл. Уютная гостиная. Столовая с длинным чёрным лакированным столом. Из открытых дверей были видны трое. У входа — толпа. Молчание. — Снейп?.. — удивление проскользнуло в голосе Сириуса. Северус обернулся, посмотрел и вернулся к чашке кофе. — Блэк, — сухо кивнул, Принц. — Здравствуй, Сириус. С главного места встал юноша с ярко-зелёными глазами. Он улыбался, медленно шёл вперёд. — Гарри?.. — голос Блэка дрогнул. Эти глаза он знал. Их нельзя было спутать. Глаза Лили. — Ага. Привет, крёстный, — Гарри обнял его. Объятия были слабыми, но были. И — слова: — Прости, — шепнул Блэк куда-то в макушку Поттера. Блэк похлопал его по спине. Замер. Увидел третьего. — А это?.. — Том Реддл. Ранее известный как Волан-де-Морт, — спокойно представил Гарри. Тот встал. Подошёл. Выглядел иначе. У него было лицо. Лицо человека. — Сириус Орион Блэк, — произнёс вошедший и протянул руку. — Том Реддл, — ответили, пожав её. Если бы не Критчер, разбудивший его с фразой: «Хозяин вернулся», если бы не портрет матери и голос отца, Сириус бы уже схватился за палочку. Её не было. Но он был предупреждён. И всё же — он не ожидал увидеть мальчика. Гарри. Сейчас мужчину. — Это… Гарри Поттер? — кто-то сзади не сдержался. — Да. Это я, — Гарри не улыбался. Голос был ровный. — И вы находитесь в моём доме. Здесь есть правила. Надеюсь, я ясно выразился, господа Пожиратели? Он прошёл к столу. Сел во главе. — Сириус, садись рядом, — указал на место по правую руку. Слева — Реддл. Ещё левее — Снейп. — Том, скажи им, пусть садятся. Я устал повторять, — не повышая голоса, бросил Гарри. Глаза у него сверкнули зелёным. Дом сразу напрягся. Воздух сгустился. Потолок будто опустился на несколько сантиметров. Гости почувствовали вес. Том тут же вступил в дело. Спокойно, мягко: — Прошу, садитесь. Вы — гости Лорда Поттера. Пожиратели переглянулись. Этот юноша? Лорд? Но аура… магия… всё говорило: да. Они подчинились. — Лорд Поттер, — заговорил Рудольфус после кофе, — могу ли я навестить супругу? — Конечно, — ответил Гарри. — Сметаик рекомендует вам уехать в санаторий. Мне все документы. Вам — минимум полгода на восстановление. Три домовика поедут с вами. Леди Беллатрисе нужно прийти в себя. У вас будут фальшивые документы и порт ключ. В случае опасности. — Глубоко благодарен. Сириус вдруг напрягся. Взгляд — в угол. Зрачки сузились. — Ты! Он сорвался с места. В углу сжался человек. Маленький. Сжавшийся вдвое. — Петтигрю… — выдохнул Блэк. — Ты, крыса! Сириус ринулся к нему, но Том мягко поднял руку. Снейп молча качнул головой. Петтигрю не сопротивлялся. Он был другим. С ровными зубами. Черты лица разгладились. Шатен, с карими глазами. Всё ещё низкий. Сидел, как наказанный. Домовик подал ему еду. Тарелка улетела на пол. Снейп провёл с ним долгую детоксикацию. Тело всё ещё содержало зелья, впитавшиеся за годы. Как и у Сириуса. — Его документы уже в кабинете, — тихо добавил Северус. — Он под наблюдением. Гарри кивнул. Комната снова погрузилась в тишину. Гарри откинулся в кресле, глядя на всех: — Добро пожаловать. Но помните: здесь вы — гости, - перевёл взгляд на бывших мародеров, — Сириус, сядь, — рявкнул Гарри прикрывая глаза. Блэк застыл. В комнате воцарилась тишина. — Но он же… — Я знаю, — голос юноши был