Пепел и дыхание

      Из машины перед ним вышел знакомый силуэт. Он узнал её сразу — по походке, по тому, как рука привычно легла на кобуру, хотя опасности уже не было. Майя.       Вроде бы простое имя, но в нём звучала та же интонация, что когда-то отзывалась в его груди при слове «Мила».       Она распахнула дверь и пошла ему навстречу, шаг уверенный, взгляд прямой. — Всё те же, всё там же, — хмуро произнесла она. — Подозрительно много случайных встреч, не находишь?       Сергей усмехнулся, опираясь о её машину, будто ища в металле опору, чтобы не выдать растерянности. — Может, судьба? — выдавил он.       Судьба. Сколько раз он слышал это слово от тех, кто не вернулся. Но, глядя на неё, впервые за долгие годы захотелось поверить, что, может, судьба и вправду существует.       Она закурила, протянула ему сигарету. Пламя от зажигалки вспыхнуло в её глазах коротко, но будто навсегда запечатлелось в его памяти.       Дым обжёг горло, и Сергей впервые за долгое время почувствовал вкус жизни. — Как ухо? — спросил он, просто чтобы не молчать. — Ноет, — ответила она легко, будто речь шла не о боли.       Молода, слишком молода, чтобы не бояться, и слишком сломана, чтобы это показать. — Я жил здесь раньше, — произнёс мужчина, не глядя на неё. — Возвращаюсь иногда. Порядок навести, чужих прогнать. Не думал, что встретимся снова. — Но встретились. — Верно, — тихо согласился он. — И хорошо, что встретились. Сами бы вы не отбились.       Когда она обняла его, всё внутри рухнуло.       Столько лет Сергей вычерчивал границы — между собой и миром, между тем, что было, и тем, что осталось.       А она просто шагнула через них.       Он почувствовал, как дрожит её спина, как тепло её тела пробивается сквозь тонкую ткань.       Инстинкт заставил распахнуть плащ, укутать её и прижать ближе. Хотелось защитить. Хотелось не отпускать, хотя он знал — нельзя. — Я думал, такое случается раз в жизни, — вырвалось у него. — О чём ты? — спросила она. — О тех, кого невозможно забыть. Кого ищешь в толпе, даже когда лицо стирается из памяти, — тихо сказал он. — Узнаёшь по голосу, по запаху, по замиранию сердца.       Он вдохнул запах её волос — смородина.       Тот самый, из прошлого, где он ещё был живым.       Он не верил в перерождение душ. До этого момента.       Она улыбнулась — просто, искренне, и в этом жесте было что-то невыносимо знакомое. Сергей вдруг испугался смотреть ей в глаза: там отражался не он сегодняшний, а тот, кем он когда-то был. — Я не так хорош, как ты думаешь, Май, — сказал он тихо. — Я сделал много плохого.       Она усмехнулась, почти весело: — Ну и что? Убил кого-то? Бывает. Я тоже. Наркотики? Было. Людьми не торговала — не успела. Чем хочешь удивить?       Он не ответил. Только шагнул ближе, притянул её к себе и коснулся губами.       Её губы были холодными, вкус — порох и соль.       Мир исчез. Остались только она и звёзды над пустым городом.       Сергей чувствовал, как что-то внутри него оттаивает, ломая ледяную скорлупу, в которой он жил все эти годы. — Прости, — прошептал он, не отпуская. — Тебе пора. Остальные волнуются.       Она кивнула. — Тогда обмен, — сказала Майя. — Тайна на тайну. Моё настоящее имя — Милослава.       Имя ударило в сердце, как выстрел. Милослава. Мила.       Он застыл. Воздух стал вязким, холодным.       То имя, которое он когда-то шептал, засыпая. Имя, что сгорело вместе с прошлой жизнью.       Она улыбнулась, села в машину. Мотор взревел, фары полоснули по лицу.       Через секунду её не стало.       Сергей остался стоять посреди улицы.       Пустой город дышал холодом, а в воздухе всё ещё витал запах смородины. — Милослава… Мила… Смородина… — прошептал он, не зная, кому именно обращается — ей или той, что осталась в прошлом.       И впервые за много лет ему стало по-настоящему страшно.       Не за себя, не за неё — за то, что судьба, возможно, и правда решила вернуть ему всё, от чего он пытался сбежать.