Глава 25. Нулевая отметка

      Следующее утро началось с холодного душа реальности. Драко вошёл в лабораторию ровно в девять, как того требовали неписаные правила Елены. Воздух был густым и невыносимо тихим, без привычного стука пробирок и её резких, отрывистых замечаний.              Она уже была на месте. Стояла у вытяжного шкафа, спиной к двери, её поза была знакомо прямой и неприступной. Но что-то в ней изменилось. Была какая-то неестественная скованность, будто она играла роль самой себя.              Рядом, переминаясь с ноги на ногу, стоял Руслан. Увидев Драко, он кивнул ему с неловкой, вымученной улыбкой.              — Драко, доброе утро, — его голос прозвучал слишком громко в гнетущей тишине. — Елена... посоветовалась со мной. И мы пришли к решению, что на ближайшее время тебя логичнее будет перевести под моё руководство. У меня как раз начинается серия экспериментов по...              — Я знаю о решении, — холодно прервал его Драко, не отрывая взгляда от спины Елены. — Она мне сообщила.              Он солгал, но это не имело значения. Он видел, как напряглись её плечи при звуке его голоса.              — А, ну... отлично, — Руслан слегка растерялся. — Тогда... сегодня мы займёмся подготовкой проб для масс-спектрометрии. Пойдём, я покажу тебе наш новый протокол...              — Я сейчас, — бросил Драко, не двигаясь с места. — Мне нужно обсудить с наставником детали вчерашнего эксперимента.              Руслан посмотрел на Елену, но та не оборачивалась. Поняв, что его присутствие излишне, он с неловким покашливанием ретировался вглубь лаборатории.              Дверь закрылась. Они остались одни. Гул приборов заполнил пространство, став звуковым воплощением напряжения между ними.              — Наставник, — произнёс Драко, и это слово прозвучало как вызов.              Елена медленно, слишком медленно повернулась. Её лицо было маской профессиональной отстранённости, но тени под глазами выдавали бессонную ночь.              — Нам нечего обсуждать, Малфой. Все детали переданы Руслану. Ты будешь выполнять его указания.              — Я не об этом, — он сделал шаг вперёд, заставляя её инстинктивно отступить к столу. — Где моя палочка?              Она не дрогнула.       — В безопасном месте.              — Верни её.              — Зачем? Чтобы ты снова начал жульничать? Чтобы подрывал основы моей работы своими... фокусами?              — Чтобы я мог защититься, если понадобится! — его голос сорвался, выдавая страх, который он тщательно скрывал. — Ты не понимаешь, что значит для волшебника добровольно отдать свою палочку? Это всё равно что отдать тебе своё сердце, вынутое из груди! И теперь, когда ты отстраняешься от меня, я требую его назад.              Он снова подошёл ближе, теперь они стояли в сантиметрах друг от друга. Он видел, как вздрагивают её ноздри, как сужаются зрачки. Но она не отводила взгляд.              — Ты ничего не можешь требовать, — прошипела она. — Ты потерял это право, когда начал лгать.              — А ты потеряла право её держать, когда решила, что я просто ещё один твой стажёр! — он ударил кулаком по столешнице, и пробирки звякнули в унисон. — Ты не можешь поставить между нами стену и при этом держать в руках самый личный ключ к моей душе! Это нечестно, Елена! Даже по твоим меркам!              В этот момент дверь распахнулась, и в лабораторию вкатился запыхавшийся Влад.              — Романова! Малфой! Срочно нужна помощь с хроматографом, он опять засорился, и... — он замолк, ощутив атмосферу в комнате. Его взгляд перебегал с разгневанного Драко на бледную, как полотно, Елену. — Ой. Кажется, я не вовремя. Вы... продолжайте.              Он тут же ретировался, притворив дверь.              Инцидент словно выпустил пар из котла. Драко отступил, проводя рукой по лицу. Ярость иссякла, оставив после себя лишь горькую усталость.              — Хорошо, — тихо сказал он. — Храни её. Как трофей. Как доказательство моей слабости. Но знай, что, отбирая у меня магию, ты становишься похожей на них. На тех, кто пытался сломать меня в моём мире.              Он развернулся и пошёл к выходу, к Руслану, к новой, безликой реальности, где он был просто проблемным стажёром.              — Драко.              Он остановился, не оборачиваясь.              — Я не... я не хочу быть на них похожей, — её голос дрогнул, и в нём впервые за сегодня прозвучала неуверенность. — И я не хочу, чтобы ты был просто стажёром.              Он медленно повернулся. Маска на её лице дала трещину. В её глазах читалась та же борьба, что и вчера.              — Тогда что ты хочешь? — спросил он, почти не надеясь на ответ.              — Я не знаю! — она всплеснула руками, и это был жест отчаяния, несвойственный ей. — Я провела всю ночь, глядя на эту... штуковину, — она кивнула в сторону ящика стола, где, видимо, лежала палочка, — и пыталась найти логичное, рациональное объяснение. Для неё. Для тебя. Для нас. И не нашла! Всё, во что я верила, всё, на чём строила свою жизнь, оказалось шатким. Ты разрушил мой мир, Драко. Ты ворвался в него со своей магией, со своей болью, со своей ложью... и я не знаю, как теперь всё это совместить.              Она говорила быстро, страстно, её грудь вздымалась от волнения.              — Я не могу быть твоим руководителем, потому что это предательство по отношению к науке, к моим принципам. Но я не могу просто отдать тебя Руслану, потому что... потому что я не хочу, чтобы он был тем, кто будет видеть тебя каждый день. Слышать твой голос. Видеть, как ты хмуришься, когда что-то не получается. Это... это только моё.              Последнее слово повисло в воздухе, тихое и обжигающе откровенное.              Драко замер, понимая, что это её крик души. Её исповедь, равноценная его вчерашней.              — Знаешь, что мне сказал однажды мой мастер по зельеварению? — тихо произнёс он. — Он сказал: «Иногда самые важные открытия происходят не тогда, когда ты следуешь протоколу, а когда протокол даёт сбой. Хаос — это не враг науки, это её неисследованная территория».              Он сделал шаг к ней.              — Мы — тот самый сбой в протоколе, Елена. Мы — хаос. Мы — неисследованная территория. Может, не стоит пытаться втиснуть нас в старые рамки? Может, стоит написать новый протокол?              Она смотрела на него, и в её глазах он видел, как рушатся последние укрепления. Страх, гнев, неуверенность — всё это смешалось с тем самым ненасытным любопытством, что двигало ею в науке.              — Какой? — прошептала она.              — Я не знаю, — честно признался он. — Но мы можем выяснить это эмпирически. Вместе.              Он протянул к ней руку. Не чтобы прикоснуться, а как жест предложения. Предложения спуститься в эту бездну неизвестности вместе.              Елена посмотрела на его протянутую руку, потом на его лицо. Она медленно потянулась к ящику стола, открыла его и вынула оттуда его палочку.              Она подержала её в руке, ощущая её вес, её странную, живую теплоту. Затем она сделала шаг вперёд и положила палочку ему на ладонь. Их пальцы ненадолго соприкоснулись. Искра. Та самая, что была всегда.              — Хорошо, — тихо сказала она. — Новый протокол. С нуля. Но... — её взгляд снова стал твёрдым, в нём зажёгся знакомый огонь. — Без лжи. Никакой. Ни в чём. И я буду проводить его на своих условиях.              — Каких? — спросил он, сжимая палочку, чувствуя, как магия радостной волной бежит по его руке, возвращаясь домой.              — С сегодняшнего дня я официально отказываюсь от руководства твоей практикой. Руслан будет твоим куратором в лаборатории. Но... — она сделала паузу, и в уголках её губ дрогнула тень улыбки, — ...вне этих стен... мы начинаем с чистого листа. С нулевой отметки. Просто Елена и просто Драко. И посмотрим, что из этого получится.              Это был не идеальный выход. Это был компромисс, полный неопределённостей и потенциальных проблем. Но это был шанс.              Драко кивнул, пряча палочку во внутренний карман.              — Согласен. С нуля.              В этот момент дверь снова открылась, и на пороге появился Руслан с озабоченным видом.              — Ну что, всё обсудили? Малфой, ты идёшь?              — Да, — твёрдо сказал Драко, в последний раз бросая взгляд на Елену. — Я иду.              Он последовал за Русланом, оставляя её одну в центре лаборатории. Но на этот раз в воздухе висело не гнетущее молчание, а заряженное тиканье нового, безумного эксперимента под названием «мы». И оба, каждый по-своему, с замиранием сердца ждали его первых результатов.