твёрдым. — И мне нужно поговорить с тобой после обеда. — Мистер Петтигрю, прошу, присаживайтесь. Анимаг в обличье человека неуверенно занял место в самом дальнем углу. Все взгляды прлвожвли его до места за столом. Снейп вздрогнул, заметно напрягся. Такой слуга ему был не нужен — даже даром. Он не живодёр, в конце концов. Хотя, положа руку на сердце, вливая в Питера зелья, он испытывал настоящее облегчение. Но стоило остаться одному — выговаривал всё, что накипело за годы. Подали обед. В доме Блэков ели молча. Только звон посуды и стук чашек. После трапезы Сириус и Гарри удалились в кабинет. Том остался за столом. Бывшие Пожиратели перегянулись. *** — Ссеверуссс, — прошипел Том. — Что произошло? Принц откинулся в кресле, прикрыл глаза. — Приходил Дамблдор. Выведывал. Был странен. Разговор — безупречно вежлив, но… неестественный. Вопросы — будто не ему нужны были ответы. — Это тревожит, — сказал кто-то из сидевших. Хотя они толком не знали, что к чему. — Он что-то ищет. Но не говорит, — кивнул Том. — И всё делает через других. То, что никто не мог помочь Гарри, угнетало Тома. Этот мальчик помогал всем, но сам оставался один. Даже сейчас. *** В кабинет Сириус вошёл неуверенно. Всё здесь пахло прошлым — отцовским голосом, тяжёлым табаком, кожей кресел. Теперь тут сидел его крёстник. — Гарри… я многого не понимаю. — Я знаю. Но думаю, тебе будет интересно это почитать. Юноша протянул ему бумаги. Заверенные гоблинами. Т— Я проверил твою кровь. И кровь Питера Петтигрю. Сириус сел в кресло, начал читать. Брови всё выше. Руки дрожали. — Это же…? — Всё — часть большой игры. Питер жил у Уизли. Но поймали мы его в Хогвартсе. Эти документы будут приложены к твоему делу. Оно будет пересмотрено. — Меня… судили?.. — Да. Без допуска твоей матери. И, как ты понимаешь, глава Визенгамота, Альбус Дамблдор, сделал всё, чтобы растоптать честь Блэков. — В глазах Гарри полыхнуло. — Но ты должен знать: тебя выжгли из гобелена, но не изгнали из рода. Ты не можешь быть лордом Блэк… магия выбрала меня. Сириус кивнул. Медленно. С болью. — Я был дураком… Гарри улыбнулся — устало. Ему было важно это услышать. — Сириус. Если со мной что-то случится — следи за домом. За всеми. Том будет рядом. Он поможет. Блэк напрягся: — Не понял. Ты о чём? В дверь постучали. — Войдите. Появился Том Реддл. Строгий, молчаливый. — Генри. Мне сказали, ты звал? — Да. Том… и Сириус. Я полагаюсь на вас. — Что происходит? — голос Блэка взлетел. Он смотрел то на одного, то на другого. — Дамблдор... убил моих родственников, куда спи же и отправил после той ночи, — сказал Гарри. — Он пытался подчинить меня. Потому что я — избранный. Я должен победить Тёмного Лорда. — Но он ошибся, — спокойно добавил Том. — Потому что я — не враг. Мы с Гарри… родственники. — Родственники?.. — Сириус нахмурился. Память шарила по ветвям родословной. Пытаясь вспомнить, ведь этому учили всех детей. — Потомки братьев Певерелл. Я — Мракс. Гарри — Певерелл. — Дары Смерти… мантия. У Джеймса она была, — прошептал Блэк. — Да. И ещё — палочка. Камень. — Значит… Дамблдор хочет их?.. — Сириус побледнел. — Чтобы быть Хозяином. Но чтобы стать хозяином — надо убить владельца… Он резко поднялся, начал метаться по кабинету. — Нет! Нет, я тебя не