Пропущенная сцена

      Едва за Бабочкой закрылась дверь, Нани развернулась к сестре с таким угрожающим видом, что Лило, не выдержав, завизжала и кинулась бежать. Погоня длилась недолго. Лило спряталась в сушилке для белья; разгадав её секрет, Нани расстелила на полу наволочку, с ногами забралась на сушилку и хлопнула дверью. Секунд через пять Лило выглянула из сушилки и неуверенно шагнула на пол. Тут-то она и попалась. Отнеся её в наволочке, как в мешке, к лестнице на второй этаж, Нани высадила её, упёрла руки в бока и нависла над Лило грозовой тучей:              — «Муштрует пять раз в день»?! «Булыжником в наволочке»?! Так, значит?!              — А что я должна была ещё сказать?! — неубедительно огрызнулась девчонка.              — Что угодно ещё! Хоть понимаешь, как сильно меня подвела?..              — Ну так заведи себе кролика! Они мягкие и послушные! — продолжала огрызаться Лило. — А ещё они вонючки, поэтому ты их и любишь!              Нани задохнулась от возмущения. Схватив сестрёнку за руку, она потащила её на второй этаж, в её комнату. Лило едва поспевала за старшей сестрой.              В комнате Нани резко посадила Лило на кровать и нависла над ней, уперев руки в бока и нахмурившись. Лило почувствовала приближающуюся грозу, но отступать и не подумала.              — Значит, люблю кроликов, потому что они вонючки, так?! — выпалила Нани. — Я даю тебе последний шанс извиниться!              — И не подумаю! — огрызнулась Лило. — Ты сама вонючка!.. Ай! Отпусти!              Нани крепко взяла сестрёнку за руку и подняла её с кровати. Села рядом, резко положила Лило на колени. Одним движением задрала цветастую юбку чуть ли не до самых плеч.              — Ты что делаешь?! — завопила Лило.              — Собираюсь отшлёпать одну дрянную девчонку! — сквозь зубы ответила Нани. — Которая уже давно напрашивается…              — Отпусти! Отпусти! — заверещала Лило. — От… ай!!!              Нани довольно сильно шлёпнула сестрёнку. Лило задёргалась у неё на коленях; Нани прижала её левой рукой и продолжила шлёпать правой.              — Нани! Отпусти! — завопила Лило.              — И не подумаю! — вернула сестре фразу Нани. — Я где сказала меня ждать?! В школе! А ты куда пошла?! Понимаешь хоть, как я переволновалась?..              — Отпусти!              — Хотя откуда тебе это понимать?! — продолжала Нани, не переставая шлёпать Лило. — Ты никогда ни за кого не отвечала!              — Отпусти! — Лило уже ревела в голос, но её сестра и не думала останавливаться. Её терпение лопнуло, и теперь девчонка должна была ответить за всё.              — К тому же наговорила инспектору ерунды про нас! Это же надо было придумать — «муштрует пять раз в день булыжником в наволочке»!!! Ты хоть понимаешь, какие у нас будут теперь неприятности?!              Лило уже не кричала — ревела в три ручья и всхлипывала. Нани не останавливалась — шлёпала, вкладывая в каждый шлепок всю силу.              — И мало того, ты ещё и меня додумалась обзывать! Я вонючка, так, значит?!              — Нет! — завыла Лило.              — Что «нет»?              — Ты не вонючка! Только хва-а-атит!              — То-то же, — сурово заключила Нани, но Лило не отпустила. — Вижу, ты всё поняла… Осталось, чтобы ты это запомнила!!!              — Нани! Отпусти!!! — завопила Лило. — Хватит!              — Нет, не хватит! Ещё раз двадцать — тогда хватит!              — Сколько?.. — Лило уже не закричала — заскулила. — Пожалуйста… я не выдержу…              — Выдержишь. А в следующий раз трижды подумаешь, стоит ли не слушаться меня и нести подобную чушь при посторонних.               В последние двадцать шлепков Нани вложила всю свою силу, чтобы они запомнились особенно сильно. Лило дёргалась от каждого, как от удара тока, и взвизгивала. Наконец Нани закончила, отпустила её и поставила на ноги.              — Ничего не хочешь мне сказать? — сурово спросила.              — Нани, прости меня, пожалуйста, — прохныкала Лило, потирая попу.              — Прощаю, конечно, — Нани через силу улыбнулась и обняла Лило, присев. — Твоё наказание закончено. Думаю, нам обеим надо побыть одним.              Спустившись на первый этаж, Нани упала на диван, подтянула колени к лицу и дала волю слезам. Всё-таки она любила Лило, как и полагается старшей сестре, и каждая ссора становилась серьёзным ударом. А сегодняшняя — особенно тяжёлым. Нани никогда раньше не шлёпала Лило, даже в мыслях такого не допускала. Но сегодня у неё попросту лопнуло терпение…              Если бы Нани потихоньку поднялась на второй этаж, она услышала бы, как Лило плачет в подушку. И не столько от затихающей боли в ягодицах (хоть она и была довольно сильной), сколько от ссоры со своей сестрой.