Глава 31: Кошмар

Следующие несколько часов Айдар провел в интенсивной подготовке к учебе, помог родителям по дому и в перерывах обдумывал идеи для заработка во время карантина. Чувство контроля и предвидения успокаивало его. Вечером, уставший, но довольный, он лег спать, уверенный, что готов к грядущим испытаниям. Но сон принес ему не отдых... Он открыл глаза и обнаружил себя в своем старом, сорокалетнем теле. Он стоял посреди знакомой до боли съемной квартиры из своего прошлого неудачного существования. В комнате было темно, пыльно и душно. Все окна были затянуты плотными шторами. Он потянулся к выключателю, но свет не зажегся. Липкий, иррациональный страх начал подползать к горлу. Затем он заметил странное, мертвенно-белое свечение, пробивающееся сквозь щели в шторах. Сердце заколотилось. Он подошел к окну и резко дернул ткань. То, что он увидел, заставило его кровь похолодеть. Мир снаружи раскалывался. Небо было затянуто грязно-серой, статичной пеленой. Машины, обломки зданий и куски асфальта неподвижно висели в воздухе, словно законы физики перестали действовать. Все, что оставалось на земле, медленно, но неумолимо превращалось в мелкую серую пыль. Была абсолютная, гробовая тишина. Внезапно из другой комнаты донесся женский голос. Это был голос Алий, испуганный, полной боли. — Помогите! Он рванулся на звук, сердце бешено колотясь в груди. Он ворвался в соседнюю комнату и увидел ее. Она сидела, прислонившись к стене, одна рука прижимала окровавленный бок. Ее лицо было бледным, а глаза полными страха и... упрека. — Алия! — он бросился к ней, пытаясь обнять. — Все будет хорошо, я здесь! Но она оттолкнула его с силой, которой он от нее не ожидал. — Не трогай меня! — ее голос сорвался на крик. — Это все твоя вина! Вся эта... вся эта катастрофа! — Что? О чём ты говоришь? Я не понимаю! — умолял он, пытаясь снова до нее дотянуться. В этот момент началось резкое, сокрушительное землетрясение. Пол ушел из-под ног, стены затрещали. Айдар изо всех сил пытался удержать Алию, прикрыть ее собой от падающих обломков. С грохотом обрушилась часть стены и крыши, открыв вид на апокалиптический пейзаж за окном. Айдар инстинктивно поднял голову и замер. На небе, вместо солнца или луны, было огромное женское лицо с двумя сияющими, бездушными глазами. Оно смотрело прямо на них, и в его взгляде не было ни гнева, ни милосердия — лишь холодное, вселенское равнодушие. И тут он почувствовал, как Алия в его объятиях стала невесомой. Он посмотрел на нее и с ужасом увидел, что ее тело начинает светиться и распадаться на миллионы светящихся частиц. — Нет... нет, нет, НЕТ! — закричал он, пытаясь удержать ее, но его пальцы проходили сквозь нее. — Я только что вернул тебя! Алия мягко, почти с сожалением, произнесла его имя: — Айдар... И ее последние слова прозвучали как приговор: — Айдар, что ты наделал...? С этими словами она полностью растворилась в воздухе. Айдар рухнул на колени среди руин, сжимая в пустых ладонях лишь горсть света, которая тут же угасла. Он поднял голову к бездушному лицу в небе и издал душераздирающий крик, в котором была вся его боль, отчаяние и беспомощность. — НЕЕЕЕЕЕТ! С этим криком мир окончательно развалился. Он провалился в темноту, падая в бездну. Мелькали странные видения — темное пространство, пронизанное pulsating синими линиями, похожими на нейронные связи гигантского мозга. И в центре этого хаоса — силуэт женщины в белой мантии, стоящей спиной. Она медленно начала поворачивать голову... но он не успел разглядеть ее лицо. С резким, судорожным вздохом Айдар проснулся. Он сидел на кровати, вся простыня была мокрой от пота. Сердце колотилось, пересохшее горло сковывала сухость. Он с трудом отдышался, оглядывая свою знакомую, безопасную комнату в Астане. «Это был всего лишь кошмар», — попытался убедить он себя, вставая и направляясь на кухню за водой. Но леденящее чувство вины и ужаса не отпускало. Он долго лежал без сна, вглядываясь в потолок и пытаясь понять: что означал этот сон? Было ли это просто игрой разгоряченного сознания, перегруженного заботами о будущем? Или... или это было предупреждение? Намек на то, что его вмешательство в ход событий имеет свою, непредсказуемую и, возможно, разрушительную цену? И самый страшный вопрос: что он "наделал", как сказала ему Алия во сне?