отпущу! Я уже слишком многое потерял. Не тебя! — воскликнул он и замолчал. Потом — к Тому: — Мистер Реддл, хоть вы скажите что-нибудь. Он же ещё здесь! — впервые обратился он к нему напрямую. — Вы не должны высовываться. Вы в опасности, — твёрдо сказал Генри. Гарри открыл деревянную шкатулку. Ровными рядами — бутылочки с воспоминаниями. — Здесь всё. И вот документы — какие зелья были применены до Азкабана. Сириус снова сел. Голова тяжёлая. Веки — как свинец. — Это трудно, я знаю… — голос Гарри стал тише. — Но он не тронет меня. Я ему нужен. Если бы не ты — я был бы его пешкой. — Значит, он что-то сделает, — хрипло сказал Блэк. — Например — покопается в мозгах, — добавил Том, перебирая документы. Взгляд его был тяжёлым, напряжённым. — Похоже, мальчик решил всерьёз разобрать Дамблдора по косточкам. — Он не посмеет… Это же прямой путь в Азкабан… — Сириус резко оборвал себя. Он хотел сказать больше. Что-то яростное. Но замолчал, сжав челюсть. — Что бы ни случилось, — перебил его Поттер, — вы должны остаться здесь. Доказательства есть. После этого Гарри рассказал о доме Снейпа, об опекунских документах. И чем дальше он говорил, тем мрачнее становилось лицо Сириуса. Мужчина зверел. Он не кричал, не рвал бумаги — просто сжимал кулаки, пока пальцы не побелели. *** В полночь, когда весь дом спал, Генри наложил на помещения сонные чары. Дом замер. Окна запотели. Полы заскрипели — как будто знали, что их тревожат во внеурочное время. Поттер и Блэк спустились в ритуальный зал. Там их уже ждал поверенный рода. Гоблин в чёрной мантии, стоял у каменного алтаря. — Господин Блэк, — сказал он с поклоном, — вас можно назначить временно исполняющим обязанности Главы Рода. Но также — закрепить за вами право опекунства. И… Он медленно посмотрел на Поттера. — …если пожелаете, можно открыть побочную линию рода. Лорд Поттер может назначить вас своим вассалом. Ваши линии не будут пересекаться по прямой, но магия примет родство. — Потом, — кивнул Гарри. — Сейчас — опекунство. Нужно открыть доступ в один из сейфов. Сириус тоже молча согласился. Голова гудела. Мысли были… не о родах и вассальстве. О вине. О мальчике, который уже не мальчик. О доверии. Жертвование крови происходило у камня — сердца Дома. Он был серым, пористым… но когда кровь коснулась его, изнутри побежал свет. Красный. Пульсирующий. Сначала — кровь Генри. Дом вздохнул. Потом — кровь Сириуса. И дом вздрогнул. Магия рода Блэков не сдалась без боя. Сириуса опрокинуло назад. Его сжало. Каждая жилка тела пылала. Из-под пола выступили тени. Призраки. Лица. Они шептали. Не громко. Обсуждали. Как в Азкабане. Только не дементоры — предки. Каждый задавал вопрос. Каждый касался его магии, прошлого, сердца. Испытание продолжалось долго — магия вытягивала силы, пробиралась в кости. Сириус стиснул зубы. Он не сдался. И тогда… голос. — Достоин. И всё стихло. Призраки исчезли. На запястьях обоих — вместо браслетов — появились узоры. Роды приняли союз. Гарри тихо выдохнул и улыбнулся. Он не сомневался. Но Блэк — вернулся. Блудный сын — теперь в гнезде. Родовой круг замкнулся. И ещё один план стал реальностью. — Добро пожаловать домой, Сириус, — сказал он. — Теперь… ты часть этого. До конца. Но предчувствие вопидо о опасности...