Пролог

Я схватила Эдгара за запястья, впиваясь в кожу ногтями. Он не выпускал рукоять из рук, сильнее вдавливая лезвие ножа мне в живот, и склонил голову. Трус. Даже решившись на мое убийство в нем, не нашлось смелости сделать это, смотря в глаза. Больно. Как никогда прежде. Но виной всему не кровоточащая рана, а он. Тот, кому подарила свое сердце и позволила распоряжаться им, как ему вздумается. Хрипло выдохнув, широко улыбаюсь и поднимаю руку к щеке Эдгара, едва касаясь кончиками пальцев нежной кожи. Взгляд его находит мой, и я вижу ужас, смешавшийся с трепетом. Голубизну глаз заволокло серой пеленой, в которой не было ни намека на любовь. Он сделал шаг назад, вынимая полностью лезвие, и, махнув рукой, отшвырнул нож в сторону. Я прижала ладонями рану, хотя во мне не теплилось надежды выжить. Поняла, что погибну, когда Эдгар вошел в комнату, натянув на лицо маску серьезности, которая совсем ему не шла. Мой прекрасный принц превратился в чудовище. Нет. Вовсе нет. Я собственноручно сделала его таким. – Я отдавала тебе всю себя без остатка. – Тихо и хрипло заговорила я. Горячая кровь просачивалась сквозь пальцы, лишая меня минут жизни. – Боролась за любовь. Хотела стать для тебя единственной, особенной. Делала все, чтобы угодить. И после этого ты решил избавиться от меня? Эдгар качнул головой, отмахиваясь от моих слов, и оскалился, сдвинув брови к переносице. – Нет. Ты не можешь называть свое безумие любовью! – Его кулаки сжались, а на лбу проступила вена. Впервые он предстал предо мной таким озлобленным. Неужели я настолько ему противна? Или, возможно, не я, а моя к нему любовь? – Ты одержима… – Я люблю тебя, Эдгар. Люблю всем сердцем и душой. – Не любишь. – Он качнул головой, снова не соглашаясь с моими словами. Скрипнул зубами и сделал шаг ко мне. Хотела взмолить его обнять меня, прежде чем я умру, но он все испортил своим пренебрежением: – Ты всегда хотела, чтобы я принадлежал тебе. А это не любовь. Чувство, столь же сильное, что и любовь, накрыло меня с головой. Оно способно будоражить кровь, затуманить разум и подтолкнуть на немыслимые поступки. Родная сестрица любви – ненависть. Она вытеснила все тепло, хранимое в душе, к Эдгару и заставила взглянуть на истину. Меня бросили. Предали. Растоптали. Он не стал обрезать тянущиеся к нему ветви, а решил выкопать меня с корнем, чтобы впредь не смогла приблизиться. Сердце забилось чаще. Кровь закипела, быстро разбрелась по венам и собралась в области груди в один большой, бурлящий ком. Я не могла уйти так просто, не оставив ему подарок. – Ты ничтожество. – Усмешка далась с трудом и сопровождалась хриплым стоном. – Я заставлю тебя жить в страданиях. Мучиться вечность в одиночестве и сожалеть о том, как ты со мной поступил. Эдгар должен заплатить. Должен содрогаться от промелькнувших воспоминаний обо мне. Должен просыпаться в холодном поту от кошмаров, в которых я оказываюсь жива. Не отпущу. Унесу часть его души вместе с собой в сырую землю. – Никто никогда не полюбит тебя так, как люблю я. – Улыбнулась ему в последний раз. Упала на колени, согнувшись, но не отвела взгляда, впитывая его страх и отчаяние. О, мой прекрасный принц, однажды ты будешь молить своего бога о возможности оказаться на моем месте. – Одной лишь мне известна твоя гнилая суть. Лишь я одна примирилась с ней и приняла. И у тебя будет время не раз вспомнить обо мне со слезами на глазах. Ту, кто позволил тебе жить и запретил умирать. Я отдала последние силы, чтобы отомстить ему за жестокость. Я не заслужила такого конца, а он, как выяснилось, не заслуживал меня.